Кто тут босс?

Йери медленными шагами подходила к заветной двери. И чем ближе она была, тем сильнее все содрогалось внутри – от волнения, трепета и страха от неизвестности. Из разговора с местным консьержем девушка поняла, что высотное здание, в которое она прибыла, было некогда гостиницей. Спустя некоторое время ее выкупили за баснословные деньги, но к удивлению окружающих, здание стало пустовать. И лишь десять лет спустя его превратили в жилой комплекс. Когда консьерж задал вопрос, к кому Йери наведалась в гости, девушка лишь показала ключ. Старик, что вел с ней диалог, был порядком удивлен, разъясняя, что квартира, от которой у Йери ключи, заперта буквально с самого открытия жилого дома. - Периодически, раз в год, сюда наведывается лишь один мужчина, - объяснил старик, ведя Пак к квартире на последнем этаже. – Но в этом году пошло что-то не по плану, - усмехнулся он, - Проходи, дочка, смелей. Апартаменты, в которые она попала, состояли всего из нескольких комнат. С виду ничего необычного в них не было – вполне себе простой интерьер, явно не тронутый модой последних лет. О том, что здесь никто не живет, подтверждал лишь слой пыли на мебели и зашторенные окна, не пропускающие дневного света. Йери закрыла за собой дверь и повернула в замочной скважине ключ на случай незваных гостей. - И что я должна здесь найти? – тихо пробормотала Пак недоумевая. Понятное дело, что мужчина, наведывающийся сюда, о котором говорил консьерж, несомненно был ее отец. Только сам собой напрашивается вопрос: для чего он сюда приходил? Что-то прятал? И если да, то почему не делал этого в родном особняке, где куча потайных комнат и сейфов? С минуту девушка размеренными шагами мерила комнату, оглядывая все вокруг до тех пор, пока взгляд не зацепился за многочисленные фотографии на стене. На них была изображена девушка. Сердце Йери пропустило удар от догадки. Тело пронзила дрожь, а в глазах защипало. Пак поджала губы, рассматривая изысканные черты лица и неосознанно дотрагиваясь до собственного, словно узнавала некоторые в себе. Пак внимательно разглядывала каждую фотографию, подмечая, на сколько красива изображенная на них девушка. - Папа? – Йери широко распахнула глаза, когда наткнулась на единственную в своем роде фотографию – лучезарно улыбающегося Пак Чанеля, который обнимал всю ту же прекрасную незнакомку. Судя по выпуклому животу, последняя была в положении на седьмом-восьмом месяце беременности. Крепкие мужские руки нежно держали женский живот, а сама девушка не менее счастливыми глазами глядела на своего спутника. Они красиво смотрелись вместе и безумно подходили друг другу. Йери подметила, что отец был до ужаса красив. Он и сейчас, конечно, производил довольно эффектное впечатление, но возраст брал свое. Девушка задалась вопросом: если пара на фотографии выглядит на столько счастливой, какой же разлад между ними случился, что Пак полностью разорвал все связи между матерью и дочерью? Оторвавшись от стены с фотографиями, Пак прошествовала к спальне. На огромной кровати лежало свадебное платье, а на прикроватной тумбочке взгляд Йери зацепился за два обручальных кольца. В платяном шкафу девушка обнаружила кучу женских вещей. Приложив к своему стану один из вытащенных нарядов, Пак хмыкнула: обладательница этого элемента гардероба была гораздо выше нее. Однако одной из самых ценных находок являлась большая коробка с многочисленными вырезками из газет и журналов. Если бы Йери не знала своего отца, то подумала бы, что он маньяк-фетишист, собирающий информацию по своей жертве. Из вырезанных статей Йери поняла, что незнакомку зовут Джой Ли и та является публичной личностью. - Актриса? – растерянно пролепетала Йери, часто заморгав, словно пытаясь прогнать с глаз наваждение. – Ничего себе… Судя по указанным датам, свою карьеру девушка начала за несколько лет до рождения Йери. Пак было приятно осознавать, что та являлась восходящей звездой Южной Кореи. Одни заголовки расхваливали ее актерскую игру, другие – редчайшую красоту, третьи – пытались урвать информацию из личной жизни. Йери нахмурилась, обнаружив достаточно продолжительный застой в карьере – за год до рождения дочери Джой полностью пропадает из поля зрения публики практически на шесть лет, а возобновляет свою деятельность уже не в Корее, а в Китае. Далее статьи последовали на китайском языке, и Йери поняла, что пора обращаться за помощью к более современному источнику информации – к мировой сети. После первого появления в Китае актриса стала набирать популярность. Снималась редко, но метко. Фильмы с ее участием выходили раз в год, но сборы били все рекорды в Поднебесной, от чего Ли Джой всегда была на слуху. Помимо фильмов актриса часто снималась в рекламных роликах, являлась лицом множества брендов – будь то косметика, одежда или же ювелирные украшения, и занималась благотворительностью. Чуть погодя в ее карьере снова наступила пауза, однако уже по другой причине – женщина выходит замуж за китайского предпринимателя и рожает «первенца». Однако несмотря на свою публичность, она не разглашает подробностей своей личной жизни. Через пару лет после рождения ребенка актриса вновь возвращается к работе, а еще через несколько лет пресса гудит новостями о том, что Ли Джой разводится со своим мужем. Из полученной информации Йери сделала несколько выводов: ее мать действительно жива – она реальна, а те истории, которые рассказывал отец, всего лишь сказки. В глазах «народа» у Ли Джой есть всего один ребенок. Рождение Йери качественно скрыто, будто той и не существует. Да и личность второго ребенка держится актрисой в секрете. Пак так и не нашла фотографий младшей сестры, в связи с чем у Йери возникло немало вопросов. Словно обессилев, девушка плюхнулась на пол, сжимая в руках вырезки из глянцевых журналов. Внутри всё будто разрывалось от давления и, не выдержав, Йери разревелась – совсем громко в голос. Здесь некого было стесняться. Она была одна. Судорожно достав из кармана джинсов телефон, Пак принялась искать в списке контактов номер, одновременно прокашливаясь, чтобы скрыть дрожь в голосе. - Помоги достать билет в Пекин, но так, чтобы отец не узнал. *** Сыльги устало поднималась на четвертый этаж, волоча за собой сумку с вещами. Мало того, что лифт сломался в очередной раз, так еще и мать читала нотации по телефону. Но Чжан затормозила, когда ее взору предстал сидящий на ступеньках лестницы Ким Тэен, совсем не боящийся испачкать