Мой юный принц

***

— Ты правда веришь, что у нас все получится? — Саске опирался двумя руками об стол, за которым сидел Итачи и пристально смотрел на брата.       Саске пришел сюда почти сразу же, как только Сакура принесла записку. Ему пришлось извиниться перед Наруто, который был ужасно разочарован его уходом, быстро привести себя в порядок и направиться на встречу к брату, который писал о каких-то важных новостях по поводу самого Орочимару. — Я не мог просчитаться — с серьезными выражением лица ответил старший Учиха.       Он только что представил Саске свой план и теперь им оставалось только подкорректировать его и еще несколько раз как следует обдумать. Дело на кону очень важное и ошибка может очень дорого обойтись и отразиться не только на них двоих. — Орочимару приглашен на предстоящую свадьбу и он никак не сможет отказать, хоть в тайне и ненавидит всю королевскую семью, — продолжал убеждать брата Итачи. — Он редко появляется во дворце без какого-либо прикрытия, но это наш шанс. Нельзя его упускать. — Я так долго ждал этого, — Саске был очень напряжен. — Я ждал не меньше. — Этот человек отнял у нас все. Теперь его должна настигнуть кара. — Он обязательно получит свое, — подтвердил Итачи, доставая из стола стопку бумаг, — за все время своего пребывания здесь я собрал достаточно компромитирующего материала, хоть этот змей и умело подчищал следы.       Саске сжал зубы. Он понимал, что Итачи подразумевает под этой «чисткой». Учихи были не единственным пятном в глазах Орочимару. Множество жизней он отнял ради своих амбиций, пожертвовал своей человечностью ради того, чтобы подняться на вершину. — К черту эти бумаги, Итачи! Много лет ты пытался одолеть его, но твоя дипломатия не подходит для этого, — в порыве он смахнул со стола несколько листов и они полетели на пол, — наступило время более серьезных действий, — его рука по привычке потянулась к поясу, где должен висеть меч, но сейчас его там не оказалось.       Во дворце музыкантам не положено носить такое оружие и Саске пришлось с этим мириться. Он оставлял оружие в своей комнате, уверенный, что рано или поздно оно ему пригодится. — Успокойся. Мечом ты его не достанешь. Поверь, многие пытались, и я не хочу, чтобы ты повторил их участь, — пытался вразумить его Итачи, — по воле рока, Орочимару имеет высокий статус и занимает почетное место при дворе, хоть и редко появляется. Чтобы уничтожить его, нам следует действовать осторожно и дипломатично, поэтому не смей выкидывать что-то на горячую голову, — со всей своей строгостью добавил мужчина, — если мы будем так опрометчивы и открыты, то сами навлечем на себя гнев короля, а тебе уж точно это не будет на руку.       Саске отвернулся и тихо фыркнул, но вслух больше ничего не возразил. Итачи всегда оказывался прав в их спорах, поэтому говорить что-то сейчас было бессмысленно. Но младший Учиха не собирался так просто отказываться от своих намерений. — Ладно, будь по-твоему, — вздохнул юный альфа. — Думаю, мы уже все обсудили. Мне пора идти.       Саске, не оборачиваясь, покинул комнату, чувствуя на своей спине тревожный взгляд старшего брата. Итачи явно не убедили его слова, но что поделать — обрушить на Орочимару королевское правосудие недостаточно, он должен на собственной шкуре ощутить весь гнев и ярость наследников рода Учих.

