Один час

Тепло. Уютно. Никто не будит. Роскошное утро. Граф медленно открыл глаза и потянулся. — Доброе утро, Господин. Юноша повернул голову и с удивлением, нет со странной смесью недовольства и смущения обнаружил сбоку Себастьяна. Демон лежал, облокотившись на локоть, и внимательно смотрел ему в глаза. — Что ты… Точно. Мы вчера… Демон кивнул, подвинувшись ближе. Длинная прядь его волос приятно защекотала шею. Он смотрел настороженно, выжидательно. В этом взгляде не было и тени насмешки. Поразительно. — Да. Верно. Я должен извиниться, я повел себя так безрассудно и… Сиэль закатил глаза. Вот еще. Думать о том, что было вчера. Не сейчас. — Замолчи. Не порть мне утро. — Но мы должны поговорить об этом! Мальчик повернулся на бок и уткнулся в плечо мужчины. Себастьян пораженно замолчал. Ничего себе. — Обсудим это потом. Мы до сих на полу? — Да. — Понятно. Сиэль осторожно положил руку на плечо Себастьяна и довольно вздохнул. Вот еще чуть-чуть он полежит, потом встанет и будет наказывать — устраивать разборки дворецкому. Теплое дыхание демона, ровный стук его сердца… Почему именно вчера и сейчас все так изменилось? Сколько раз дворецкий был близко, но он не понимал, не чувствовал все так остро, как сейчас. Близко. Куда уж ближе. — Я… Больно? — мужчина отстранился и осторожно провел пальцем по засосам и укусам на шее мальчика. Сиэль хмыкнул и закрыл глаза. От его прикосновений все не просто болело. Эта мимолетная, саднящая боль отчего-то отзывалась внутри удовольствием, мурашками по телу. Демон хмыкнул, глядя на то, как судорожно сглотнул Сиэль от простого прикосновения. Неужели не он один тут мучается от желания касаться и чувствовать? — Всё в порядке. Давай полежим так еще немного. А потом я тебя убью. Ухмылка. Вот как. Ну раз он смертник, то почему бы не использовать право на последнее желание? Себастьян приподнялся и, мельком взглянув на лицо мальчика, осторожно поцеловал его в губы. Сиэль обвил руками его шею, ответив на поцелуй. Зачем? Он сам не знал. Так сладко… Странно чувствовать его язык у себя во рту. Как он осторожно щекочет небо, исследует его рот, как только угодно. В этот раз он не целовал жадно и страстно. Он был таким… Нежным. Нет, да разве можно такое слово применять по отношению к демону? — Что мы делаем? — Я откуда знаю? Но это пора прекращать. Пока мы опять не… Себастьян улыбнулся и поцеловал мальчика в висок. — Действительно лучше остановиться. Вы дурно на меня влияете, Господин. В прихожей что-то загрохотало. Себастьян не успел среагировать, как в гостиную буквально ворвалась Элизабет. — Паола, ты ничего не понимаешь, он будет просто счастлив! Элизабет повернулась к фортепиано. Отступила на шаг. Потом подошла ближе и опять отступила. Так и есть. За широкой спиной одетого в одну рубашку и брюки дворецкого угадывался до боли знакомый профиль. И хоть Сиэль тут же натянул плед до глаз, но кольцо на большом пальце выдавало его владельца. — Доброе утро, леди Элизабет. Разве вас не учили не вырваться в чужой дом без приглашения? — Ты… Он… Наблюдать за шоком Элизабет было истинным удовольствием. Блондинка рухнула на пол и обняла колени. — Что? Вы немного не вовремя, — так же учтиво добавил дворецкий. — Госпожа, вы… — Паола не входи! Я приказываю, я запрещаю тебе! — Разумно, что ещё сказать, — одобрил демон. Граф уткнулся в спину дворецкого. Он ничего не мог придумать. Ему внезапно захотелось провалиться под пол. Технически, это конечно было возможно, но лучше оставить это на самый крайний случай. Если конечно в его жизни когда-то будет что-то хуже этого. Что сказать? Что это случайность? Что этого больше не повторится? Глупо было даже думать о таком. Ни одной разумной мысли в голову, как назло, не приходило. — Элизабет… — осторожно начал граф, выглядывая из-за спины мужчины. Подтвердились все худшие опасения, девушка была вне себя раз даже не устраивала скандал, а просто холодно ждала объяснений. — Его ты так же холодно называешь? — язвительность в тоне невесты было не унять. — Лиззи, — еще мягче позвал граф и тут же обрек себя на дополнительный удар под дых. Себастьян искоса посмотрел на девушку. — Господин? Что будете делать? — Я… Я не знаю. Но будет глупо отрицать, что в этом нет моей вины. Элизабет сидела в другом углу комнаты, обняв колени, и с какой-то тоской смотрела на своего жениха. Ей было совершенно