Твои ладони...

      Сердце отбивало ритм баса. Глаза надо было изредка зажмуривать и резко открывать, дабы не заснуть на целый день. Встань, сделай хоть что-то… бездарность…       Проводя, пропахнувшей сигаретами, ладонью, по лицу, сжимая зубы, парень зачёсывает отросшую чёлку, поправляя, съехавший вперёд, капюшон. Голова откидывается в бок на лежащую рядом подушку, а веки устало прикрываются. Давила не физическая усталость — с ней Кашин жил всё детство, юношество, и сейчас, когда он спокойно мог управлять своей судьбой, но в итоге пускал всё на самотёк. Моральная боль, вся эта хуйня с любовью… Лучше влюбиться в какую-то девчонку, и жить с ней долго и счастливо.       Но не было приложено ни одной попытки забыть те карие, цвета янтаря на солнце и старого дуба во мраке, глаза. Данил, похоже, был полностью подавлен.       Вот бы сейчас, не думая о дальнейшем, коснуться губами его, и, гладя большим пальцем тёплую кожу, сминать податливые уста, чувствуя ответную реакцию. Это бы продлилось больше минуты, Даня не дал этому бы быстро закончиться. Его движения сопровождались лёгкой дрожью, но он более чем уверенно шёл в сторону стены, дабы, прижаться настолько близко, чтобы обнажёно чувствовать чужое сердце. Как оно быстро бьётся, желая вырваться наружу. Ощущать, как вздымается грудь, и дыхание с каждой секундой становится всё быстрее, доходя до того, что со стороны отстраняться, а после сами возобновляют сладкий и влажный поцелуй.       Вбивать в голову, что всё это когда-нибудь произойдёт, с каждым днём всё сложней. А видеть очередные фотографии в инстаграме, где милая пара, состоящая из двух человек, одного из которых хочется задушить до полусмерти и заставить не отходить от себя ни на сантиметр, только добавляют дров в костер.

Настя… Настя…

      Только ей позволено касаться его пространства.       Спросили бы у Данилы, в какую девушку бы он превратился, будь на то его воля, на ум бы пришла не модель, не звезда, имеющая под каблуком какого-нибудь «папашку», даже не чёртова королева Англии… Выбор бы встал на обыкновенной девушке… Но на данный момент она имела больше, чем миллионы людей в подчинении. У неё есть тот, за кого Данил отдал бы жизнь…

✝✝✝

      Дни запоминались обрывками, и в памяти оставались лишь малые, но такие одинаковые, вещи. То, как встаёт солнце, как плывут серые облака, и после, до самой ночи, стекают капли по стеклу. Чем я думал раньше, какая часть моего мозга согласилась в тебя влюбиться, кто показал мне хоть частичку здравого, хорошего, что могло из этого чувства вылиться?.. Наверное, всё длилось намного дольше, наверное, с самого нашего первого сообщения. После них прошли множества наших встреч, но все они были такими пустыми, без крупинки настоящего. Не могу говорить за тебя, твои мысли никогда не станут мне доступны, но я совершенно не то делаю, при нашем приветствии и прощании. Ты позволишь побыть собой при твоем присутствии хотя бы раз? Это было бы самое восхитительное ощущение… Наконец открыть тебе своё сердце…       Не писал бы мне мой друг, не описывал бы твоё творчество, не говорил зайти к тебе на страничку в соц. сети, и тогда всё бы в моей жизни было по-другому. Я не находился бы сейчас тут, один, совершенно один, в этом тусклом городе… Я бы не был здесь…

✝✝✝

      Я кое о чем догадался, и стал совершенно капризным ребёнком. Юлик всё сливал тебе, абсолютно каждый шорох, что он слышал, живя подо мной. Это мне только на руку. А бутылки, что иногда звенят друг о дружку, стоя у входной двери, полностью рисуют картину о моих буднях. Теперь, я могу позволить себе твое дыхание рядом, когда будет совсем плохо. Все уже и так хуёво… Я окончательно потонул в твоих глазах, а слушая твой голос, могу жить по своему желанию, только бы ты не молчал. — Ты как? — присаживаясь на пол, рядом со мной, ты чуть наклоняешь голову, проверяя моё состояние по выражению лица. Похоже, я сейчас разрыдаюсь.       Холодный паркет отзывается болью в пальцах ног, а в комнате звучит лишь тихий, стоящий на плите, чайник. Закусывая губу, ты опускаешь взгляд, думая, что от тебя требуется, дабы помочь, хоть чем-то. Я молчу… Как же приятно плакаться кому-то, особенно если это ты . — Ты хоть на полу не сиди… — кладёшь ладонь мне на колено, немного передавая тепло, согревая мою бледную кожу. — Простудишься…       Не выдержу больше, правда. Достаточно резко поднимаю голову, и обхватываю твою шею руками. Я весь ледяной, и это заметно по твоему вздрогу. — Русь, мне так хуёво… — прижимаясь как можно сильней, и сжимая пальцами прядки темных волос, скулю, начиная тяжело дышать. Как же давно ты не был так близок ко мне, могу уткнуться в твою шею, пряча веснушки в твоём личном пространстве, мне сейчас, правда, так похуй на него.       Твои ладони ложатся мне на спину и медленно гладят. Как же это приятно. — Прости, я просто так соскучился… — очень тихо произношу, сжимая веки. Не было бы тебя, всё бы было по другому… Но ты так приятно пахнешь, и такой тёплый… — Всё хорошо… — говоря ты мне это каждый раз, когда я в этом сомневался, возможно, я бы поверил тебе…

✝✝✝

      О ком ты думаешь постоянно, кто сниться тебе ночью, вызывая на лице улыбку? Кто тебе важен?.. Почему я не могу слушать твои мысли…