Время ночи

      Бьякуя проснулся в свое обычное время. Рассветные лучи осторожно пробивались в комнату. На электронном календаре мерцала дата "первое февраля". Воспоминания и ощущения откинули мысли в прошедший вечер. На кончиках пальцев было чуть ощутимое тепло чужого тела, постель непривычно смята. Аристократ коснулся лица, словно улавливая скользящее прикосновение. В голове эхом звучало его собственное имя. Так приятно и так забыто. Капитан окинул взглядом комнату в поисках источника ощущаемых изменений, но ничего не нашлось. Лишь слегка улавливался тонкий аромат ландышей с чуть заметной нотой табака.       После всех привычных утренних ритуалов капитан вышел на завтрак. В гостиной у окна на чайном столике был приготовлен чай на двоих. Кресла стояли в неизменном положении, только с одного из них через подлокотник покачивались женские ножки, прикрытые до голени черным кимоно. Из-за кресла отчетливо слышался звук набора текста на клавиатуре. Вокруг лежали какие-то бумаги и несколько сломанных карандашей. Из столовой манил аромат свежего завтрака. Неожиданно изящным аристократическим жестом из-за спинки кресла появилась рука и налила чай в одну из чашей.       Сложно было оставить без внимания подобный жест. А ночные отголоски так и крутились в голове и требовали свое. Кучики бесшумно обошел кресло с другой стороны, и уже через секунду волна длинных черных волос ниспадала до пола, а в руках капитана был трофейный карандаш. Прожигающий малахитовый взгляд был мгновенно остужен серым льдом. Бьякуя прошел мимо девушки, положил карандаш на столик и молчаливо опустился в кресло. Пока он наблюдал за пробуждением города, его чашка также в абсолютном безмолвии была наполнена ароматным чаем.       Бьякуя ждал.       Шируба же старалась делать вид, что ничего не происходит, и даже не поменяла своей позы, хотя внутри медленно назревала буря. Сначала исчезнуть в слезах после простого вопроса, потом проснуться в одной постели с неприступным капитаном, и вот сейчас он ее вроде бы и не игнорирует, но и ничего не говорит. Спал? Или все-таки слышал? И помнит все? Очередной карандаш сломался в руке и упал на бумаги рядом с креслом. Девушка наблюдала, как экс-именинник делает первый глоток чая, как на его руке из-под рукава кимоно выглядывает цепочка с Посланцем Вакаме, и главное, она наблюдала как нарастет, ее собственное напряжение и страх. Рядом не оказалось больше целых карандашей, а привычка требовала собрать волосы. Единственный карандаш лежал возле чашки Кучики. Кэтсуми ненавязчиво потянулась за ним, но замерла, словно была мгновенно заморожена:       -Я так и не получил ответ на свой вопрос, - Бьякуя не отрывался от видов города, но сила его взгляда и холод голоса не оставляли шансов. Что-то внутри упало в пропасть и даже не давало вдохнуть. Девушка так и не шевелилась, казалось, даже не дышала. Все так же не отрывая безразличного взгляда от окна, Кучики провел своей рукой над рукой Ширубы, словно что-то прощупывая, но не касаясь, а после забрал карандаш.       -Ответ был дан, - неожиданно пришла в себя Кэтсуми от такой внезапной близости, - Вы спали.       -Обычно диалог происходит между бодрствующими собеседниками, - небрежно заметил капитан и начал крутить карандаш так, как это делает Шируба. Этот жест заставил девушку испытать неожиданный букет эмоций: удивление, заинтересованность, некоторое уважение и... очередной приступ страха, - Тебе стоит повторить базовые правила этикета, Кэтсуми.       -Но... - Шируба на секунду задумалась, и продолжил Кучики.       -...кажется, у меня ничего не получается, Бьякуя-сама, - ночная цитата, полная эмоций, сказанная с такой леденящей интонацией разрезала воздух. Серые глаза наконец обратились к девушке. Если бы она что-то попыталась сказать, голос бы предательски дрожал. Стоит чуть отвести взгляд и ничего не будет видно от подкативших слез. Даже дышать снова не получалось.       