Волчья ягода

— Почему она так считает? — спросил я, и теперь мне действительно было интересно. Скарлет тяжело вздохнула. В этот момент со сгорбленной спиной, опущенными плечами и склоненной головой она напоминала воздушный шарик, который проколола коварная игла, и он неотвратимо сдувается. Я не думал, что она ответит. Слишком мало мы были знакомы, а тема затронута слишком личная, но Скарлет продолжила, спустя пару минут. — Отец Робин был музыкантом. Хотя почему — был? Он — пианист, всеми признанный виртуоз. Не то, что я. Мы познакомились, когда я поступала в консерваторию, а он только ее окончил. Не помню, почему он оказался в зале, что я играла для преподавателей, но это оказалось его любимой вещью. Вот так все и началось, с общих интересов, с музыки… Тонкая рука потянулась за чашкой, и Скарлет сделала глоток. Машинально я тоже отхлебнул остывшего чая, подумав про себя, чем же спровоцировал женщину на откровенность, и что случится, когда она о ней пожалеет. А еще было интересно, насколько реальная история молодой хозяйки лесной хижины совпадет с тем, что я уже слышал. Да, я уже слышал ее историю, рассказанную общими фразами и простыми словами, передаваемую из уст в уста любящими всем перемывать кости деревенскими тетками, проявляющими порой удивительную проницательность. Тем временем Скарлет продолжила. — Мы редко виделись. Я училась, он успешно завоевывал всемирную славу. Встречаясь, мы говорили только о музыке. Причем, его музыке. Сейчас я уже не та наивная влюбленная девочка, а потому могу взглянуть правде в глаза — главной темой наших разговоров был он: его музыка, его пристрастия и привязанности, его мечты и стремления. Даже нашу любовь и близость он позволил потому, что считал меня достойной его. Но тогда я ничего не замечала, а действительно старалась стать ему подходящей парой, хотела, чтобы он гордился мной так же, как гордилась бы мама. Но вышло совсем наоборот… Я уже была беременна, когда мне предстояло сыграть на очередном концерте учащихся консерватории. Мне казалось, что я достигла вершин счастья: я люблю, любима, у нас будет желанный ребенок, и мы будем вместе выступать. Ну, не совсем вместе, просто в одном концерте, ученица и приглашенная звезда. Зачем я решила изменить программу своего выступления и исполнить ту же вещь, что и он? Наверное, потому что хотела еще сильнее сблизиться с ним. Конечно же, он играл первым. Идеал, к которому мы должны стремиться. Я выступала ближе к концу и играла, как никогда, на невероятном эмоциональном подъеме. Лучше всех. В чем-то даже лучше него. После концерта я подошла к нему, надеясь на похвалу. О, я получила сполна! И это было только начало. Неужели сиюминутная зависть может толкнуть на неблаговидный поступок? Никогда не думала, что можно так возненавидеть то, что любил. Хотя любил ли? Не буду вдаваться в подробности, но в один миг я лишилась всего: любимого человека, надежды на семейное счастье, перспективы стать великой пианисткой. Единственным, что я наперекор всему сохранила, как память о прошлом, стала Робин. Не стану изображать героя, было очень нелегко принять такое решение, когда все, в том числе и бабушка, не говоря уже об отце ребенка, против. Но я это сделала и ни разу не пожалела, несмотря на трудности. Без средств к существованию, без поддержки родственников, с маленьким ребенком, чем я только не занималась. Тут уж было не до музыки… За все это время мой некогда любимый мужчина ни разу не поинтересовался, как мы живем. Он поглощен своей карьерой, доказывая, что лучший, достиг всех мыслимых и немыслимых вершин. Я же, как видишь, помирилась с бабушкой. Ухудшившееся здоровье сделало ее терпимее, а Робин просто очаровала. И только о занятиях музыкой она даже слышать не хочет, а мне порой это просто необходимо, чтобы окончательно не впасть в уныние. Жаль, что времени нет… Она говорила еще что-то о том, как ей не хватает музицирования, но я уже не слушал, а просто смотрел на нее, на тот огонек во взгляде, который то разгорался, то притухал, в зависимости от того, о чем Скарлет рассказывала. И вдруг искорка испуга промелькнула в ее глазах. Видимо, Скарлет пришла в голову та же мысль, что и мне чуть раньше: кому и зачем она все это рассказывает? Я не дал ей до конца осмыслить ответ на этот вопрос. Поспешно «вспомнив» о каких-то неотложных делах, я быстро попрощался и ушел, оставив ее в одиночестве обдумывать произошедшее и искренне надеясь, что она не прогонит меня, когда я опять приду. Скоро и без приглашения.