Идеально убитые чувства

      Флор ничком лежала на кровати и рыдала. Ее плечи так сотрясались от плача, что постель время от времени вздрагивала. Эмма сидела на коленях перед подругой и беспомощно гладила ту по волосам. Флоранс никак не реагировала на попытки Эммы утешить себя, сквозь истеричные всхлипы повторяя имя Дилана. — Пожалуйста, успокойся, дорогая, — бесполезно упрашивала Эмма, гадая, а не сбегать ли в аптеку за успокоительными. — Вы помиритесь, вот увидишь…       Внезапно Флор вскинула на нее красное зареванное лицо и выкрикнула: — Я все испортила, ты понимаешь?! Он теперь ко мне и на милю не подойдет! — Это не правда, ну что ты, — ласково уговаривала Эмма, — я уверена, что когда он проспится, он все переосмыслит и придет к тебе сам. — Если бы! — по щекам блондинки, не переставая текли слезы, — ну кому захочется постоянно подвергаться нападкам сумасшедшей истерички?! Нет, Эмма, я уверена, что все кончено… Какая же я дура!!!       Эмма вздохнула и замолчала. Она понимала, что Флор необходимо было выкричаться и выплеснуть из себя полученный негатив. Ей нужно переосмыслить произошедшее и здраво взглянуть на вещи, но сейчас в таком состоянии она не могла это сделать. Найт было очень стыдно за то, что в минуту боли своей подруги она ощущала себя счастливой, вспоминая прошедшую ночь с Эриком. Ее рука потянулась к шее, на которой Эрик застегнул свою цепочку. Девушка ласково коснулась пальцами тонкой полоски, прикрыв глаза. Всем своим существом она рвалась прочь из этой комнаты туда, где находился безраздельный властелин ее сердца. — Пойдем прогуляемся, — очевидно устав рыдать, Флор сипло прокашлялась и уткнула лицо в свежий носовой платок. — Мне надо подумать, как жить дальше.       Сказано это было таким тоном, словно Дилан, по большей мере, умер. Но Эмма ни слова не сказала, только согласно кивнула.       День перевалил за середину. Единственный выходной студентов медленно, но верно приближался к своему логическому завершению. Завтра вновь начинались занятия и театральные курсы, где Флоранс должна была пробоваться на роль Элизы Дулиттл. Девушка подумала, что находиться под пристальным взглядом Дилана, когда она начнет читать свои реплики, будет просто невыносимо. Сердце в груди болезненно сжалось, Флор поняла, что раздула из мухи огромного слона, впрочем, с ней такое случалось постоянно. Нормальная адекватная девушка, любящая подруга, сначала бы поговорила со своей половинкой, выяснила, почему он сбежал после секса, а потом бы уже закатила истерику с дракой. Но нет, надо было все испортить, а теперь сожалеть о содеянном.       Девушки молча плелись по мокрому тротуару студенческого городка. Разговаривать не хотелось. Воздух дышал тяжелой влажностью, которая испарялась с земли. Солнца видно не было под густым пуховым покрывалом низко висящих облаков, собирающихся в очередные угрожающие пролиться ливнем тучи. — Извини, что я накинулась на Харриса, — вдруг проговорила Флор, поворачиваясь к Эмме. Та дернулась и собралась было ответить, что Эрик тут совсем не при чем, но не успела. Флоранс неожиданно схватила ее за руку и уставилась в сторону внезапно расширившимися глазами. — Господи, это же, Чед?! Что с ним сделали?!       Эмма тут же повернулась и узрела идущего навстречу им друга, рядом с которым вышагивал незнакомый молодой человек. В глаза моментально бросился изрядно избитый фасад Мастерса. Эмма ощутила, что волна сострадания и жалости накрывает ее с головой. Девочки застыли на месте, во все глаза наблюдая за приближающимся парнем. — Черт, — выругался тот, когда разглядел гримасы на физах обеих подруг, и тут же резко предупредил: — Не надо истерик и жалостливых соплей, окей? — Что с тобой произошло? — пискнула Эмма, подходя к нему ближе и вглядываясь в синяки и ссадины. — Неважно, — поморщился Чед, отворачиваясь от нее и ощущая себя настоящим Квазимодо, только без горба. Проклятые Харрис и Клиболд в очередной раз опустили его в глазах этой волшебной девушки. Мастерса захлестнула волна жгучей ненависти к старшекурсникам. Если бы он мог, он свернул бы шеи обоим, избавив таким образом мир от двух зарвавшихся подонков. Ну ничего, ничего, еще ведь не вечер… — Как это неважно, Чед? — воскликнула и Флор. — Ты себя в зеркало видел? — Я только и занимаюсь этим весь сучий день! — огрызнулся Чед, а молчавший до этого его спутник вдруг выдал: — Да что ты покрываешь тех мудаков, друган? Расскажи им, кто по тебе потоптался, пусть знают, с кем связались! — Чед, кто это сделал? — нахмурилась Эмма, которой очень не понравились слова приятеля Мастерса. — Да блядь, — закатил тот подбитые глаза, — ну зачем ты, Эд? Словно у меня и так мало проблем?! — Короче, девочки, вашего друга избили Харрис и Клиболд, — безжалостно добил Эд. — Любуйтесь!       Эмма, зажав рот рукой, сдавленно охнула, а Флор так и вовсе закрыла лицо руками. Чед ощутил себя почему-то виноватым в том, что расстроило Эмму, и попытался было сгладить ситуацию: — Да забейте, девчат, ну нажрались парни, попался я им под руку… — Ты совсем ебанутый?! — закричала Флоранс. — А если бы они тебя убили?! Ты бы и с небес их оправдывал? — Я ему то же самое говорил, — ухмыльнулся Эд, и Чед ткнул его в бок.       На душе у Эммы стало очень паршиво. Сначала она отказала Чеду, когда тот признался ей в чувствах, а теперь ее парень его избил. За что, главное? Разве можно оправдать этот поступок тем, что ты был нетрезв?! Так это, наоборот, отягчающее обстоятельство. — Мне так жаль, прости, — прошептала она, нерешительно подошла к Чеду, положила руки ему на пояс и чуть прижалась щекой к его груди. Тот опешил, но затем, тепло улыбнувшись уголками разбитых губ, осторожно привлек Эмму к себе, подумав, что если бы для этого его снова отмудохали чуть ли не до комы, он бы без промедления согласился.

