Ярость Лиссы

Спальное место Артуру выделили на верхнем этаже одной из кроватей, нижнюю часть которой занимал Нино. Всего кроватей было три штуки, одну занимали Мартин и Вир, а Карлос и Нино устроились на нижних этажах остальных двух, так как никто из них не был готов забираться наверх. Деккерс между делом слышал, что Карлос, однажды попытавшийся забраться на верхний ярус, как-то повредил кровать своим весом, что теперь на ней нельзя спать. Сомневаться в этом не приходилось. Осточертел этот подвал. Пятна на стенах черт знает от чего. Эти электроды на голове, недоверчивые, унижающие взгляды, перешептывания на незнакомом языке, убийцы. Страха перед ними нет больше. Ничего не побуждает сбежать или безнадёжно пробовать давать им отпор, но и эмпатии к таким, как они, быть не может. В аптечке, как и каждый день, кроме всевозможных измерений, Жан мучал Артура логическими вопросами, заставлял решать школьные примеры. Кто он такой, чтобы... —Кстати... Ты что, правда жалеешь, что бесновался тогда?—Жан саркостично поднимает брови, вдруг вспомнив тот ужин. —Ни разу. —Lo sabía,—смеётся Жан,—Хотя актёр из тебя неплохой. Ладно, vámonos,—он кивком зовёт выйти,—Пора поработать. Артур не думал о том, чтобы отказать. Челюсть ещё болела. Так же, как и нос. И скулы. И ребра. Лицо только-только стало выглядеть более менее похожим на человеческое. Не хотелось бы снова вернуться к ссадинам и заплывшим глазам. Жан привёл его в спортзал. Окно плотно закрыто, ножниц нигде не видно. —Я проведу тебе тренировку. Потом, может быть, кто-то из парней тоже окажет тебе честь. Будем делать из тебя человека,—сурово проговорил Жан, скрестив руки на груди,—Бег я тебе обеспечить не могу, поэтому кардио будешь делать другое. —Мне нужно переодеться,—возразил Артур. Может, из-за брезгливости, может, чтобы потянуть время. —Можешь просто снять майку,—нетерпеливо произнёс Жан,—Как будто я увижу что-то лишнее. Последнее, очевидно, должно было быть смешным. —Ты не можешь вертеть мной как захочешь. Это аморально,—будто бы просто так подметил Артур. —Не понимаю, как ты можешь иметь какое-либо отношение к психологии и нести эту чушь снова и снова. Твои желания ничего не значат в войне за жизнь всего человечества. Скоро всему, что ты знал, придёт конец. Замолчи и снимай футболку. Деккерс недовольно глянул на Жана, но разделся. Лучше так, чем пропотеть единственную одежду насквозь. —Пока разомни суставы и ответь на пару вопросов,—скомандовал Жан. —Только не опять,—простонал Артур. —Когда конкретно у тебя появился острый слух? Я знаю, но хочу убедиться. Говори правду, он возник после того, как ты попал сюда? —Не-а, он со мной всю жизнь,—ответил Артур, разминая шею. —Mentira... —А нюх у тебя? Он когда появился? —Ещё в детстве. То есть, с тобой случались стрессовые ситуации, когда ты был ребёнком? Что-то, что могло очень сильно тебя напугать? —Не думаю. Значит, у тебя детство было трудное? Это нужно, чтобы появилось чувство? —Да. Жан хотел продолжить говорить, но Артур тут же грубо его перебил. —Что с тобой случилось? Педофилия? Родители били? Что? Жан начал злиться, но не подавал вида. —В семь лет я первый раз увидел безумие. Получил нюх, а через несколько лет лишился зрения. Не может быть, что слух тебе дался без травмы. Такого просто не бывает. —Я в семь лет видел такое по телеку, а ты уверен, что не бывает? Может... —Uno los muchos rastros de un psicópata es reflejarse en el comportamiento de otros. Basta. —Я ж не понимаю, что ты говоришь. Можно по-английски? На самом деле, некоторые слова и частые фразы Артур уже усвоил, хоть и не был уверен в своих знаниях. Он решил до последнего делать вид, что не понимает, надеясь, что