не по себе, злость быстро прошла, оставив после себя глухую тоску. Хотелось выть, кусать руки, в конце концов устроить истерику! Но удалось из себя выдавить короткое: — Ты меня предал. Сиэль мотнул головой, словно стряхивая с себя обвинения. Посмотрел на Себастьяна и поежился. Дворецкий стащил с себя рубашку и набросил поверх простыни на его плечи. Это выглядело так по-домашнему, тепло. Они понимали друг друга без слов. Сиэль, обычно отстраненный словно мертвец, по ошибке попавший в этот мир, выглядел настоящим, живым. Вот только смотрел он из-за спины чужого человека. И этот чужой нахально ухмылялся, глядя на её беду. Когда она упустила этот момент? Как давно это длилось? — Как можно предать дружбу… этим? Не думалось ли вам, миледи, что у человека могут быть физиологические потребности помимо жажды сна и пищи? Это… Досадная случайность. Я беру всю ответственность на себя. Просто граф оказался рядом в не то время и не в том месте. — Дружбу? — глупо переспросила маркиза, не сводя взгляда с того, как Сиэль застегивал на себе длинную мужскую рубашку. — Ну не любовь же. В вашем возрасте пора перестать принимать желаемое за действительность. — Откуда ты знаешь, Себастьян? Я и Сиэль… Он мой. Ясно тебе? Я не отдам его тебе! Блондинка резко встала, граф машинально поднялся вместе с дворецким. Элизабет отступила на несколько шагов назад, вытерла слезы рукавом платья. Вдох-выдох, ей нужно было успокоиться. — Заткнись, Себастьян! И тут маркиза увидела покрытую иссиня черными засосами-укусами шею юноши и в голове вспыхнула шальная, спасительная мысль. — Он заставил тебя, да? Он изнасиловал тебя! Мы позовем Скотланд-Ярд, и этот ублюдок сгниет в тюрьме. Я сама уничтожу его! Девушка резко повернулась на каблуках. В полах длинного пышного платья всегда были спрятаны две верные красавицы — шпаги. Дворецкий хмыкнул — реакция маркизы была восхитительной для человека, вот они — тренировки до кровавого пота с пяти лет. Элизабет взмахнула шпагой, как плетью, но на ее пути неожиданно появился граф. — Отойди. Фантомхайв вздохнул, голой рукой отвел острие шпаги от дворецкого. — Отойди, Сиэль! — на глазах появились слезы. Дворецкий положил руки на плечо юноши. — Она вас поранила. — Элизабет, все хорошо. Меня никто не заставлял. Все было по согласию, — глядя в глаза девушки, начал граф. Юноша практически чувствовал насколько было больно Элизабет, но к своему ужасу осознал, что ничем не может помочь. Он любил ее, как сестру, но ничего больше. — Ты несешь чушь! Это шок! — Успокойся, Элизабет. Все хорошо. Просто дыши. Блондинка изо всех сил дернула шпагу на себя и толкнула графа прямо на Себастьяна. Еще раз крутанувшись на каблуке, она легко приставила острие обеих шпаг прямо к шее дворецкого. Тяжело дыша, с легким оттенком превосходства она посмотрела в лицо мужчины, но тут же с ужасом ощутила дуло пистолета у своего виска. — Хватит! Элизабет, убери оружие и не делай того, о чем можешь пожалеть. — Ты не выстрелишь. Девушка посмотрела в глаза Сиэля, и страх ледяной хваткой схватил ее за горло. Это был не тот юноша, что несколько мгновений назад призывал ее успокоиться. И уж точно не тот, что выглядывал из-за спины Себастьяна, не решаясь посмотреть ей в глаза. Этого человека она боялась. Пустой взгляд убийцы, такой же, как и его дворецкого. — За что ты так со мной? Оружие выпало из ослабевших рук. Сиэль отдал в руки дворецкого пистолет. — Это случайность. Все хорошо. Давай забудем об этом, Лиззи. Тебе пора домой, мне тоже нужно все обдумать. Он говорил с ней, как с маленькой. Оставалось безвольно кивать в ответ, что она еще могла сделать? Наконец, маркиза подняла голову. Сиэль был спокоен, в одной руке он держал ее шпаги, пока другую ему перематывал дворецкий. — Я вас обоих ненавижу, — прошептала блондинка, забирая из рук графа свое оружие. Медленно развернувшись, она побрела к выходу. Из соседней комнаты раздался крик Паолы, раздраженный ответ маркизы и, наконец, хлопнула входная дверь. — Зачем вы заступились за меня? — Она могла отсечь тебе голову. Да, и… Уходи Себастьян. Оставь меня одного. Мне нужно подумать. Обо всем. Демон поправил повязку на руке юноши и, еще раз посмотрев, на него ушел. Граф рухнул в кресло. Голова раскалывалась от боли, он даже не чувствовал раны на руке. Что делать дальше? Ответа не было. И явно не будет в скором времени.