***

      Вечер опустился на землю стремительно и неотвратимо. Эмма оставила Флоранс в комнате, заснувшую от усталости и нервов, а сама целенаправленно шла к мужскому общежитию, пылая праведным гневом. Чувства чувствами, но так вести себя нельзя! Эмма намеревалась очень серьезно поговорить с Эриком и дать понять тому, чтобы тот оставил в покое Чеда раз и навсегда, и дружка своего двухметрового приструнил. Девушка бросила взгляд на часы, отметив, что парни уже должны были проспаться и быть в подобие адеквата.       Но свет в их комнате не горел. С упавшим сердцем, начиная волноваться, девушка подумала, что ребят нет на месте, и жуткие мысли ворвались в ее сознание. Где же они могут шариться до сих пор, все ли с ними в порядке, не попали ли они в беду? Гадая, что ей делать, Эмма запоздало вспомнила про телефон. Вытащив мобильник из кармана, она с трепетом набрала номер Харриса. Длинные гудки без ответа резали ее подобно обоюдоострому клинку — абонент не спешил брать трубку.       Наконец, очень заспанный недовольный голос Эрика вонзился в ухо Эммы, заставив ту облегченно выдохнуть. — Ну? — недружелюбно вопросил Харрис на том конце. — Эрик! Ты в порядке? — воскликнула девушка, напрочь растеряв весь свой пыл. — Нет, — в трубке вздохнули так тяжело, что ее сердце сжалось. — Что ты хотела? — Увидеть тебя, — обреченно прошептала Эмма, понимая, что действительно хочет этого больше всего. — Не самый лучший момент, — признался Харрис, и девушка неожиданно всхлипнула. — Бля, Эмс, только не разводи сырость, где ты? — Под вашим окном, — Эмма понимала, что выглядит, как больная фанатка, но ничего не могла с этим поделать. — Сейчас… — Эрик вздохнул, как столетний дед на завалинке, и отключился.       Через пару мгновений рама над головой Найт распахнулась, и из окна показался помятый парень. — Что ты тут делаешь? — по прежнему с неудовольствием осведомился он, растирая лицо ладонями. — Пришла петь мне серенады? — Пришла поговорить, — Эмма прокашлялась и поежилась от ветра. — Может, выйдешь? — Ну уж нет, — категорично отказался Харрис и протянул ей ладонь. — Давай руку, займемся альпинизмом.       Он крепко, до боли, обхватил узкую ладошку Эммы и потянул ее на себя, втащив девчонку на подоконник. Та и охнуть не успела, как оказалась в темной комнате парней. Запах сивухи бил в ноздри, и она поморщилась. На постели заворочался спящий Дилан, издав протяжный стон. — Ну что, налюбовалась? — хмуро осведомился Эрик, подходя к своей кровати и растягиваясь там. — Что за срочняк привел тебя сюда? — Сегодня я увидела Чеда… — нерешительно начала Эмма, а Эрик насторожился. — За что вы его так отделали? — Вот блядь, честное слово, я вырву ему язык, — Харрис вскочил на постели и сжал кулаки. — После того, как лишу глаз и ушей. — Эрик! — Эмма в страхе зажала рот рукой. — Что ты такое говоришь?! За что ты его так ненавидишь, ведь он не сделал тебе ничего плохого! — Этот выродок не такой, каким хочется казаться, — резко ответил Харрис. — А ты все ведешься на жалостливые сопли хитрого мудака. Ты реально не догоняешь, чего он добивается? — Нет, — беспомощно Эмма уставилась на все больше распаляющегося Эрика, — может ты введешь меня в курс дела? Так за что вы с Диланом его так избили? — Этот конченый урод всю ночь терся у нашей двери, пока мы с тобой тут забавлялись! — рявкнул парень. — Вдумайся в это, Эмма! Слушал, как ты стонешь, а исполняла свою партию ты очень громко.       Эмма покраснела до корней волос. Неужели это правда? — Еще и дрочил стопроцентно! — безжалостно добил Харрис. — Тебе нравится тот факт, что твой так называемый друг дрочил на тебя, пока ты трахалась со мной?       Эмма закрыла лицо руками. Боже, как было стыдно и противно… Но откуда Эрик это узнал? Нет, она больше не хотела распространяться на эту тему. Однако Эрик, как обычно, не считался ни с чьим мнением: — Дилан нашел его спящим у нашего порога. Не знаю, как тебе, но мне эта хуйня не понравилась. И Мастерс получил по заслугам, — он вскочил с кровати и подошел к замершей Эмме. — Эй, взгляни на меня, детка, — его голос стал ниже, и девушка отняла ладони от пылающего лица. — Не жалей этого идиота, ладно? Такое поведение прощать нельзя. Ты же понимаешь, что я прав?       Эмма неуверенно кивнула. Наверное, прав, но зачем было бить так жестко? Впрочем, девушка больше не решалась говорить об этом. Эрик положил руку на ее шею и притянул к себе, уткнувшись губами в ухо: — Ты моя, ясно? Об этом должен знать каждый, Эмма. И если надо, я разобью ебало любому, кто посмеет на тебя облизываться. Поверь, и сил и решимости мне хватит.       Эмма молча кивнула. В глубине разума она понимала, что это не есть правильно, но как же приятно было слышать горячее «Ты —моя» и знать, что принадлежишь только ему и душой и телом.