сможет использовать это в будущем. —Хватит. Падай на пол, отжимайся. Артур хмыкнул, взъерошил кудри, опустился на пыльный пол и стал толкать землю, да с усердием, чтобы показать, что сила в нем какая-никакая есть. Руки быстро забились и затекли, Деккерс пожалел, что долгое время давал себе отдых. А все ещё только начиналось. Даже за закрытой железной дверью было слышно, как задыхается Артур, как Жан на него покрикивает и подгоняет его. За час с Деккерса сошло столько пота, что хватило бы наполнить несколько озёр. Он так запыхался и устал, что не мог даже контролировать мышцы лица в достаточной мере. Жану, кажется, его измученный вид, доставлял удовольствие. Вряд ли он видел, с какой ненавистью смотрит на него Артур, однако точно чувствовал запах злости и страданий, выходящих вместе с потом. —Пять минут отдыха,—резко бросил Жан,—И в спарринг. —Что?—выдавил из себя Деккерс,—С тобой что ли? —Со мной. А ты хочешь с Карлосом? —Нет! Я... Ни с кем не хочу. Хватит с меня. Артур сел на скрипучую лавку, уперся локтями в колени и часто и сипло дышал, не закрывая рта. —Я решаю, когда с тебя хватит, а когда нет. Стать сильнее можно только через боль и уничтожение себя,—проговорил Жан, словно мантру. —Не через уничтожение,—Артур поднял взгляд на Жана. Тот смотрел стеклянными глазами куда-то в стену. Казалось, что он так и не сдвинулся с места и что целый час держал руки скрещенными на груди, не считая моментов, когда давал Артуру оплеухи за медлительность и возражения. Крестик на шее Деккерса перевернулся и прилип к мокрой спине. Артур тысячу раз благодарил себя за то, что все-таки снял футболку. —Мне нужно отдохнуть. Выпить воды. Я не могу больше,—простонал он. —Потом. Сейчас вставай, в спарринг пора. Тебе нужно уметь драться. —Мы могли с этого начать, сейчас я ничего не смогу. —Когда придётся сражаться за жизнь, никто не будет ждать, пока ты наберешься сил. Жан стащил с себя майку и бросил на скамейку. Артур, увидев сквозь пелену пота, давно струившегося по лицу и по глазам в том числе, обнажённый торс своего мучителя, скривился. В голове застрял один вопрос: "Что нужно делать, чтобы заработать такое количество шрамов?" Деккерс, недолго думая, озвучил его. Жан жутко усмехнулся. —Я много над этим работал,—он улыбнулся во все зубы,—Не смотри, если не хочешь. Этого Артур подтвердить не мог, ведь, несмотря на многочисленные следы повреждений кожи, тело Жана было очень рельефным и мускулистым. Он смотрел на него как на опасность, как на произведение искусства, сильное, полное жизни тело, хоть и так изуродованное драками или черт знает чем. Когда Жан жестом позвал к себе, Артур подумал, что потеряет сознание. —Я не могу. Мне нужно подышать свежим воздухом. Мне нужно выйти на улицу. Сейчас же,—пробормотал он, положа руку на сердце, и попытался подняться с лавки на дрожащих ногах. —Перестань преувеличивать. Я не гонял тебя так сильно. Приди в себя. —Нет!—Артур охнул и прильнул к окну, судорожно пытаясь его открыть. В горле встал ком. Сердце забилось сильнее, хотя сильнее уже было некуда. Затошнило, сознание вдруг перекрыл приток адреналина. Жан оттянул его, уже трясущегося, от окна с намерением привести в чувство пощечиной или чем-то подобным, но Деккерс вцепился в него, как умалишенный, и вытаращил глаза. Потом Артур попытался оттолкнуть Жана, но тот его удержал, и, спустя несколько секунд немой борьбы, у него получилось зафиксировать Артура на полу возле стены. Он напрягся всем телом и, часто дыша, испуганно уставился на Жана, не в силах выдавить из себя ни звука. Жан очень громко свистнул. Поднялся шум, на свист сбежались все. —У Рыжего припадок. Вир, Карлос, к компьютерам. Нино, неси