always and forever

Mood: ZAYN — PILLOWTALK

       Чонгук переворачивается на кровати, хлопая рукой по другой половине кровати в надежде найти кое-что, точнее, кое-кого, но его пальцы нащупывают лишь остывшую простынь. Пустота вместо теплого тела. Доброе утро, Чонгук. Парень медленно открывает глаза, привыкая к солнечному свету, который уже успел проникнуть в комнату. Он зевает, потирая тыльной стороной руки глаза, пытаясь убрать остатки сна. Он поворачивает голову и смотрит на маленькие часы, стоящие на тумбочке. Чон простанывает. 8:05. Какой человек в здравом уме захочет проснуться так рано в чертово воскресенье? Ах, ну да. Естественно. Его муж. Говоря о муже… кстати, никаких признаков его присутствия Чонгук не наблюдает. Хотя… из кухни доносятся звуки: гремят кастрюли и вся остальная кухонная утварь. Звук смешивается с какой-то, видимо, новой k-pop песней, которую сам Чонгук узнать не может. Совершенно не хотя, Чонгук встает и надевает первое, что попадается ему под руку — рубашку Чимина. Он понимает это, к слову, слишком поздно, потому что ткань сжимает его плечи и слишком плотно сидит. Чонгук все еще одной ногой в сладком царстве сна, поэтому, когда он заходит на кухню, успевает споткнуться о пару новых ботинок Чимина. Однако, его окончательно будит вкусный запах свежеприготовленной еды. Чимин не замечает Чонгука: он слишком занят поставленной перед ним задачей, переворачивая блин на одной сковороде и на другой — яйца. Он создает слишком много шума, поэтому явно не слышит урчание животика Чонгука, даже когда тот подходит и, опираясь на кухонную стойку, начинает наблюдать за ним. Он видит, что муж одет в его черную рубашку (ну, это, наверное, можно объяснить) и черные боксеры. У Чимина слегка грязные волосы, однако, это делает его домашним, уютным. Он напевает все ту же песню, которая разбудила Чонгука, и качает в ее такт бедрами, следуя за ритмом. Чонгук не знает, должен ли его разум это делать, однако, голые бедра Чимина слишком глубоко в его подсознании. Эти мышцы… ух, и как ему вообще мог попасться парень с такими ногами? Член Чонгука решает все за него, дергаясь от картины перед плитой, однако его сердце тает, когда он слышит нежный голос, который подпевает песне. Чимин, кажется, идеален. Чон Чонгук так чертовски влюблен в Пак Чимина. Временами это кажется до безумия смешным. Вполне себе, это точно можно назвать сумасшедшим явлением. Тем не менее, когда он подходит ближе к Чимину, он думает, что сумасшествие — не любить Чимина всеми возможными способами. Чон обнимает Пака за талию и прижимает крепче к себе, чувствуя, как становится в разы теплее. Кончик носа касается чувствительного места Чимина около уха. — О…ох! Кук, — удивленным голосом произносит Чимин, — Доброе утро. — Ммм, — Чонгук оставляет легкие поцелуи на шее Чимина и тот содрогается, — Доброе, детка. Чимин выключает плиту, оставляя сковородки остывать. Он не возражает, что Чонгук сейчас прижимается слишком близко. Настолько, что Чимин может почувствовать член Гука своей поясницей. — Это твой телефон или ты просто рад меня видеть? — Ну… — Чонгук смеется, чуть прикусывая кожу Чимина, — Я не думаю, что нижнее белье — лучшее место для того, чтобы носить в нем телефон. — Кук, сейчас только восемь утра. Не могу поверить, что ты уже весь в мыслях о сексе. — Совершенно неверно, — неубедительно отвечает Чонгук. Чимин ухмыляется, толкаясь бедрами. Чонгук закусывает губу, не давая стону вырваться. — Ты уверен? Потому что твое тело, кажется, считает иначе. — О, да ладно тебе. У нас всегда по утрам стояк. Знаешь, это, типа, заложено природой, все дела, — пожимает плечами Чонгук, — Кроме того, я явно не виноват в том, что ты так сексуально выглядишь в моей одежде. — Если быть предельно честным, я выгляжу сексуально в любой одежде. — Что правда, то правда, — соглашается парень, — Но ты выглядишь куда сексуальнее без одежды. Чонгук затыкает Чимина поцелуем. Слишком развратный для этого утра. Они кусают губы друг друга, сталкиваются зубами, руки блуждают по телам. Тихие стоны и тяжелое дыхание заполняют кухню. Младший игнорирует урчание желудка и Чимин, кажется, совершенно забывает о завтраке, который готовил слишком долго. Он опускается на колени и хватается пальцами за резинку боксеров мужа, стягивая их вниз. Тепло окатывает Чонгука с ног до головы, когда Чимин берет в рот. Он сразу