Академия стихийной магии и магических искусств

Сперва было довольно прохладно, но потом становилось всё теплее и теплее. Перед глазами заплясали огоньки, а на фоне послышались изумительные звуки саксофона. Я сидела в винтажном кресле. Не знаю, где находилась, но в своей голове место я назвала джаз-баром. Здесь было вполне просторно, интерьер, не смотря на состаренный вид, выглядел безумно дорого. От чего-то здесь было уютно, всё вокруг расслабляло. Тёплый рассеянный свет, мелодичная песня и какой-то очень знакомый аромат дарили ощущения комфорта. Звуки джаза успокаивали, как будто пьянили. Я закрыла глаза и сделала глубокий вдох — вкусно пахнет, но чем… — Скучаешь? — моё ухо обдало ледяное дыхание. И пусть слова были сказаны почти шёпотом, от неожиданности я вздрогнула и открыла глаза. — Не стоит так пугаться. Неужели я такой страшный? — прозвучало с лёгкой насмешкой. Мужчина, которого я легко узнала по голосу, обошёл моё кресло и сел в соседнее — напротив меня. Белоснежная рубашка, галстук, серые брюки и жилет от костюма-тройки, правда, опять без пиджака. Было до безумия непривычно видеть его не в чёрном. — О, что вы, мистер Норберг, внешне вы точно не ужасны, — решила я поддержать его игривый тон. — Или лучше «господин Норберг»? — Определённо лучше, — растянул слова Фрост и слегка улыбнулся. В помещении весь свет был тёплый, но в глазах воздушника отражался чем-то холодным, словно Норберг был самим воплощением ледяной магии. — Почему мы здесь? — место было для меня необычным. — Тебе не нравится? — спросил маг, ослабляя галстук и расстёгивая верхние пуговицы рубашки. — Нравится, но я бывала в подобных местах лишь в детстве. — Слышал, что миссис Остин любит джаз. — Мама? Да, она его просто обожает. Когда я была в начальной школе, она пару раз брала меня с собой, но я никогда не могла усидеть на месте и всё время всем мешала. Так что вскоре она просто начала отвозить меня к бабушке. — Даю слово, что не отвезу тебя ни к какой бабушке. — Даже если буду мешать? — отчего-то в моих снах опасность, что источал этот мужчина, не только пугала, но ещё и соблазняла, была почти желанной. Норберг ничего не ответил. Он больше не улыбался, смотрел на меня непрерывно и как-то строго. — То как ты смотришь — пугает, — сперва я хотела сказать, чтобы он вообще на меня не глазел, но отчего-то «такого» Фроста мне стало немного боязно о чём-то просить. — Я устал. Не знаю, как мне должна была помочь эта информация. Но маг лишь откинулся на спинку кресла, расположив руки на его подлокотниках. Что говорить, я больше не знала. Поэтому, чтобы хоть как-то расслабиться под этим взглядом, решила выпить вина, бокал которого стоял на столе. Игристое оказалось очень вкусным, так что мой бокал вскоре опустел. Здесь был ещё низкий стакан с какой-то тёмно-янтарной жидкостью для Норберга, но это же его напиток… Может алкоголь так сильно ударил мне в голову, что мне безумно захотелось выпить ещё. В пальцах приятно закололо от азартной мысли: забрать алкоголь брата — эта идея казалась чем-то невероятно опасным и весёлым. Я перевела свой взгляд на Фроста: он всё так же сидел полностью захватив всё пространство кресла, слегка опираясь головой о правую руку, полностью развязанный галстук висел на мощной шее, пара расстёгнутых пуговиц на рубашке (как же захотелось расстегнуть их все). Красив, засранец, до чего же красив. Ещё бы не этот жуткий взгляд. — Ну зачем же так смотреть? — да, кажется, я и впрямь пьяна, раз мой тон стал настолько фривольным, но я же немного выпила. — Я думал, что ты хоть немного меня развлечёшь. Каждое его слово — лёд. Мне всё-таки больше нравиться его подобие хорошего настроения. Хочет немного развлечения, значит… Ловким движением руки его стакан оказался у меня, ещё одно резкое движения — и я выпила залпом всё его содержимое. Горло словно обожгло, а через мгновение начался кашель. Не знаю точно сколько это длилось, но кашлять я перестала только после того, как к моим губам приставили стакан и я выпила всю воду, что в нём была. — Ещё воды? — спросил то ли взволнованный, то ли суровый Фрост, а скорее всё вместе, который теперь нависал надо мной. Я лишь отрицательно помотала головой. После чего мужчина снова вернулся в своё кресло. Его взгляд стал явно не лучше предыдущего: кажется, развлечение не удалось. — Что это было? — спросила я ещё слегка откашливаясь. — Виски. Захотелось ещё? — Лучше того вина, что я пила вначале, — ответом на мою просьбу стал смешок. — Всё время нарушаешь правила, пытаешься всех обмануть на тесте, а теперь, оказывается, ещё и много пьёшь. — С каких пор один бокал — это