Волчья ягода

— Так, что вы хотели? — спросила женщина, спускаясь по ступеням крыльца и подходя к калитке. Я стряхнул не к месту накатившие странные чувства и улыбнулся своей самой располагающей, самой обаятельной улыбкой. — Да, собственно, ничего. Просто шел мимо, вспомнил, что говорят в деревне о прибывших гостях. Думаю, дай зайду, предложу помощь. Ну как, нужна помощь-то? Когда она подошла ближе, я разглядел намечающиеся «скорбные» морщинки в уголках рта и между бровями, следы усталости и недосыпа на лице и в глазах. Девочка, которая слишком рано повзрослела — вот как можно было ее назвать. — Спасибо, нет. Мы пока сами справляемся, — ответила женщина все так же официально, будто пропало впустую все мое направленное на нее обаяние. Но я-то видел, что это не так. Я знал, что это подействует, как всегда действовало. Только слепой не заметил бы, как она приосанилась, голос потеплел и в глазах грусти поубавилось. Она, конечно, не собиралась тут же вешаться мне на шею, но и камнем неприступным не была. Зачем я вам это говорю? Да чтобы объяснить, что и в мыслях у меня ничего не было, кроме как самому поразвлечься, да кое-кого поразвлечь. О любви и речи не шло. Тогда. А потом… Но это потом, а сейчас я стоял, опершись о забор, и нес какую-то обычную в таких ситуациях чушь о лесе, о деревне, о погоде. Женщина слушала, кивала, поначалу отвечала односложно, а туда дальше разговорилась, почти как я. Тогда-то я и узнал, что зовут ее Скарлет, что старухе она внучкой доводится и приехала за бабушкой ухаживать, та совсем плоха стала. Под конец она даже улыбнулась, но сразу же посерьезнела, взглянув на Робин, что стояла рядом с насупленным видом. Вот уж на кого мое обаяние совсем не подействовало. Да и Бог с ней, я как-то не собирался очаровывать маленьких девочек, с меня достаточно их мамаш. Посчитав, что пробный камень попал в цель, я завершил разговор подходящим к случаю обещанием прийти на помощь по первому требованию и конкретными указаниями, где меня найти. Уходя, я был уверен, что очень скоро вернусь, и не просто так, а по приглашению. Но приглашения не последовало ни на следующий день, ни через неделю. Прошел почти месяц, когда мы случайно встретились в следующий раз. Именно случайно, потому что к тому моменту я уже не строил никаких планов относительно «вдовушки». Она никак не откликнулась на проявленный интерес, хотя ей предложили такую возможность, а в мои планы никогда не входило настаивать. И опять, блуждая по лесу, я вначале заметил Робин. Ее кроваво-красный плащ невозможно было не заметить, как и равнодушно-угрюмый недетский взгляд. Просто не верится, что маленький ребенок может так хмуро, нелюдимо смотреть на окружающий мир. Это для нас, взрослых, он не всегда светел и ярок, для детей, не вдающихся в подробности ежедневных проблем, мир — сказочная радужная страна, зажигающая глаза огнем интереса и расцвечивающая улыбками лица. Что же мешает Робин быть такой же, как другие малыши? Не обольщайтесь. Ничего «такого» внутри меня не шевельнулось: ни сочувствия, ни желания исправить ситуацию. Я всего лишь промедлил пару секунд, обдумывая вышесказанное, и спокойно продолжил бы путь, если бы из лесного сумрака на тропинку не вышла Скарлет, сгибавшаяся под тяжестью такой огромной вязанки хвороста, что, казалось, сам лес двигался мне навстречу. Но даже не вид непомерно нагруженной женщины заставил меня подойти и предложить помощь, поверьте, я спокойно прошел бы мимо, и не надо говорить, что я по натуре «не джентльмен», мне и без вас известно, это был взгляд Скарлет. В нем не было обиды, что приходится выполнять столь тяжелую работу, не было немой просьбы о помощи, только мгновение узнавания и радость встречи, быстро сменившаяся деланным безразличием и непритворной усталостью. Конечно же, женщина приняла мою помощь, а я, водрузив вязанку на спину, еще раз удивился, как Скарлет вообще смогла оторвать ее от земли. Неспешно мы втроем направились к домику. Хотя, втроем — это громко сказано. Едва завидев меня, Робин поспешила скрыться из виду, даже ради приличия не ответив на мое приветствие, и все, что нам оставалось, издали наблюдать за ярко-красным пятном среди деревьев. Женщина виновато улыбнулась, проговорив что-то извинительно-подходящее к случаю, но я нисколько не огорчился, памятуя о том, как присутствие дочери сказалось на симпатии матери в мой адрес. Не то чтобы я вдруг снова решил завести интрижку со Скарлет, просто подумал, что без Робин наше общение будет более непринужденным. До дома мы дошли, беседуя ни о чем. Естественно, и речи не было, чтобы оставить вязанку у калитки. Конечно, Робин и Скарлет могут частями транспортировать хворост от ворот до сарая, но зачем, если я сразу могу доставить сушняк до надлежащего места. Сопротивляющаяся больше для приличия, женщина согласилась с моими доводами, проводила до сарая и, рассыпавшись в благодарностях, предложила выпить с ней чаю. Сколько раз я получал подобные предложения, и всегда они содержали в себе еще и некий скрытый смысл, но не сейчас. Даже самому отъявленному пошляку или придире не удалось бы приписать словам Скарлет какое-либо иное значение, кроме прямого. Независимо от наличия подтекста, я согласился.