Больше всего в этот момент Кэтсуми хотелось знать настоящие эмоции своего гостя, понимать его и правильно отреагировать в ответ. Они были в слишком неравном положении сейчас. Он же мог чувствовать каждый ее всплеск, каждую эмоцию, пропустить через себя ее страхи, ее симпатию, ее трепет и желание, ее уважение и робость. Все то и даже большее, что Кэтсуми вкладывает в его имя. А она не знает о нем ровно ничего. И даже то, что он согласился провести вечер своего дня рождения в ее компании, не значит совершенно ничего и в то же время слишком многое. Потому что Кучики ничего не делает просто так, но и понять его обычным умом невозможно.       Поток бесконечных мыслей был прерван очередной репликой аристократа.       -Может, я повторюсь, но тебе стоит правильно расставить приоритеты и решить, чего ты сама хочешь, Кэтсуми, - на этой ноте Бьякуя отправился завтракать, положив в руку ошарашенной девушке совершенно целый карандаш.       Шируба стеклянным взглядом смотрела на карандаш. Ее воспоминания ночи будоражили эмоции. Ей было безумно приятно и тепло в руках ледяного (а ледяного ли?) капитана. Она впервые в свой жизни провела ночь с мужчиной и даже сам этот факт выворачивал наизнанку все ее чувства. А теперь эта фраза... Но сидеть камнем у нее не было времени, и собрав все документы, Кэтсуми уехала в офис.       -Сколько еще времени тебе нужно здесь? - поинтересовался за ужином Кучики.       -Сегодня я все завершила, теперь могу появиться с проверкой только в следующем месяце, - Кэтсуми даже не поднимала глаз при ответе.       -Тогда, тебе стоит сообщить об этом главнокомандующему.       -Уже сообщила, Кучики-сан. Есть какие-то новости? - девушка все же подняла взгляд, но встретилась с привычным безразличием.       -Пришли данные от Куроцучи Маюри.       Шируба мысленно соскочила с места и побежала в кабинет, но на деле лишь отправила в рот очередную порцию риса. И может быть ей показалось, но на лице Кучики проскользнула чуть заметная ухмылка. Безусловно, в искусстве сдерживания эмоций глава благородного клана куда совершеннее, нежели Кэтсуми.       После ужина оба капитана изучали в кабинете полученные сведения. Разведывательные мероприятия явно больше не имели смысла, необходимо было срочно возвращаться в Общество душ и собирать оборонительные группы. В отчете капитана Куроцучи был неутешительный вывод: все эти забеги должны привести к атаке на Сейрейтей, а почерк уж слишком напоминал восьмого Эспаду, но имел некоторые огрехи. Кэтсуми собрала все необходимое и уже встала за Кучики, чтобы проследовать в Сенкаймон, как вдруг совсем рядом почувствовалось открытие Гарганты, а после возникло три реацу уровня арранкаров.       -Что-то не по расписанию, - заметила Шируба, плотнее завязывая на голове высокий хвост в серебристую ленту.       -Тем меньше поводов медлить, - Кучики положил руку на рукоять занпакто и скрылся в шунпо. Шируба лишь успела последовать за ним.       На месте всплеска реацу без сознания лежали двое патрульных. Арранкары животно оглядывали прибывших капитанов, и оценив противника высвободили ресуррексионы. Капитан шестого отряда многозначительно посмотрел на своего партнера по битве и получил нервное "я тренировалась". В следующий момент капитаны действовали по использованной ранее тактике, и это почти сработало. Шируба вселяла в мысли арранкаров неожиданно приятные, теплые и нежные эмоции наряду с глубокими ранами, а Кучики наносил контрольный удар. Но ситуация почти повторилась, как и некоторое время назад в лесу. Однако, в этот раз Шируба успела поставить щит из Эмерарудо. Арранкар вновь оказался очень близко к капитану девятого отряда, и уже смеясь под шквалом лепестков Сенбонзакуры положил в руку Шиурбы яблоко и прохрипел "три дня и мир будет совершенен".       