Академия стихийной магии и магических искусств

С трудом сменив платье на пижаму, я тут же уснула. Мне снилось, что я иду босиком по бесконечно длинному коридору с огромным количеством дверей с ручками из розового мрамора. Я дёргала за каждую, но все мои попытки были бесполезны: двери были закрыты. Я шла, кажется, вечность, пытаясь найти выход, но его не было. В одних пижамных шортах и майке здесь было немного прохладно. Сменив шаг на бег после тысячной попытки, я пыталась быстрее проверить: закрыта дверь или нет. Но всё было бессмысленно. Когда я рванула к очередной двери и дёрнула ручку, то неожиданно для себя обнаружила, что комната открыта. Радость и интерес очень быстро сменило волнение: почему открыта именно эта комната? Но, кажется, особого выбора у меня не было, и я зашла внутрь. За дверью находился главный тренировочный зал огневиков. Тот самый, где этот придурок Гриффин чуть не убил меня. Я сделала пару шагов вперёд и, не обнаружив опасности, устремилась к огромным окнам. К моему удивлению, за стеклом располагалась вовсе не академия: мне открывался вид на прекрасный парк, освещаемый огромной луной на ночном небе. Я знала, где его видела — это сад в поместье Норбергов. Неожиданно в зале стало очень светло и жарко. Я обернулась и увидела огромные языки пламени, что расползались по всей комнате. Такие же огромные, как и те, что наколдовал профессор, если не больше. Постаравшись не впадать в панику, я сделала глубокий вдох и произнесла заклинание, которое в прошлый раз всё это потушило, но это ни капельки не помогло. Тогда я попыталась создать хотя бы водяные шары, но и этого у меня не получилось сделать. До меня начало доходить: моя магия здесь не работает. А в огне была уже почти вся комната. Борясь с нарастающим страхом, я рванула к двери — закрыто! Я дёргала ручку со всей силы, но это совсем не помогало. Так, надо вернуться к окну, возможно удастся разбить стекло. Да, высоковато для прыжка, но сломанная рука или нога — лучше чем сгореть заживо. Вот только обернувшись, всё, что я увидела — это огонь. Он распространился по всей комнате, а те небольшие участки, где его не было, застилала пелена дыма. Путь к окну был отрезан. Тепло от огня уже перешло в жар. Воздух наполнился гарью, так что дышать было практически не возможно. Я прижалась к двери на столько, на сколько могла, но пламя начинало обжигать. И в тот момент, когда я готова была закричать о боли, огненные языки вдруг замёрзли. Всё вокруг превратилось в ледышки. Зал стал похож на царство Снежной Королевы. Здесь снова стало холодно и темно. Вдруг весь лёд рассыпался на тысячи маленьких снежинок, которые, падая на пол, исчезали. Я будто бы находилась внутри стеклянного снежного шара. При свете луны это медленное падение снега выглядело завораживающе, словно в сказке. Даже холод отошёл на второй план. Любуясь происходящим, я лишь через пару минут заметила человека, стоявшего у окна. Спиной он прислонялся к стеклу и, скрестив руки на груди, кажется, смотрел на меня. Из-за того, что его лицо полностью находилось в тени, я не сразу поняла, кто это. Но хорошенько присмотревшись узнала Фроста. Луна светила ему в спину, и, из-за этого яркого света, его обычно медовые волосы казались почти белыми, словно состоявшими из снега. На нём была привычная чёрная рубашка, обтягивающая его широкие плечи и подкаченные руки, такие же чёрные брюки и штаны. Разве что пиджака не было. Никогда раньше не видела его без пиджака. Может его случайно взял отец? Они оба носят эти чёрные прикиды. Мысль о том, что у Генриха и Фроста может быть один костюм на двоих меня немного развеселила. И я тихонько захихикала. — Веселишься, Остин? А я думал, что ты боишься меня, — раздался громкий голос Норберга. Моя улыбка тут же потухла. Даже не видя его лица, я чувствовала, как он самодовольно ухмыляется. Было немного странно: обычного чувства страха, которое возникает при виде него, почему-то почти не было, только огромное чувство… холода. — Где твой пиджак? — спросила я, а то мне бы он сейчас очень пригодился. — Что? — кажется, мой вопрос немного удивил Фроста. — Пиджак, — повторила я. — Обычно ты всегда в нём. Парень лишь хмыкнул и, отслонившись от окна, направился в мою сторону. В любой другой ситуации я бы обязательно испугалась, но не сейчас. Всё было немного как в тумане, как будто после выпитых парочки бокалов вина. Фрост уже не вселял прежний ужас. Немного страха — да, ужас — нет. Тем