воды, поищи таблетки. Мартин, ты поможешь мне перенести его до аптечки,—Жан чётко и громко отдал настоящие приказы. Услышав последние слова, Деккерс затрясся ещё больше, весь побелел и, с трудом моргая, переводил очумелый взгляд то на Жана, то на Мартина. —Дыши, слышишь меня? Делай вдох. Давай, глубокий вдох,—Жан попытался вырвать руку из мёртвой хватки Артура, но ничего не вышло. Артур же, хоть и пытался, никак не мог даже просто вдохнуть в лёгкие побольше воздуха, не говоря уже о каком-либо движении. Все мышцы сковало судорогой, даже вены выступили на лбу. —У тебя были панические атаки до этого?—напрягся Жан. Деккерс, насколько позволял ему сковавший его ужас, один раз отрицательно мотнул головой. —Mierda,—он обернулся на Мартина,—Vamos, ayúdame a levantarlo. Артуру пришлось разогнуться из своей сжатой позы, когда его подняли, взяв под руки. Однако на смену судорогам и боли в сердце резко пришли импульсы и порывы. Деккерс вырвал одну руку, но Мартин его удержал. Как клаустрофоб, попавший в закрытый гроб, Артур заколотился между Жаном и Мартином, которые кое-как доволокли его до аптечки. Когда они уложили его на кушетку, он подуспокоился, но ещё трепыхался и мычал, как от боли. —С устройством все в норме,—Вир принёс благую весть. —Это он сам,—выдохнул Карлос. —Я нашёл только седативные капли,—Нино поднёс стакан с мутноватой от лекарства водой. Общими усилиями они заставили Артура сесть на кушетке и выпить полный стакан этой воды. Конвульсии стали проходить, Артур все ещё смотрел на Жана умоляющими глазами. —Вдыхай медленно. Молодец. Смотри на меня. Теперь выдыхай,—стал нашептывать ему Жан,—Почувствуй свое тело. Пошевели пальцами. Хорошо. Свидетели этого зрелища постепенно стали расходиться, пока в аптечке не остались только двое. Жан и Артур сели на полу возле кушетки. —Давай ещё раз. Набери много воздуха. Послушай, как тут тихо. Досчитай до восьми... Ага, теперь выдыхай. Смотри,—Жан взял руку Артура и развернул её ладонью вверх, а затем положил в неё очки в чёрной оправе (первую попавшуюся в руки вещь),—Мои очки. Остановись на них. Потрогай, покрути. Заземлись. Артур молчал все время, пока Жан помогал ему прийти в себя, и сейчас, не издавая ни единого звука, старательно разглядывал его очки. Затем он поднял глаза на самого Жана. Увидеть его взгляда Жан, конечно, не мог, но он мгновенно учуял запах эмоций, а именно - благодарности. Они сидели молча. Жан теперь успокаивал сам себя, радуясь, что все обошлось, но казалось, что он от начала и до конца был спокоен и непоколебим. —Это ощущается, будто ты спас мою жизнь,—прошептал Артур. —Ты бы не умер. Артур опустил голову. В нос ударил запах собственного пота. —Это оно, безумие? —Его зачатки, да. Твой мозг атаковал сам себя и стал уязвимым. Поэтому я смог тебе помочь. —Ты помог мне избавиться от страха... Это то, чему ты хочешь меня научить? Действие в обратную сторону? Жан взял из рук Артура свои очки и надел их, чтобы посмотреть в зелёные кошачьи глаза. —Ты способен проворачивать такое с десятками людей, может, с сотнями. Слышащие, как ты, имеют влияние на многие сознания сразу. А видящие контролируют их издалека. Они сильнейшие из нас. —А остальные? Паразиты с нюхом, значит, слабее? Жан поднял одну бровь, кончик его носа дернулся, а у Деккерса мгновенно сердце забилось быстрее, словно опять начался приступ. Он перепугался снова испытать этот ужас и прижал ладонь к груди, обеспокоенно глянув на Жана. Тот кашлянул и залился смехом. Все переживания Артура тут же прошли, сердечный ритм вошёл в норму. —Ты это сделал?! —А ведь у тебя совсем слегка нарушена защита, к тому же, ты паразит. Теперь давай, назови меня слабым