***

      Весь оставшийся день Наруто был на занятиях. Также ему пришлось сегодня встретиться с портными, чтобы они приготовили для него свадебный наряд. Наруто долго стоял, обвешенный тканями, пока с него снимали мерки и проклинал все на свете, мечтая, чтобы поскорее наступил вечер. Этой ночью Саске обещал прийти снова и только ради этой встречи Наруто терпел весь сегодняшний день.       Когда сгустились сумерки и сквозь дымчатые серые облака стали виднеться звезды, Саске наконец пробрался в покои к принцу. Он казался слегка взволнованным, но по обыкновению старался сохранять сдержанность. В его глазах был необычный блеск, который будоражил и интриговал принца, сидящего в постели в одной лишь ночной рубашке. — Я так рад, что ты наконец пришел.       Саске только коротко усмехнулся и стал медленно приближаться к постели, задувая стоящие рядом свечи. — Что-то случилось? — с робкой улыбкой спросил Наруто, который не совсем понимал поведение альфы. — О, да, случилось, — Учиха в очередной раз усмехнулся.       Он был уже возле кровати и проводил ладонью над последней горящей в комнате свечей, которая стояла на небольшом прикроватном столике. Несколько секунд он пристально наблюдал за танцем маленького пламени, а затем, передумав, убрал руку. — Эту свечу оставим. В ее свете я хочу видеть тебя, — он повернулся к немного растерянному Наруто.       Присев на кровать рядом с омегой, он стал расстегивать и снимать с себя камзол. — Саске, ты уверен, что нам стоит сейчас?.. Нас могут услышать, — неуверенно сказал принц. — Я все придумал. Наруто, все решено! — неожиданно воскликнул музыкант, отбросив свой камзол куда-то в темную сторону комнаты. — Ты о чем? — все еще не понимал юноша. — Этой свадьбы не будет! Мы сможем с тобой бежать, Наруто.       Как только до принца дошел смысл сказанного, на его лице расплылась счастливая улыбка. Глаза заблестели надеждой и счастьем, а радостный восклик не смог удержаться в груди. Наруто кинулся на шею к своему альфе, который принес такую прекрасную весть. — Неужели! Мы сможем быть вместе. Саске, ты представляешь? Мы будем вместе, где захотим. — лепетал принц, крепко прижимаясь к Учихе. — Да, сможем. Наруто, мы будем вместе, обещаю, — соглашался с ним парень, крепко обнимая в ответ.       Их объятия вскоре дополнили поцелуи. Саске уложил Наруто на мягкие подушки и навис сверху, не уставая прикасаться губами к его коже.       Но внезапно Наруто отстранился. Он резко переменился в лице, радость, сияющая в его глазах, потухла, радостная улыбка исчезла, казалось, что он сам стал блеклым, как будто всю свою жизнь был несчастлив. В его взгляде появилось осознание чего-то ужасного и непоправимого. — А как же мои матушка с папенькой? Саске, неужели я брошу их одних? — Наруто взглянул на альфу, надеясь увидеть в его глазах ответ. — Я ведь их единственный сын, я единственный наследник. Что будет со всеми, если я сбегу? — Ты слишком сильно переживаешь за других. Подумай о себе. Чего сейчас хочешь ты? — ответил Саске, проникновенно смотря в голубые глаза. — Я хочу быть с тобой, — тихо, словно боясь, что это ужасное, запретное, но такое искреннее желание услышит кто-то чужой, прошептал принц.       Затем его тихий шепот сменился такими же тихим вздохом. Саске снова соединил их губы в поцелуе, который на этот раз был соленым и еще более влажным от нескольких слезинок, скатившихся по щекам юного принца. Саске сделал вид, что не заметил этого, чтобы не смущать его, Наруто не хотел показывать своей слабости даже перед любимым, но в груди все равно все сжалось и образовалась какая-то сковывающая тяжесть.       Саске явно не учел, что на Наруто лежит ответственность не только за себя самого. Он смог разглядеть в нем обычного юношу, свободного душой и с не поддающимся нравом, и теперь не просто было снова видеть в нем лишь принца, скованного и ограниченного, почти безвольного и заточенного в своей золотой клетке.       Но меж тем их поцелуй продолжался, уже почти не чувствовался солоноватый привкус и это разряжало обстановку. Им обоим становилось лучше. Наруто видел свое утешение в этих объятьях, поцелуях, прикосновениях. Ему становилось легче, он чувствовал себя настоящим. Обоим не хотелось думать о том, что это может быть их последняя ночь вместе, но все же им казалось, что это так. Наруто не сможет сбежать, бросив все, а Саске не сможет остаться после того, что сделает. В какой-то момент они с отчаянием определили, что больше эти сладостные мгновения им не удастся разделить друг с другом.       