временем он подошёл почти вплотную, и не смотря на то, что его лицо по прежнему находилось в тени, теперь я его хорошо видела. — Оставил в спальне, — сказал он почти мягко и провёл тыльной стороной ладони по моей щеке. От этого жеста по щеке прошёл холодок. И я бы обязательно обняла себя руками, в попытке хоть как-нибудь согреться, но тело почему-то меня больше не слушалось. Так что я стояла не шевелясь, лишь всматриваясь в глаза Норберга. — Это ты потушил огонь? — спросила я. — Да. — Зачем? Я же тебе не нравлюсь. — Ты меня забавляешь, без тебя мне станет скучно, — сказал он, всё ещё не убирая руки от моего лица. — Тебе нужен мой пиджак? — вернулся Фрост к старой теме. — Да. Я замёрзла, а из-за тебя становится только холоднее. Только сказав это, я поняла, что блондин навряд ли будет в восторге от идеи отдать мне свои шмотки. Но Норберг только как-то хищно улыбнулся и сказал: — Прости, сейчас я тебя согрею. Он перемести свою ладонь ко мне на затылок и поцеловал, проникая внутрь мягким языком. На секунду я даже прикрыла глаза. Но в тот же момент до моего одурманенного сознания дошло, что я целуюсь с братом, пусть и во сне! Я открыла глаза, когда Фрост неожиданно взял меня на руки, и увидела, что мы больше не в тренировочном зале, а в какой-то комнате. Спальне, судя по огромной кровати, на которую меня вдруг кинул Норберг. Здесь горел камин, и в свете огня бордовые тона, которые преобладали в комнате начали рябить в глазах. Я взглянула на Фроста, что стоял у основания кровати и довольно улыбался. И я бы обязательно уделила внимание его надменному взгляду, вот только его руки, которыми он в данный момент расстёгивал свою идеально чёрную рубашку, волновали меня куда больше. Так как тело мне больше не подчинялось, я попыталась остановить его хотя бы словесно. Вот только голос тоже пропал. Блеск! Это же мой сон, почему я не могу делать то, что захочу?! Пока я размышляла, Норберг окончательно снял рубашку, обнажив своё подкаченное тело, и заполз на кровать. Он довольно улыбался, словно зная, что я ничего не могу сделать. Склонившись прямо надо мной так низко, что я чувствовала его дыхание на своей шее, Фрост практически прошептал: — Девочка моя, ты что-то хочешь сказать? Было достаточно одного взгляда в его наглые глаза, чтобы понять: этот гад в курсе, что я не в состоянии сопротивлятся. После чего он накрыл мои губы своими. И, к моему огромному удивлению, я ответила на поцелуй. Только это делала не я! Кто-то как будто управлял мною, я больше не контролировала свои действия. Мои руки потянулись к его шее, притягивая мужчину максимально близко. Я чувствовала тепло его тела, чувствовала своими руками каждую мышцу на его обнажённой спине. Его аромат опьянял. И как бы я не пыталась с этим бороться — ничего не выходило. Норберг немного прикусил мне губу и после этого слегка отстранился: — Детка, расслабься, хватит сопротивляться. Ты же сама хотела, чтобы я тебя согрел, — таким бархатистым его голос я ещё не слышала ни разу. А он в то время начал целовать мою шею, медленно спускаясь вниз. Когда подошла очередь груди, Фрост собирался снять с меня майку, но вдруг от куда-то послышался до ужаса знакомый женский голос: — Мария, вставай. В глазах Норберга я увидела непонимание. — Остин, просыпайся ты уже! — меня как будто кто-то дёргал за плечо. И тут я заметила, что становлюсь полупрозрачной. Переведя взгляд на братца, увидела, что вместо непонимания в его глазах теперь бушевала ярость. — Нет! Нет! Нет! — зарычал на меня блондин. — Оооостин, — женский голос, явно принадлежащий Амэе, стал довольно громким. — Блять, какого чёрта! — последнее, что я услышала от Фроста перед тем, как проснуться. Открыв глаза, в темноте комнаты я с трудом разглядела заспанную Олдридж, укутанную в одеяло. Как же я была рада её видеть. Эротические сны — это, конечно, не плохо, но не с братом же! — Мария, к тебе гости, — устало проговорила шатенка, кивнув в сторону двери, и поплелась к кровати. — Который час? — решила уточнить я, так как в комнате было ещё темно. — Три часа ночи. — Кому я понадобилась в такой час? — сказала я, поднимаясь с постели вместе с одеялом. — Твоему любимому преподу, — с издёвкой хмыкнула Амэя. — Кристал??? — Она уже десятый сон видит, а вот всякие огневики шляются и будят невинных студенток. Я недовольно застонала, стоя перед самой дверью. Открывать её для встречи с Гриффином совсем не хотелось. Моя соседка только захихикала и добавила: — Иди уже, а то он нам сейчас дверь прожжёт. Я дёрнула за дверную ручку и вышла в коридор. Яркий свет тут же ударил в глаза, заставляя щуриться. Ммм, уже представляю, как бомбически выгляжу со стороны: укутанная в одеяло, с гнездом на голове и глазами как у китайцев. Супер! — А вот и главная беглянка, — послышался голос недовольного преподавателя. — И вам доброй ночи, профессор, — я немного привыкла к свету и открыла глаза. — Сбежала из медчасти, чтобы потанцевать у Норбергов? — начал напирать он. — Во-первых, я не сбежала: меня отпустили. А во-вторых, я надеялась, что вы пришли извиниться, так как я попала в медчасть из-за вас. Мои слова неплохо так развеселили препода, ибо после них он смеялся так, будто я сказала несусветную глупость. Скорчив максимально недовольную моську, я уставилась на него. — Ой, Остин, насмешила. — Вы меня чуть не убили, и вам смешно? — Остин, дай ладонь, — я с недоверием уставилась на мужчину, но руку всё-таки протянула. Он взял её и, подняв ладонью вверх, зажёг маленький шарик прямо на её поверхности. Пламя обжигало, я даже ойкнула, но в целом было терпимо. — А теперь сожми ладонь в кулак. — Вы серьёзно? Я же себе руку прожгу! — Сожми ладонь! — недовольно прикрикнул Гриффин. Как же мне надоели его эти перепады настроения! Ладно, чуть что ладонь мне восстановят, а его выпрут из АСММИ, мне, возможно даже лучше будет. На этой мысли я резко сжала руку. Но, вместо ожидаемой боли и пылающей кисти, огненный шарик рассыпался на мелкие золотые крупицы, которые тут же растворились в воздухе. — Что произошло? — с непониманием произнесла я. — Что-то вроде бутафорского огня. Обжигает, но уж точно не смертелен, — пояснил профессор. — Я не сжигаю заживо своих студенток. Я всё ещё удивлённо смотрела на ладонь. О таком я слышала впервые. Хотя магией огня я практически не интересовалась, так что ожидаемо, что я много про неё не знаю. — Эй, Остин, — Гриффин взял меня за подбородок и поднял мою голову так, чтобы теперь я смотрела ему в глаза, — ещё налюбуешься. Я к тебе по делу, — добавил он, убрав руку. — А до утра дело подождать не может? — Не может. Утром я должен быть в Лондоне. И меня не будет до вторника. А во вторник мне будет нужен твой ответ. — Ответ? — удивилась я. — Я думала, вы собираетесь отчитывать меня за мою вылазку на вечер. — Это я припомню тебе как-нибудь в другой раз. А пока ответь: на какую дополнительную стихию будешь пытаться поступить? Дополнительную стихию можно выбрать в конце первого курса, в апреле. При удачной сдачи дополнительных экзаменов (которые, между прочим, сдают очень не многие) ты в течение следующих лет обучения посещаешь занятия и сдаёшь экзамены ещё и по дополнительной стихии. Тогда, после окончания академии, ты получаешь помимо профильной специализации по стихии воды (или той, на которой обучаешься) ещё и дополнительную стихию. Такие маги более востребованы, даже если в дальнейшем вторую стихию ты использовать не планируешь. — Я не знаю, — сонно протянула я. — Решу ближе к апрелю. — Остин! — прикрикнул на меня Гриффин, явно раздражённый моей пассивностью в разговоре. Как ещё всех адептов, спящих в соседних комнатах, не разбудил. — Я спрашиваю: какая стихия? — Но я не знаю, — немного растерялась я. — Остин, ты же косишь под умную! Вот и не тупи! Какая стихия? — Воздух, — ответила я. — Почему воздух? — его, кажется, такой ответ не устроил. — Потому что если в какой-то стихии, не считая воды, я действительно хороша, то в воздухе, — добавлять предысторию про моего папулю и годы моих попыток произвести на него впечатление магией воздуха я не стала. — А что? — Как на счёт огня? — Чтооо, простите? — поначалу я решила, что мне послышалась. — Огонь. Ты вроде способная. — Спасибо, конечно, за то, что всего за пару дней я в ваших глазах выросла с «здесь все такие же, как и ты, или даже умнее», — постаралась процитировать я его с нашей первой встречи, — до «вроде способная». Но вы себя слышите? Если где-то я и слаба, то в магии огня. Я в жизни туда экзамены не сдам! — У тебя на подготовку есть ещё полгода, — спокойно ответил мужчина. — Да хоть год! На спецкурсы же набор минимальный. Я и на воздух не факт, что пробьюсь. Но у меня есть хотя бы какие-то шансы. Да и вообще, я водница! Огонь противоположная мне стихия. — Вот и представь: какие тебе откроются перспективы. Водница — огневичка… — Гриффин выдержал литературную паузу. — Да тебя с руками и ногами везде оторвут. Ты хоть