свой дорогой костюм. Взгляд парня был тяжелым и суровым: судя по всему ожидал он ее у порога уже не первый час. Впереди предстоял серьезный разговор, и Чжан была готова к нему. - Ко мне пришли гости. Я перезвоню, - только и выдохнула Сыльги, прежде чем сбросить вызов, полностью игнорируя вопли женщины на противоположной линии. - Привет. – после давящей паузы Чжан решила поздороваться первой. Дракон не спешил начинать разговор, продолжая хмуро разглядывать ее. Тэен не ответил, лишь легонько кивнул, поднимаясь с насиженного места и как следует отряхиваясь. Сыльги вздохнула, открыла дверь и впустила парня внутрь. - Нам надо поговорить. – снова начала она, приглашая молодого человека в гостиную. - Было бы странно после всего произошедшего не поговорить вообще, - Ким наконец-то подал голос, усаживаясь в кресле напротив девушки. – Хотя… дай напомнить. Ты ведь так и сделала. - То, что произошло было ошибкой… - Началось, - оборвал ее Тэен, закатив глаза. Начало фразы походило на дешевое кино. Понятное дело, что после недельных игнорирований и молчаний Чжан вряд ли заговорит о свадьбе и совместном будущем. Но Дракон был слишком влюблен, чтобы признавать самый худший вариант событий. – Сыльги, а я ведь тебя отговаривал. Сама соблазнила, изнасиловала, а теперь делаешь ноги, не желая брать ответственность? – парень хмыкнул, делая свой тон ироническим, словно пытаясь избавиться от неловкости между ними. Собственно, рядом с Сыльги он всегда оставался самим с собой. Только вот девушка продолжала держать дистанцию. - Я помню, -медленно, но тактично начала Сыльги, – Я помню, что ты отговаривал. Я помню, что сама вешалась к тебе на шею. Я хотела сказать… - Чжан замялась, аккуратно подбирая слова, - Я не жалею о том, что произошло. - Тогда в чем дело? - Тэен внимательно посмотрел в глаза напротив, ожидая услышать пресловутое «Но» в ее извечных сомнениях. - Это помогло кое-что понять. Я хочу расставить точки над «i». - Да, это бы не помешало. Хочется уже ясности. - Первоначально я задалась вопросом: что делает людей близкими? Зачастую это схожие интересы, вкусы, общие друзья, совмещенные гороскопы, - девушка горько усмехнулась, явно намекая, что последнее – не показатель, но тем не менее имеет место быть в упомянутом списке, - Но мы с тобой разные. - Всё это хуйня, - не сдержавшись, вновь перебил парень. Ким стал закипать, догадываясь в какое русло заносит разговор. По большей части Тэен всегда был сдержан и не позволял себе лишнего. Не позволял себе ругаться, особенно при девушках. Но сейчас его всё бесило: бесила Сыльги, ее суждения и то с каким спокойным тоном она всё это преподносила. Словно всё произошедшее между ними – ничего не значащий миг. Дракон не был сентиментальным, чтобы предавать особое значение любви и возносить это чувство до небес. Но это были его чувства, его эмоции, от которых не откажешься, и которые не засунешь куда подальше в надежде забыть. Если бы всё было так просто, он бы давно отпустил ситуацию. Но он знал, чувствовал, что всё обоюдно, что он не безразличен Сыльги. Рвать на себе волосы хотелось лишь от того, что упрямая Чжан не принимала сего факта. Ведь кроме нее он никого больше не видел. - Да, согласна. Всё это ерунда, - в том же спокойном тоне вторила Чжан, не реагируя на повышенный тон молодого человека. – Тэен, давай говорить на чистоту. Ты ведь в любом случае хочешь превратить эти отношения в что-то более серьезное. Рано или поздно, - девушка больше утверждала, чем спрашивала. Ким кивнул, давая понять, что ход ее мыслей правилен, и у него на нее вполне себе серьезные намерения. - Брак, если быть точнее. - Брак. Отлично. – тон Сыльги из спокойного постепенно превращался в твердый и холодный.- Но залог любого брака – это прежде всего общая цель и схожие жизненные позиции. А в этом у нас абсолютные непопадания. - Какие именно? - Я – офицер полиции, а ты… ты – не просто бандит, ты - верхушка преступного мира. Как это может быть непонятным?! – теперь Чжан перешла на крик. Сил держаться больше не было. Она сокрушалась лишь от одной мысли, что парень считал это нормальным и не видел в этом ничего предосудительного. Но это в принципе неправильно! – Как ты себе это представляешь? Жена криминального авторитета – офицер полиции. Провожает мужа ночью на переговоры, а сама же спешит ловить ему подобных. - Так этот вопрос решаем. Зачем тебе работать? Девушке не место в рядах полиции. – неспешно промолвил Дракон, поведя плечами, словно объясняя простую суть ребенку. Суждения Сыльги его удивляли. - Не место в рядах полиции? Вот уж где не место любой девушке, так это в рядах мафии! – Чжан громко стукнула кулаком по столу, - И с чего ты решил, что выйдя замуж, я перестану работать? - Ну, хочешь, откроем Spa-салон, студию красоты, магазин одежды, ресторан, клуб. Будешь всем этим заправлять. - Кто дал тебе право решать, кем быть мне, а кем нет?! – это был пик гнева. Тэен запнулся, не зная, как реагировать. Чжан буквально пылала гневом, а такой он видел ее впервые. - Между нами черта под названием закон. Я по одну сторону, ты – по другую. И переходить ее я не собираюсь. - Да в мире тысячи чиновников, полицейских, бизнесменов, да даже адвокатов и судей, которые находятся за этой пресловутой чертой, Сыльги. И ты представляешь, живут вполне себе припеваючи, совсем не парясь! - У каждого свой внутренний устав, согласно которому человек действует и живет по жизни. - Эти внутренние уставы они меняют по несколько раз на дню, прогибаясь в зависимости от того, где больше заплатят. - Может быть и меняют, - девушка согласно кивнула. После разговора на повышенных тонах голос стал хриплым и тихим. - Но я не все. А мой устав поменять не просто. Наступила давящая на всё сознание тишина. Тэен долго переваривал сказанные девушкой слова, пытаясь найти лазейку и новый аргумент. Но это был абсолютный тупик. - Я полагаю, что это конец? – после долгой паузы задал вопрос Тэен, взглянув на Чжан из-под длинных ресниц. Сыльги поднялась с места и прошла в коридор, отворяя входную дверь. Ответ был весьма красноречивым. Тэен молча переступил порог ее дома, и лишь когда готов был спускаться по лестнице, услышал последнее во след. - Даже если бы я не была офицером полиции, ничего бы не изменилось. Это слишком сложно. И неправильно. «Окончательно добила», - мелькнуло в голове у Тэена, прежде чем он точно решил наведаться в бар Орхидеи. Напиться. Да, ему нужно было напиться. *** Йери