Их спасали только взаимные поцелуи, которые своей нежностью и желанием сглаживали и уравновешивали чувства, давали осознать, что сейчас они вместе и помогали насладиться моментом близости и любви, за которыми последует разлука.       Саске постепенно спускал свои руки все ниже, по обнаженной груди принца. От этого по коже пробегал холодок и принц слегка вздрагивал. Учиха касался самых чувствительных и интимных мест, заставляя Наруто задыхаться от этих прикосновений и глотать воздух. — Саске, как это будет? — в перерыве между стонами спросил омега.       Саске лишь усмехнулся, а затем, прекратив свои ласки и немного отстранившись, перевернул Наруто на живот. — Это будет вот так, — прошептал он прямо в ухо, склонившись над омегой.       Его прохладные пальцы спустились по спине вдоль позвоночника, вызывая у Наруто табун мурашек, и остановились на пояснице. — Чудесно, — пальцы оказались еще ниже и это заставило Наруто прервать свою речь, чтобы вдохнуть поглубже, — наша последняя ночь…       Не отвлекаясь от своего занятия, Учиха снова заговорил, опаляя чувствительную шею омеги жарким дыханием. — Это не так — словно переубеждая и себя самого, твердо ответил Саске. Он немного согнул пальцы, что придало Наруто ярких ощущений, довольный его реакцией альфа продолжил. — Не думай ни о чем другом, только о нас, только о том, чего ты хочешь сейчас. — Чтобы ты взял меня, — отчетливо попросил он, — я готов.       Саске опять отстранился, заставляя Наруто терпеливо дожидаться ответа. Немного повозившись, он снял с себя оставшуюся одежду, а затем, бросив долгий взгляд, полный желания и жажды, на обнаженное тело омеги, взял одну из лежащих рядом подушек и подложил ее принцу, так, чтобы она приподнимала ягодицы. — Как пожелаете, Ваше Высочество.       Наруто повернулся к Саске через плечо и получил нежный поцелуй в губы, после Саске снова переключился на зад омеги. — Приготовься, — предупредил его альфа, раздвигая ягодицы и приставляя к влажному проходу головку.       Когда Саске вошел, Наруто сильнее сжал в руках лежащую перед ним подушку. Учиха терпеливо ждал, пока его омега привыкнет и расслабится. Он прижался своим телом к его спине, придавливая к кровати, обнял его шею, заставляя слегка запрокинуть светловолосую голову, и сделал первый толчок. Наруто прохрипел, он почти не мог пошевелиться, но ему нравилось ощущать силу и превосходство своего альфы, чувствовать его тепло, его запах. Они максимально соприкасались друг с другом и ему казалось, что они вот вот сольются в одно целое.       Саске продолжал двигаться под глухие стоны лежащего под ним омеги, он входил на всю длину, умело попадая по чувствительной точке. Внутри Намикадзе становился еще более влажным и жарким. Саске немного отстранился, выпрямив спину, чтобы было удобнее. Он учащал темп и тогда Наруто, который до этого старался быть тихим, уже не мог сдерживаться, он прогибался в спине, чем не отрывая взгляда любовался альфа, его бедра приподнимались навстречу движениям мужчины, внизу живота сковывало приятное напряжение, которое заставляло содрогаться с каждым новым толчком.       Будучи уже на пределе, Саске снова навалился на Наруто, еще больше вдавливая его в постель, он обвил руки вокруг его груди, обнимая, и прижал к себе, омеге пришлось привстать на локтях. Своей ладонью Учиха чувствовал, как бешено колотится сердце принца.       Не выпуская омегу из объятий, Саске перевернулся на бок. Одной рукой он продолжал придерживать запыхавшегося омегу, а вторую спустил ниже, чтобы помочь любовнику быстрее достигнуть оргазма. Он старался сдерживать себя, чтобы не кончить первым, но долго терпеть не пришлось, Наруто хватило всего нескольких движений, вдоль его напряженного члена, чтобы содрогнуться всем телом, а затем обмякнуть в руках альфы, изливаясь в его ладонь. Через несколько отрывистых и резких толчков, Учиху тоже настиг оргазм.       Он расслабленно лег на спину, громко дыша и переводя дух, лежащий рядом Наруто был в таком же состоянии.       До рассвета еще много времени, но им кажется, что это ничтожно мало, каждая минута для них невероятно ценная, они не могут вдоволь насладиться друг другом. Едва переведя дыхание, они снова ластятся друг к другу, требуют новых поцелуев, а также крепких объятий. Каждый час, проведенный наедине, кажется последним. Разлука придет с рассветом и каждый из них сейчас мечтает о вечном царстве ночной тьмы.