***

      Следующий день начался с того, что Флор подняла Эмму криками. Девушка разметалась по постели, ее лицо было все в слезах, она выкрикивала имя Дилана отчаянно и громко, и Эмма перепугалась, подумав, что у соседки припадок. Подскочив к подруге, Найт принялась изо всей силы трясти ту, чтобы разбудить. Флор, наконец, открыла глаза и с непониманием уставилась на Эмму, явно все еще балансируя на грани сна и яви. — Флоранс, ты не должна больше так мучить себя, — сказала Эмма, подумав: — «Ну и меня заодно!». — Тебе необходимо поговорить с Диланом, и сделать это нужно сегодня. Еще одну такую ночку я просто не перенесу.       Марсо отвернулась к стене, подложила под мокрую щеку ладошку и тихо заплакала. Наверное, Эмма была права, но как рассказать о том, что ей слишком страшно услышать от Дилана окончательное и категоричное «нет»?       Телефон Эммы неожиданно пиликнул. Озадаченно посмотрев на дисплей, девушка увидела смску от незнакомого абонента. Открыв сообщение, она с удивлением прочла: Привет, это Том. Не спрашивай, откуда у меня твой номер:) Ты можешь придти в обеденный перерыв в центральный холл? Мне очень-очень нужно поговорить с тобой. Я хочу попытаться все исправить, мне безумно стыдно за свое поведение. Только приходи, пожалуйста, одна, я побаиваюсь твоего агрессивного дружка. Очень жду, надеюсь и верю. — Что это такое? — недоуменно воскликнула Эмма, тряся телефоном перед собственным носом. — Он, похоже, преследует меня! — Ты о чем? — очень вяло и абсолютно без интереса спросила Флор. Эмма поняла, что она ничего же и не знает из того, что случилось ранее, поэтому, чтобы хоть немного отвлечь подругу, принялась в красках живописать непонятные поступки Тома. — Ну знаешь, судя по всему он хочет извиниться перед тобой. Я так думаю, — выдала Флоранс после рассказа Эммы. — Впрочем, решай сама, стоит тебе идти или нет… Я-то вот сегодня точно никуда не пойду. Не хочу никого ни видеть, ни слышать. Черт с ней, с ролью… — Флор глубоко вздохнула и провалилась в собственные гнетущие мысли: так оно всегда и бывает — рвется там, где тонко.       Эмма задумалась: а ведь действительно, если она не придет, то это будет очень невежливо, но с другой стороны девушка была сердита на Тома и его откровенный харассмент по отношению к ней. Взвесив в душе все за и против, Эмма поняла, что перевесило банальное любопытство.

***

      До самого обеда Эмма не встретила никого из друзей и знакомых. Ее взгляд блуждал по коридорам в поисках Эрика, который почему-то не отвечал на звонки — его телефон был недоступен, и она понятия не имела о его местонахождении. Этот факт несколько тревожил Эмму, и девушка подумала, что, скорее всего, ее красавчик банально отсыпается в комнате после вчерашних приключений. Решив, что вечером непременно проведает его, Эмма нерешительно направилась на встречу с Томом.       