думала, что попала в сказку. Вокруг было слишком ярко, красочно и волшебно: помимо неоновых огней повсюду мерцали красные фонари, гирлянды; взрывались фейерверки. А вдалеке Пак умудрилась рассмотреть огромных танцующих драконов, которых со всех сторон облупила толпа народа. Столица Поднебесной не спала, явно отмечая какое-то веселье. - Сегодня праздник - праздник середины осени. – Йери вздрогнула, когда позади раздался слишком уж знакомый голос, а через секунду совсем рядом с ней поравнялся Ким Юкхэй. Молодой человек потянулся, разминая затекшее от перелета тело, и перебросил черный рюкзак на другое плечо. –Это второй по значимости праздник в Китае после лунного Нового года. Отсюда и весь кипишь на улице. - Ты?! – Пак была в ошеломлении. Она, конечно, привыкла к тому, что он мог появиться из ниоткуда в любое время суток, но встретиться с ним в Пекине никак не ожидала. – Откуда ты взялся? Преследуешь меня? - Не обольщайтесь, барышня. – хмыкнул блондин, повернувшись лицом к Йери, - Не весь мир крутится вокруг тебя. - Что же ты тогда тут делаешь? – девушка прищурилась и внимательно посмотрела на него, не отводя взгляда, - не удивлюсь, если окажется, что ты летел со мной одним рейсом. - Прилетел навестить друзей. – Лукас повел плечами и направился в сторону танцующих драконов, оставляя девчонку позади себя. Йери растерялась от такого поведения. Блондин вёл себя таким образом, словно она ему совсем не сдалась. Стало даже как-то обидно. Пак огляделась по сторонам, только сейчас поймав себя на мысли, что стоит ночью посреди незнакомого города, не зная китайского языка. Сеул, конечно, был гигантским мегаполисом с крутыми небоскребами и высокотехнологичными метро. Но рядом с Пекином он был просто крошкой – столица Поднебесной была практически в 30 раз больше ее родного города, а население составляло свыше 20 миллионов, в то время как в Сеуле проживало в 2 раза меньше людей. Не будь этого полукитайца рядом, девушка однозначно забила бы тревогу и стала бы нервничать. - Постой! – Йери засеменила следом, нагоняя молодого человека у самого входа в парк, в котором происходили действительно интересные и поразительные вещи, - куда ты идешь? - За лунными пряниками, конечно же, - усмехнулся Дракон, пока Йери, словно зачарованная, внимательно осматривала всё вокруг. -Что за лунные пряники и что представляет из себя этот праздник? – Пак чувствовала себя немного неловко перед парнем. С момента его возвращения в Корею у них не складывались нормальные адекватные разговоры. Любая начатая «беседа» сопровождалась спорами, подстегиваниями, дикими визгами и «рукоприкладством» - в голове у девушки промелькнули воспоминания вечера, когда она умудрилась по полной разукрасить блондина; и все последствия, вытекающие из-за этого поступка . Возможно, произведенная проказа и была детской и здорово расшатала нервы полукитайцу, разозлив его не на шутку, зато в тот день открылось немало истин. Йери теперь точно знала, что Юкхэй увлечен ею, хоть прямо и не признавался в этом. Но в тоже время и не отрицал. Однако невзирая на произошедшие события Ким вел себя как обычно, что знатно било по самолюбию Пак. - Этот праздник называют также праздником Луны. Считается, что в этот день лунный диск самый яркий и круглый в году. – Юкхэй перевел взгляд на ночное небо, намекая девушке обратить внимание на полнолуние, - Ясная полная Луна символизирует завершенность, поэтому праздник середины осени стал днем, когда все родственники собираются вместе. В парке гуляли парочки, семьи с детьми. На лицах окружающих были счастливые улыбки. Всё это создавало атмосферу уюта и веселья. - Лунные пряники – символ праздника. Главные ингредиенты – слоеное тесто и яичный желток, благодаря чему он сладкий и соленый одновременно. Помимо всего в пряник могут добавлять финики, семена лотоса, шоколад, орехи, фрукты. Как говорится, кто на что горазд. – пояснил Юкхэй, когда пара подошла к одному из столов со сладостями, вокруг которых столпились дети. Блондин приобрел, казалось, штук десять пряников. Затем достал из пакета один, разделил тот на две части и протянул Йери, продолжая повествование, – Когда пряник разрезают пополам, то желток в нем выглядит как круглая луна. - Вкусно, - выдвинула вердикт Йери, откусив пряник. – А это что? Можно попробовать? – девушка улыбнулась, когда парень произвел еще одну покупку – фигурок в виде зайцев. - Это лунный «господин Заяц», и он вряд ли придется тебе по душе. Хотя бы потому, что несъедобный. - хмыкнул Ким, останавливаясь рядом с двумя плачущими близнецами, которых не могла успокоить взволнованная мать. Молодой человек протянул статуэтки детям, что-то проговорил на китайском и потрепал удивленных мальцов по макушке, - В давние времена все женщины проводили специальные ритуалы и читали молитвы перед подготовкой к празднику. Матерям нужно было чем-то занять на это время своих детей. Поэтому было придумано дарить им фигурки из глины в форме зайца, чтобы они вместе с остальными могли проводить обряд поклонения. Дети придумали фигурке вежливое обращение – «господин Заяц». Малышне рассказывают сказки, что он живет на Луне и перемешивает в маленькой ступке волшебный эликсир бессмертия. Поэтому каждый карапуз с неким трепетом любит получать его в подарок в этот день. - Забавно, - прощебетала Йери, завидев, как плачущие близнецы успокоились. Поступок Юкхэя ее не то, чтобы сильно удивил, но Пак никогда бы не подумала, что он на столько внимателен к окружающим людям. А ведь знала его практически всю жизнь. Мгновение спустя ее внимание привлекла сцена, на которой по всей вероятности разыгрывали спектакль. Йери не совсем понимала о чём речь, но от ярких красочных декораций и красивой девушки в традиционном китайском наряде трудно было увести глаза. - С праздником Луны связана легенда о красавице Чан Э, которая была возлюбленной славного лучника Хоу И, - тихо начал Юкхэй, объясняя каждое действие на сцене, - Говорят, что в давние времена на небосводе появилось сразу десять солнечных воронов. От их жара погиб урожай, многих людей не стало. Местные жители соорудили огромные лук и стрелы и попросили Хоу И о помощи. Он забрался на высокую гору и сразил стрелами девять солнц, оставив лишь одно для освещения земли. Небесная императрица ВанМу наградила его за это эликсиром бессмертия. Хоу И поделился эликсиром с Чан Э, чтобы выпить его вместе с ней после охоты. Однако разговор мужа и жены был подслушан