Кучики видел как осмысленный взгляд напарницы меняется на безумный, как нестабильно увеличивается ее реацу и как она готовится к нападению.       -Бакудо №61: Рикудзёкоро, - шесть лучей блокировали действия временно обезумевшей Ширубы. Одним движением занпакто Бьякуя откинул в сторону злополучное яблоко, оценил обстановку и снял кидо, одновременно придерживая за талию девушку.       -Благодарю, Кучики-сан, - придя в себя проговорила Шируба, опираясь на руку напарника и стараясь выпрямиться.       -Уже лучше. Но я уверен, ты еще не открыла всех техник своего банкая, - голос был поучительным, но не столь холодным, как обычно.       -Давайте оставим это на потом, - отозвалась Шируба, - Нам стоит поспешить. Осталось всего три дня. И нужно вызвать сюда группу двенадцатого отряда.       Собрание капитанов с утра было перенесено на ближайшее время, невзирая на позднюю ночь за окном. Времени оставалось все меньше и необходимо было определиться с планом действий, расстановкой сил и, главное, с выводами капитана Куроцучи. Последний был чрезмерно доволен собой, сообщая о готовности противоядия от "яблок раздора" и подробно рассказывая свои расчеты по нападению врагом на Сейрейтей.       -На позицию у южных ворот - девятый отряд, - привычно давал указания генерал Ямамото.       -Предлагаю на южные ворота направить шестой отряд - неожиданно для всех выступил Кучики и встретился со взглядом главнокомандующего, - Девятый отряд стоит отправить в Мир живых, у них там есть база и опытный капитан, который быстро сможет сориентироваться в недостаточно знакомом нам городе.       -Капитан Куроцучи не давал данных о планируемом нападении в мире живых, - заметил Ямамото.       -А капитан Куроцучи работал над этими данными? - вопрос Кучики был весьма резонным и зал собраний на некоторое время погрузился в тишину. Маюри начал было что-то высказывать о постановке задач и исходных данных, но был прерван капитаном Сой Фон.       -Думаю, в этом есть смысл. Мы не оценили риск появления арранкаров в Мире живых, сосредоточившись на Сейрейтее. Времени осталось слишком мало, и лучшим вариантом будет присутствие группы в потенциальном месте появления врага.       -Хорошо, - согласился Ямамото, - Девятому отряду подготовить группу в мир живых, расставить патрули. Шестой отряд - на южные ворота.       После собрания Шируба догнала капитана шестого и задала всего один вопрос:       -Появление арранкаров в Мире живых маловероятно по всем расчетам, и вы это знаете, Кучики-сан. Считаете, я не справилась бы здесь?       -Займись подготовкой группы. И отнесись к этому с полной ответственностью, - капитан даже не замедлил свой шаг так и оставив Кэтсуми без ответа.       Девушка бросила недовольный взгляд в сторону белого хаори с цифрой шесть на спине и, развернувшись, направилась в свой отряд. Кабинет встретил привычной тишиной, порядком и стопой документов на подпись. Сон не шел совершенно и кроме как заняться работой, никаких идей не приходило. Шируба достала из шкафчика с контрабандой из Мира живых пачку сигарет с зажигалкой, пепельницу и принялась за разбор документов. Ночью она вполне могла позволить себе быть собой, со всеми своими грехами с слабостями.       К утру были сделаны все дела, отобраны бойцы в группу и закончена пачка сигарет. До прихода лейтенанта оставался еще целый час. Кэтсуми вылезла через окно во двор и села у стены наблюдать, как просыпается солнце. Проснулась она от осторожного обращения лейтенанта:       -Тайчо, простите, скоро построение, - взгляд Хисаги был удивленный.       -Шухей, доброе утро, - Кэтсуми аккуратно протерла глаза и поправила ленту в волосах, - Собирай всех и возьми документы на твоем столе. У нас задание в Мире живых. Еще несколько минут девушка не меняла положения, а после, поправив хаори, направилась на построение.       