много? — О, детка, — на этом моменте Фрост наклонился вперёд и опёрся локтями о стол, — бокал зачарован. В нём была целая бутылка. Я смотрела на наконец-то снова ухмыляющегося мага и обдумывала то, что он сказал. Но сейчас моему мозгу думать не очень то и хотелось, а вот вина всё ещё хотелось, и расстегнуть эту дурацкую рубашку Норберга тоже. — Зануда, — позволила я себе вольность. Фрост лишь усмехнулся, и после щелчка его пальцев, мой бокал снова был полон. В стакане воздушника вновь плескалась янтарная жидкость, но он слишком быстро осушил его. Я тоже пригубила вина. — Кто тебе помогал? — спросил мужчина после довольно долго молчания. И затем уточнил: — На тесте. — Ни-никто, — этот резкий переход мне совсем не понравилась. Мгновение назад мне хотелось веселиться, а теперь по телу поползли мурашки. — Прекрати держать меня за идиота и облизывать свои губы — это отвлекает. Только сейчас я заметила, как рефлекторно провожу кончиком языка по верхней губе. И тут же перестала так делать. Казалось, вокруг закончился воздух, потому что от ужаса, что прошёлся по спине, дышать стало не чем. Он знает. Но как? За локациями не наблюдают. Норберга даже не было на испытании. Если бы кто-то и узнал — меня бы уже отчислили. Стоп. Конечно он знает. Это же просто сон. Фрост из моих сновидений и о том, что я его сестра знал. Но мне совершенно не хотелось говорить об этом. Надо было как-то увести этот разговор в сторону: — С чего бы мне отвечать? Спроси я что-то подобное — ты бы мне отвечать не стал. — Хорошо, давай так: ты отвечаешь на мои вопросы, а я на такое же количество твоих. — Я тебе не доверяю, так что мой вопрос будет первым! Видимо, моя попытка поторговаться воздушника немного удивила. На минуту между нами повисло молчание. А затем мужчину глубоко вздохнул и махнул в мою сторону рукой. Я так понимаю, что с его мажорского языка жестов это переводиться как «Валяй!». Надо было подумать. Вопросов было так много. И всё же я определилась: — Итак… Кажется, Кай тебя недолюбливает, — то, что начало Фросту не понравилась, я поняла по тому, как он резко набрал воздух, желваки слегка заиграли на его лице, а в глазах заскользил лёд. И это я ещё очень сглаживаю углы. — Я бы даже сказала, что он тебя побаивается. Да и в целом, он явно не питает к тебе братских чувств. Почему? — Что этот малявка тебе наплёл? — казалось, ещё немного и воздушник зарычит от злости. — Сейчас я задаю вопрос, а ты отвечаешь. Стакан, который Норберг всё это время вращал за горлышко, покрылся изморозью, и даже на столе под ним начали появляться льдинки. Я уже начала думать, что мужчина не ответит, когда Фрост наконец заговорил: — Я наследник, Мария. И моё наследие — это не только деньги отца, но ещё сила, власть и ответственность. А всего этого у нашего рода немало. С самого первого дня моей главной задачей было любым путём увеличить то, что мне было дано при рождении. И я в этом преуспел. Что же до этого поганца: он просто слабый, глупый, взбалмошный мальчишка. Мне было бы плевать, но какого-то хрена он мой брат. Так что из-за его недостатков страдает МОЯ семья. Глупости, что он вечно творит, я стараюсь при возможности пресекать. Вот и получается: я недолюбливаю его, он — меня. — Как-то… без подробностей. — Как мог. Мой черёд: ещё раз спрашиваю, что этот малявка тебе наплёл? — произнёс он отделяя каждое слово. — Потратишь свой первый вопрос на это? Не ты ли… — Отвечай, малышка, — перебили меня. По коже пробежал холодок. Но ведь ничего плохого не произошло. Да и это всё не взаправду. Тогда чего я вдруг переживаю? — Ничего он мне не наплёл, мы и не общаемся то в общем. Просто недавно вместе отбывали наказание: чистили котлы и мётлы. Мы вроде как не ладим, так что припирались или, может, обзывались… не важно. Как-то речь зашла о тебе, вот Кай и сказал, мол, Фрост Норберг жуть какой страшный, и держишь от него подальше, если жизнь дорога. — Речь зашла обо мне? От его голоса кровь стыла в жилах. А мне как-то совсем не хотелось замерзать. Настрой надо было срочно исправлять. — Да, зашла. Кажется, это я сказала, что его самый старший брат невероятно красив, силён и что-то ещё. Фрост впервые за вечер широко улыбнулся. И пусть это торжество длилось всего мгновение, довольная ухмылка на его лице всё же осталась. — И что же «ещё»? — спросил Норберг. — Ну уж нет! Моя очередь. Пора сменить тему на что-то не о твоих родственниках. Я снова задумалась, разглядывая мужчину и подбирая вопрос. — Спросишь, почему я не в чёрном? Или без пиджака? — усмехнулся Фрост, припоминая мне мои прошлые причины удивления. — Нет, эти вопросы я оставлю на потом. А