Страшная тайна

На следующее утро я проснулась с твердым убеждением, что вчерашний день мне приснился. Да, на самом деле меня просто забрали в другой детдом, а я так не хотела туда, что придумала себе сказку про волшебство… Окончательно убедив себя, что мне все приснилось, я открыла глаза. Первое, что я увидела – это моя волшебная палочка, лежащая на тумбочке, и гора книг около кровати. Меня переполнила радость. Так значит, все это правда! Я вскочила с кровати и стала кружить по комнате, обнимаясь со всем, что попадало мне под руку, и больше всего – со своей волшебной палочкой – хотя я ее вообще из рук не выпускала, мне казалось, что если я отвернусь, то ее у меня кто-нибудь заберет или похитит, хотя МакГонагалл вчера сказала мне, что в волшебном мире палочка, полученная незаконно, не будет иметь силы, к тому же моя палочка очень преданна мне. Через полчаса я наконец собралась для похода в Косой переулок. Спустившись вниз, я увидела Тома, который, заметив меня, показал мне рукой, чтобы я подошла. - Здравствуйте, мистер Том. – сказала я. Он кивнул. - Доброе утро, Габриела, что ты будешь есть? – спросил он меня. Я растерялась (сказать по правде, я до этого вообще не думала о еде, но после вопроса трактирщика мой организм вдруг вспомнил, что не ел со вчерашнего утра, и я почувствовала сильный голод). - Я не привередливая, мистер Том, съем все, что вы мне дадите, – улыбнулась я. – Вот только у меня совсем нет денег… - Ну что за глупости ты говоришь! Ты что думаешь, я оставлю ребенка голодным только за то, что у него нет денег?! – С оскорбленным видом спросил он. – Тем более, - тут он лукаво улыбнулся, - Ты что думаешь, Минерва совсем не оставила тебе денег? Она дала мне сумму, вполне достаточную для твоего месячного содержания. Так что если тебе вдруг понадобятся деньги, обращайся. – Сказал мистер Том, ставя передо мной тарелку с завтраком. Я тут же набросилась на еду. Когда я наелась, я сказала: - Спасибо, мистер Том, - наверное, такими бывают дедушки… - Я хотела сегодня снова сходить в Косой переулок, можно? - Конечно, - слегка удивился трактирщик. – Тебе нужна моя помощь? - Я не знаю… Профессор МакГонагалл объясняла мне вчера, как открыть арку, поэтому, думаю, я справлюсь, - я постаралась улыбнуться как можно дружелюбней. По какому кирпичику нужно постучать я помнила очень хорошо, к тому же мне не хотелось что бы он видел, что я направляюсь в «Гринготтс». Если я права и там действительно есть деньги, доставшиеся мне от мамы, то я буду рада. А если МакГонагалл права – что ж, у меня никогда раньше не было денег, поэтому я как-нибудь и без них справлюсь. Пройдя в арку я снова оказалась мире волшебников. Людей тут было еще больше, чем вчера, в основном все с детьми моего возраста или чуть старше. Я подошла к ближайшему ко мне человеку и спросила: - Извините, не подскажете, где здесь «Гринготтс»? Мы с матерью договорились пойти туда, но я отстала. А она у меня очень невнимательна, что меня нет, заметит только в банке. – Мужчина, к которому я обратилась, с недоумением посмотрел на меня. У него были рыжие волосы и голубые глаза. Одет он был достаточно бедно. Рядом с ним я заметила еще несколько рыжих голов – они принадлежали четырем мальчишкам и девочке, по виду чуть-чуть младше меня. Сейчас все они старательно делали вид, что им ничего неинтересно, но их выдавали глаза. - Эмм… - протянул мужчина. Потом перевел взгляд на детей. – Фред, Джордж, вы не могли бы проводить мисс до банка? - Конечно! – Хором воскликнули два мальчика, как две капли воды похожие друг на друга, и рассмеялись. Потом весело подмигнули мне, и взяв меня с двух сторон под локти, потащили куда-то вперед. Мальчики выглядели старше меня года на два. Уходя, я краем глаза заметила, что мужчина неодобрительно качает головой. На последок он крикнул: - Встретимся во «Флориш и Блоттс»! И чтобы без фокусов! - Хорошо, пап! – Хором протянули близнецы. – Не волнуйся! *** Банк находился, видимо, где-то очень далеко, поскольку мы прошли уже очень многие магазины, в которых мы были вчера с профессором. Наконец мы остановились. - А вот и «Гринготтс», - объявил один из близнецов. Мы находились перед белоснежным зданием. У отполированных до блеска дверей в алой с золотом униформе стоял… - Кто это? – Спросила я у мальчиков. - О, это гоблин. В этом банке гоблины всем заправляют. - Ага, тут наш брат работает, он нам рассказывал. - Ясно… Спасибо за помощь, - я смущенно улыбнулась. Было неловко, мальчики меня проводили, а мне даже не чем было их