ещё раз,—Жан улыбнулся во все зубы,—Близкие контакты - вот, в чем сильны кинестетики. Чующие,—Жан указал на себя,—И тактильные. Им для контроля над сознанием нужно только дотронуться до тебя,—Жан ткнул пальцем в щеку Артура, заставив его дернуться,—А мне и таким, как я, необходимо долго находиться рядом, но из-за этого близкого контакта мы получаем полную власть над эмоциями жертвы. По спине Артура пробежали мурашки. —Знаешь, ты напоминаешь мне кое-кого. Жан рассматривал каждую веснушку на лице Артура, сравнивая с каким-то образом в своей голове. —У него были почти такие же кучерявые волосы, только другого цвета,—Жан улыбнулся и отвёл взгляд,—И нос у него был чёрный, как уголь... Sí, era un buen tipo. Он погиб. По случайности, зря совсем. Острый слух Артура уловил не просто звук голоса, а конкретное чувство, словно передававшееся вместе со звуком. Он услышал вселенскую тоску и боль, которую чувствовал Жан, говоря о погибшем донельзя спокойно. —Он боялся своей натуры, готов был жизнью пожертвовать, только чтобы не вредить людям. В этом вы с ним и различаетесь. На глазах Артура вдруг навернулись слезы. Чужие эмоции будто проникли в его голову, на несколько секунд передались ему. —Так больно... —Да, больно. То ли ещё будет,—Жан похлопал Артура по оголенной спине и поднялся на ноги,—Завтра утром сделаешь задания, принесёшь мне, измеримся и будешь учиться приёмам. —Завтра?—простонал Артур,—Мне нужно отдохнуть, я только что чуть богу душу не отдал! —До завтрашнего вечера у тебя полно времени для отдыха. Con paciencia y tajo se termina el trabajo, есть у испанцев такая поговорка. В ней говорится, если не будешь пахать - помрешь в первую секунду армагеддона. —Уверен на сто процентов, что поговорка вообще не об этом. —Enséñale a tu abuela a chupar huevos,—усмехнулся Жан и вышел. "Завтра утром". Это значило 7 часов утра. Ровно в 7 утра вставали все, как в армии или тюрьме. После завтрака Жан высыпал на Артура гору заданий, которые, как он говорил, нужны для поддержания мозговой активности. В первые дни Артур должен был вспомнить всю школьную программу, затем пошли более сложные задачи. Высшая математика, физика, биология и химия. И если с последними двумя Артур ещё дружил, то технические дисциплины просто уничтожали и его способность думать, и его тягу к жизни. Однако делать, кроме исполнения приказов Жана, было нечего. На следующий день Жан не появлялся весь день. Свои задания Артуру пришлось показывать Карлосу, который, казалось, скорее делал вид, что проверяет. Карлос вообще был единственным после Жана человеком, который разговаривал с Артуром после его выходки. Нино был обижен, как ребёнок, и сколько бы Деккерс ни извинялся, буквально выдавливая из себя лживые слова сожаления, он все дулся. Мартин и Вир же, как сиамские близнецы, всегда находились вместе и общались только друг с другом, будто никто другой их не интересовал. И только Карлос оставался равнодушным к Артуру, как прежде. —Rojo, сюда,—позвал Артура Карлос, когда тот, расслабившись без надзора Жана, взял одну из немногих книг на английском, которые были среди многих томов на полках. —Что там? Я хотел почитать. —На тренировку. Даю пять минут. Артур попытался уговорить Карлоса пропустить тренировку, но все тщетно. Однако его получалось забалтывать, отвлекать, и в итоге Артур смог несколько облегчить свои страдания. —Давай, доделывай подход и будем удары ставить,—устало выдохнул Карлос. Разговоры, видимо, сильно его утомляли. Когда Артур, нехотя слушаясь, принялся в который раз делать выпрыгивания, забивающие и так ноющие ноги, из коридора послышались грохот и чья-то возня. Деккерс остановился и посмотрел на Карлоса. Тот, как бы с облегчением, скрестил на груди свои шерстяные руки и криво улыбнулся. По звуку шагов Артур быстро догадался, кто идет по коридору в зал, и его выражение лица сменилось с заинтересованного на мученическое. —Так, что я пропустил?