сейчас… — мне слишком о многом хотелось узнать. — Давай ты начнёшь облизывать губы, когда мы закончим с вопросами? — подняв одну бровь, Норберг смотрел на меня, а в глазах начинали плясать искры. Я опять не заметила, как языком касаюсь верхней губы. И снова его спрятала. Раньше этой привычки, кажется, не было. Зато мне вспомнилась одна сплетня, что я слышала в Академии, и определилась с тем, о чём хочу спросить: — У тебя есть невеста? — произнесла, стараясь сделать голос как можно более невозмутимым. Удивление промелькнуло в глазах Фроста так быстро, что, возможно, мне и вовсе показалось. А через секунду все звуки исчезли и всё вокруг погрузилось во тьму. *** Утро оказалось чудесным уже от того, что я очень хорошо выспалась. Чувствовала себя полной сил, хотя из-за событий последних дней думала, что это невозможно. Моя благодарность Амэе за снотворное не знала границ. Но вот соседке повезло куда меньше. Её ломота в теле и усталость от теста и тренировки Хорона не прошли за ночь. Так что первую пару водница решила провести не за партой, а в своей постели. Вторник — самый скучный день недели. Меня переполняла энергия, но впереди ждали четыре долгие и совсем неинтересные пары. Прогулять бы их, но понимание, что у меня за такое стараниями Гриффина могут забрать слишком много баллов, пересилило — пришлось идти. Зельеварение я не особо любила с детства, к тому же в нём была хороша Афина. Так что чаще всего я обращалась за помощью к ней. И была очень рада данному увлечению подруги, но не сегодня: Олдридж, как и неделю назад, уселась за первую парту, а мне так хотелось с ней поболтать. Я же предпочла выбрать последний ряд. В аудитории было пустовато: за предыдущие пары все поняли, что профессор зельеваренния — человек добродушный и нестрогий. Так что здесь были лишь действительно заинтересованные студенты, зубрилы и я, старающаяся не давать повод одному огненному-засранцу снять с меня кучу баллов из-за пустяковых проступков. Мне предстояло пережить как минимум две пары помирая со скуки в полном одиночестве. — Капризулька, ты тоже тут? — прошептали мне на ухо. От неожиданности я чуть на стуле не подпрыгнула. У меня прям какой-то эффект дежавю. Но уже через мгновения пришла в себя и со всей силы ударила ладонью по ноге одного в край обнаглевшего воздушника (с радостью бы сменила место удара на его довольную физиономию, но для этого мне пришлось бы встать). — Ты совсем сдурел? — прошипела я, не желая привлекать к нам внимание. — Эй, а без рукоприкладства никак? — Никак! Во-первых, никогда ко мне так не подкрадывайся — ты меня напугал. — Что ты такая пугливая? — недовольно проговорил Кай, потирая место «ранения» и присаживаясь справа от меня. — А во-вторых, — продолжила я, — ни-ког-да и ни-за-что не называй меня этим мерзким словом. Ухмылка вновь вернулась на лицо Норберга. А затем он наклонился как-то очень близко к моему лицо, и заговорческим голосом, словно собирается предложить что-то незаконное или очень неприличное, проговорил: — Капризничаешь? Я лишь ещё приблизилась к лицу воздушника так, что мы почти касались друг друга носами, и прошипела: — Кай, душа моя, не знаешь сколько дают за особо жестокое убийство в порыве гнева? — Неа, — ответил довольный собой маг, а затем убрал прядь моих волос, которая спадала на лоб, мне за ухо. Я хотела оторвать его клешню, но мне помешал голос профессора: — Мистер Норберг и мисс Остин, мои пары — не место для любовных утех. Я понимаю, в вашем возрасте весьма непросто приостановить поток своих чувств. Но будьте добры оторваться друг от друга хотя бы на время занятия. Мне хотелось придушить их всех: и этого дурацкого профессора, и наглеца, сидящего на соседнем стуле и ели сдерживающего смех, и, конечно, всех остальных студентов в аудитории, которые теперь уставились на нас с открытыми ртами. В особенности своим злобным взглядом меня прожигала наша староста Кэмприн, которая, к моему сожалению, тоже входила в число заучек. — Внимание на доску, — напомнил о себе пожилой зельевар. Однокурсники с неохотой развернули свои головы в сторону профессора, хотя изредка всё же оборачивались, чтобы взглянуть на меня с воздушником. Занятие началось. — Перестань хихикать, — произнесла я сквозь сжатые зубы, не поворачивая головы. — Брось, чего ты такая капри… — Что ты здесь забыл? — перебила я, только бы снова не услышать той ужасной клички, что мне придумал Кай. — У нас же пара. И я как добропорядочный студент пришёл на неё поприсутствовать, — гордо и до неприличия наиграно произнёс Кай. Тут я не выдержала и таки повернулась в сторону парня, чтобы взглянуть в его