🤦Не с той ноги

Шум поднялся невообразимый. Председатель суда стучал молотком, кто-то на трибунах кричал, а свидетель обвинения попросту завис. Северус ожидал худшего, но его не смогли обвинить даже в совращении несовершеннолетней. Видимо, какому-то божеству было угодно его спасти. «Согласно закону номер пятьсот двадцать два, подпункт А… с шестнадцати лет, по обоюдному согласию…» Снейп открыл глаза, прогоняя туманную дымку воспоминания. Он сидел в своём доме, в Паучьем тупике, и пустым взглядом пялился в холодный чёрный камин. Всё ещё не мог поверить в произошедшее. Волдеморт мёртв. Гермиона жива. А сам он…свободен? А зачем? Куда ему столько времени? В тридцать лет хочется ни черта не делать и получать за это деньги. В двадцать пять — быть большим начальником, чтобы все уважали и никто не трогал. В двадцать мечтаешь о большой любви и регулярном сексе, а в шестнадцать… В шестнадцать ещё вся жизнь впереди. Вот только Северусу было слегка за тридцать пять. И в этом возрасте бывшему шпиону не хотелось уже ничего. Деньги? Скучно. Пройденный этап. Авторитет? Более чем достаточно. Титула Грозы Подземелий хватало, но теперь, после вчерашних признаний в шпионаже, может, и Орден Мерлина дадут. Секс? О, да. Спасибо коллегам по Тёмнолордовской деятельности. Как-то не хочется. Любовь… Качнувшись, Северус поднялся со своего кресла и подошёл к старому зеркалу в бронзовой оправе. Широким жестом смахнул пыль и стряхнул ладонь. В отражении на него уставился хмурый человек с жёсткой складкой между бровями. — На кой тебе любовь? — негромко пробормотал Снейп. Шёпот памяти лёгким ветром пронёсся по комнате и осел в голове. «Я её люблю…» Мужчина в зеркале вздрогнул. Сыворотка правды не даёт соврать. На секунду прикрыв глаза, Северус медленно выдохнул. Под закрытыми веками мелькнул хрупкий образ. Карие глаза, каштановые кудри, острые коленки… Нет. Он — взрослый, зрелый мужчина, который годится ей в отцы. Она — молодая девчонка, мимолётно пожелавшая забыться в его объятиях. Студентка. «Чёрт, совсем забыл!..» Северус схватился за голову и отошёл от зеркала. Его мысли лихорадочно заметались, переплелись и, наконец, споткнулись друг о друга, остановившись. «Она же была студенткой». Да, по закону можно. А по уставу Хогвартса — нет. Его уволят… Впрочем, нет! Он сам уволится. Северус взмахнул палочкой, призывая перо и пергамент. Он вывел строки так быстро, будто держал их в голове уже очень, очень давно. Свернул, упаковал в конверт, подозвал старую хмурую сову, дремавшую на деревянном насесте. Привычным жестом привязал послание, молча отправил птицу и рухнул в потрёпанное кресло. Лучше сделать это своими руками, чем ждать письмо от Минервы. И искать новую работу. Где, ну где, Мерлин побери этот мир, найти теперь нормальную работу?! Скандальное заседание суда попало во все газеты. «Ежедневный Пророк» разродился передовицей с крупным заголовком: «Беспредел в Хогвартсе! Кто воспитывает наших детей?». Под заголовком шла длинная статья с цитатами из протокола суда и с колдографией побледневшего Снейпа. Его губы шептали те самые слова. «Я её люблю…» Драко привычным жестом перегнул газету пополам и отложил её на край стола. Совсем не по-аристократически уронил голову на руки, тихо зарычал, затем рывком подскочил с кресла, чуть не сбив стопку важных документов, и принялся шагами мерить кабинет. — Любит… Любит он её, как же! — заложив руки за спину, он пересёк расстояние до дивана. Упал на упругую кожу, усталым жестом потёр щеку и негромко позвал: — Прикси! С лёгким хлопком в комнате возник домовой эльф в белоснежной простыне. — Хозяин звал Прикси… — Принеси мне огневиски и стакан. — Да, сэр. Домовик с поклоном исчез, чтобы тут же появиться снова. Драко плеснул янтарной жидкости в стакан и поставил