—Жан, влетевший в зал, резво потирал руки. Жан, входя в помещение, каждый раз вертел головой в разные стороны, помогая самому себе почувствовать запахи окружающего пространства. Артур начал замечать это только сейчас, и его поразило, насколько хорошо можно ориентироваться, не используя зрение. Ведь даже в очках Жан вряд ли видел что-то в достаточной мере, хотя всегда проводил медицинские манипуляции и просто двигался так, будто это ему никак не мешало. —Где ты был?—поинтересовался Артур, несмотря на одышку. Он знал ответ на вопрос, который задал. Чувствовал всем нутром, как был рад Жан, что наконец выбрался наружу, вдохнул свежего воздуха. Это отчётливо слышалось в его голосе. Будучи уверенным в правдивости своей догадки, Артур даже, кажется, заметил какую-то мусоринку растительного происхождения в его волосах. —Где был? На воле,—хитро улыбнувшись, начал Жан,—Был тут, там, отца твоего видел. Надутый весь такой, un pavo gordo. Карлос, как обычно, словно восковой, застыл на месте, нахмурив брови. —Отца? Значит, мы недалеко? Ты с ним виделся? Как?—посыпались тут же вопросы от Артура. —О нет, я не могу тебе это рассказать. Mi boca cerrada,—Жан медленно протянул ногу вперёд чтобы сделать шаг, второй, третий, и оказался почти у самого носа Артура,—Тебя это совсем не касается, твоё место ведь здесь. Взаперти, где ты никому не навредишь. Артур выпрямился и поднял подбородок, плотно сжав челюсти. По нагому торсу стекали капли пота, а мокрые кудри тряслись при малейшем движении. Артур уставился в глаза Жана, стремясь показать свою стойкость. Зрачки его сузились и вытянулись почти в вертикальную полосу. Жан точно почувствовал этот порыв, ведь кончик его носа дернулся, как всегда дергался при эмоциональных моментах. Он кашлянул и продолжил.—Что, тоже хочешь на свободу? Тебе она не нужна. Ты не человек, ты проблема. Артур слышал унижающие слова, взявшиеся неизвестно откуда, но не мог понять, почему не чувствует, не слышит вложенную в них настоящую злость. —Ты такой же, как я,—процедил он сквозь зубы. —Как ты? No, dices tonterías. Ты всю жизнь думал, что особенный, да? Да твоя особенность только в слабости, понял?—Жан толкнул Деккерса в плечо. Тот, от неожиданности, пошатнулся. Артур вопрошающе взглянул на Карлоса, но он не ответил ничем, даже не сменил выражения лица. —Что ты делаешь? Прекрати так со мной разговаривать!—возразил Артур, возмущенный таким поворотом событий. Лицо Жана так и не покинула хитрая ухмылка, которая раздражала ещё больше. —Ты чем тут занимаешься вообще?—не унимался он,—Качаешься? Что-то больше похоже на возню новорождённого щенка. Жан сжал плечо Артура, как бы проверяя мышцы на руке. Артур отдернул руку и почти зарычал. —Тебе до меня какое дело? Займись своим делом! —Ай, ай, ай,—запричитал Жан,—Кажется, то, что я решил тебе помочь, было ошибкой. Ты никуда не годишься. Ничтожество, весь в отца. Последнее Жан ядовито прошипел Артуру прямо в лицо. Громкий хлопок по щеке Жана. Артур вскипел, сорвался, ударил его по лицу ладонью и замахнулся, чтобы ударить ещё, но теперь кулаком. Голова со смоляными волосами резко отвернулась из-за удара, Жан повернул голову снова на Артура, красного от ярости, улыбнулся во все зубы и шагнул в сторону, уклоняясь от следующей нелепой атаки. —Урод!—вскрикнул Деккерс, замахиваясь махая кулаками. —Это ты называешь ударами?