же принимает слишком быстро, заставляя Чона головкой чувствовать его щеки, а затем и глотку. Парень опускает взгляд вниз и, боже мой, лучше бы он этого не делал, видит, как предэякулят поблескивает на губах Чимина. Чимин с легкостью берет глубже и Чонгук начинает дрожать. Его тело буквально перестает слушаться его. Тело обдает током каждый раз, когда Чимин начинает тихо постанывать, от чего вибрация раздается прямо по его члену. Чонгук хватается руками за волосы Чимина, крепко сжимая пряди пальцами и, слегка потянув, слегка толкаясь бедрами вперед. Он медленно начинает трахать рот Чимина. Пак пытается ему угодить, несмотря на собравшиеся слезы в уголках глаз. Нет. Нет. Слишком рано. — Черт, хен. О-остановись… я не хочу кончать… Чимин кидает на него взгляд, а затем отстраняется, облизываясь. Глаза резко потемнели от возбуждения, а губы распухли. — Иди и возьми смазку, — прорычал Чимин. Его голос хриплый, от чего по спине Чона пробежался табун мурашек. Он возвращается быстрее, чем предполагал. Чимин уже готов. Расставив ноги, он склонился над кухонной стойкой, дыша очень тяжело. Он взглянул на Чонгука через плечо и позвал его. — Куки, детка, иди сюда. Чонгук даже не пытается дразнить его. Он лишь подходит, мгновенно открывая бутылочку смазки и выливая ее на свои пальцы. Он прижимается грудью к спине Чимина и мягко целует его в шею. Немного неудобно, но реакция Чимина на все его действия явно того стоит. Он скользит одним пальцем по бедру Чимина, поднимаясь вверх, и, спустя пару мгновений, наконец-то проникает в его. Чонгук медленно добавляет еще пальцы и разводит их в стороны, растягивая мужа. Пак шипит от боли, но Чон осыпает его похвалами и поцелуям. Это не займет много времени, однако, Чимин уже еле-еле стоит на ногах от соприкосновения длинных пальцев Чонгука и его простаты. — Быстрее, пожалуйста. Хочу твой член, — умоляет Чимин, еле совладая с дыханием. Чонгук вновь хватает смазку и выливает приличное количество на свой член — черт, потом придется мыть полы, — от чего та смешивается с предэкулятом. Чимин чуть хнычет, как только Чонгук наконец-то проникает в него одним толчком. Внутри Пака так горячо, поэтому Чонгук на мгновение выпадает из реальности, не в силах совладать с собственным разумом. — Ты такой узкий, хен, — тяжело дыша, говорит Чонгук и двигает бедрами вперед. Чимин лишь кивает, ведь он нуждается в этом так сильно. Чонгук ускоряет движение, медленно пытаясь взять ту скорость, которая ему необходима. Наконец достигнув ее, парень чуть приподнимает Чимина и начинает толкаться глубже, заставляя громкие стоны Чимина раздаваться по всей квартире. — Блять… Амгх… Куки. Ты так хорошо… ох… Да, отлично, — сладко стонет Чимин, слегка срываясь на крики каждый раз, когда Чонгук ударяется о его бедра своими. Член Чимина изнемогает от недостатка прикосновений, поэтому Пак прикасается к нему, начиная скользить по нему рукой, соответствуя ритму Гука. Чонгук же даже не планирует останавливаться, срываясь на более резкий и жесткий темп. — Куки… Я-я… Не останавливайся… Чимин громко рычит и кончает первым. Белые полосы вырисовываются на его руке и животе. Чонгук делает еще пару отрывистых толчков и кончает следом, сжимая ягодицы Чимина собственными руками. Давления внутри было достаточно, чтобы довести его до контрольной точки. Челка Чонгука взмокла от количества пота и прилипла ко лбу, пока капли влаги скатывались по его вискам. Дыхание Чимина восстанавливается, а сам он дергает бедрами вперед, заставляя Чонгука выйти. Вся сперма медленно течет по его крепким бедрам. Чонгук слишком идеально подходит для него. Иногда это пугает. Это ведь не вселенная соулмейтов, верно? Блины, должно быть, уже остыли, а яйца… просто испорчены. Все, что было на сковородке, наверняка, не пригодно для нормального завтрака. Чимин надеется, что остальное не пострадало. — Черт, ну и беспорядище. Тьфу, ужас какой-то, — ворчит Чимин, облокотившись спиной на грудь Чонгука и закинув назад голову. — Нет ничего лучше, чем отличный минет рано утром, — отвечает Чонгук, чмокая мужа в щеку. Чимин смеется. — Ты невыносим. — Но оно того стоило, — урчит Чонгук, обнимая Пака и улыбаясь. — Стоило-стоило, — улыбается Пак и пытается выбраться из рук парня, — Как насчет завтрака? — Подожди немного. Дай мне пообнимать тебя несколько секунд. — Ладно. Чонгук еще долго не отпускает Чимина.