наглые, брехливые глазёнки. — Я похожа на дуру? — Ну как тебе сказать, Остин, — нагло усмехнулся воздушник, за что и получил очередной удар по плечу. — Эй! — Тише, — прошипела я, боясь опять привлечь внимание. — Ты вчера сказала, что собираешься на зельеварение, вот я и решил составить компанию. Кстати, что ты здесь забыла? Я решил ты одна из этих, — Кай с явным осуждением указал на однокурсников, которые что-от записывали на первых рядах. — Но такие не садятся за последнюю парту. — Как ты там сказал: «добропорядочный студент»? Вот я им и являюсь. — Ну тогда у меня для тебя плохие новости: в этот список не могут входить люди, которые стали нарушать правила Академии чуть ли не в первый день занятий. Я лишь закатила глаза. Нашёлся умник! — Мне нельзя терять баллы, — призналась я. — С чего бы это? У тебя их теперь предостаточно, да и не снимут много за пропуски. — Гриффин спит и видит, как бы вышвырнуть меня от сюда. — Уверен, будь его воля — он бы вышвырнул нас всех. — Уж поверь, моему отчислению он обрадуется большего всего. Кстати, не знаешь на него какого-либо компромата? Даже не представляю, на что я надеялась, задавая этот вопрос. Ещё недавно мы с младшим Норбергом готовы были придушить друг друга, а теперь я прошу его помощи. Но Кай имел какой-то невероятное свойство располагать к себе. — Ммм, не припомню ничего существенного, — через минуту заговорил парень. — Он известен своими частыми романами со студентками, больше ничего в голову не приходит. Надо будет у братьев спросить, они здесь подольше. О! Ты тоже можешь попробовать к нему подкатить. Может прокатит — перестанет тебя недолюбливать, ещё и сам баллов подкинет. М-да, предложение воздушника мне совсем не подходило. Придётся выкручиваться самой. Надо поскорее найти что-то на огневика и потребовать, чтобы оставил меня в покое. — Идея на любителя, которым я не являюсь, — пояснила я Каю, что такой вариант событий не для меня. — Мисс Остин, — раздался негромкий, но явно недовольный голос зельевара. — Не окажете ли мне такую честь, пересесть чуть ближе. Мужчина рукой указал на свободное место во втором ряду. Вот же блин! Это всё из-за этого засранца Кая! Это он ко мне подсел, а теперь вместо ничего неделанья, мне придётся слушать эту нудную лекцию. Кажется, парень хотел возразить лектору, но я шикнула на него, чтобы не смел. На нас и так снова все уставились, хватит привлекать столь нежелательное внимание. Мне ещё не хватало, чтобы о нас с этим нахалом начали шептаться по всей Академии. С недовольным лицом я поднялась, собирая свои вещи. Как вдруг этот блондинистый придурок встал вслед за мной, кажется, тоже собираясь перебраться поближе к лектору. Я, наверное, должна бы злиться, но состояние шока меня парализовало. Что он творит? — Нет-нет, мистер Норберг, вы можете не пересаживаться, — слегка удивлённо проговорил и сам профессор, но быстро взял себя в руки и продолжил более уверенно: — Я пытаюсь нейтрализовать источник шума, а не переместить его ближе к доске. — Я это прекрасно понял, — усмехнулся воздушник. — Но тогда мне совершенно не интересно здесь сидеть. Кай закинул рюкзак себе на плечо и уже через пару секунд покинул аудиторию. Я так и продолжила стоять. Как. Чт.что он только что сделал? То есть ясно, что, но. — Мисс Остин, вы можете остаться на своём месте, — проговорил как-то слишком спокойно зельевар. — Попрошу тишины, — обратился он уже ко всем студентом, которые во всю перешёптывались. Я не знала, злиться профессор или нет, но во мне всё просто кипело. Хотелось догнать воздушника и придушить. Неужели так сложно было досидеть хотя бы до конца лекции? Оказывается сложно, потому что я с трудом с этим справилась. Спать не хотелось, но то, о чём рассказывал преподаватель было невероятно скучным. Не знаю, почему Афине так нравится. Следующей парой была практика по зельеварению. На ней младший Норберг так и не появился, зато пришла Амэя. Я даже хотела встать с ней в пару, чтобы оттянуть момент с расспросами Афины. Но всё же пересилила себя. В школе на занятиях связанных с данным направлением мы всегда работали вместе, у подруги и правда был в этом талант. Перерыв был недолгим, а драгоценными минутами занятия землевичка слишком дорожила, так что я отделалась кратким рассказом о вчерашней отработке. А реальных причин, почему воздушник припёрся на первую пару у меня всё равно не было. Следующие занятия у нас с Афиной проходили раздельно, поэтому мы договорились взять еды на обеде и вместе перекусить в студенческом дворике. По вторникам у курсов старше первого было больше занятий, так что с моей рыжеволосой зельеваркой