Лишь в небе с драконом нежнейший вальс

      Я не отдавала себе отчета в том, как быстро зашагала вперёд, таща за собой Рюити. Купальни Абурая стремительно приближались: я уже могла различить лестницу, ведущую от небольшого деревянного помоста к двери в кухню; отремонтированные трубы, по которым однажды устроила самый безумный забег в своей жизни; блики на огромных окнах, балконы. Дедушка Камази, сусуватари, я уже совсем рядом!       Дыхание окончательно сбилось, но я не замечала того, как судорожно работали лёгкие, пока меня не одёрнул Рюити, одним махом вырвав свой рукав из моих сжатых пальцев и схватив меня за плечо.       — Остынь, Тихиро-сан, не то мне придётся облить тебя водой.       — Здесь и так много воды, — с трудом проговорила я, задыхаясь.       Рюити ухмыльнулся:       — Тогда остывай. Мне очень нужно, чтобы там ты была спокойна.       — Зачем? — удивилась я.       — Ну… вдруг меня попытаются убить… шутка, — невозмутимо добавил он, когда я злобно посмотрела на него.       — И… что, мы просто войдём? — нервно спросила я, вновь переводя взгляд на громадину купален.       — Это мне бы и хотелось узнать от тебя, Тихиро-кун. Здесь, скорее, твоя территория, чем моя. Но думай быстрее, — Рюити поднял голову, вытягивая шею, — ночь близится.       «Уже фонари зажглись! Скорее! Беги через реку, я задержу время!»       Я вздрогнула и инстинктивно отвернулась от здания, чтобы посмотреть назад, — ведь на этот раз мне никто не запретил это делать. Бескрайняя гладь воды и уходящая вдаль железная дорога заставили моё сердце сжаться. Теперь я сама пришла сюда. Река — мой вечный спутник в мир ками, в твой мир. Где же ты?..       — Мы отправимся к дедушке Камази, — твёрдо сказала я, — Дзэниба говорила, что он здесь за главного до совершеннолетия Бо. Он поможет нам.       — Резонно, — кивнул Рюити.       Безликий хотел что-то добавить, но снова резко схватил меня за плечо, быстро сдвинул с места и загородил собой, не отпуская мою руку. Сначала я ничего не поняла, однако огненный шар, с шипением упавший в воду туда, где один вдох назад стояла я, показал, что, возможно, что-то было не так. Рюити загораживал мне обзор, и всё же я смогла увидеть работников купальни, высунувшихся из окон, выбежавших из кухни и толкавшихся на узкой лестнице и небольшой деревянной площадке почти у самой воды. Там же я различила Лягушку — любимца моей Тамако — всё в том же синем халате, беспрестанно прыгавшего и показывавшего в нашу сторону. Некоторые из его коллег, приземистые ками в цветных колпаках с широко посаженными глазами, раздраженно махали руками. Другие поджигали новые снаряды.       Рюити отреагировал очень неожиданно. Он усмехнулся.       — Кажется, их даже не предупредили о нашем визите.       — Человек! Человек! Человек! — раздавался истеричный крик Лягушки.       Я прижалась щекой к спине Рюити. Внезапно мне стало очень страшно: я удивилась, как вообще жива после всего, что произошло за последнее время. Однако умирать от рук недалёких ками мне совсем не хотелось.       — Не бойся, Тихиро-сан, — тихо сказал Рюити с отчетливо слышной улыбкой в голосе.       Легко тебе говорить.       Ненавижу ками.       Шум и галдёж сделались почти невозможным. Внезапно я заметила, как полы темного плаща Рюити начали колыхаться, хотя стоял полный штиль. Вода тоже показалась мне чуть теплее, чем она была раньше.       С уже знакомым шипением в нашу сторону полетели огненные шары: все они — небольшого размера, но их пламя было разноцветным: от привычного нам, людям, до причудливого сине-лилового. Я смотрела на эти снаряды, очерчивавшие над нами полукруг, и понимала, что, если Рюити что-нибудь не сделает, нам придётся несладко. Безликий любил красоваться, с этим я успела смириться, но я абсолютно не понимала, почему он так тянет и даже не смотрит на стремящийся к нам огонь. Только когда ситуация стала попахивать жареным и когда я настойчиво пискнула, Рюити занёс руки над головой и громко хлопнул в ладоши.       О, «громко» это не то слово.       Я подумала, что оглохла после этого грохота. Так разрывается земля после удара молнии. Через какое-то время я обнаружила, что просто закрыла уши. Опустив же руки, я поняла, что слух никуда не исчез.       — Что это было? — севшим голосом спросила я.       — О, просто слабенькое щитовое заклинание, — с вежливой улыбкой ответил Рюити, — думаю, теперь эти тупицы поняли, с чем имеют дело.       Я осторожно выглянула из-за спины Рюити. Видимо, его чары отбросили огненные снаряды прямиком к тем, кто их поджигал: кто-то из работников купален Абурая тушил деревянный помост своими колпаками, кто-то тушил сами колпаки; женщины с улюлюканьем следили за неуклюжими движениями мужчин и получали в ответ злую ругань. Вода около помоста высоко всплеснулась: это выпрыгнул Лягушка, халат которого зиял выжженной дырой в самом пикантном месте (если, конечно, у земноводных вообще есть пикантные места). Разумеется, больше никто не горел желанием бросаться в нас чем бы то ни было. Я, не удержавшись, засмеялась:       — Ловко ты их, Рюити-сан.       