бутылку на низкий столик перед собой. Пить с утра — не лучшая мысль, но жена сейчас у целителя в Мунго, отец сидит в Азкабане, а мать уехала во Францию. Никто ничего не скажет. Вот Гермиона бы высказалась, но её здесь нет… Интересно, где она сейчас?.. Впрочем, нет. Не интересно. Привычно взболтнув бокал, Драко пригубил напиток и поморщился. Огневиски прокатилось по горлу обжигающей волной. В голову мягко стукнул хмель. Когда всё покатилось к чёрту? Как это случилось и почему? Драко прокрутил на пальце фамильный перстень-печатку. Гермиона в его голове нежилась на песчаном пляже Сиднея, в белоснежном купальнике и с бокалом в руках. Голубые волны щекотали тонкие ножки. Скоро, очень скоро к ней присоединится оправданный Снейп…какого же лохматого Мерлина она в нём нашла?! Широкий замах руки — и вот огневиски полетело в стену, бокал разбился. Громкий звон рассёк и раскрыл что-то важное внутри Драко. Что-то долго сдерживаемое, и потому горячее. У него болело в груди — там, где болеть не должно, где всё было здорово до того проклятого дня, когда шляпа отправила в Слизерин девчонку по фамилии Грейнджер. За дверью раздались торопливые шаги. Драко чертыхнулся и вскочил. — Эскуро! Напиток исчез, но осколки остались. Тяжёлая дверь медленно открылась, и порог кабинета переступила молодая леди Малфой, в быту — Астория. Хрупкая, в тёмно-синей мантии и с высокой причёской, она являла собой образец аристократических манер и вкуса. Да только на черта сейчас Драко этот вкус, если та единственная, чьи губы пахли для него Амортенцией, сбежала в Австралию? — Ты рано, — голос Драко был груб, он даже не попытался придать ему бархата. — Что-то случилось? — Да. — Астория медленно подошла и опустилась в кресло, в котором пару минут назад сидел хозяин кабинета. Её взгляд скользнул по газете и метнулся к лицу супруга. Драко сидел с абсолютно каменным выражением, но блестящие осколки стекла у стены выдавали его с головой. — Случилось. Ноздри её затрепетали, и Драко понял, что она почувствовала запах алкоголя. Какая-то досада присоединилась к его коктейлю чувств. Обида, боль, безразличие… Да пошло оно! Вот ещё перед женой он не отчитывался! — Ну так рассказывай, что там у тебя, — Драко нервно потёр переносицу и потянулся за бутылкой. Вспомнил, что стакан разбит, поморщился. Посмотрел на жену — та поджала губы. — Что, брезгуешь, дорогая? — хриплый злой голос отдавал сталью. — Аристократское нутро не позволяет общаться с выпившим мужем? С каким-то яростным азартом Драко посмотрел на жену и поднёс бутылку к губам. Интересно, как она отреагирует, если он напьётся прямо так, из горла, да в её присутствии? Нет, он не планировал пить — просто хотел увидеть её реакцию. Из спортивного интереса. Довести её злость до пика… Астория подскочила на ноги. — Уже уходишь? — хохотнул Драко. — Видимо, у тебя ничего серьёзного. Просто потрепаться зашла? Так, может, присядешь ко мне? Я поделюсь! — и он отсалютовал жене бутылкой. Она прошествовала мимо и обернулась в дверях. В её голосе откуда-то поселился иней. — Мне нельзя. Я жду ребёнка. И вышла. Драко сам не заметил, как поднёс бутылку к губам и сделал крупный глоток отчего-то безвкусной жидкости. Минерва прислала сухое письмо с сожалением о том, что «Хогвартс потерял исключительного преподавателя, декана и коллегу» в лице Снейпа. Его заявление об увольнении, впрочем, подписала. Ознакомившись с этим завуалированным хамством, Северус только хмыкнул и продолжил поиск работы. Он пока ещё не понимал своих перспектив и надеялся на лучшее. Всё, что связано с обучением детей, отпадало. В Мунго сообщили, что вакансий нет. Тот же ответ пришёл из Министерства, пары магазинов и трёх аптекарских лавок. И, наверное, дело было даже не в статьях назойливых журналистов, потому