Где уже стих шум волн.

       Каждый из тех людей, что хоть раз оказывался на этом прекрасном острове, не мог остаться равнодушным. Вокруг деревья, скалы, воздух не загрязнён запахами разных отходов человеческой жизнедеятельности и отсутствие вечных пьяных криков пиратов, которые хотят всё время нарваться на драку. В этом и прелесть этого места, острова нет на картах, и мало кто на нём побывал из-за его неизвестности. Единственный шум, который тут существует, это шелест деревьев и травы, который создают ветры разных направленностей, то с севера на юг летят, то наоборот. В этом месте не бывает жарко благодаря ветру и влажности, которая вокруг этого маленького, но такого важного для некоторых людей места. Прохладный воздух как будто остается где-то среди скал и приходит на помощь, остужая поверхность этого клочка земли над океаном, не давая запариться его обитателям.        Вот что важно для человека, который ищет уединения и тишины. Нужно найти свой укромный уголок и сохранить его в секрете от посторонних глаз. Теперь на этой неведомой земле, на одной из самых низких скал, где не растут деревья и одна сторона довольно крутая, стоит крошечный домик. Он надёжно защищает от беспощадных солнечных лучей. Это тёплое место стало домом для молодого человека. Он добывает пищу в джунглях: срывает съедобные плоды с деревьев и выращивает овощи из семян, которые привёз с собой на корабле. Только он, огромное количество насекомых и некоторые животные делят этот остров. Несмотря на это, все они живут в мире и могут найти общий язык, как бы странно это ни звучало. Из крупных обитателей здесь есть несколько видов обезьян и пара диких кошек. Они настолько привыкли друг к другу, что каждый находится всегда на своей части острова, и никто не нарушает границы, созданные природой.        Островок находился между тремя большими островами, а если говорить вернее, то точно по центру между Кубой, Гаити и Ямайкой. Корабли редко проходили через эти места, а если и проходили, то не придавали этому месту значения. Каждый, кто посмотрит на остров со стороны, ничего примечательного на нем не увидит, но стоит оказаться в этом раю, и уже покидать не захочется. На корабле до этого острова около трех недель от Тортуги добираться, а о чем можно говорить, если человек плывет на крохотной лодке, да еще с малыми запасами пресной воды и еды.        На Тортуге можно найти корабль, абсолютно любой, о том, что на причале не хватает парусов, заметят лишь к утру, когда все пираты проспятся и выползут из нор, старательно разлепляя руками слипшиеся глаза из-за постоянных пьянок и дизентерии. Есть среди таких людей исключения, но это, пожалуй, один на миллион.        Была темная ночь, туман покрывал море, и его не было видно, разглядеть что-то и на несколько метров вокруг было просто невозможно, плавать в таких условиях крайне опасно, любой незамеченный риф — и всё, можно прощаться с кораблем. Но когда человек знает путь и повороты штурвала в градусах на каждом участке пути как свои пять пальцев, то стоит рискнуть. К тому же сейчас любой риск оправдывает цель.        Дверь в крошечный домик открылась, и на пороге появилась девушка. Перед ней на самодельном стуле из дерева сидел молодой человек. Он был довольно невысок, светлые волосы, сидел прямо, как солдат, у которого за воротником иголка, и только тогда, когда увидел в своём укромном местечке гостью, он ужаснулся от увиденного и сразу подпрыгнул со стула, направляя свой быстрый и уверенный шаг в сторону этой девушки.        — Ты сума сошла? Что с тобой произошло, — парень просто недоумевал как такое можно было умудриться сделать, — если ты мне сейчас же все не расскажешь, то клянусь, ты, Юлиана, потеряешь мое уважение навсегда. — Он пошел в соседнюю комнату, продолжая что-то бормотать про себя и вернулся только минут через десять с чистой одеждой и белыми лоскутами ткани, — где можно было носиться год и потом появиться на моем пороге в таком виде?        — Бен, ты как всегда, — молодой человек поднял глаза на девушку и был в ужасе от ее спокойствия, — паникуешь не из-за чего. — Голос девушки был непоколебим.        — Я сказал, — девушка передним подпрыгнула и зашипела от боли, — у тебя глубокая колотая рана, ты хоть знаешь, чем это грозит? Рассказывай все!        