—смеялся Жан,—Que dulce! С безумными ты и секунды бы не протянул! Артур, и так вымотанный, тратил огромное количество сил на глупые и бесполезные взмахи кулаками, которые никуда не попадали. Жан, глумясь, вился вокруг него, непринуждённо уходя от всех ударов. Казалось, для него это было забавной игрой. Всё это происходило при немом свидетеле, Карлосе, который даже не пытался быть на чьей-либо стороне. Артур, уставший от ударов, зарычал и бросился на Жана, чтобы прижать его к стене, но тот извернулся, как змея, и опрокинул Деккерса на пол. Он повалил его на спину, а сам уселся сверху на его живот, не переставая злорадствовать, все больше злить. —Ты жалок. Почему бы мне не убить тебя прямо сейчас? Отправлю папашке твою голову в коробке, пусть на стену вешает. Деккерс слепо вёлся на все провокации, которые подкидывал ему Жан. И сейчас он ещё больше побагровел и, резко подняв таз, смог скинуть Жана с себя (благо, тот был достаточно лёгким). Жан дал Артуру самому сделать следующий выпад, просто наблюдая за ним. —И где твоя сила, Rojo? Её было так просто отнять у тебя? Теперь ты точно ничего не стоишь, да? Артур с коленей опять накинулся на Жана, стремясь добраться руками до его шеи. Жан парировал все атаки, то и дело заставляя его принимать неловкие позы и случайно царапая его своими когтями. —Давай,—Жан, в очередной раз прижав шею брыкающегося и шипящего Деккерса локтем к полу, вдохнул, скалясь и позволяя возникнуть жутким кожным складкам на носу,—Говори, pequeño niño de la nada. Артур жадно глотал воздух, пользуясь временным отдыхом. Валяться по полу, пытаясь бороться с настоящим убийцей, оказалось утомительным занятием. —Ты,—грудь Артура часто и быстро вздымалась,—Ты говоришь, я проблема. Жан замер в ожидании. Его локоть ни на миллиметр не сдвинулся с шеи Деккерса, однако он уже не давил так сильно. Артур сщурился, нехотя смотря на отвратительную форму его носа. Его переполняла ярость, а мерзкое зрелище только все больше разжигало огонь внутри. —Ты... Ты, сам по себе, неугодная миру тварь с комплексом бога,—Артур выплевывал слова, глядя прямо в слепые глаза. Зрачки его вытянулись в острые вертикальные полосы,—Ты ненавидишь себя, запрещаешь себе человеческие чувства, поэтому в тебе не осталось ничего, кроме звериных желаний, которые тебе никогда в жизни не исполнить. После этих слов, Артур должен был быть растерзан, как он сам предполагал. Он не понимал, почему это сказал и почему сказал именно это. Однако Жан, помедлив пару секунд, вернул свое лицо в нормальное состояние, как следует прочистил першащее горло, поднялся на ноги и подал руку Деккерсу. Артур, все ещё злясь и ничего не понимая, встал сам, игнорируя поданную ладонь, отряхнулся и снова гордо задрал подбородок. —Делаешь успехи,—усмехнулся Жан,—Я рад. Теперь все, что сказал Жан, подтверждалось ощущением Артура. —Ты что, специально это...? —Да ладно, а ты что, поверил?—Жан снова пихнул Артура в плечо, но теперь не подразумевая ничего плохого, и отошёл в сторону, всем видом показывая, что не обязан ничего объяснять в своём поведении. —Это проверка на агрессию и защиту личных границ. С этим могли быть проблемы, но их нет,—вступился Карлос, поймав сконфуженный взгляд Артура,—Это хорошо. —Да уж. Очень хорошо. Вот же козёл,—ядовито прошипел он в ответ. —Эти манипуляции могут жизнь тебе спасти,—пробасил Карлос. —Если бы не вы, её бы и спасать не пришлось,—закатил глаза Артур и не стал дожидаться ответа, а просто пошел к двери, но возле неё остановился. —Es de nuevo esa mujer?! Sacarla de aquí!