мы с лёгкостью нашли укромное место. — Ты как? — решила я уточнить состояние Афины: если моей учёбе угрожал один из профессоров, то подруге — невысокие баллы. — Переживу, — ответила девушка то же, что и вчера на такой же вопрос. — Мария, что ты задумала? — спросила с неподдельной тревогой. — О чём ты? — Пару дней назад на твоего отца совершают покушение, а сегодня ты мило болтаешь на задних партах с одним из его сыновей. А раньше была готова придушить Кая. — Что? Нет, ты не так поняла. — Мари, я тебя знаю, ты везде найдёшь себе проблем. Я понимаю, что это твой вариант веселья вместо танцев по субботам или походов в кино… — Я хожу кино. — Ты меня поняла. Но прошу тебя, на этот раз остановиться. Убийства и разборки высших семей — не очередная забава. Это опасно. И порой даже смертельно. Девушка смотрела на меня с такой заботой и волнением, что у меня защемило сердце. А я то решила, она начнёт мне приписывать роман с младшим Норбергом. Хотя это же Афина, она никогда не была такой. Сплетни и интриги — то, к чему подруга никогда не имела отношения. Она то свою личную жизнь от всех всегда утаивала, в мою бы лезть землевичка точно не стала. — О, моя самая любимая и самая заботливая подруга, — я не удержалась от обнимашек. — Я правда не знаю, почему этот воздушник припёрся на зельеварение. Мы вчера неплохо поболтали на отработке, но не более. Клянусь, я даже не думала ни о чём подобном. — Честное слово? — Пречестное, — широко улыбнулась я. — Так уж и быть, я тебе поверю. Еда оказалась очень вкусной. К тому же я рассказала Афине про Гриффина — больше ни с кем я не могла этим поделиться. Так что мне немного полегчало, когда выговорилась. Он больше не выглядел таким страшным и ужасным после всех обзывательств, что придумала для него подруга, пока я всё рассказывала. Так что наш обед затянулся на несколько часов. Я бы с радостью ещё поболтала и погуляла с рыжей, но нас обеих ждал вечер подготовки к занятиям: меня — к очередному бою на дополнительной паре по огненной магии, а Афину — ко всем, девушка была решительно настроена улучшить свой рейтинг. Наверное, мне стоило бы радоваться тому, что вечер прошёл до ужаса скучно: в последнее время веселье в мою жизнь приносили только проблемы. Но это всё равно мне не нравилось. Книги по магии огня утомляли, те крохи практики, что я могла себе позволить в комнате, давались мне легко, а большее могло слишком плохо закончиться для здешней мебели и, как следствие, моего рейтинга. Ещё и Амэи, как назло, не было. Я даже решила в этот раз принести ей сама ужин, а то мало ли. Часы уже пробили полночь, я недавно легла спать, а соседки по комнате всё ещё не было. Это было странно. Девушка ранее никогда не нарушала режим. Хотя, возможно, она в нашей башне: заснула у подруги или хихикает с каким-нибудь симпатичным водником. В постели я ещё какое-то время читала «Огненные энергетические потоки для иностихийных волшебников», но глаза безбожно пытались сомкнуться. Книгу пришлось перемесить на прикроватную тумбочку, на которой теперь лежали только учебники, даже подарок Фроста убрала в шкаф. Устроившись в кровати поудобнее, я закрыла глаза, ловя себя на попытке услышать чьи-либо шаги в коридоре. Заснула я довольно быстро, в полнейшей тишине. *** Утро оказалось недобрым — я безумно сильно проспала. Зачастую меня будит в таких случаях соседка, но её кровать, как и вчера вечером, оказалась пуста. На момент моего пробуждения, первая пара уже подходила к концу. И я сильно рисковала опоздать даже на вторую — занятие Колетти. К счастью «наряд» был приготовлен с вечера, мне было важно надеть юбку и полупрозрачные высокие чулки, в которые я собиралась напихать шпоры по магии огня, на случай, если что-то забуду. К моей огромной удаче, когда я влетела в аудиторию, Кристал там ещё не было. Так что сперва я вздохнула с облегчением и только через мгновение, после того, как окинула парты взглядом, напряглась: практика должна была начаться через минуту, но Амэи здесь не было. — Мисс Остин, вам чем-нибудь помочь? — строгий женский голос раздался прямо из-за спины. — Доброе утро, профессор Колетти. Я просто выбирала, куда бы сесть. Под пристальным взглядом главы водного факультета, я направилась к ближайшей пустой парте. Стоило бы сообщить ей о пропаже моей соседки, но вдруг у неё всё в порядке, а я только сделаю хуже, рассказав о нарушении комендантского часа. Всю пару я изводила себя сомнениями. В итоге решила подождать до ночи. Если Амэя так и не объявиться — тогда и сообщу. С занятия я выходила не особо собой довольная: привыкшая быть лучшей, или хотя бы одной из таких, сегодня