После аристократичного и спокойного Кучики, толпа шинигами в доме Ширубы была крайне напрягающей. Но такова расплата за возможность отлучаться среди службы в Мир живых по своим делам. Ее дом автоматически превратился в базу Готея в Токио при необходимости. Это вполне устраивало и Ямамото и даже саму Ширубу. Патрульные были на своих местах. До истечения трехдневного срока оставались считанные часы.       Капитан сидела в своем кабинете и уже в тысячный раз анализировала данные Куроцучи Маюри, сопоставляя их с картой Токио и расстановкой своих бойцов. Седзи раздвинулись, и заботливая Юмико поставила на стол поднос с чаем. Девушка ответила кивком благодарности, но взгляд от документов так и не отрывала. Только лишь глоток чая заставил девушку остановиться в потоке мыслей. "Тебе стоит правильно расставить приоритеты." Голос Кучики эхом отзывался в голове. Хотелось понять смысл его фраз и действий. Неожиданно в седзи постучались и в кабинете появилась маленькая шинигами.       -Рукия! - ей капитан всегда была рада, - Как ты здесь оказалась?       -Привет, Кэтсуми, - маленькая фигура в черной форме уже обнимала подругу, - Меня направили к тебе. Вероятно, стараниями Нии-сама.       -Что это значит? - Шируба многозначительно смотрела на свою гостью, надеясь получить всеобъемлющий ответ.       -Нии-сама часто делает так, чтобы не подвергать меня опасности, или хотя бы минимизировать ее. Но, думаю, в случае нападения, я смогу быть тебе полезна.       Кэтсуми лишь улыбнулась и предложила подруге чая. Девушки еще раз изучили все данные, убедились в том, что нового им уже ничего не придумать и вышли в город. Вид над небоскребом открывался завораживающий. Ветер развевал форму и путал волосы. Ширубе показалось занимательным, что молчание в обществе обоих Кучики очень приятно и, словно, с привкусом осеннего тепла.       Приятные минуты прервались звуком открытия Гарганты и писком передатчика, сообщающим о начале операции в Сейрейтее. Девушки наблюдали. Необходимо было оценить силы врага. Появился первый пустой. Самый обычный, каких патрульные убивают каждый день. Блеском катаны пятого офицера он был в мгновение уничтожен. Затем появился второй и также рассыпался от занпакто, а после появилось два пустых чуть сильнее, судя по реацу. Офицеры работали слаженно, но пустые продолжали появляться, как только были уничтожены предшественники. С каждым следующим они становились сильнее. Три, пять, восемь.       -Рукия, можешь заморозить их всех? Не убивая? - голос Ширубы был непривычно властным, а маленькая шинигами лишь кивнула и скрылась в шунпо. В следующий миг пустые были поглощены прекрасным ледяным танцем Соде но Шираюки. Кэтсуми опустилась рядом с Рукией, когда она запечатывала занпакто. Новые пустые не появлялись.       -И что теперь? - Кучики смотрела на капитана почти также как и на брата.       -Никому не атаковать пустых, - раздался приказ, - Нужно связаться с Сейрейтеем. Пока у меня мыслей нет, - Шируба осматривала пустых и пыталась найти решение. Принцип Фибоначчи работал даже здесь. Однако, мыслей, как остановить этот поток одичавших пустых, не приходило совсем. Но медлить было нельзя. Она взяла передатчик и направила в двенадцатый отряд свои соображения.       Через пару часов выяснилось, что в обоих Мирах картина была одинаковой. В Сейрейтее глобальную заморозку провел капитан Хицугая, и хоть за ворота пустые не проникли, вокруг города стояла ледяная армия. Срочное собрание капитанов пришло к единственному выводу: необходимо направлять оперативную группу в Уэко Мундо. Последовательность сама по себе бесконечна и остановить ее могла лишь блокировка ее источника, либо полное истребление всех видов пустых. Шируба и младшая Кучики уже были готовы отправиться на задание, но промораживающего до костей взгляда капитана шестого отряда обеим было достаточно для того, чтобы оставаться на прежних местах.       