хитрым и коварным Пэн Мэном. Когда Хоу И отправился на охоту, Пэн Мэн пришел в его дом и, угрожая смертью девушке, потребовал отдать эликсир. Испугавшись, Чан Э выпила снадобье. Внезапно ее тело оторвалось от земли и поднялось в воздух – и она полетела на Луну. Когда Хоу И узнал о произошедшем, то с тоской посмотрел на ночное небо и начал звать жену по имени, но вернуться та уже не смогла. Чан Э было одиноко на Луне, поэтому каждый год 15-ого числа 8-ого месяца она зажигает светильник и ярко освещает им землю, чтобы увидеть хоть на мгновение своего горячо любимого мужа. Поэтому принято считать, что в такие дни Луна становится особенно ясной и яркой. - Красивая легенда, - только и выдохнула Йери, как только представление закончилось. - Слишком сладкая как по мне. - В наши дни не хватает сказок, - возразила Йери, когда ребятам удалось пройти в более тихое место. Народ и посторонние звуки остались позади, теперь вокруг были лишь тишь, да гладь. Только сейчас Пак поймала себя на мысли, на сколько спокойно проходит между ними разговор. А слушать низкий бархатный голос блондина было так приятно и благовейно. Йери готова была поспорить, что находись она в кровати, а не по среди такого веселья, то вполне могла заснуть под этот баритон как под колыбельную – на столько хорошо он убаюкивал, ласкал слух и вводил в состояние умиротворения. На душе стало безмятежно как в тихой гавани. Тревоги, страхи остались позади, на затворках сознания, и теперь не так щекотали нервы как ранее. - Я больше за реалистичность. - А есть еще легенда, связанная с праздником? – Пак никогда не подозревала, что Юкхэй знает так много всего интересного. Как-то не вязалось это с образом хулигана и бунтаря. Но слушать теперь готова была, казалось, ночи напролет. - В 13-ом веке Китай был завоеван монголами. Китайцев принижали и унижали, в обществе назревало недовольство. Правительство запрещало проводить собрания, поэтому согласовать план восстания было невозможно. Тогда Лю Футун, который являлся предводителем восстания, испек большое количество лунных пряников и попросил разрешения распространить их среди китайского населения в честь праздника середины осени. В каждом прянике лежала записка с призывом восстать против монголов в 15-ый день 8-ой луны. Так лунные пряники стали своего рода средством связи. В ночь праздника началось антимонгольское восстание, которое способствовало свержению монгольской династии Юань и приходу к власти китайской династии Мин. Пак хотела прокомментировать рассказанную историю, но ее отвлек звонок мобильного. На дисплее высветилось имя отца. Девушка нахмурилась, скинув номер. Сычен недолго смог продержать Чанеля в неведении. Пока в ее голове происходил бурный мыслительный процесс, кто-то пробежал мимо, по неосторожности толкнув девчонку в объятья Кима. Блондин крепко схватил Йери за талию, не давая упасть. Щеки девушки предательски залились румянцем, а внутри, казалось, заполыхал настоящий пожар: находиться в кольце сильных рук было волнительно и трепетно. Одно радовало: под покровом ночи всё это было сокрыто с глаз долой. - Где собралась искать свою мать? – задал вопрос Юкхэй, не спеша высвобождать Йери из своих объятий. Пак нахмурилась, явно давая понять, что поставленный вопрос ей не понравился. Ким знал этот насупленный взгляд: сейчас в ней проснется недовольный котенок, который покажет коготки. - Думаешь, если у нас был поцелуй, и ты помог прийти в себя, то теперь я выложу всё как на духу? – прошипела она, чувствуя, как настроение снова скатывается в тартарары. А ведь так было хорошо. - Я этого не говорил, - вкрадчиво произнёс блондин, чуть усмехнувшись. На какое-то мгновение у Пак сперло дыхание: смотрел он на нее уж слишком откровенно. - Ты ведь всё разболтаешь отцу, - выдохнула она уже более спокойно. - Такого плохого мнения обо мне? – усмехнулся парень, явно ничуть не задетый подобным вердиктом. – Ладно, твоё дело. Йери на какое-то время замялась, взвешивая все «за» и «против». - Завтра состоится благотворительный вечер в честь открытия новой детской больницы. Ли Джой числится в списке гостей, а также - спонсоров, которые вкладывали средства в этот проект. - У тебя забронирован номер в отеле? – невзначай спросил Лукас, аккуратно отцепляясь от девушки и вышагивая лишь ему известном направлении. Пак покорно следовала за ним, даже толком не осознавая, что идет по пятам на протяжении уже получаса. - Честно говоря, даже еще не думала где, - тихо промолвила шатенка, немного сбавляя свой темп. А ведь била себя в грудь и доказывала блондину, что она взрослая, и ей море по колено. А по факту, оставшись одна, оказалась совсем беспомощной. Самостоятельностью и близко не пахло. Йери ожидала упреков в свой адрес, но блондин и не думал подымать эту тему. Лишь расслабленно выдал следующее: - Ну, не страшно. Пойдешь, значит, со мной. - В резиденцию Дракона? - Не хочу светиться там. – Юкхэй покачал головой в знак отрицательного ответа. – Никто не знает, что я здесь. - Напряженные отношения с родителями? - Вовсе нет, - легко ответил парень, - просто так надо. - И куда мы пойдем? - К моим друзьям. *** К своему пункту назначения ребята двигались достаточно продолжительное время. Когда Йери задала вопрос, почему они не вызвали такси, Ким лишь отмахнулся, ссылаясь на то, что любит гулять по ночному Пекину на своих двоих. На момент пешей «прогулки» ребятам повстречалось скопление парней, в темноте принятых девчонкой за хулиганов. Йери инстинктивно схватилась за Юкхэя, крепко держа его руку в цепких тисках. Дракон лишь попытался скрыть довольную улыбку и успокоить девушку, утверждая, что это просто толпа зевак, вывалившаяся из ночного клуба. Когда Ким говорил о друзьях, то Йери не думала, что речь пойдет буквально об ораве молодежи. Окинув взглядом сборище парней и девушек, Пак пришла к выводу, что на улице собралось порядка 50-ти человек, если не больше. - Это все твои друзья? – с изумлением задала вопрос Пак, когда толпа довольно загудела, завидев их. Хотя было бы странно удивляться: Ким жил в Китае почти два года, а учитывая его яркий и открытый характер, не завести друзей он не мог. Девушки приветливо подмигивали Юкхэю, мило махали ладошкой, а парни либо кивали головой, либо подходили, чтобы скрепить встречу рукопожатием. - Большинство из них просто знакомые, приятели. - Лу! – раздалось громкое на всю толпу, а через секунду из массы скопившихся людей выбежала девушка, с разбегу