представляешь, как мало таких магов? С воздухом ты и сама как-нибудь разберёшься. Я же видел, на что ты способна. В восемнадцать обычно такое не вытворяют. Если у какого-то водника и хватит сил, чтобы подтянуть себя до уровня огневика, то у тебя, — профессор говорил уже довольно сурово. Такие слова мне, конечно, очень льстили. Особенно от того, кто недавно считал меня кучкой говна. И он безусловно был прав на счёт перспектив. Вот только, как же все мои старания в магии воздуха. К тому же, если я в результате не попаду к огневикам на спецкурс, то ни за что себя не прощу, что профукала шанс получить вторую специальность. — Ладно, — прервал мои размышления преподаватель. — Включай свои мозги и думай. Во вторник расскажешь о своих умозаключениях. Но если решишься, то за эти полгода я тебя подтяну. Спокойной ночи, Остин. — Спокойной ночи, профессор Гриффин. После этих слов он развернулся и зашагал в сторону лестницы. А я вернулась в комнату и легла спать. Вот только уснуть мне больше не удалось: только и думала о том, что мне теперь делать с предложением главного огневика академии. Даже мой сон и вчерашняя сцена с Фростом отошли на второй план. На завтрак я пошла в самую рань, так как желание поесть, в отличие от желания поспать, у меня никуда не делось. В такой час в воскресенье здесь ещё никого не было. Так что набрала я с собой побольше еды, чтобы не возвращаться сюда на обед. А по дороге в комнату заглянула в библиотеку, работающую, кстати, круглосуточно, взяла там что-то по магии огня для начинающих. Весь день я провела за чтением, желая узнать, смогу ли я справиться и будет ли мне интересен огонь. Отвлеклась только на рассказ о вчерашних событиях в замке Норбергов и причины прихода Гриффина по среди ночи, а то Амэя бы от меня не отстала. Единственное, не стала упоминать об орле, сказав, что искала нереально крутую библиотеку Норбергов. В результате из комнаты я вышла только на ужин. И то, Олдридж уснула над учебниками по травоведению (ещё бы, кто угодно из-за этой скукотни уснёт), так что идти мне пришлось одной. Слава Богу, моих братцев в столовой не было. Но сильно радовалась я не долго. Так как по середине моей трапезы слева от меня сел Ориан. Только его сейчас не хватало. — Ты меня преследуешь, Фостер? — устало произнесла я. — Ты от меня бегаешь, Остин? — на мой манер передразнил парень. — Слушай, отвали, а. — Значит пропуск на приём к Генриху Норбергу, тебе уже не нужен? Ориан ехидно улыбнулся, а я чуть чаем не захлебнулась. Точно! Я же совсем про пропуск забыла. — Так ты поэтому за мной таскаешься? — Нет, убить тебя хочу, — съязвил парень. — Ну, не убить, — протянула я. — А вот опять полезть ко мне целоваться — вполне. — А тебе прям не терпится, — улыбнувшись, придвинулся ко мне огневик. — Размечтался! Давай пропуск. Ориан взял меня за правое запястье, вокруг которого загорелась словно белая ниточка и через пару секунд исчезла. — Оно незаметное. На входе предъявишь, — провёл мне миниинструктаж Фостер. — Я в курсе, как это работает. — Ладно, я тогда пойду. А то ещё полчаса назад поел. Всё тебя ждал, — недовольно зыркнул он в моё сторону. Дожили! — Постой. У меня к тебе вопрос, — остановила я парня, который замер в шаге от меня. — Гриффин меня тут подталкивает к тому, чтобы я в качестве дополнительной стихии огонь выбрала. Говорит что-то про перспективы. А я как бы больше по воздуху. Но решить надо быстро. Не знаешь, кого мне про спецкурс огня лучше расспросить? — Гриффин что делает? — явно не поверил своим ушам парень. — Не отвлекайся от вопроса. — Он же тебя ненавидел вроде. — Фостер! — начала раздражаться я. — Так зачем тебе огневики? Про огонь тебе и Гриффин всё расскажет. Ты лучше с профессором Хольмбергом поговори. Он декан факультета воздуха. Помнишь, он рядом с Гриффином на первой паре стоял, — я начинала припоминать. — Расспроси про все плюшки его факультета. И сравни. — Неплохая идея, Ориан. Спасибо. — Не за что. Приятного аппетита, — после этого огневик улыбнулся своей фирменной обворожительной улыбочкой и направился к выходу из столовой. Вскоре я тоже шла в свою комнату, размышляя о том, что надо бы завтра после пар обязательно поговорить с Хольмбергом. А во вторник тогда всё выясню с Гриффином. Странно всё-таки, ещё вчера я бы многое отдала, чтобы никогда больше не видеть декана огневиков, а теперь рассматриваю вариант личных с ним занятий. Да, что только ни сделаешь ради своего успешного будущего!