Этот молодой человек был старше девушки на несколько лет, а если говорить точно, то на пять лет. Их характеры был очень схожи, каждый был в сотню раз упрямее другого и споры могли длиться неделю. Бенджамин, так зовут молодого, двадцатичетырехлетнего человека, живет на этом острове один уже год, а два года назад они прибыли сюда вместе с Юлианой. Она научила его многому, как и он ее, но Юна была вынуждена часто уплывать от него из-за смерти отца, в которую долго никто не верил. Молодой человек был всей душой погружен в науку и изучение чего-то нового для него в сто раз важнее каких-то плаваний.        — Будет тебе история. Но ты не мог бы слегка ослабить повязку? — на что Юна сразу получила ответ в виде грозного и настойчивого взгляда своего знакомого. — Ладно, поняла.       …Я осталась лежать одна, в каюте этого самого Джека. Чувствовала я себя нормально, но не то, чтобы очень. Ранили меня пираты, в одной из битв. Там же я столкнулась с проклятиями и все в этом магическом духе, сложно во все поверить, но я это видела и не верить глазам своим я не могу. В общем, про рану, я сразу поняла, меня она не убьет, но, чтобы быть уверенной в том, что в мою смерть поверят я выпила один отвар, травы замедляли пульс, сердцебиение и кровь из-за этого быстро остановилась. Врач меня осматривал, но пульс услышать было крайне сложно. Джек был самоуверен и это ему же и навредило. Ночью, когда он ушел от штурвала и пошел на заслуженный отдых, передав вахту своему помощнику, я начала свое дело. Мне нужно было максимально тихо передвигаться, не издавая не звука, подойти к нему и снять с его пояса компАс, — девушка с силой положила его на стол, переводя внимание на эту маленькую вещь, молодой человек пока не понимал из-за чего весь сыр бор, Юна не рассказывала ему, что она собирается делать, что ищет и для чего ей все это, да и он особо не интересовался, особенно после смерти Ориона, — Я спустила лодку на воду и на ней несколько недель добиралась до Тортуги. Там, в одну очень туманную ночь, которую я ждала еще неделю, мне удалось взять корабль, один из тех, что был у нас на пристани, но управлять кораблем в одиночку трудновато, я взяла парусник, небольшой бриг, но на нем и плыла дольше. Всего месяц, и я у тебя, — лицо Бенджамина изменилось и стало похоже на бомбу, замедленного действия.»        — То есть, ты хочешь сказать, что из-за этой фигни, — он взял в руки компас и начал водить им перед глазами девушки, — ты бродила с раной, — он перешел на крик, а компас бросил на мягкую ткань рядом с девушкой, — к тому же необработанной, два месяца? Ты с ума сошла, ты же знаешь, чем это могло закончиться!        — Я знаю, и я все держала под контролем, — она замолчала и поднялась на ноги, — я не тот человек, которым меня все знали, уже давно не тот. Боль в груди, постоянные тяжелые воспоминания, все это давит и мне пришлось стать такой, как все в этом мире, бессердечной и алчной.        — Я тебя знаю, Юна. Спасибо Ориону, знаю давно, и очень, ты не капли не изменилась, ты пытаешься такой казаться, но совесть твоя все равно сильнее, она не дает тебе испортить свою жизнь до конца. — Бен сел рядом, но оказался на самом углу кровати, — а если ты не хочешь жить со мной, на этом прекрасном и тихом острове, занимайся тем, что тебе реально нравится, будь капитаном, а я верю, что капитан и начальник флота из тебя отличный.        — Я рада, правда, — она убрала его руки со своих и поднялась на ноги, поднимая компас и вешая его себе за пояс, — я очень рада, что ты у меня есть и помоги мне, прошу, помоги в последний раз.        — Что с тобой поделать. Как я могу отказать. — за кроватью стоял сундук, из которого юноша за минуту вытащил обмундирование и стоял перед Юной в шляпе и с полным арсеналом оружия за поясом. — Каков план действий?        — Для начала в одно очень опасное местечко, а потом домой, сколько бы не было предателей во флоте отца, там еще остались люди, которым я могу доверять.        — Можно вопрос? — Юноша подошел к Юне, которая одевалась и засовывала шпагу себе за пояс, после чего достала мачете из сундука. — Положи на место! — Бен был несколько разгневан этим поступком, он никогда не позволял Юне рубить какие-либо растения, даже если пройти сквозь них невозможно, — трава уже протоптана в нужных для нас местах и этого достаточно. — Девушка решила снова уступить и достала клинок из-за пояса, положив его на место. — Так-то.        — Значит так, — на столе появилась карта, которая была потерта в углах, названия некоторых мест были стерты, но их больше волнует сама местность, чем названия. — После того, как закончим дела на этом острове, пойдем к дому, — юна указала пальцем на маленький островок, который был не далеко от Гаити.        — Ты уверена, что твой, так называемый «друг» Джек, будет тебя тут поджидать?        — Ну нет, он ищет меня, и я уверена, что как раз на Тортуге его не будет.        — Но зачем нам туда?        — Там стоит один из моих кораблей, не будем же мы плыть за командой на этом крошечном бриге, на котором еще не выветрился запах все тех моряков, кто на нем плавал, а вот наш корабль, там я знаю все, кто был, зачем и сколько.        — Идет, будь, по-твоему. Только давай не сейчас. Ночь близится, мы слишком долго собирались, еще и погода портится. Предлагаю дождаться утра.        — Но! Я категорически против, это не повод, я и не в такую бурю плавала,        — Ты плавала с огромной командой, с матросами, которые делали свою работу, а вдвоем мы не справимся, прости родная, но придется ждать до утра.        Ночь была тихая и довольно холодная. Вечером, когда солнце было уже на горизонте, тучи полностью закрыли небо, и последние минуты дня солнце не было видно, а когда вовсе стало темно и солнечные лучи больше не бились с тучами за свое место, пошел дождь. Стук капель был слышен довольно долго, каждая из них ударялась о крышу дома, и это было слышно. Выходя на веранду, где есть небольшой навес, можно было увидеть перед собой только водопад из капель, что стекали по крыше.        — Сегодня необычайно красиво. Я уже и забыла, когда последний раз просто сидела и смотрела на природу, наслаждаясь каждым ее новым движением, — Юна сидела на стуле, когда к ней подошел Бен, — я могу тебя понять и твой выбор, тут действительно красиво.        — И не только. Можно заметить красоту не только снаружи, наблюдая за каплями дождя, но и внутри, наблюдая за всем живым миром на этом крошечном клочке земли. — Второй стул был в доме и Бен зашел за ним, поставил рядом со стулом Юны, и они вместе смотрели на водопад перед собой.        — Как ты переживаешь трудности, — после долгого молчания прервала тишину Юна.        — Занимаюсь тем, что мне действительно нравится, тем, что может заставить меня забыть обо всем и полностью погрузиться в дело. Я мечтал стать врачом, помогать людям, но не сложилось, теперь я изучаю природу, защищаю ее.        — Прости, что загружаю тебя, — дождь капал уже меньше и с крыши лился уже не водопад, капали периодически капали. — Я пойду спать, поздно уже, да и вставать завтра рано.        — Черт тебя подери, — начал кричать Бен, но слова получались кривыми из-за воды, что лилась на него, — да встал я! Встал, — мужчина действительно поднялся с кровати и пытался отряхнуться от воды. Подушка была мокрая на сквозь, так же, как и все его одежда. — А просто разбудить нельзя было?        — Я тебя пол часа «просто будила», так что это был единственный шанс тебя поднять. — Грохот упавшего ведра разнесся по дому и вернулся назад, — у тебя десять минут, я жду.        Юлиана привыкла к четкости во времени за те дни, что добиралась сюда. Плавать одной опасно, спать строго по расписанию и ни минутой больше, проспишь чуть больше — можешь остаться даже без сапог. На улице прекрасная погода, на небе ни облачка, но при этом совсем не жарко из-за прошедшего дождя. Юна уже стояла за штурвалом, смотря вперед, на горизонт, и дожидаясь Бена, который наконец появился в ее поле зрения, выйдя из-за высокого куста.        — Я уже думала, что состарюсь, пока тебя дождусь. Вперед и быстрее, мы уже отстаем от графика, не успеем к ночи сделать некоторые важные вещи!        — Нам неделю, как минимум плыть, все успеем, не кипишуй. — на палубе он оказался быстро и сразу услышал приказ поднять якорь, Юна ему помогла, несомненно, но было несколько не приятно слышать приказной тон.        — Паруса наполнены ветром, идем вперед, к горизонту, на встречу приклю…        — Да хватит уже, встань за штурвал, не то я уже сейчас тебя сменю! — Бен сделал четкое замечание.        Юна была очень счастлива выйти наконец с Беном в море под одними парусами, вдвоем, не завися ни от кого, только от ветра, что несет их корабль вперед, наполняя белоснежные паруса воздухом.        — А какой ты корабль оставила в Тортуге? — все дела были сделаны и Бен присел на капитанском мостике на бочку, отдохнуть и переговорить с Юной, — интересно какой стал твоим любимым.        После смерти отца и всего, что случилось, плавать под парусами «Юлианы» девушка больше не могла. В порту отца, который он ото всех скрывал и рассказал о нем только Юне и только незадолго до смерти, она нашла себе корабль, который стал ее основным кораблём, и назвала она его «Ласточка».        — Бен, мы пойдем под прекрасными, алыми парусами «Ласточки».        — Странно, что такому кораблю ты дала такое название.        — О эти паруса, они же прекрасны, в сочетании с палубой, которая прекрасно украшена лучшими мастерами, ты же еще не видел мою «Ласточку» после обновления. Она стала лучше, мощнее и быстрее.        — Поздравляю с обновлениями.        Дальнейшее плавание продолжалось в тишине, каждый занимался своим делом. Пока был свободен от управления кораблём, менялись они каждую ночь, не давая устать друг другу. На их пути пару раз возникали пиратские корабли, но, на их счастье, были далеко и даже не обращали внимания на крошечный бриг.        — Идем, мой корабль стоит за той скалой, — Указала Юна на высокую скалу, вокруг которой росли деревья и два человек направились в ту сторону по деревянным мостикам, что были построены на д морем, — «Жемчужины» тут нет, как я и предполагала, а если она появится, у Джека нет шансов против «Ласточки», если он думает, что его корабль самый быстрый, тогда мой самый сильный.        Молодые люди завернули за скалу, после долгого пути и перед их лицами появился величественный корабль с огромным количеством пушек, с командой на борту, которая даже в отсутствии капитана занята делом. — Вот это ты его…        — Спасибо, я старалась. — Когда они поднялись по мостику на корабль их сразу поприветствовала вся команда. — Добрый вечер друзья, теперь, когда я вернулась, мы снова начнем свои приключения, — она повернулась к Бену и сказала ему тихо, — займешь каюту, что находится на нижней палубе, по размеру, как капитанская, но пустует, обустраивайся там. — После чего она снова повернулась к команде и прокричала для все, — собираем всех, дольше суток не ждем, ровно через двадцать четыре часа поднимем якорь и отплывем, время пошло.        — Да ты суровый капитан.        — Только суровостью можно добиться уважения.        — Не боишься бунта?        — Я своей команде верю, иди в свою каюту, я пока пройдусь по палубам и проверю все ли в порядке, — но как только Юна собралась спускаться ее остановил матрос, ей сразу это странным показалось, она его не могла вспомнить, как не старалась, то, что он не свой она поняла сразу, но решила не поднимать сразу кипишь и сначала во всем разобраться сама.        Как бы она ни пыталась это выяснить, всё было бесполезно, все, как один, говорили, что зовут его Юджин и он уже год плавает на этом корабле. Не может Юлиана пойти против системы, поэтому она просто направилась в свою каюту, где решила привести себя в порядок.        Она сняла с себя всю одежду из-за ее непригодности к использованию, на каждом сантиметре была дыра, рубашка была велика. Она надела свои брюки, которые обтягивали каждый сантиметр ее худых и длинных ног, рубашку, что была немного велика, из-за чего была свободна и в ней было не душно, но, как всегда, верхние пуговицы были оставлены расстегнутыми. Шляпа, не самая большая, но с пером, мелочь, а приятно.        — Наконец я, снова «я», — говорила Юна, стоя перед зеркалом. Она три дня стояла у штурвала без отдыха, поэтому прилегла всего на пару часов, но проснулась уже глубокой ночью из-за шума, что доносился с палубы. Она быстро нацепила на себя оружие и вышла к людям. — Что тут, черт вас подери, происходит!        Перед ней был хаос, матросы дрались с матросами понять где чьи не реально, Бен бежал на встречу к Юне и остановился у ее двери. — Я проснулся от шума, что происходит, родная? Успокой своих моряков.        — Всем тихо! — но все отказывались обращать внимание на девушку, продолжая делать свои грязные дела, — вы не смеете проливать кровь на моем корабле. Вы моряки или пираты, которым нужно только одно? — наконец на девушку обратили внимание. Ей ответил ее боцман, подойдя ближе.        — Незнакомые матросы мисс, они бунтуют! Поверить не могу, что я так вас подвел, мисс.        — Что прости? Как они тут оказались!        — Я проводил набор в команду, нас становилось все меньше, они прошли все вопросы, отвечали все, как один, я решил, что грех не взять такую подготовленную команду.        — Так я не понимаю, Юна, — говорил бен, стоя со шпагой в руках перед кучей моряков, что дрались друг с другом, — что происходит!        — Мне бы самой понять, что случилось с этими матросами.        — Цыпа, ну тебе же сказали, это бунт!