запрыгивающая на Юкхэя и обхватывающая ногами его торс. Пак досконально, словно рентгеновским зрением, просканировала с головы до ног незнакомку. Одетая в джинсовый комбинезон с короткими шортами и кожаную куртку, с двумя рыжими косичками и легким макияжем на лице – она выглядела вполне себе мило. Но особый шарм ее образу придавали пронзительный взгляд и глубокий голос, поражающий более низким тембром, чем у остальных представительниц прекрасного пола. Эту барышню Йери узнала сразу – ведь именно она стала виновницей того, как Пак, обуреваемая сильными чувствами, плакала ночи напролет. Заочное «знакомство» с девушкой произошло буквально полгода спустя после отбытия Лукаса и Чону в Китай – благодаря Марку, который продолжал поддерживать связь с братьями через видео-звонки. В тот вечер Йери наблюдала за разговором братьев из-за спины Четвертого – таким образом, чтобы она сама не отсвечивала в экране. Чону что-то увлеченно рассказывал про их жизнь в Поднебесной, а Йери всё ждала, когда на дисплее появится блондин – ведь она тосковала - так трепетно и покорно, невзирая на то, что сам парень даже и не подозревал об этом. И вот, будто услышав ее молитвы, Юкхэй таки замаячил на заднем фоне, но, к удивлению Пак, не один. Ким о чём-то щебетал с девушкой, та то ярко улыбалась, то насупливала брови – и безоружным взглядом было понятно, что между ними химия. В тот вечер Йери перелопатила весь список друзей Чону в инстаграмме в поисках незнакомки. Усилия не оказались тщетными: буквально на середине поисков Пак наткнулась на ее профиль. Незнакомку звали Сон Юци. Взгляд автоматически зацепился за последние публикации в компании двух Драконов. Были и отдельные фото с Юкхэем – на них она крепко обнимала молодого человека, прижавшись к его груди. Пока Йери отсчитывала дни возвращения блондина в Корею, он успел найти себе девушку – вполне милую и яркую. Пак буквально утопала в слезах, ее съедали собственные эмоции, жгла ревность и охватывало чувство несправедливости и обиды. Все это продолжалось в течение нескольких месяцев, пока дочь Тигра не отпустила ситуацию: Юкхэй ведь ничего ей не должен, он ничего не обещал, да и даже не подозревал о её влюбленности, ведь Пак так и не призналась ему в этом. Девчонка хоть и была избалована и в некоторых вопросах беспомощна, но обладала достаточно сильной волей, которой завидовал даже Сычен. Это и помогло загасить все чувства, убедить себя, что блондин ей не сдался, что это лишь подростковая влюбленность, которая рано или поздно пройдет. Но Йери ошибалась, а поняла это, когда Дракон вернулся из своей ссылки. И тогда началась борьба, в которой противником Пак была сама она. Девушка всегда считала себя сильной – если не физически, то боевым духом уж точно. Но Юкхэй переворачивал все верх дном, и это злило ее – ведь он ломал всю систему, тот щит, который она выстраивала против собственных чувств. Отсюда и вытекали очередные перепалки и споры. Пак даже переключилась на другого парня, пытаясь доказать самой себе, что на ненавистном блондине не сошелся свет клином, что в мире есть куча других молодых людей, которые ни в чем ему не уступают. Но и это не спасло: Юкхэй «раскидал» очередную преграду в лице Джэхена на раз и два. А больше всего Йери злило то, что блондин делал это не потому что он сам этого хотел, руководствуясь внутренними инстинктами, а потому что ее отец так велел. И вот сейчас она испытывала чувство дежавю. Если Юкхэй будет ворковать с этой девушкой при ней, она точно будет растоптана и унижена. Ведь одно дело – наблюдать за этим по ту сторону экрана, другое – видеть все собственными глазами. Это он к ней рвался в Китай, решив не предупреждать родственников? Это у нее она будет ночевать и слушать, как целуются в соседней комнате голубки? А ведь ей только-только стало казаться, что все недомолвки между ней и Юкхэем постепенно сходят на нет, и они в кои-то веки находят общий язык. Пока Пак была погружена в собственные мысли, незнакомка успела спрыгнуть с Юкхэя и начать с ним приветственный диалог. Йери слушала их в пол уха, голоса пробивались словно через пелену. И лишь очнувшись, она поняла, что двое переговариваются между собой на китайском. - 这是谁？ 你女朋友？ (Прим.:Это кто? Твоя девушка?) – Пак напряглась, когда Юци кивнула в ее сторону. Стало понятно, что говорят о ней. -你吃醋了吗? (Прим.:Ревнуешь?) – в голосе парня не звучало ехидства. Разговор с китаянкой протекал на другом уровне, на другом тоне, и даже не понимая языка, Йери прекрасно уловила это. - 我让你很久以前就习惯了这样的想法：你永远不会属于我 (Прим.: Я давно отпустила тебя и свыклась с той мыслью, что ты никогда не будешь моим), - по доброму усмехнулась девушка, похлопав Лукаса по плечу, - 但是淑华显然很不高兴，所以请让她远离她 (Прим.: А вот Шухуа явно будет недовольна, так что береги ее от нее подальше). - Йери, - Юкхэй, наконец, обратился к шатенке, стоящей все это время сиротливо в сторонке, - Это Юци, мой хороший друг. Брови Пак поползли вверх, плохо скрывая удивление. - Привет, - добродушно начала Юци, заговорив на чистом корейском – совсем без акцента. Спрашивается, для чего был весь этот спектакль на китайском? Пытались что-то скрыть? Очередной поток мыслей был перебит протянутой ладонью для рукопожатия. Йери на некоторое время зависла, словно пытаясь уловить фальшь в ее действиях. Однако всё же не почувствовала в ней притворства. – Очень приятно познакомиться. - И мне, - чуть неуверенно ответила Пак, протягивая ладонь вперед. - 看着她 (Прим.: Присмотри пока за ней), - Юкхэй вновь заговорил на китайском, обращаясь к Юци и кивая в сторону Йери. Последней не нравилось подобное поведение. Все походило на то, словно здесь она третья лишняя, а эти двое вынуждены разговаривать на другом языке, пытаясь скрыть от нее важные вещи - Куда ты? – Юци в отличие от парня задавала вопрос на корейском, видимо, проявляя женскую солидарность по отношению к Пак. - За Ян-Яном, - лаконично отозвался Ким, скрываясь в толпе людей и оставляя девушек друг с другом наедине. - Что здесь происходит? В честь чего сбор? – дочь Тигра первая решилась начать разговор, с любопытством разглядывая окружающую ее толпу. - Да, так, ничего особенного. Всего лишь гонки, - отмахнулась Сон. - Юкхэй прибыл сюда, чтобы поучаствовать в них? – Йери была немного сбита с толку. Всё же стало интересно, молодой человек всё-таки ринулся именно за нею или преследовал свои личные цели? Одно успокаивало: судя по всему, его не связывали никакие романтические