Центральный холл неожиданно оказался пуст. Эмма покрутила головой, в надежде отыскать Сноу, но увидела только мелькнувший вдалеке силуэт Виктории Дэвис, которая, почему-то с очень ехидной и злорадной усмешкой помахала ей рукой. Неожиданно Эмма испугалась, да так, что стало трудно дышать. Пожалев о том, что она вообще пришла сюда, девушка развернулась на выход, намереваясь найти Эрика прямо сейчас и все ему рассказать, но не успела. Из-за толстой колонны, подпирающей свод здания, выскользнул Том и преградил ей путь. — Привет, хорошо, что ты здесь, — проникновенно улыбаясь, высказался парень, медленно надвигаясь на побледневшую Эмму. Той очень не понравился непонятный лихорадочный огонек, горевший в светлых глазах. — Я… я не должна была, наверное, приходить, — залепетала девушка, которой все больше и больше было не по себе. Она хотела закричать от сковавшего ее ужаса, но не смогла. Плохое предчувствие сжимало горло тошнотворным спазмом, сковывая голос. — Что…что ты хотел? — Что с тобой, Эмма? — ласково спросил Том, приближаясь к ней все ближе и ближе. — Я тебя не съем, не бойся, хотя, признаюсь, мне очень хочется, — он сделал резкий шаг вперед, схватил охваченную паникой Эмму за плечи и резко прижал к стене. Затем решительно просунул колено между ног девушки, тем самым создавая двусмысленность ситуации.       Все так же тепло улыбаясь застывшей от шока и ужаса Эмме, Том осторожно приблизил лицо на довольно-таки опасное расстояние. Эмма лишь часто моргала, не в силах выдавить из себя ни звука. Глаза Тома изучающе прошлись по ее бледным, покрытым красноватыми пятнами щекам, а горячее дыхание опалило кожу. Девушка словно оказалась в клетке со львом, стояла ни жива, ни мертва, загнанная в угол, и беззвучно молила о пощаде, все еще не веря в то, что здесь сейчас произойдет.       Чед Мастерс осторожно выглянул из-за противоположной колонны. Увиденное им зрелище колкой болью отдалось в области груди. Как же он хотел сейчас оказаться на месте этого смазливого первокурсника и быть в такой же манящей близости от Эммы. Про себя попросив у той прощения, парень сдернул затвор с фотоаппарата и принялся щелкать кадры.       Неожиданно Том припал к губам Эммы и начал грубо требовать поцелуя. Девушка лишь сильнее стиснула зубы и, поджав искусанные губы, наконец, попыталась вырваться из крепких объятий парня. Не получив нужной реакции, Том обхватил ее шею и незаметно для объектива со злостью сжал загривок. Боль была такой сильной, что моментально отдалась через затылок по всей голове. Эмма вскрикнула, ее губы вынужденно приоткрылись. Язык Тома ворвался внутрь, жадно изучая рот девушки, от чего той хотелось опустошить желудок прямо здесь и сейчас. Собрав остатки храбрости, Эмма с силой прикусила парню язык, от чего он буквально отпрыгнул от нее, приложив руку ко рту. — Ах ты ж сука! — зашипел парень, бросая на Эмму колючий взгляд, затем снова приблизился к девушке, едва сдерживая желание наотмашь ударить ее за эту выходку, и, проведя рукой по волосам, сказал: — Это был неправильный выбор, малышка. Кто-то явно об это пожалеет.       Эмма оттолкнула его руку и, пытаясь не растерять остатки храбрости, едва ли не прожигала в парне дыру, борясь с накатившей мечтой вцепиться в холеное лицо ногтями и располосовать его до костей. Том едва слышно хмыкнул и, натянув на физиономию белоснежную улыбку, игриво подмигнул девушке, затем, развернувшись, направился к выходу из здания пружинистой походкой.       Мастерс аккуратно убрал фотоаппарат в сумку и, стараясь не попасться подруге на глаза, тихо начал отступать в противоположную сторону. Времени оставалось мало: ему необходимо успеть до конца сегодняшних занятий, пока комната Харриса и Клиболда пустовала. Они не должны узнать, кто будет отправителем волшебного пакета.