что Снейпа всё-таки оправдали, а в том, о чём угрюмый зельевар никогда не позволял себе думать: большинство работодателей его недолюбливали, остальные — попросту боялись. Среди вчерашних школьников, их родителей и друзей не было никого, кто захотел бы работать со Снейпом. Он, всю жизнь нарабатывавший себе репутацию Ужаса Подземелий, своего добился. И нельзя сказать, что сейчас ему это было на руку. Перебрав все варианты, Северус пришёл к мысли, что деваться-то некуда. Никогда не имевший крупных сбережений, привычный к ежедневной работе, он понятия не имел, что теперь делать. Два года в сторожке и одно громкое заседание суда оставили его без работы и без денег. Скромные сбережения подходили к концу, работа нужна была прямо сейчас, и Северус, сжав зубы и встав на колени, зачерпнул пригоршню Летучего пороха. Ярко-зелёное пламя с весёлым шипением поприветствовало сердитого мага. — Малфой-Мэнор. Сидеть перед низеньким старым камином было неудобно, к тому же, Драко в комнате не было. — Драко! — негромко позвал Северус. Никакой реакции. — Драко! — чуть громче. Вместо ответа откуда-то справа послышался тихий стук каблуков. Неслышно открылась дверь, и в комнату вошла Астория. При виде гостя на её лице промелькнула тень, но воспитание не позволило ей, потомственной аристократке, высказать своё негодование. Вместо этого она остановилась напротив торчащей из камина головы и негромко поздоровалась. Северус помнил, что она всегда была тихой девочкой, но сегодня ему показалось, что в глубине её молчания прячется какая-то проблема. — Добрый день, миссис Малфой. Скажите, могу я увидеть Драко? — Проходите, — она махнула рукой. — Он в кабинете. Северус вздохнул и вышел из камина. Ему хотелось бы обсудить всё вот так, заочно. Чтобы у молодого Малфоя не возникло случайного желания проклясть бывшего соперника. Откровенно говоря, Северус был не вправе просить крестника об услуге. Но идти больше было некуда. Если ему откажут и здесь, можно ложиться и помирать с голоду. Астория задумчиво кивнула своим мыслям, затем вдруг пошатнулась и опустилась в кресло. Снейп заметил и ухватился за это как за повод отсрочить неизбежное. — Миссис Малфой, могу ли я поинтересоваться вашим самочувствием? Она подняла на него глаза. — Всё так плохо, да? — Астория предупреждающе подняла руку. — Не отвечайте, я и сама знаю, что плохо. Северус стушевался. Такой реакции он не ожидал. — Я…могу чем-нибудь помочь? — Вряд ли. А впрочем… Да, наверное, можете. — Астория неосознанно коснулась рукой живота и продолжила, уже увереннее. — Мне скоро понадобятся зелья. Не так много, конечно, но я бы хотела быть уверенной в их качестве. Возможно, вы захотите подработать... Северус чуть наклонил голову. — Какого рода зелья? — Витаминное, укрепляющее, возможно, умиротворяющий бальзам… Точнее пока сказать не могу. — Хм… — зельевар улыбнулся краем губ. — Судя по всему, вас можно поздравить? Астория тяжело вздохнула, и её собеседник вопросительно вскинул бровь. Невысказанный вопрос повис в воздухе, но миссис Малфой не захотела на него отвечать. — Да, пожалуй. Так что, вы обдумаете моё предложение? — Тут и думать нечего, — хмыкнул Северус. — Я согласен. Никто не услышал, когда в комнате появился Драко. Для выпившего полбутылки огневиски он подкрался на удивление тихо и сейчас буравил взглядом своего бывшего декана. Предыдущего разговора он, по всей видимости, не слышал. — Согласен на что?! Астория попыталась что-то ответить, но молниеносное Силенцио не позволило ей вклиниться в ситуацию. Драко держал палочку наготове, и Северус замер под её прицелом. — Подожди, Драко… — Дай мне повод, — рука Малфоя была напряжена, а голос был похож на лезвие топора. — Просто дай мне повод, Северус. Ты не представляешь, как я сейчас хочу тебя убить.