у меня всю пару всё валилось из рук. Я нервничала из-за предстоящей пары Гриффина, из-за Амэи и, надо признаться, из-за тревожных мыслей об отце. Надо сосредоточиться на учёбе хотя бы до обеда! И тут на мои плечи упала чья-то тяжеленная рука и чуть прижала к её хозяину. — Как делала у главной капризули? — раздался около моего уха слишком весёлый шёпот. Теперь в сторону следующей аудитории я направлялась не одна. — Норберг! — почти крикнула я. — Прекрати ко мне подкрадываться и убери свою клешню. Ещё мне очень хотелось, чтобы он перестал называть меня этой мерзкой кличкой, но за эти пару дней я поняла, что просить его об этом без толку. — А если я скажу, что у меня есть парочка интересных сплетен про одного огненного профессора, моя, как ты выразилась, «клешня» может остаться на месте? — широкая улыбка Кая была настолько обворожительна, что, наверное, могла ускорять сердцебиение, но вот моё сердце в этот момент замерло от мелькнувшей надежды. — Ты достал что-то на Гриффина? — Для вас, миледи, хоть звезду с неба, — слишком наиграно поддразнивал мой интерес воздушник. — Хватит ёрничать, — зашипела от нетерпения я, прекрасно понимая, что вообще-то стоило бы быть с ним подобрее. — Идём ко мне в комнату. А то долго рассказывать, да и здесь слишком много лишних ушей. Предложение было заманчивым, так как любопытство меня таки разрывало на кусочки. — Нет, не могу. Я уже проспала первую пару. На сегодня прогулов достаточно. — Совсем забыл, что ты у нас теперь притворяешься хорошей, — усмехнулся Кай, а затем легонька ударил меня по носу указательным пальцем свободной руки. — Ещё раз так сделаешь и я его тебе откушу. — Это прозвучало даже немного соблазнительно, — почти промурчал воздушник. — Тогда после обеда, у входа в башню воздушников. После этих слов рука с моих плеч исчезла, а одногруппник направился в противоположную сторону. — Ты куда? — в ответ на мой вопрос я услышала приглушённый смех. — В отличие от тебя, я не пытаюсь скрыть, что я плохишь. Так что никаких лекций. Мне и вчерашней хватило на весь год. — Ты с неё сбежал, — недовольно припомнила я свой позор. — Вот именно. Теперь моему взору был доступно только удаляющаяся широкая спина в кожанке и белая макушка. Стоило мне оторвать взгляд от Кая, до меня дошло что многие из однокурсников косились в мою сторону. Явно уже начали плести сплетни про меня и моего недавнего врага. — Что?! — прикрикнула я на них раздражённо. Мне никто не ответил, так что я поспешила в лекционную, где рухнула рядом с Афиной. Пара пролетела даже слишком быстро, приближая меня к неизбежному столкновению с нашим преподавателям огненной стихии. Обратно на верхние этажи я шла медленно, слишком медленно. Опаздывать было нельзя, но и увидеть Гриффина раньше положенного мне не хотелось. По итогу к кабинету я подошла одной из последних, если не самой последней. Внутри всё неприятно скрутило, по рукам пробежали мурашки. Я открыла дверь и сперва немного опешила: профессора в аудитории всё ещё не было. И с чего я вообще так распереживалась? Все передние парты были забиты девчонками — это к лучшему. Весь кабинет негласно поделился на две части: справа сидели маги воздуха, слева — водники, среди которых к моему огромному сожалению снова не было Амэи. Тогда выбор места был очевиден: я уверенно зашагала к задним партам своей группы. Стоило мне опустить свою пятую точку на стул — дверь распахнулась. Все в аудитории встали, когда зашёл Гриффин. Высокий, с неидеально зачёсанными волосами, но в идеальной белой рубашке, совершенно не скрывающей его прекрасную физическую подготовку. Я стояла в четвёртом ряду, но всё равно видела эти угли, что тлели в его глазах. Уголки губ опущены. Он опять был чем-то недоволен, но, благо, на меня даже не взглянул. — Садитесь, — низкий грубый голос. — Можете присоединиться к одногруппникам, Норберг. И тут в кабинет зашло это чудо. Рядом с профессором Кай был похож на чертёнка около дьявола. Парень тоже был высок, но его довольный оскал и слишком пафосная и озорная манера движений разительно отличала его от огневика. Воздушник слегка склонил голову, приветствуя преподавателя, проходя вдоль рядов отсалютовал друзьям, а затем… Нет-нет-нет-нет-нет! — Успела соскучиться? — знакомый довольный голос, казалось, обжёг мне шею, после того как его хозяин развалился на соседнем стуле. Этот придурок был единственным магом воздуха, сидящим на левой половине класса. Все, абсолютно все, включая Гриффина, смотрели сейчас на нас. Снова! Может Кай вовсе не воспылал ко мне дружескими чувствами, а просто выбрал другой способ мне досадить? Надо было опустить