—зло крикнул Мартин с другой стороны двери. —No le hagas caso, mi amor. Siempre serás bienvenido, ya lo sabes,—заворковал следом Нино. Артур понял значение только одного слова "amor". Причём здесь любовь? Он потянул ручку вниз, навалился всем телом, чтобы открыть дверь и тут же чуть не прибил кого-то в коридоре этой самой дверью. —Que te jodan, rayado,—на испанском, но с сильным английским акцентом выговорила девушка, которая, показывая средний палец куда-то в коридор, чуть не столкнулась с тяжёлой дверью. —Простите,—автоматически выдал Артур, у которого при виде девушек моментально включался джентельменский режим. Она взглянула на него и засияла. У неё были светло-красные, даже розовые волосы, волнами уложенные вокруг лица, и бирюзовые глаза, выделенные чёрными стрелками. —Артур Деккерс,—её взгляд опустился ниже, из-за чего Артур почувствовал себя немного неуютно, но затем она опять посмотрела ему прямо в глаза,—Живой и невредимый. Моё имя Мелисса. Приятно познакомиться. Мел протянула руку для рукопожатия. Артур почувствовал, как Жан мгновенно возник у него за спиной. —Лисса?—задумчиво произнёс Артур. Мел тут же отдернула от его руки свою. —Мелисса. Без сокращений,—она постаралась произнести это обычным тоном, но в голосе угадывалась настороженность,—Что думаешь о Жане? Составил психологический портрет? —Весьма полный,—сердито сказал Жан. Мелисса ловко нырнула в пространство между Артуром и дверным проемом, чтобы обнять Жана так, будто они не виделись сто лет. Артур тяжело вздохнул. От усталости ему уже не было так интересно, кто такая Мелисса и что происходит между этими двумя. Он убрал чёлку с лица и только перешагнул порог, как на него тут же налетел ещё один человек. —Jefe! Yo traté de detenerla,—вопил парень с бритой головой и мелкими глазами, расположенными слишком далеко друг от друга. —Господи, неужели никто в этом дурдоме не может говорить по-английски!—вскрикнул Артур и пихнул плечом бритоголового, чтобы пройти. Однако парень с очень сильными, как казалось на вид, руками схватил Артура за предплечье, уставившись на него своими поросячьими глазками. —Я сказал, что пытался её остановить,—сказал бритоголовый тихо и вкрадчиво. По спине Артура пошли мурашки из-за дефектов речи и акцента парня, он попытался вырвать руку из его хватки, но не смог. —Ты-то вообще кто такой?! —Хосе. Артура вынудили остаться в зале. Он нацепил футболку на мокрое тело, чем в другой ситуации побрезговал бы, и сел, раздраженный до невозможности, на низкую лавку. Мелисса и Хосе разглядывали, как дети, его шрамы от солнечных ожогов и ран на лице и шее, глаза и волосы. Нино, пришедший, только чтобы пристать к Мелиссе, делал вид, что Деккерса не замечает. Внутри пылала ненависть. —Я что вам, макака цирковая?—Артур попытался отпугнуть от себя надоедливых зрителей, но увидел только как, будто издевательски, сверкнула пластина в виске у Хосе и как он тупо улыбнулся. —А тебя он как сюда затащил? Испугалась с ума сойти?—обратился Артур к Мелиссе. Джентельменский режим давно дал сбой. —Всё сложнее, чем ты думаешь, котенок,—улыбнулась Мелисса и, вспомнив, обернулась на Жана, который объяснял что-то Карлосу,—Cariño, мне нужна помощь. В её голосе Артур услышал сильную тревогу. Жан тоже почувствовал это и нахмурился. Он кивком головы позвал её выйти, и они удалились. —Че, гоняют тебя?