Змея сбросит кожу

Андромеда закончила свои дела, как обычно ощутив себя по окончании будто испачканной и униженной. Раньше она никогда не представляла, что можно оказаться в положении хуже, чем домашний эльф, даже при той старой нелегкой жизни в доме, где на неё всем все равно. — Удивительно, — подумала она. — Наконец-то кому-то я стала нужна только в той ситуации, когда меня можно было использовать как лишнее доказательство никчемности моей матери. Эти экзистенциальные проблемы постоянно занимали ее голову, ведь свободного времени было много. Больше, чем нужно. Его было настолько много, что все учебники на годы вперёд по интересным предметам типа зельеварения, трансформаций и заклинаний удалось выучить наизусть. Девчонка прошла темный переулок и повернула в сторону тихих, замшелых кирпичных домов. За ней действительно следили: на другой стороне улицы появилась из тьмы человеческая фигура в длинной мантии. Человек начал движение к ее дому несколько нервным, но твёрдым шагом. Андромеда все годы после суда находилась в таком безразличии, что удивление кольнуло ее в грудь резко и неожиданно. Что-то произошло впервые за 2 года изгнания. Чародей будто совсем ее не замечал, его невозможно было прочитать, пока он не подошёл к ней на расстоянии вытянутой руки. — Тебя зовут Андромеда? — спросил он, наклонившись, чтобы рассмотреть ее лицо. Особого повода для этого не было, фонари уже потухли и на улице светало. Он внимательно и очень неучтиво всматривался, пытаясь то ли прочесть ее мысли, то ли рассмотреть черты. Андромеда решила, что он просто плохо видит. Выглядел он как маг, который точно призирает магловские приспособления, как, например, очки. — Ты ответишь мне сегодня или подождём, пока наступит следующий день? — Ждать недолго. — Очень смешно. Да, это точно твоё имя. — насмешливо бросил маг. — Идем говорить с твоей матерью. Они вошли в дом. Иоланта сидела на диване перед камином в лучшем из своих платьев. Когда она не следила за работой в лаборатории, она только и делала, что украшала себя. Андромеда удивилась, не ждала ли женщина этого человека. Хотя она всегда была так излишне опрятно и изысканно одета и, видимо, надеялась, что вот-вот — и зайдут гости. Она носила себя по дому так, будто всегда ждала, что сейчас в двери позвонит целая делегация из очень важных магов. Женщина выдержала драматическую паузу, притворяясь, что не замечает ни свою испачканную и промокшую после ливня дочь, ни чёрного мага в длинной мантии. Затем она повернулась в их сторону, облокотившись на спинку дивана и выставила левую руку в сторону. В воздухе тут же материализовался домашний эльф с сигаретой в изящном мундштуке, которая уже легонько тлела на самом конце. Забавно, но эту магловскую привычку она-таки присвоила себе. Мужчина сделал шаг к ней навстречу, не вытирая ботинок о коридорный коврик. — Бесполезный идиот! — завизжала противным голосом женщина на эльфа. — Быстро убери за гостем и предложи ему что-нибудь согревающее! Эльф тут же ринулся исполнять его приказ, однако она успела ткнуть его в лоб зажженной сигаретой. — И замени мне сигарету, болван! Сколь можно все портить?! Будто всего этого и не было, она переключила своё внимание на мага и сладким голосом пригласила его садиться в кресла рядом. Андромеда поняла, что это как-то важный знакомый, на которого Иоланта возложила свои нарциссические ожидания. И от этого внезапного шума мужчина даже не поморщился — он точно был знаком с Иолантой. Зная, что женщина крайне тупо концентрирует свое внимание только на очень важных для нее вещах, а это определенно была та самая ситуация, Андромеда притаилась у прохода в гостиную. — Северус, как я давно тебя не видела. — выдыхая дым одновременно из носа и рта, протяжно заговорила она. — Я даже не могу представить себе, с какими хорошими вестями ко мне может явиться такой дорогой гость! Она была действительно очень довольна, Андромеда не видела ее такой почти никогда. Лицо матери всегда казалось ей либо бесчувственным, будто вылепленным из воска, либо обезображенным высокомерным гневом вперемежку с отвращением. Мужчина отвечал холодно: — Эти новости не совсем для тебя, но для твоей семьи они действительно неплохие… В утреннем свете Андромеде наконец-то удалось нормально рассмотреть его, не обременяя себя попытками защититься и противостоять чувству сильного дискомфорта. Длинные, чёрные и немного сальные волосы, орлиный нос, злые, непроницаемые глаза, которые скрывали неимоверную грусть. Он был молод, не старше тридцати, но будто очень стар душой и чём-то измучен. Девочка ощущала, что у них есть что-то общее, но и то, что им никогда друг друга не понять. В эти темные времена всех объединяло какое-то горе, и никто не хотел в этом признаваться. Темный Лорд пал несколько лет назад и вестей о нем не было, но до конца в это никто не верил. После его слов, лицо матери Андромеды нервно дёрнулась, но она быстро собралась: — Рассказывай, дорогой друг. — что означало явно не то, что он был ей дорог или другом. — Меня в моем положении радуют любые вести. — Если коротко, то министерство решило, что твоя дочь будет допущена до учебы в Хогвартсе. — он усмехнулся лишь глазами. — Но есть некоторые условия. Иоланта протяжно закивала, прикрыв глаза, и замахала рукой в фамильных перстнях — «дальше, дальше!». Андромеде было удивительно, как мужчина, которого мать назвала Северус, так спокойно это выносит. Девчонка уже давно предпочитала с этой дамой только бытовую коммуникацию, лишь бы не слышать эти крики и не видеть всего этого театра. Она все так же стояла в проходе гостиной в своих грязных башмаках и мокром плаще, удивляясь своему везению поприсутствовать на важной встрече. Как раз когда Иоланта начала осознавать, что ее дочь все еще здесь, она попыталась отправить ее наверх, но мужчина будто это предвидел. — Она пойдёт на третий год обучения, если сдаст экзамены. Если не сдаст, то на первый. Сначала Андромеда обрадовалась вестям, но теперь внутри ее трясло. Ей снова готовили судьбу отброса. В ее возрасте все уже переходили на пятый. — И, думаю, ты будешь не против, что мы сами распределяем ее в Слизерин. Она будет под моим личным контролем. После этих слов, лицо Иоланты немного просветлело от удовольствия и перестало быть таким неприятно холодным. Она снова забыла про свою дочь, хотя речь шла именно об этой незаметной для Иоланты девочке. Андромеда слышала про Слизерин только отдаленно, от местных продавцов с Косого Переулка и во время пьяных рассуждений ее матери. В одном она была уверена — это место для чистокровных, а она хоть и чистокровная, но в очень запятнанном положении. — Ну что-ж. Я даю свое согласие. — ответила Иоланта, выдувая сигаретный дым из ноздрей. — Особенно меня радует, что она не попадет в какой-нибудь Пуфендуй, где учатся такие же недалекие простачки. Ее пресный ум нужно немного приправить. Она неприятно закашляла и отхаркнула прямо на ковер, который тут же спас эльф, поймав плевок в руку, и испарился. Мужчина неприятно улыбнулся — его лицо перекосило влево. — Твое одобрение не нужно. Это решение министерства. Иоланта сделала вид, что пропустила это мимо ушей. Но Андромеда хорошо знала это лицо притворного спокойствия, за которым следовала буря, и быстро пошла вверх по лестнице в свою комнату. Уже с пролета второго этажа она услышала, как мужчина откланялся и хлопнула дверь. Затем последовал вопль боли Мопа