***

      Эрик за весь день так и не встретил Эмму. Его телефон оказался разряжен, и он остался без связи. Озадаченно размышляя, все ли в порядке с Эммой, он шел к общежитию с намерением переодеться, скинуть конспекты и разыскать девушку. Ощущая, как хочется прижать ее к себе, Харрис с усмешкой понял, что ужасно соскучился, а ведь прошло так мало времени. День без зеленых глаз тянулся, как ириска, Эрик даже толком не мог сосредоточиться на лекциях, вновь и вновь прокручивая в голове различные эпизоды, в которых он и Эмма были в главных ролях.       Комната пустовала, очевидно, Дилан пропадал в своей глупой театральной студии, выслушивая различные заунывные монологи псевдо-артистов. Эрик огляделся: в их комнате вроде бы все было, как всегда, и в то же время, как будто бы и нет. На глаза парню неожиданно попался серый бумажный пакет с каким-то таинственным содержимым. Озадаченно взяв его в руки, Эрик покрутил конверт, но никакого обратного адреса и того, кому он предназначался, не было. Сделав вывод, что раз нашел его на своем столе — то это ему, Харрис разорвал бумагу. Из конверта посыпались какие-то снимки, цветным ворохом разлетевшись по полу. Эрик наклонился и поднял один, вглядываясь в знакомые фигуры, слившиеся в страстном объятии.       От неожиданности он чуть не выронил фотографию, затем в его глазах стремительно потемнело, а сердце застучало так, словно кто-то со всех сторон долбил стены кувалдами. Сквозь ток крови, бросившейся в лицо, Эрик узнал Эмму, которую крепко прижимал к себе сопляк Том. Его нога, расположившаяся между ее бедер, его губы поверх ее, то как его рука зарылась ей в волосы, слегка запрокидывая голову назад — все это явно давало понять, что из Эрика делали влюблённого идиота. Теперь все встало на места, и было понятно, почему Том так настойчиво пробивался к девушке, а Эмма как бы «случайно» оказывалась возле него.       Эрик рефлекторно сжал кулак, где была фотография, превращая ее в скомканный изломанный шар. Медленно он посмотрел вниз, рассматривая калейдоскоп снимков, где было изображено одно и то же — факт предательства, измены и обмана. Харрис ощутил, как в груди сдавило так сильно, что стало просто нечем дышать. Пелена ярости полностью заслонила его сознание, и, оставив снимки валяться на полу, Эрик выскочил из комнаты вон, хлопнув дверью так, что та едва не слетела с петель.