Герой из высшего общества

— Я ЧУЮ КРОВЬ… РАСТЕРЗАТЬ… УБИТЬ…       Гарри резко остановился. Этот голос. Он огляделся. Огонь в факелах подрагивал от сквозняка. За окном было темно. В коридоре не наблюдалось ни души. Поттер чувствовал, как учащается сердцебиение, а жилах стынет кровь. Ему было страшно. Гриффиндорцу понадобилось минуты две, чтобы взять контроль над чувствами. — УБИТЬ… РАСТЕРЗАТЬ…       Поттер вновь оцепенел от страха. Этот голос… Кому он принадлежит? Почему у него было ощущение, что говорящий находится за стеной? По коже пробежал холодок. Гарри вздрогнул и едва ли не бегом сорвался с места. Он добежал до ближайшего поворота и резко затормозил. Гриффиндорец прислонился к холодной каменной стене и медленно осел на пол. Он провел ладонью около ноги и нахмурился, ощутив что-то странное. Опустив взгляд, он увидел вереницу пауков, которая направлялась к окну. Гарри удивленно приподнял брови: подобное поведение пауков он видел впервые       По стеклу забарабанил дождь. Гриффиндорец поднялся с пола и направился в сторону гостиной, надеясь, что по пути ему никто не встретиться. — Гарри, ты чего так долго? — Поттер не успел переступить порог, как на него тут же налетела возмущенная Патил. — Впрочем, пойдем скорее… — она схватила его за руку и потащила в сторону кресел. — Зачитался, — пожал плечами мальчик. — Чем занимаетесь? — спросил он у ребят, присаживаясь рядом с Роном. — Пишем эссе для Снейпа, — проворчал Долгопупс. Он очень не любил Зельеварение и в особенности того, кто ведет этот предмет. — Понятно, — хмыкнул Поттер. — И как успехи? — Плохо, — мрачно ответил Уизли. Гарри усмехнулся и закатил глаза. — Кто бы сомневался…

***

      За несколько дней Гарри ещё не раз встречал пауков, которые на удивление стройными рядами уползали в сторону Запретного леса. А побывав в гостях у Хагрида, он узнал, что было задушено ещё два петуха. И происходящее наводило на Гарри на очень нехорошие мысли. Творилось что-то странное и опасное. И ещё этот голос… — Нет, ну почему всегда мы? — возмущался Рон по пути на обед. — Почему Снейп нас заставил драить класс, хотя котел взорвался у Крэбба с Гойлом? — Видимо, ему это доставляет удовольствие, — недовольно проворчала Лаванда и пожаловалась. — У меня руку аж свело. — Не у тебя одной, — хмыкнула Фэй и вздохнула. — И почему он так к нам несправедлив? — Детские комплексы, — пробурчал Поттер, не догадываясь о том, что отчасти прав. Он был не в духе из-за того, что зельевар оскорбил его отца. Нет, он нанёс оскорбление роду. Гарри просто так этого не оставит. Как бы Снейп не относился к его отцу, это не дает ему право так говорить о его семье в целом. — Гарри, ты всё ещё не пришёл в себя после того, что он сказал о твоём отце? — осторожно спросила Браун. Гарри нахмурился: раньше зельевар оскорблял только его. И эти оскорбления Гарри сносил лишь из-за того, что не хотел получить отработку. Но сегодня… — Я этого так не оставлю, — спокойно произнёс Гарри. — Я устрою ему такую жизнь, что отец покажется едва ли не святым, — с некой мстительность произнес он и ускорил шаг. Друзья поспешили за ним. — Что ты задумал? — встревожено спросил Томас. — Ничего такого, не переживайте — ухмыльнулся Поттер.       Друзья тревожно переглянулись.

***

      Гарри несколько дней штудировал фолианты, размеры которых вводили в ступор не только его друзей, но и даже Грейнджер. Мальчик искал информацию о том, как студент может повлиять на несправедливого преподавателя. Способ первый — декан. Но Поттер уяснил за время пребывание в школе: МакГонагалл никогда не заступается за своих учеников. Способ второй — директор. Вот здесь Гарри сильно сомневался, что Дамблдор его послушает. Способ третий — Попечительский совет. Но в замке каждая муха знала, что в этом совете состоит Люциус Малфой, который, скорее всего, весьма близко знаком со Снейпом в связи с их общим прошлым. К сожалению, четвертого способа не было. Хотя… Можно было написать матери, но Гарри не хотел её в это вмешивать. Он с детства слышал о том, что прежде стоит попытаться самому решить проблему. И уж если не получиться, то только тогда можно привлекать свою фамилию, титул и прочее.       Поттер так и не нашёл способ, как можно было бы повлиять на Снейпа. И это его разозлило, потому что использовать свою фамилию ему очень не хотелось. Но делать нечего. Ближе к середине октября Бекка получила письмо от сына, с просьбой дать совета касательно преподавателя, который оскорбляет не только его покойного отца, но и род в целом. И уже на следующий день в кабинете директора собралась весьма интересная компания: четыре декана, Люциус Малфой, Ребекка с сыном и сам Дамблдор. — Мистер Дамблдор, как вы объясните мне то, что один из ваших подчиненных оскорбляет фамилию моего сына? — Бекка была в не настроении ходить вокруг да около, поэтому сразу после приветственных расшаркиваний перешла к делу. — Мисс… — начал директор, но не договорил. — Маркиза де Гранже, — поправила директора Ребекка. — Уважаемая маркиза, поясните суть вашей претензии, — любезно проговорил Дамблдор. — Мистер Дамблдор, по какому праву мистер Снейп оскорбляет род, к которому принадлежит мой сын? — вкрадчиво спросила женщина. Глаза зельевара сверкнули. — Думаю, юный Гарри преувеличивает… — Скорее преуменьшает, — возразила де Гранже. — Я переписывалась с его друзьями, которые и сообщили мне, что мистер Снейп не скупится на эпитеты и сравнения с самого первого урока, — степенно проговорила она. — Этим деткам свойственно всё доводить до абсурда, — резко произнёс Снейп. Женщина презрительно посмотрела на него. — Вам бы следовало проявлять больше уважения к детям, — от неё не ускользнула пренебрежительная интонация в его голосе, — так как ведь именно они однажды займут наше место, — Бекка вновь посмотрела на директора. — Но мы отвлеклись. Мой сын и так долго терпел подобные оскорбления, не желая быть безвинно наказанным за попытку защититься. — К чему вы клоните, маркиза? — осведомился Малфой, косо поглядывая на мрачного и злого друга. — Я клоню к тому, что ещё один подобный инцидент, и вас ждёт международный скандал, — она пренебрежительно посмотрела на Люциуса. — Уж поверьте, я выполняю свои обещания тогда, когда этого никто не ждёт.