узы с новой знакомой. Но определенно между ними была незримая связь. И Пак было до жути интересно, какие же между ними всё-таки отношения. Она в курсе, что он Дракон? Она отдает себе отчет в том, с кем заводит дружбу? У Йери накопилось много вопросов. Только вот задать их в лоб, будет слишком подозрительно. Оставалось аккуратно подбирать слова, чтобы выведать хоть какую-нибудь правду. - Вряд ли, - Юци покачала головой, - честно говоря, он даже не предупредил нас об этом. Позвонил всего час назад, ставя перед фактом… Стоп. А вы разве не вместе? - Я здесь по своим делам. Встретила его у выхода из аэропорта чисто случайно, - «а может и не случайно» договорил внутренний голос в подсознании. - А кем ты ему приходишься? – китаянка прищурилась, словно пытаясь разглядеть подвох. - Ну… мы знаем друг друга буквально с пеленок, - единственное, что смогла вымолвить Йери. Назвать его своим молодым человеком у нее пока не было на то прав; другом – язык не поворачивался, потому что, как ни крути, а между ними были труднообъяснимые отношения, не поддающиеся логике. Да и вдруг китаянка расслабится и потянет к нему свои ручки? Поэтому Йери постаралась придержаться расплывчатого ответа. И пока Юци не пришла в себя, чтобы закидать ее очередными вопросами, Пак поспешила задать свой. - А откуда ты его знаешь? Судя по всему вы хорошо общаетесь. - Я не могу похвастаться, что знаю его также долго, как ты. Мы познакомились примерно два года назад. Пока он находился в Китае, то были не разлей вода. С момента отъезда в Корею я поддерживала с ним связь буквально каждый день, но со временем он стал отвечать всё реже и реже. В последние пару месяцев списываемся всего лишь раз в неделю – знаешь, это как дежурная обратная связь, чтобы дать друг другу понять, что всё хорошо. На какой-то момент казалось, что дружбе конец. Но нет, Юкхэй в этом плане предан. Он ценит дружбу. – девушка тепло улыбнулась, словно предаваясь каким-то личным воспоминаниям. – О, идут! Юци завидела знакомую блондинистую макушку. Юкхэй шагал в их направлении, а рядом с ним семенил черноволосый юноша, что-то бурно рассказывающий ему. Внезапно неподалеку раздался рёв приближающейся машины. Вся молодежь словно по сигналу перевела взор на сокращающий между ними расстояние транспорт. Судя по не замедляющейся скорости, водитель и не думал тормозить. Следуя инстинкту самосохранения, вся толпа разбежалась в стороны, освобождая путь. Юци схватила Йери за руку, отводя ее подальше. Краем глаза Пак заметила, что блондин продолжал оставаться на месте, совсем не беспокоясь о своей сохранности. И не шелохнулся даже тогда, когда автомобиль затормозил буквально в нескольких сантиметрах от его ног. Выражение лица Юкхэя тем временем было спокойным, словно не его мгновения назад могли сбить. Из салона автомобиля вывалился молодой человек, останавливаясь напротив Юкхэя. Парни пожали друг другу руки и стали о чём-то переговариваться. Стоящие в стороне люди с любопытством наблюдали за диалогом. - Это Цянь Кун – местный «чемпион», - пояснила Юци ничего не понимающей Йери, - он предлагает Лукасу поучаствовать в гонке. Объявляет ему «матч-реванш». Всё никак не может свыкнуться с мыслью, что кому-то удалось одержать победу. – Усмехнулась Сон, качая головой. – Только вот он всё не поймет, что Лу – это далеко не «кто-то». - Юкхэй и до этого в гонках участвовал? – Йери было непривычно, что парня здесь, в Китае, называют по-иному. А китаянка и вовсе применяла к нему уменьшительно-ласкательный вариант, словно дозволенный только ей одной. - Для веселья ради. Для него это в чистом виде расслабон. - Полагаю, он не в праве отказаться? – сделала вывод Пак, когда к блондину подогнали автомобиль явно для участия в гонке. Сон кивнула, давая положительный ответ. – На кого в таком случае ставить? - Ставь на Лукаса – не прогадаешь. *** Йери почувствовала облегчение, когда ей наконец-то удалось добраться до квартиры, в которой она должна была переждать ночь. Перелет, прогулка по парку в разгар праздника, наблюдение за гонками – пожалуй, ночь в Пекине выдалась насыщенной и незабываемой. По пути к дому Лукас познакомил девушку со своим другом – Лю Ян Яном, оказавшимся ровесником Йери. Парень неплохо знал корейский, местами говорил с акцентом, но от того казался более милым и забавным. Юноша был гиперактивным и постоянно болтал без умолку, совсем не останавливаясь, от чего у Юкхэя и Юци периодически вяли уши. Чего не скажешь о Йери: девушка находила китайца настоящей находкой, потому увлеченно слушала, не отвлекаясь на посторонние звуки. Лукас лишь устало качал головой, бормоча под нос, что тот неисправим. Юци пропала на кухне, чтобы состряпать еду на скорую руку; Йери и Ян Ян устроились на диване в гостиной, а Юкхэй тем временем готовился посетить душ. - Ян Ян, - обратился к китайцу блондин, останавливаясь у входа к ванной и заставляя обратить в кои-то веки на себя внимание. Йери удивилась тому, на сколько строгим он казался в этот момент. Довольно непривычное явление. – Не болтай попусту. – Юкхэй был предельно краток, но этого хватило, чтобы остановить галдежь. - Вовремя заткнуться – большой талант, которого у меня, к сожалению, нет. – самодовольно ответил новый знакомый, невинно пожав плечами. Йери не смогла сдержать улыбки, и это заставило блондина нахмуриться. - Ты меня понял. – предупреждающе проговорил он, прежде чем скрыться за дверью и оставить собеседников вновь одних. - Так ты и, правда, дочка главы корейской мафии? – шепотом произнёс китаец, словно боясь, что Лукас его услышит. Даже придвинулся поближе и чуть наклонился для пущего эффекта. Йери выгнула бровь в изумлении: похоже, малец был не из простых. А ведь с виду казался обыкновенным гражданским. - Откуда ты знае… - В клане все знают, что Вторая Госпожа является сестрой Белого Тигра. – перебил ее Лю, предугадывая вопрос. – Поэтому грех не знать о Тигре. - Это вы Соа так называете? Мою тетю? – вопрос был по большей части риторическим, ведь других родственниц у Йери не было. Секунду погодя до Йери дошло осознание немаловажного факта. – Так ты из Дракона? Так молод и уже? Ян Ян довольно кивнул, подтверждая ее догадки. Девушку порядком удивлял такой факт. Нет, она, конечно, знала, что родившиеся в клане дети продолжали дела своих отцов. В жизни она видела яркие примеры в лице Сычена и Доёна. Однако Пак сама не могла понять, почему для нее это было так необычно. - Мне было семь лет, когда меня