***

      У Сакуры выдалось свободное утро. Это случалось редко и, чаще всего, благодаря каким-либо стечениям обстоятельств. Так вышло и сегодня. У принца отменили утренние занятия, а значит, его не надо было поднимать и готовить к урокам. Остальные фрейлины хорошо справлялись со всеми повседневными обязанностями, поэтому девушка позволила себе немного безделья. Впрочем, безделье достаточно резкое слово, Сакура решила заняться вышивкой. Она сидела в одной из беседок дворцового сада и старательно вышивала узор на белоснежной ткани платка. Обычно дамы дарят такие платки своим ухажерам, но Харуно, хоть и была знатной красавицей, не имела никого на примете. Иногда она тосковала по этому поводу, но особого времени думать об этом у нее не было — дворцовые обязанности требовали от нее полной отдачи.       Как и каждая омега, она с детства ждала своего принца-альфу, который почему-то никак не хотел объявляться. Конечно, у Сакуры были поклонники, некоторые даже без лишних церемоний просили ее руки, но ни в одном из них девушка не увидела «того самого». Может это глупо и наивно, даже по-детски, но в сказку со счастливым концом хочется верить всегда, к тому же, Сакура не привыкла к разочарованиям — родители всегда старались ей угождать и, по мере возможностей, воспитывали так, чтобы она ни в чем не нуждалась.       Было тепло, даже душновато, но небо нельзя было назвать ясным. Облака не затмевали солнце, но заволокло большую часть небосвода. Сложно было предугадать сегодняшнюю погоду: дождь либо пойдет, либо нет. Однако тяжесть в воздухе присутствовала, ему явно недоставало дождевой влаги. — Я вас не потревожу?       Голос раздался неожиданно, девушка содрогнулась и едва не уколола палец иголкой. — Прошу прощения, я не хотел вас напугать, миледи.       Гаара появился словно из ниоткуда. Видимо Харуно была так увлечена своим делом, что не заметила, как к ней подошел герцог. Он был одет со свойственным ему изяществом и благородством. Как и обычно в его одеждах доминировал красный и бордовый. Легкий плащ спадал с его плеч подобно накидке и волновался при каждом его движении. — Простите меня, я вас не заметила, — девушка хотела встать и как подобает поприветствовать герцога реверансом, но тот остановил ее жестом, приказывая оставаться на месте. — Вы вышиваете? Прекрасная работа, — он немного подошел, чтобы ближе разглядеть платок. — Обычно дамы передают их своим кавалерам. Вы собираетесь поступить так же? — с едва заметным волнением спросил он. — Нет, ваша светлость. Но если вам правда понравилась моя работа, можете взять, как только я закончу. Это будет в знак моей искренней благодарности вам за подвеску. — Почту за честь, — он улыбнулся.       За его галантностью и вежливостью чувствовалась неловкость. Он тихо сел рядом, наблюдая за тем, как девушка, слегка смутившись, продолжала свою работу. Трудно было начать разговор, но в какой-то момент они оба заметили, что им довольно уютно и в тишине. Молчание перестало казаться неловким, и они почувствовали себя комфортно рядом друг с другом.       Они продолжили сидеть рядом даже когда по крыше беседки застучали тяжелые капли. Дождь начался неожиданно и быстро набирал силу. Было по-прежнему тепло и душно, но Гаара снял с себя накидку и, по-прежнему не нарушая тишину, накинул ее на плечи девушки. — Спасибо, — одними губами прошептала она, благодарно смотря в глаза герцога, который снова сел на свое место и продолжил наблюдать.       Никому неизвестно сколько они просидели так, однако тучи успели рассеяться, и лишь редкие капли теперь одиноко падали с листвы деревьев, приземляясь на влажную землю.