—Хосе подсел к Артуру. Тот закатил глаза и промолчал. * * * —Слушай, у меня очень странная просьба,—Мелисса изъяснялась на испанском как могла, так как боялась быть услышанной. Жан молчал и слушал, одурманенный родным запахом. Они отошли от двери всего на несколько шагов и остановились в коридоре. —Я переживаю, что в моем окружении,—Мелисса замялась,—Есть один из... —Мел,—оборвал ее Жан,—Паразит? У тебя панические атаки? Кто-то себя странно ведёт? —И да, и нет. Я запуталась,—Мел беспокойно посмотрела по сторонам,—Рядом с этим человеком я чувствую себя в опасности, чувствую, что на меня влияют. Жан взял её лицо в ладони. —Мелисса, я могу вытащить тебя из этой опасности раз и навсегда, хоть сегодня. Мы сделаем тебе операцию, и уже через недельку сможешь жить как ни в чем не бывало. —Мы об этом уже говорили,—Мелисса помотала головой и обхватила руками ладони Жана, чтобы мягко убрать их от лица,—Мне нужно только, чтобы ты узнал, паразит она или нет. Отсюда до "Элизия" не так далеко. Или я позову её куда-то ещё и... —Нет уж, я только сегодня был снаружи, я не могу ещё раз выйти,—Жан почуял, как Мел заволновалась ещё сильнее,—Ну, успокойся. Лучше скажи, какое, как ты думаешь, у неё чувство? Какая звериная черта? —У неё нет видимых черт, но, я думаю, она либо чующая, либо...еще кто-то. Жан вдохнул поглубже и вдруг расплылся в улыбке. —Что? Она общается с Кавсаром, если он умрёт, я останусь без защиты,—попыталась оправдаться Мел. —Ты влюбилась,—глубоко вздохнул Жан и расслабился,—Бедная. Он засмеялся и обнял её. —Нет. Нет. Она мне нравится, но я в ужасе от её присутствия. Я ведь знаю, что это такое. И я жива после того случая только из-за собственной осторожности. Сейчас я чувствую, что все повторяется. Жан, поверь мне, пожалуйста,—зашептала она огорченно. —Мелисса,—он погладил её по спине,—Тебе нечего бояться. Эти переживания нормальны. Ты, наверное, забыла, когда последний раз была влюблена? Иди к этой девушке и скажи то, что чувствуешь. Мел извернулась, чтобы избавиться от объятий Жана и ответила: —Если ты не хочешь мне помочь, я разыщу Фишера. —Бесполезно. —Попрошу Кавсара. Он найдёт, это в его же интересах,—Мел уже говорила на английском, набирая номер в телефоне,—Да что ж у вас связь здесь такая паршивая?! —Мелисса,—протянул мелодично Жан, пытаясь её успокоить,—Ничего не говори этому бешеному сирийцу. Ты в безопасности. У меня есть твои седативные. Я сейчас их принесу. Он дотронулся ладонью до её плеча и быстрым шагом ушёл в аптечку. Мелисса скрестила руки на груди и сглотнула. Ей не верилось, что все может быть так просто. От судьбы она всегда ожидала всего самого худшего. —Мел,—шепнули из-за угла,—Ты что-то знаешь про Фишера? Хитрые глаза Вира показались из-за дверного проема в las camas. —Что? Нет. Я понятия не имею, где его искать. Ты? —Последний раз, когда я его видел, он сказал мне, что больше никогда не вернётся. Это было на эмоциях, но я переживаю, что он может натворить делов. Если объявится, сообщи мне, пожалуйста,—почти потребовал Вир и скрылся, увидев Жана. Мел покачала головой, поджав губы. Всё это не лезло ни в какие рамки. Она стала думать, а нужно ли вообще было сюда приходить. —Держи,—Жан сунул Мелиссе в руки флакон с лекарством,—Ты знаешь, я хочу тебе помочь, но могу это сделать только отсюда. Могу провести операцию, дать тебе успокоительных, если нужно будет, избавить от заразы на время, но лишь здесь, внизу. Пока что мои руки связаны,—он кивнул в сторону зала, откуда слышались возгласы Артура. —Ты сказал, что сегодня был снаружи. Зачем?—Мел катала в руках флакон, и его стекло со звоном билось о её кольца. —Хвосты чистил. Без связи от Фишера я не могу удостовериться, что здесь безопасно. —Да уж... Мелиссу с Жаном заставил обернуться резкий хлопок. Артур, как ошпаренный, вылетел из тренажерного зала. За его спиной раздавался хохот и подтрунивания. —Если вы, необразованные козлы, не умеете читать, это не моя проблема!—крикнул Артур в зал и буквально пролетел между Мел и Жаном, подняв небольшой ветер. Жан устало вздохнул и покосился на Мелиссу. —Он моя головная боль. —Вижу, он непрост, да? —Кошак, ожидать от него нечего. Мел похлопала Жана по плечу. —Терпи. Он спасет нас.