привели в Дракон. - Как так получилось? – в голову девушки забрались не самые лучшие мысли. Понятное дело, что мафия не благотворительностью занимается. Его выкрали? Привели насильно? - Спасибо Юкхэю. - Спасибо? – Йери часто заморгала, пытаясь уловить нить мысли своего визави. Навалилось слишком много информации. - Сколько себя помню, с рождения был сиротой – не видел ни отца, ни мать. Вырос в Янсине, во вьетнамской диаспоре, эксплуатирующей детский труд. Там учили воровать и добывать деньги любым способом . Не самое лучшее детство для ребенка. Никогда не нравилось заниматься подобным, но выбора не было. Его попросту не давали, - Ян Ян недовольно фыркнул, окунаясь в события прошлых лет. – До тех пор пока у нас не появились Юкхэй с Тэеном. Правда, пробыли у нас недолго, но этого вполне хватило, чтобы запустить механизм обратного действия. Там, где ступает нога Дракона, всегда будут перемены. Для одних – это хорошо, для других – прискорбно. Вьетнамцы, узнав, что те являются отпрысками китайской мафии, поспешили избавиться от детей. Однако через неделю Юкхэй вернулся к нам сам и привел с собой отца, а вместе с ним и целую делегацию профессиональных убийц. В тот день я впервые почувствовал себя человеком – мне и остальным детям дали свободу и предоставили выбор. Совсем мелких отправили в приют; те, кто был постарше, видимо, привыкшие к такой жизни, остались. А некоторые, как я, решили последовать за Драконом. - Не жалеешь об этом? - Совсем нет. Я горжусь, что состою в Драконе. - А она? Кто она такая? Кем приходится Юкхэю? – Пак перевела взгляд на китаянку. Раз Лю состоял в Драконе, да еще и водил дружбу с блондином, значит, многое знал о нем. По крайней мере владел информацией о том промежутке времени, проведенного Кимом в Китае. Йери пользовалась моментом: Ян Ян вываливал всё как на духу, пытать даже не приходилось, что было отличной возможностью выведать правду, а не терзаться в сомнениях или задавать вопросы в лоб. – Она знает, что вы из Дракона? - Ооо, это. – китаец чуть не хлопнул в ладоши, понимая, что девушка подняла достаточно интересную тему для дальнейшей беседы, - Юкхэй всегда учит говорить правду; говорить так, как есть, не кривя душой. Но при этом всегда напоминает, что не всё предназначено для чужих ушей. Одним словом, учит фильтровать базар. Однако с Сон Юци их связывает достаточно важный инцидент – девушка спасла его в свое время. За свое спасение он отплатил ей доверием. Поэтому да, Юци знает – ни много, ни мало. - Что значит «спасла»? – оторопело задала вопрос Йери. Ничего подобного она не слышала о Юкхэе, пока он был в ссылке. - Это произошло буквально после его прибытия в Пекин. – Лю откашлялся, прочищая горло, - Непонятно, что у него творится в голове. Он сговорчив, открыт для беседы, но никогда не делится своими переживаниями, страхами, сомнениями. И не подает даже виду. От чего порой складывается впечатление, что он совсем беззаботен, не знает ни хлопот, ни тревог. Пока я не понял, что это далеко не так. Однажды я застал его в порыве гнева – чисто случайно. В его голове кипело столько мыслей, что я задался вопросом, как у него мозги не сплавились от такого бремени. Поэтому он любит гулять ночью. Пешком. Бездумно бредет по улицам, а возвращается к рассвету. Это помогает ему устаканить все мысли в голове. Успокоиться. Одна из таких прогулок закончилась слишком плачевно. Если бы не Юци, то на одного наследника Дракона стало бы меньше. - Так что же произошло? – поторопила Йери, нервно поглядывая на дверь ванной. Шум воды постепенно затихал. - Он наткнулся на группу пьяных отморозков, которые зажали в подворотне парня, пытаясь вытряхнуть из него бабло. Юкхэй, на свою голову, не прошел мимо и вступился. Их было семеро. Он, конечно, отлично дерется, но тогда он был гораздо моложе. Это в фильмах показывают, как герой раскидывает всех ака Брюс Ли. Но тут бы любого затоптали. Знай они, кому он приходится сыном, то и пальцем бы не тронули. Его избили так, что на восстановление ушло три месяца. Возможно бы и убили, если бы Юци не подоспела. – Ян Ян тепло улыбнулся, а в его голосе Пак расслышала скрытую благодарность по отношению к новой знакомой. И тогда стало понятно, что китаец привязан к Юкхэю, а тот в свою очередь значил для него немало. – У нее отлично варит котелок. Представляешь, эта мадам догадалась громко врубить сигнал полицейской сирены. Пьяные, с испугу они разбежались врассыпную. Юци вызвала скорую помощь, пробыла в больнице всю ночь, потому что никто не знал, кто его родня. А после приходила к нему почти каждый день, пока он не очнулся. Она – его спасительница, понимаешь? Позади раздался скрип открываемой двери, и ребята замолкли словно по сигналу, когда из ванной комнаты вышел Юкхэй. Молодой человек подозрительно покосился на ребят, покачал головой и направился в сторону кухни. Через дверной проем было видно, как Юци взволнованно подбежала к нему, протягивая какую-то мазь. - Отголоски той ночи до сих пор дают о себе знать, - тихо продолжил Ян Ян, кивая в сторону Юкхэя, благодарственно принимающий из рук китаянки мазь. – Ему так отбили пальцы, что он мучается с этой болью и по сей день. А когда на улице стоит плохая погода, то и вовсе ломит все кости по всему телу. После своего выздоровления он высек каждого из тех ублюдков и отплатил той же монетой. Пока Лю непрерывно продолжал свой монолог, Пак не сводила взгляда с блондина. Она и раньше замечала, что Ким периодически мажет на руки что-то, но не придавала этому особого значения. А Юци знала об этом, и Йери стало от этого стыдно – за такую небрежность и невнимательность по отношению к нему. - Она ведь влюблена в него, - Пак больше констатировала факт, нежели задавала вопрос. Йери узнает этот влюбленный взгляд, с которым китаянка смотрит на Юкхэя, потому что понимает, что наверняка сама так выглядит со стороны. - Влюблена, - Ян Ян кивнул, откидываясь в кресле, - но безответно. Юкхэй сказал, что ничего хорошего из этого не выйдет. Слова парня ее поразили. Это напомнило ситуацию с Джэхеном, когда блондин пытался вразумить ее и объяснить, что связь с сыном прокурора не имеет какого-либо смысла. Юкхэй вел себя здраво. Адекватно. Даже по отношению к себе, хотя от личных нужд и желаний человеку трудно отказаться. - Она красивая, - Юци улыбнулась, но Юкхэй понял, что улыбка это была вымученная, словно через силу. Парень ничего не ответил, продолжая массировать свои пальцы. Сон продолжила, - Когда