Спустя несколько часов замороженная армия растворилась, Гарганта закрылась, а в Общество душ вернулся плещущий высокомерным торжеством Куроцучи Маюри и группа для похода в Уэко Мундо. Источником проблем оказался чрезмерно преданный и достаточно смышленый фрассьон Заельапорро Гранца - восьмого Эспады. Однако капитану двенадцатого отряда не потребовалось слишком много времени, чтобы уничтожить очередного устремителя к совершенству вместе со всеми его трудами. Увы, лишь немногие знали подробности всего произошедшего на руинах Лас Ночес. Проходя мимо Ширубы на итоговом собрании капитанов Куроцучи заметил, что молодая капитан не дурна собой, раз уж быстрее него усмотрела принцип действия врага, и он бы не отказался провести с ней (или над ней) несколько экспериментов. Но Шируба учтиво отказалась от такой чести.       В Сейрейтей вновь вернулся порядок и привычный ритм жизни и работы. Рукия все чаще стала бывать в гостях у капитана девятого отряда. Девушки завели привычку пару раз в неделю пить чай на окне кабинета Ширубы и провожать закат. Капитан рассказывала о жизни в Мире живых, и маленькая шинигами с удовольствием впитывала каждое слово.       Однажды Рукия пришла на плановое чаепитие с письмом, скрепленным печатью Кучики.       -Кэтсуми, Нии-сама просил передать тебе это, - девушка протягивала послание подруге и наблюдала невероятную гамму эмоций на ее лице. Шируба осторожно открыла письмо. Привычные изящные иероглифы на белой рисовой бумаге сообщали о приглашении на традиционную чайную церемонию через неделю. Малахитовые глаза бегали по строчкам снова и снова. Рукия видела, что письмо небольшое, но Кэтсуми читала его слишком долго.       -Рукия, - наконец раздался немного сдавленный голос, - Разреши я побуду собой?       Фиалковые глаза лишь непонимающие смотрели на пять минут назад уверенную, улыбающуюся и достаточно жизнерадостную подругу. Что могло быть в письме ее брата, отчего Кэтсуми так изменилась в лице? Маленькая шинигами лишь кивнула в ответ на вопрос. Капитан девятого отряда сняла и небрежно бросила хаори на стул. Откуда-то появилась пачка сигарет и зажигалка. Волосы были собраны в пучок карандашом. Перемахнув через подоконник Шируба жестом пригласила Рукию, молча предложила сигарету, и получив отказ прикурила. Ментоловый дым медленно растворялся в воздухе.       -У вас опять непримиримые разногласия? - тихий голос Рукии нарушил тишину.       -О, нет. Нет, - Кэтсуми сделала очередную затяжку и глядя в закат продолжила, - Твой брат сказал, что мне необходимо правильно расставить приоритеты. И, главное, определиться с тем, чего я сама хочу. И он прав, ксо... - струйка дыма растворилась в потоке легкого ветерка.       -Нии-сама нравится тебе. Неудивительно, - чуть усмехнулась Рукия, - Я не лучший советчик в этих вопросах, но тебе стоит быть с ним откровенной. Я лишь хочу сказать, что его отношение к тебе более благосклонное, чем ко многим.       -Он пригласил меня на чайную церемонию.       -О, - послышалось искреннее удивление, - Тебе стоит принять приглашение.       Всю следующую неделю Шируба провела стараясь отвлечься работой, тренировками, собраниями Женской ассоциации шинигами, да и в целом, чем угодно. В назначенный день девушка в компании эксперта по стилю - Рангику, подбирала образ. В обилии черных кимоно Мацумото чуть не утонула.       -Ты такая скучная! - Восклицала девушка, перебирая черные кимоно, - Я всегда считала, что у тебя отличный вкус, Кэтсуми. Тебе мало формы? Ах да, у тебя же хаори для разнообразия. А к кому ты идешь? - поток вопросов так и лился из лейтенанта десятого отряда.       -Не столь важно к кому, - прокоментировала Шируба, - Давай остановимся на том, что это традиционное чаепитие. И да, у меня есть кимоно других цветов, но я их не люблю.       -И где же они? - вопрос был преисполнен надежды.       -В поместье клана Шируба.       -А почему тогда ты не собираешься там?       -Я собираюсь здесь, - отрезала капитан, - Давай выбирать из того, что есть.       -Ладно, пусть будет черное, - Рангику вытащила из шкафа какое-то кимоно, - но вот это, с цветочной вышивкой. Что насчет оби? Тоже черные?       -Хуже, - обреченно вздохнула Кэтсуми, - В основном мужские, - встретивший с недоумевающим взглядом подруги она продолжила, - Мне лень, честно. Здесь я почти всегда в форме, а дома меня никто не видит.       В глазах Рангику читалась обреченность, нужно было как-то спасать ситуацию, и она уже начала мысленно перебирать свой гардероб, как вдруг по комнате раскатился заливистый смех.       -Рангику, серьезно? - капитан не могла сдержаться, - Ты поверила, что у меня только мужские оби? Я все же из благородной семьи.       Шируба открыла еще одно отделение шкафа, где был довольно приличный выбор оби на все случаи жизни. Глаза у Мацумото загорелись недобрым огоньком, но капитан уже решила отдать себя на растерзание этой удивительной женщине. Спустя две чашки чая лейтенант выбрала оби цвета пыльной розы с цветочным узором, идеально подходящим к орнаменту кимоно.       -Прическа? - поинтересовалась Рангику.       -Пучок, - отвлеклась от чая брюнетка, - Чем проще, тем лучше. Можешь выбрать любые кандзаси в ящике на свой вкус. Все равно потеряю.       -Как можно потерять кандзаси на чаепитии?       -Всегда теряю, мой удивительный талант.       Рангику радостно суетилась вокруг подруги, помогая ей одеться и уложить волосы. Спустя час и пережив практически боевые действия о излишестве традиционного макияжа капитан была готова к вечеру. Лейтенант Мацумото оценивала свои труды и удовлетворенно кивала головой. Кэтсуми очень давно не носила традиционную одежду так, как ее полагается носить. Все движения были скованы и ограничены. Но сегодня она должна держаться достойно.       К назначенному времени Шируба проходила через центральные ворота дома Кучики. Пройдя формальности, слуга указал гостье путь к чайному домику по каменной дорожке через сад. Даже не смотря на то, что деревья еще были обнажены, сад выглядел очень завораживающим. Шируба с трудом скрывала свое восхищение, стараясь сосредоточиться на собственных шагах. Возле чайного домика ее ждал двадцать восьмой глава клана. Как всегда безупречен, в темно-синем кимоно с гербом клана, в кенсейкане и гинпаку. Капитаны обменялись любезностями и направились к колодцу для омовения. Все эти формальности, казалось, доставляли удовольствие обоим участникам мероприятия.       После обряда омовения девушка вошла в чайный домик, и согласно этикету, обратила внимание на токонома*. Даже без учета правил этикета сложно было бы не обратить внимание на утонченную икебану с веточкой плюща и анемонами. Привязанность и искренность. О чем вы, Кучики-сан? Чуть выше был расположен свиток с изречением: "Когда идешь босиком — чувствуешь мир."**       За спиной появился хозяин дома и предложил гостье почетное место: спиной к токонома. Кучики наслаждался переливами эмоций в кристалле Эмерарудо. Он сам долго готовился к этой церемонии. Изначально Бьякуя прислушивался к уже почти родному кристаллу, когда передал Рукии приглашение для капитана девятого отряда, и он был несколько расстроен полученным ощущениям. От пришедшей волны страха, смятения и душевной боли аристократу показалось, что Шируба откажется. Но сестра принесла приятное известие о согласии своей подруги вместе с сообщением о своем внеплановом дежурстве в этот день. И сейчас... Сложно не наслаждаться сочетанием "уставного" поведения Кэтсуми и ее подлинных эмоций. Кучики начинали нравиться ее страхи, переживания, удивления и трепет. Ему нравилось чувствовать, что он искренне не безразличен. Но также ему хотелось услышать это. Попробовать на вкус эти слова. Увидеть робость, нежность и чистоту в малахитовых глазах. Сегодня Кучики намеревался получить множество ответов на свои вопросы.       