отблагодарить. Близнецы ободряюще подмигнули и пошли в сторону, от куда мы пришли только что. Да, мы, кажется, проходили мимо книжного, когда шли сюда. Надо будет потом зайти туда, может, они еще не уйдут из магазина к тому времени… Два гоблина настороженно встретили меня, когда я прошла сквозь серебряные двери и оказалась в огромном мраморном холле. На высоких стульях за длинной стойкой сидела еще сотня гоблинов — они делали записи в больших гроссбухах, взвешивали монеты на медных весах, с помощью луп изучали драгоценные камни. Из холла вело огромное количество дверей, — другие гоблины впускали и выпускали через них людей. Я подошла к стойке. — Доброе утро, — обратилась я к свободному гоблину. Тот недоуменно посмотрел на меня. Видимо, ему нечасто приходится видеть одиннадцатилетних девочек одних, без родителей, в таком месте. Тем не менее, этот гоблин довольно быстро собрался - Чем могу помочь, мисс? – вежливо спросил он. Создавалось ощущение, что он решил, что я или заблудилась или просто решила пошутить. Я сняла маленький золотой ключик и протянула его гоблину. Тот, снова удивившись, взял его, - Так от чьего сейфа этот ключ? – Спросил гоблин, внимательно оглядевший маленькую вещицу со всех сторон. - Ну… - протянула я. Ну и что ему сказать? В общем, я решила сказать правду. – На самом деле, сэр, я не знаю. Понимаете, раньше он принадлежал моей матери, Ванессе Ричардсон, но сейчас… - Ванесса Ричардсон… ее же убили во время войны, так? – Я кивнула, хотя от этих слов внутри все сжалось. – Тогда ее сейф сейчас принадлежит вам, как единственной родственнице. Сейчас вас отведут вниз к вашему сейфу. Кровняк! Кровняк тоже был гоблином. Он взял ключ и мы с ним пошли к одной из дверей. Когда мы подошли, гоблин открыл передо мной дверь. Я была слега разочарована открывшимся передо мной видом. Мрамора тут больше не было. Мы стояли в узком каменном коридоре, освещенном горящими факелами. Дорога круто уходила вниз, на полу были тоненькие рельсы. Кровняк свистнул, и к нам с лязгом подкатила маленькая тележка. Мы забрались внутрь и поехали. Сначала мы неслись сквозь лабиринт петляющих коридоров. Я пыталась запомнить дорогу, но вскоре оставила это бесполезное занятие. Казалось, дребезжащая тележка сама знает дорогу, потому что гоблин ею не управлял. Наконец тележка остановилась перед маленькой дверью в стене. Я с трудом вылезла из тележки, ноги отказывались меня слушать. Кровняк отпер дверь. Изнутри вырвалось облако зеленого дыма, а когда оно рассеялось, я удивленно ахнула. Внутри были кучи золотых монет. Колонны серебряных. Горы маленьких бронзовых монеток. - Это что, все мое? – Удивленно спросила я у гоблина, не отрывая взгляда от сокровищ. Я зашла в сейф и взяла по чуть-чуть из каждой кучи. Но было кое-что, что меня немного смущало: - Ээ… извините, а вы не могли бы сказать мне, что это за деньги? – нерешительно спросила я. Монеты совсем не были похожи на обычные, поэтому я не знала даже, как они называются. Хоть гоблин выглядел не очень разговорчивым, он все-таки ответил мне. — Золотые — это галлеоны, — пояснил он. — Один галлеон — это семнадцать серебряных сиклей, а один сикль — двадцать девять кнатов, это просто. Но я посоветовал бы тебе взять немного больше денег. Поблагодарив гоблина, я набрала еще галлеонов и сиклей. Поднимались вверх мы на той же тележке. Еще одна бешеная гонка – и вот я уже на улице у банка, щурясь от солнечного света. Сейчас у меня в руках было целое состояние, больше, чем за всю мою жизнь, и поэтому я без конца твердила себе: «Не тратить, не тратить, не тратить!». Потом, решив что без нескольких монет моя сумка станет легче, я пошла по косому переулку в сторону «Дырявого котла», с любопытством глядя по сторонам. Вчера времени на это не было совсем, так как профессор неслась вперед с огромной скоростью и все мое внимание уходило на то, что бы не отставать, поэтому те магазины, в которых мы не были, я видела, можно сказать, впервые. Я прошла мимо магазина с метлами, где у прилавка толпились дети, разглядывающие метлу на витрине. Я прочитала название на табличке: «Нимбус -2000, самая быстрая метла в мире.», потом прошла мимо мрачного на вид магазина, из которого доносилось тихое уханье. «Торговый центр „Совы“. Неясыти обыкновенные, сипухи, ушастые и полярные совы» — прочитала я. Наконец я увидела то, что искала – магазин «Флориш и Блоттс». Рыжего семейства здесь уже не было, но я даже не заметила этого, настолько тут было интересно. Будь моя воля, я осталась бы здесь жить. Чего тут