я признавалась тебе в любви, ты сказал, что, повстречай меня раньше, то обязательно бы влюбился. Тогда я не понимала твоих слов. Но сейчас, похоже, смекнула. – китаянка горько усмехнулась, упираясь о столешницу, - Что ж, даже при таком раскладе у меня не было бы шансов. *** Йери как раз заканчивала с макияжем, когда порог отведенной для нее спальни пересек Юкхэй. Девушка была облачена в черное платье чуть ниже колен, которое аккуратно подчеркивало изгибы ее тела. Оно было незамысловатым, с виду простым, но в этом была вся суть – классика никогда не выходила из моды. Украшением служило изысканное бриллиантовое колье, привезенное девушкой из Сеула. На мероприятии, которое она собиралась посетить, будут присутствовать крупные шишки, поэтому необходимо было выглядеть соответствующе, чтобы не выделяться из всеобщей толпы. Макияж был более взрослым и эффектным, особенно в первую очередь бросались глаза в стиле смоки-айс – так Йери намеренно прибавила себе несколько годочков во избежание лишних вопросов. В противном случае встретить на таком событии недавно выпустившуюся школьницу будет по меньшей мере странно. Йери встала на каблуки и довольно посмотрела на своё отражение – изысканно, со вкусом и богато. Юкхэй выгнул бровь, оглядывая девушку с головы до ног. На месте взбалмошной чертовки стояла настоящая аристократка. - Могу пойти с тобой, если хочешь. – спокойно проговорил молодой человек, заглядывая в ее глаза. - Я сама, - голос Пак по началу дрогнул. – Сама могу справиться. – а затем стал твердым. Не хотелось вновь демонстрировать Юкхэю свою беспомощность. Против ее воли слова прозвучали довольно резко, в какой-то степени немного грубо. - Предлагая свою помощь, я не принижаю твоих способностей, - тихо изъяснился молодой человек. Его голос снова успокаивал и убаюкивал. Она бы и рада, чтобы Ким был рядом, только этот вопрос она должна решить действительно сама. - По-хорошему это надо решить с отцом, а не искать мать вслепую, пытаясь выловить ее на публичных мероприятиях. – Лукас покачал головой, явно намекая на то, что девчонка поступает не то, чтобы неправильно, а скорее иррационально. – Поговори с отцом. Он не откажет в помощи. Не сможет отказать. - Раз уж я здесь, то стоит попробовать. Попытка не пытка. Надеюсь, мне улыбнется удача. Уже в самом банкетном зале на протяжении часа она пыталась отыскать знакомое лицо. Размеренным шагом, не торопясь и не приковывая к себе внимание, переходила от одного конца помещения в другой. Йери вздохнула: Ли Джой нигде не было. Пройти на мероприятие не составило особого труда – вход был открытым, единственное условие – быть в соответствующем дресс – коде. Чуть погодя в зале приглушился свет, а на сцену вышел мужчина средних лет, видимо, чтобы произнести приветственную речь. И тут то Пак пожалела, что не попросила блондина пойти вместе с ней – переводчик сейчас бы не помешал. - Если бы не шлейф жасмина, который тянется за вами следом, то наверняка упустил бы вас из виду. Этот аромат я запомнил с нашей первой встречи. Поначалу даже и не узнал: ведь сегодня вы выглядите иначе, - рядом кто-то хмыкнул, и Йери напряглась, боковым зрением улавливая постороннее движение. Голос был ей не знаком, но к ней обращались так, словно ее уже встречали. Рядом остановился молодой человек в черном фраке. Пак обернулась полубоком, чтобы лицезреть нарушителя ее личного пространства и удивленно застыла. Лицо парня было действительно знакомым, только вот Йери не могла вспомнить, где его видела. Будто прочитав ее немой вопрос, незнакомец усмехнулся, продолжая, - Тен Суттокан. Нас познакомила Чжоу Цзыюй на своём дне рождении. На корабле. Горячая была ночка. Сми не утихали почти месяц. - Ааа, вы чайный принц из Тайланда. Припоминаю. – подметила Пак, не пытаясь скрыть своей надменности. Что ж, его она точно не ожидала здесь встретить. - С вами, кажется, была еще сестра. - Лиса тоже здесь, - парень оглянулся назад, кивая в сторону блондинки в компании нескольких парней. Йери прокрутила воспоминания их первой встречи и хмыкнула, подмечая, что близнецы притягивают взгляд лишь когда стоят рядом друг с другом. На корабле от них трудно было увести зачарованный взгляд; здесь же, находясь по отдельности – каждый сливался с толпой вместе с остальными и терял свою особенность. Таец что-то принялся говорить, но девушка слушала его в полуха: ведущий хоть и вещал на китайском, но это не помешало ей разобрать имя матери в его речи. - Что он только что сказал? – монолог парня без зазрения совести был перебит вопросом, от чего Суттокан по началу растерялся. – Про Ли Джой. Что он сказал? - Ааа, вы про это… Ли Джой является одним из спонсоров этого проекта, но в силу семейных обстоятельств вынуждена отсутствовать на вечере. В Китае ее нет. Сердце ухнуло, казалось, в пятки. Услышанное прозвучало как гром среди ясного неба. Весь карнавал коту под хвост. Уже приземляясь в Сеуле, Пак безэмоционально выдвигалась в сторону выхода из аэропорта. Лукас остался в Пекине, ссылаясь на то, что у него были еще кое-какие дела. Перед отлетом Йери поблагодарила новых знакомых, которые пришли проводить ее, за душевные вечера, проведенные под сводом Поднебесной: обняла Юци, понимая, что больше не испытывает к ней обиды, пожала руку Ян Яну и кивнула Юкхэю, после чего скрылась в самолете. В Сеуле было пасмурно, от чего на душе становилось еще гаже. Резиденция Тигра встретила ее гробовой тишиной, пустотой и холодом. Так хотелось вернуть прошлое тепло: крепко обнять отца, услышать забавные байки Бэка, отведать приготовленную Ченом еду, вляпаться с Сыченом в очередную передрягу по ее глупости, и услышать нотации Тао, наставляющих на путь истинный. Да, несмотря на произошедшее и утаенную правду, она успела соскучиться по своей семье. - Кто-нибудь есть дома? – в ответ снова была тишина, пока через минуту на встречу к ней не вышел Бэкхен. Мужчина ничуть не удивился прибытию Йери в родной дом. - Иди сюда, с тобой кое-кто хочет познакомиться, - мягко произнес он, приглашая Пак в гостиную. Девушка неуверенно сделала шаг вперед, гадая, кому ее могут представить. Войдя, она разглядела женскую фигуру, сидящую к ней спиной. Услыхав посторонние шаги, все, включая ее отца, который тоже присутствовал в комнате, развернулись в сторону Бэка и Йери. Последняя замерла, осознавая, что то лицо, которое она искала среди сотни других, сейчас перед ней. – Познакомься, детка, это Ли Джой – твоя мама.