После проведения всех формальностей церемонии, философских разговоров и непосредственного наслаждения чаем, Кучики предложил прогуляться гостье по саду. Ноги сами вели к озеру с карпами. Кэтсуми залюбовалась фамильной гордостью Кучики, карпы то и дело выныривали и блестели своими спинами в свете поднимающейся луны. Шируба захотела поближе разглядеть рыб и чуть наклонилась с мостика. И пусть движение было аккуратным и легким, но она умудрилась зацепиться кандзаси за ветку дерева. Следующее движение вытянуло украшение из волос и серебристая палочка ушла на дно озера, а длинные черные волосы растеклись по спине девушки. Она тяжело вздохнула и перевела виноватый взгляд на аристократа:       -У вас не найдется карандаша, Кучики-сан? - но последние слова было почти не слышно.       Бьякуя находился очень близко. Настолько, что чувствовалось его тепло. Сердце пропустило удар, вспомнив ощущения ночных объятий прекрасного и вовсе не ледяного капитана. Дыхание забыло о своих функциях. Руки чуть дрожали. Его серые глаза смотрели в самую глубь души, в самые потаенные уголки сознания. Казалось, от него не скроется ничего. Бьякуя осторожно поправил прядь волос, прикрывшую лицо девушки. Еще ближе. Прохладный воздух стал нещадно обжигающим. Сердце билось с такой скоростью, что вот-вот разорвется на части. Их руки соприкоснулись в случайном скользящем движении.       -У меня есть кое-что получше, - прошептал Кучики почти в губы оцепеневшей девушке, а после отстранился и достал изящную коробочку цвета лепестков Сенбонзакуры, - С днем рождения, Кэтсуми.       Шируба непонимающе смотрела на подарок. Внутри смешалось удивление и облегчение. А после осознание. Девушка взяла в руки коробочку и обратила свои малахиты к Кучики.       -Благодарю вас, Кучики-сан. На самом деле, сегодня дата принятия меня в клан Шируба, которую родители и решили сделать моим днем рождения. Я не знаю, когда я родилась и уже много лет не отмечаю этот праздник. Но мне очень приятно ваше внимание.       -Я тоже не отмечаю свой день рождения, - Кучики невзначай продемонстрировал цепочку с Посланцем Вакаме на своей руке, - Однако же. Открой подарок, - серые глаза непривычно излучали тепло и им хотелось повиноваться. Кэтсуми раскрыла коробочку. В ней лежал утонченный и очень дорогой набор кандзаси.       -Если ты решишь их терять, - начал аристократ и встретил малахитовый взгляд, - То только на территории моего поместья. Это фамильная ценность. Но изумруды больше по твоей части.       Минутное молчание и игру в гляделки нарушила именинница.       -Кто я для вас, Кучики-сан? - взгляд, голос и эмоции были полны уверенности. Кучики не был готов к такому прямому вопросу. Он ожидал очередной вспышки смущения и робости, но не откровенных слов. Тишина затягивалась.       -Давайте же воплотим философию в жизнь и будем искренними, Кучики-сан, - спокойный голос разливался по венам и, словно, отравлял кровь, не оставляя возможности двигаться, - Это был вопрос.       -Прежде ответь на вопрос, заданный мной, - Бьякуя вновь смотрел в глубь души и мыслей, но по его глазам ничего нельзя было понять, - Почему ты не называешь меня по имени?       Путей к отступлению не было. Или лучше сказать, это был единственный шанс выяснить все сейчас.       -Вы дороги мне, - глаза сверкнули изумрудом, - Пожалуй даже слишком. Я очень привязалась к вам. И я хотела как-то дистанцироваться, отвыкнуть, может быть, потому... - воздуха не хватало, - Потому что называя кого-то по имени, мы связываемся душами. Мы становимся слишком близки, и потерять того, с кем становишься столь близок, все равно, что потерять часть собственной души, - Шируба остановилась, чтобы сделать несколько вдохов и немного успокоиться. Было видно, что ей очень тяжело говорить об этом. Кучики спокойно ждал, улавливая каждое ее чувство. Он сам буквально пропускал через себя каждое слово, каждый жест и вдох.       -Так вот, к чему все это, - продолжила Шируба, - Мой занпакто готов дать мне новую технику. И это будет действительно техника защиты. Вы были правы, но... - комок подкатывал к горлу, - Моему занпакто нужна жертва, - в глазах собиралась влага, - Жертва моих эмоций. Потому что так было всегда. Эмерарудо открывался мне, когда у меня был сильный эмоциональный всплеск. А происходило это тогда, когда я теряла близких мне людей. Тех, кто становился частью моей души, - девушка прикрыла глаза и на щеках появились мокрые дорожки из слез, - И именно сейчас, вы - тот человек, которого я боюсь потерять, - девушка аккуратно смахнула слезы и сделала глубокий вдох, - Не такой ценой я хочу получить новую технику, а занпакто ясно указывает на вас. И вот поэтому, я не решаюсь называть вас по имени, Кучик...       Слова утонули в мягком поцелуе. Кэтсуми боялась прикоснуться к своему идеалу, но при этом таяла в его руках. Какие-то новые ощущения захлестнули ее с головой. Она отвечала также мягко и нежно. Бьякуя осторожно отстранился, но продолжал держать одной рукой свою гостью за плечо, а другую запустил в длинные волосы, чуть проведя по нежной коже на шее, вызывая не сдерживаемую волну мурашек по телу.       -Тебе достаточно такого ответа на твой вопрос, Кэтсуми? - изумрудные глаза согласно моргнули, и Бьякуя продолжил, - Уверен, твой занпакто работает иначе. Завтра вечером встретимся для тренировки. И называй меня по имени, хорошо?       -Хорошо, Бьякуя-сама, - Кэтсуми ответила чуть слышно, и ее идеальный капитан уловил ответ лишь губами, а после потянул их обоих на дно сладкой неги в очередном поцелуе, забирая из рук девушки свой подарок. Куда он дел коробочку в тот момент было совершенно не ясно, да и не важно. Кэтсуми осторожно прикоснулась к Кучики и позволила себе раствориться в его тепле. От поцелуя кружилась голова, перехватывало дыхание, и казалось, что этот самый миг должен быть бесконечным.       Бьякуя же наслаждаясь невинной робостью девушки в своих руках, старался уловить волны Эмерарудо. Это были совершенно новые и сильные эмоции. Его идея вполне могла сработать. Но именно сейчас не стоило думать об этом.       Их поцелуй был прерван слишком уж шумным всплеском карпа в озере. Кучики наслаждался искренними эмоциями на лице девушки. И сейчас, чтобы понять ее вовсе не нужен был кристалл Эмерарудо. Возможно именно в этот момент он был даже лишним. Кэтсуми же впервые видела мягкость в серых глазах не мимолетно, а столь продолжительно. Сейчас они были не грозовым небом, а скорее цвета расплавленного серебра. Все было слишком неожиданно, слишком невозможно. Шируба опустила взгляд и уткнулась лбом в грудь аристократа.       -Это был самый вкусный чай, какой мне когда-либо доводилось пробовать, Бьякуя-сама, - слова разливались теплом по телу и переносили нежность по венам. Кучики довольно прикрыл глаза. Он не испытывал таких эмоций как девушка в его руках, но чувствовал, что именно сейчас он получает то, чего давно хотел. Такое ощущение может подарить лишь преданная и любящая женщина. И именно с Кэтсуми это ощущение казалось сильнее, чем с Хисаной. Бьякуя неожиданно для себя осознал, что ему нравится быть любимым. И более лишать себя этого удовольствия он не хотел.       Кучики приоткрыл глаза, осторожно провел рукой по длинным черным волосам девушки и вдохнул ее запах. Вновь ландыши. Удивительно, как он в первый раз угадал с цветами.       -Ты знаешь, я тоже ни разу не пил такой чай, - Бьякуя встретился со светящимися изумрудом глазами. Нет, определенно, это должно сработать. Но завтра.