только не было! Книги о травах, о порчах, о зельях, заклинаниях, трансфигурации, книги по бытовой магии, по боевой магии, по стихийной магии! Несмотря на огромный выбор, от которого у меня разбегались глаза, я купила мало книг. Меня интересовало кто такой Волан-де-Морт, но когда я попросила продавщицу помочь мне, она так испугалась этого имени, что бесплатно дала мне целых две книги: «Развитие и упадок темных искусств» и «Современная история магии». Также я взяла книгу «История Хогвартса». Причем в конце был список всех преподавателей, которые когда-либо преподавали в школе, вплоть до этого года. Продавщица объяснила мне, что список – магический, обновляется первого августа каждого года. Список был разбит на разделы по предметам, под каждым предметом было имя учителя и годы его работы в «Хогвартсе». Причем зеленым цветом были отмечены все, кто сейчас работал в школе, красным – кто уволился, но сейчас жив (такая фамилия была только одна – Гораций Слизнорт), а черным – те, кто уже умерли. Вдруг мой взгляд, бессмысленно блуждающий по листку, наткнулся на какую-то знакомую фамилию. Снейп. Под «Зельеварением» зеленым цветом был отмечен Северус Снейп. Я рассматривала эту строчку так долго, словно надеялась, что буквы вдруг изменятся, превратятся в другое имя, но они упорно оставались на месте. Да, похоже, встреча с отцом будет раньше, чем я планировала, с грустью подумала я. Ехать в школу как-то сразу расхотелось, но я приказала себе собраться, не хватало еще убиваться из-за какого-то там… отца. - Мисс, что с вами, вам плохо? – Послышался надо мной взволнованный голос продавщицы. - Нет, что вы, мисс. Извините, а вы не могли бы дать мне что-нибудь по зельеварению? – спросила я. – Не из школьной программы, но чтобы перекликалось. - Да, конечно, - с этими словами она протянула мне книгу «Альтернативные способы приготовления зелий. Совместимость и свойства компонентов.». Поблагодарив женщину, я взяла все выбранные ранее книги. Оплатив их, я вышла из магазина. К сожалению, заклинания, которое вчера использовала МакГонагалл, я не знала, поэтому все книги приходилось нести в руках. Потом, я, правда, догадалась положить их в сумку; идти сразу же стало легче. Я стала просто наслаждаться летним днем, который сегодня выдался удивительно теплым и солнечным. На душе было легко и спокойно. Я купила себе мороженное и просто гуляла по косому переулку, слушая разговоры вокруг. Так я узнала, что Волан-де-Морта все боятся и говорят «Сами-Знаете-Кто», что директором «Хогвартса» является сам Альбус Дамблдор (кажется, его профессор МакГонагалл называла старым интриганом), также я несколько раз слышала слово «Квиддич», но что оно значит, я так и не поняла. Кажется, это какая-то игра для волшебников. Наконец мне надоело просто так шататься по улице, тем более что желание купить какую-нибудь чушь все увеличивалось, и игнорировать его было все сложнее. Хотя я все-таки купила себе красивый новый кошелек (но правда «старого» кошелька у меня раньше не было, по причине полного отсутствия денег), также я неведомым образом нашла здесь перьевую ручку – профессор МакГонагалл «обрадовала» меня тем, что писать мы в школе будем перьями. Вместе с ручкой я купила еще несколько свитков, чернила разных цветов и чернила, изменяющие цвет по желанию того, кто будет ими писать. Я решила, что когда приду в «Котел», надо будет потренироваться писать чернилами и пером, потому что ручка – это все равно не выход, да и мне самой было интересно попробовать. Теперь моя сумка была набита под завязку – книги, перья, чернила – все это было уже не спрятать в сумке. Поэтому когда я проходила мимо мистера Тома, я очень волновалась. Нет, если он спросит, я конечно расскажу ему и о деньгах и о том, что МакГонагалл мне вчера не поверила, но вдруг он потребует все вернуть? Но на мое счастье, трактирщик был занят посетителем, поэтому не стал внимательно меня оглядывать, просто кивнул на мой взгляд, показывая, что он меня видел, и крикнул кому-то, что бы мне принесли обед. «Странно, это же вроде бар, а не кафе, откуда здесь повара?» - мельком подумалось мне, когда я поднималась по лестнице. «Ну да ладно, не важно…» Поднявшись, я сразу же вытащила все из сумки. Пока я думала, с чего начать мое погружение в мир магии, обед уже приготовили, и принесли его прямо мне в комнату. После обеда я поймала себя на мысли, что мне не очень-то хочется уезжать отсюда. Но я выбросила эти мысли из головы; все равно мне тут еще целый месяц жить… Все книги, которые я купила, были