глаза, но рефлекторно взглянула на реакцию остальных, и теперь я встретилась взглядом с нашим профессором. К моему удивлению его карии глаза не загорелись огнём, они смотрели на меня строго, и скорее темнели, нежели начинали пылать. Моё сердце стучало с такой силы, что, казалось, не выдержит и остановится. — Достаём листочки, — произнёс он всё ещё глядя на меня. Раздражённые вздохи не успели слететь с уст одногруппников, из-за того что огневик зыркнул на нас так, что, будь его воля, точно всех бы здесь сжёг заживо. — Воу, кажется Гриффин, не в духе, — прошептали мне. — Ты выжил из ума, Норберг? — произнесла как можно тише, и в то же время со всей яростью, что теперь меня разрывала. — Ты привлекаешь ко мне лишние внимание! — Остин! Марш за мой стол, — я уже успела и забыть, насколько идеальный слух у Гриффина. Это было похоже на очередной кошмар. У мужчины, что сейчас снова сверлил меня взглядом, играли на плотно сомкнутой челюсти желваки. А я так надеялась, что, хотя бы на время этой пары, мне удастся стать для него невидимкой. Я придушу этого мелкого воздушника, прямо сегодня после того, как он расскажет мне компромат на этого треклятого профессора, и придушу. Боясь, что споры закончатся для меня слишком плачевно, я подхватила свои вещи и направилась к учительскому столу, успев шикнуть новоявленному соседу по парте, чтобы даже пискнуть больше не смел. На учительском столе и большом стуле не было ни единой вещи, но ощущения всё равно были такие, как будто я при всём классе забираюсь Гриффину в постель. Что за дурацкое сравнение? Не успела я сесть, как преподаватель щёлкнул пальцами, и перед каждым студентом вспыхнул листок с заданием. И моё внимание быстро сменилось с большой мужской фигуры на вопросы об огненном колдовстве. Я готовилась, я чёрт возьми, даже готовилась к этой паре, но это всё равно было слишком сложно для тех, кто никогда не использовал магию самой горячей стихии. В моей голове невольно появились теория заговора о том, что у остальных студентов задания куда проще. Но я себе явно льстила — Гриффин презирает всех, меня просто чуть больше. Про многое из того, о чём шла речь, я читала: руны, заклинания, потоки, направление энергии. Но огонь слишком отличен от водной стихии, так что всё слишком быстро вылетало из головы, а выучить весь материал времени не было. Вот бы всё вспомнить. Под юбкой, прикрытые лишь полупрозрачной тканью чулок, меня мании шпоры, что я вчера написала. Там было немного информации, но всё самое важное. На некоторые вопросы я ответила, но что-то никак не могла вспомнить. Желание взглянуть росло во мне с каждой минутой, с каждым перечитанным вопросом, на который не написала ответ. Я чуть приподняла глаза, ища фигуру огневика: он стоял рядом, но практически полностью повернулся ко мне спиной, чтобы наблюдать за аудиторией. «Он не увидит, у него не хватает угла обзора, чтобы заметить» — решила я. А затем осторожно немного приподняла край юбки и приковала сой взгляд к мелким надписям. Тааак, это не то… это можно написать в третьем вопросе… не то… и это тоже не то. о, отлично! — Остин, задание не между твоих ног, а выше: на парте, — профессор, что уже практически нависал надо мной, вытянул вперёд руку и несколько раз стукнул средним и указательным пальцами по моему листку. — Угу, — я чуть коньки от испуга не отбросила Практически уткнувшись носом в листок, я боялась оторвать взгляд от моих записей. Неожиданно мой подбородок схватили и резко дёрнули вверх. Мои глаза встретились с огненной радужкой. Сначала был страх, но несколько секунд ничего не происходило, Гриффин просто смотрел на меня. И я на мгновение им даже залюбовалась. — Для тебя моё занятие окончено. Вон из кабинет, Остин, — тёплые пальцы убрали от моего лица, а резкий грубый голос вывел из оцепенения. — Что? Нет! Я ещё не закончила… — Не закончила списывать?! Ещё слово и я больше не допущу тебя до своих пар! Угроза прозвучала очень заманчиво: с радостью бы больше здесь не появлялась. Но тогда меня не пустят на экзамен. А это значит, можно сегодня начинать собирать вещи. Нет, ходить на огненную магию надо. А профессор сейчас скорее испепелит меня, чем позволит остаться. Пришлось быстро собрать вещи и покинуть аудиторию под злобный взгляд Гриффина. Шушукаться никто не стал, знали — отправятся вслед за мной, но, уверенна, на обеде все обязательно меня обсудят. *** Я шла к башне воздушников. Мой гнев за последние два часа чуть поутих, но разговаривать с Каем особо не хотелось — мы как-то резко стали слишком много общаться. И всё же интерес и желание, иметь возможность найти хоть какую-то защиту