невероятно интересными. Я читала их круглыми сутками, прерываясь только на сон, еду и другие физиологические потребности организма, которые, кстати, меня заставляли делать, так как самой сил оторваться от книг у меня не было. У меня с детства была идеальная память, поэтому всю прочитанную информацию я мгновенно запоминала. Также я несколько раз пыталась колдовать, и у меня даже получалось, но потом мистер Том увидел и запретил мне даже прикасаться к палочке. - Нельзя колдовать вне стен школы, ты еще несовершеннолетняя, - рассерженно сказал он. - Вот исполнится тебе семнадцать, тогда – пожалуйста, а сейчас – даже думать забудь. Также я с интересом читала книги по зельеварению. Вначале я через силу заставляла себя читать, так как мне не хотелось позориться перед своим отцом, но потом я так увлеклась, что остаток месяца прошел совершенно неожиданно. В книге, что дала мне продавец, почти не было зелий из учебника, поэтому я сама стала составлять для них альтернативные формулы, позволяющие сократить время приготовления зелья или увеличивающие его эффективность. В этом мне очень помог раздел «Совместимость и свойства компонентов», из купленной мной книги. Правда, практически я еще ни разу не пробовала ничего приготовить: боялась, что что-нибудь может случиться или что узнает трактирщик – он сказал называть его «Дядя Том», и сейчас я действительно относилась к нему как к дяде. Он рассказывал мне про мою маму, про «Хогвартс», про учителей, про предметы, про правила и традиции магического мира, а я так и не смогла рассказать ничего о себе, даже кто мой отец не сказала, хотя дядя Том, кажется, и сам уже догадался. В общем, несмотря на то, что я почти не выходила из комнаты в течение месяца, скучно мне не было. Вообще, кроме походов в косой переулок, на улицу я больше вообще не выходила, и лишь изредка спускалась в большой зал, где беседовала с кем-нибудь из постояльцев. Они рассказывали мне последние новости из мира магии. «Поттер, ты представляешь, сам Гарри Поттер едет учиться в «Хогвартс»!» - говорили они. Потом долго рассказывали, кто это и что он сделал. Некоторые знали мою маму и с удовольствием рассказывали мне о ней. Я узнала, что она училась в Когтевране. Те, кто учился с ней на одном курсе, со смехом вспоминали, как «она гонялась за этим «Нюниусом», хотя он всю свою жизнь любил Лили Эванс, затем уже Поттер («Да, жаль бедняжку, ее ведь темный лорд убил». «Ага, а он даже не заступился, и все равно остался с ним». «А я на его месте попытался бы отомстить». «Да ну, он как был «Нюниусом», так им и остался».). Но моя мать любила Снейпа, даже когда он стал «пожирателем Смерти» (Правда, это они говорили уже с отвращением, было видно, что моего папочку они не очень-то любили). Тогда я как бы между прочим переводила разговор на Снейпа (который, собственно, ради него и затевался), и мне с превеликим удовольствием рассказывали, как над ним издевались в школе, как постепенно он стал общаться только с «пожирателями смерти». Рассказали, что потом он перешел на нашу сторону и Дамблдор принял его в школу преподавателем зельеварения. Иногда постояльцы шутили о Дамблдоре, «Хогвартсе», его основателях, о квиддиче, Потере, даже о темном лорде шутили (хоть и с опаской, и все равно называя его не иначе, как «Сам-Знаешь-Кто» или Тот-Кого-Нельзя-Называть. Меня это немного раздражало, но лезть в чужой монастырь со своим уставом не хотелось). Пару раз я прогуливалась до Косого переулка. Там я покупала в основном всякие сладости – в детском доме нам их редко давали, или просто гуляла, если была хорошая погода. Мне нравились «шоколадные лягушки» - шоколад я просто обожала, к тому же там были очень интересные карточки-вкладыши. Я даже начала собирать коллекцию из них. Так что к концу месяца я научилась вполне сносно писать пером, выучила рецепты всех зелий из учебника, могла поддержать разговор на почти любую тему, связанную с магией, кроме квиддича. Этот спорт мне не очень понравился, так как я с детства боюсь высоты, к тому же, летать на метле… Правда я узнала, что летать все равно придется, этот урок у нас в обязательной программе. Ну ничего, справлюсь как-нибудь. Тридцать первого августа я собрала все свои вещи в чемодан, который мне купила МакГонагалл в косом переулке, положила в рюкзак мантию, палочку и немного денег, а также мамино письмо. После долгих раздумий флейту подарила трактирщику на память. Кажется, он был тронут. Потом попросила дядю Тома разбудить меня пораньше, и в отличном настроении, уснула.