от Гриффина, пересиливали. Около входа в башню, большой арки из белого мрамора, никого не было. Но, стоило мне подойти, из-за стены вышел вечно ухмыляющийся младший Норберг. Я уже хотела начать причитать за все его выходки, но парень приложил указательный палец к губам и головой кивнул в сторону лестницы, указывая идти за ним. Этот «жест тишины» мне не понравился: в голове сразу всплыл образ того, как мы столкнулись с воздушником прям на этом месте, когда я как-то раз выбегала из комнаты Фроста. В тот вечер Кай сделал также, лишь добавляя «Чшшш», а я так и не узнала, откуда он возвращался, раз решил не выдавать моё нарушение комендантского часа. В тот вечер Фрост прижал меня к стене у себя в комнате и поцеловал. Эти воспоминания до сих пор кажутся не совсем реальными. Интересно, а старший Норберг сейчас у себя, он вообще в Академии? За всё время пребывания здесь, я видела его всего пару раз. Скорее всего он сейчас занят, разбирается с делами отца и ищет несостоявшегося убийцу. — Прошу, миледи, — за время моих размышлений мы, похоже, дошли до комнаты воздушника, дверь которой он передо мной только что открыл. Внутри «апартаменты» были явно меньше чем у старшего из братьев, в очень похожих живёт Ориан. Вот только у огневика не было такого идеального порядка. Я много что могла ожидать от комнаты Кая, но точно не такой чистоты: никаких валяющихся вещей, всё сложено или убрано, даже небольшие стопки книг были выровнены. — Вау, — вырвалось у меня от неожиданности. — А где хаос, мусор и разруха? — В твоей комнате, полагаю, — тихий довольный голос прозвучал слишком близко: Норберг стоял прямо за моей спиной, почти меня касаясь. — Прекрати ко мне подкрадываться, — я обернулась и чуть не стукнулась носом о подбородок парня. — А ты прекрати мне всё время указывать. Кай наиграно схмурил брови и надул губки. Я лишь тяжело вздохнула. Что взять с этого ребёнка в теле взрослого. Почти взрослого. — Кай, ты сказал, что узнал что-то про Гриффина, — чересчур довольная улыбка заскользила по лицу парня. — Дааа… — растянул воздушник как-то чересчур слащаво, это начинало меня раздражать. — И?! Что «да»? Рассказывай! — Меняю компромат на информацию о том, что у тебя с Гриффином? Или для тебя привычнее называть его Дуайт? Имя огневика было чем-то инородным в этом разговоре. Нет, в любом разговоре. Парень, наверняка, просто забавлялся, веселился от своих додумок. Но по спине всё равно пробежал холодок. — Ничего, — ответила как можно увереннее. — Тогда и у меня ничего на него нет, — широкая улыбка и искорки в глазах. Кай выглядел слишком добродушно и дружелюбно относительно вопросов, что задавал. — Он меня ненавидит с первого дня знакомства, — начинала я злится. — Разве это не очевидно? — Очевидно, — братец внимательно смотрел мне в глаза, будто наслаждаясь чем-то там увиденным. — Но пока я искал что-то интересненькое на нашего очаровательного профессора, то узнал, что он испытывает к тебе и правда сильные чувства, но совсем иного характера. А сегодня на паре, ооо, я наслаждался этим представлением, жаль, оно было таким коротким. И судя по всему, Гриффин уже пытался затащить тебя в постель. А мне чертовски интересно знать все подробности. Так что делись, капризулька. Даже мысль о том, что кто-то мог знать о наших странных отношениях с профессором, казалась до ужаса неприятной. Но сейчас младший из моих братьев был прямым доказательством того, что это больше не что-то невозможное. Но он же не мог знать наверняка. Ведь не мог? Надо было что-то придумать и быстро. Но в голову никак не могла прийти ни одна идея. Желание отпихнуть Кая в сторону и уйти только росло, но в памяти снова всплыла сегодняшняя последняя пара. Если ничего не предприму, то уже совсем скоро буду собирать чемоданы. Так что без компромата я от сюда не ногой! — У тебя стоит при мысли об интрижках профессора, или ты просто сам не в состоянии заполучить девчонку? — съязвила я. — Не уходи от темы, моя прелестная Мария. Если хочешь, могу, так уж и быть, ни с кем не делиться твоей историей. Хотя нет, братьям рассказать придётся, а то у нас у всех стоит то ли на Гриффина, то ли на тебя, никак не разберёмся, — передразнил меня парень. — Поклянись магией, что у тебя есть компромат, который мне нужен, что ты мне его расскажешь, и что будешь держать язык за зубами. Придётся развлекаться без братьев, — протянула я с довольной улыбкой, пытаясь перенять игривую манеру воздушника. А затем даже закинула руку ему на плечо. — И так уж и быть, я поделюсь с тобой своей занимательной историей. Кай облизнул губу и, ещё шире улыбнувшись, произнёс: — По рукам.