Безликий отвесил лёгкий поклон и тем самым отвлёк меня от появления снаружи всё новых работников. Любопытство всегда было одним из их слабых мест.       — Я не бросаю слов на ветер, — сказал Рюити, — со мной тебе нечего бояться.       Я хотела отшутиться — его слова в который раз смутили меня, — но тут я случайно увидела высокую девушку в форменной одежде купален Абурая, выбежавшую из кухни и быстро спускавшуюся по лестнице. Она расталкивала коллег так яростно, что кто-то даже упал в воду, но её это совсем не волновало. Девушка прищурила тёмные глаза и тут же широко распахнула их.       — Что вы тут устроили, недотёпы?! Это же Сэн! — девушка начала махать мне длинной рукой с тонким запястьем, — Сэ-э-эн! Это я…       — Рин-са-а-ан! — радостно закричала я в ответ и сорвалась с места, забыв, что пару минут назад нас пытались убить.       Рин спрыгнула с деревянного помоста и побежала мне навстречу, не щадя темно-синие штаны и босые ноги. Мы остановились друг напротив друга в некоторой нерешительности. Я тяжело дышала и не сводила взгляда со своей бывшей наставницы. Она совсем не изменилась, разве что волосы стали чуть короче, чем были во время нашей первой встречи. Мир ками не даёт повзрослеть или состариться: передо мной стояла та же красивая, стройная девушка с узким лицом и хитро смотрящими тёмными глазами, чей облик я много раз воспроизводила на страницах скетчбука, лежавшего на дне моего рюкзака. Я же так и не смогла вырасти выше её скул.       — И стоит! Ну вы посмотрите на неё! — воскликнула Рин, уткнув руки в бока. — Не хочешь даже обнять старую подругу, недотёпа?       Во всей Рин-сан я внезапно увидела что-то до боли знакомое, но моё разрывавшееся сердце и сходящая с ума голова не могли сообразить, что именно. Может, рост и стать Рин напомнили мне об Акире Араи?       — Я не недотёпа, — с улыбкой возразила я и порывисто обняла девушку. Та не сразу, но всё же крепко прижала меня к себе, так, как я никогда не обнимала Тамако. От Рин остро пахло терпкими банными настоями. Знакомые запахи моей непродолжительной работы в купальнях Абурая нанесли моей психике финальный удар. Я зажмурилась, но это не помешало нахлынувшей на меня истерике, а лишь ускорило её.       Я пыталась выплакать тоску по дому, постоянный страх перед будущим, благодарность к Рюити, радость встречи с Рин, свою любовь. Я, конечно, не отдавала себе в этом отчёт: слёзы просто неуемно текли из глаз, увлажняя плечо Рин-сан; грудь и горло раздирали рыдания, а ноги вновь подкашивались так, что я в очередной раз чуть не упала. И снова меня поддержали уже знакомые мне руки, принадлежавшие совсем не Рин. Я почувствовала, как она напряглась, когда начала говорить:       — И без тебя справимся, Безликий.       И как она…       — Я с Тихиро-сан, нравится это тебе или нет, юна*, — холодно ответил Рюити, но всё же отпустил меня.       От почти осязаемого напряжения между ними и того, что ногам внезапно стало холодно, я успокоилась быстрее, чем обычно. Возможно, я просто устала плакать.       — Пожалуйста, не надо ссориться, — сказала я, разнимая наши с Рин объятия и смотря на сверливших друг друга взглядами, полными неприязни, — Рин-сан, мы пришли сюда вместе. И он больше не Безликий, теперь его зовут…       — Начхать я хотела на то, как его зовут, — возмущенно сказала Рин, — особенно после того, как он назвал меня юна!       Я посмотрела на неё с неловкой улыбкой, девушка, заметив это, закатила глаза и ударила себя по лбу ладонью:       — Сэн, я теперь управляющая: слежу за порядком, общаюсь с гостями, выдаю таблички и ору на всех! Так что можешь меня поздравить, я гоняю этих недотёп так же, как гоняли нас, — она махнула рукой в сторону не сводящих с нас глаз работников купален, о которых я уже успела забыть.       — Поздравляю! — я улыбнулась, увидев, как Рин была рада сообщить эту новость. Однако сразу же после этого её лицо приобрело озадаченное выражение, и она тихо спросила:       — Ты вернулась из-за Хаку?       Я кивнула:       — Мы пришли сюда, потому что в вещах Юбабы есть то, что поможет его найти.       — Камази-сан говорил об этом, но без деталей. Вы знаете, что именно вам нужно?       Рин без особого восторга посмотрела на Рюити, и тот спокойно ответил ей:       — Нам нужны кровь Хаку и луччола.       — Мы не можем заходить в кабинет Бо-сама без него, поэтому вам придётся подождать его возвращения. И желательно не в воде, а то ты заболеешь, Сэн-кохай, — после небольшой паузы сказала Рин. — Пойдём внутрь. Ты тоже, Безликий.       — Благодарю за приглашение, — клянусь всеми богами, в ровном тоне голоса Рюити я услышала чуть ли не язвительность. И такое мы умеем!       Рин взяла меня за руку, и так мы пошли в сторону комплекса Абурая. Больше новая управляющая купален не обращала внимания на Рюити, неслышно шедшего следом за мной.       — Ты уж извини, что я зову тебя Сэн, — трудно с привычками бороться, — добродушно сказала Рин, когда мы приближались к деревянному помосту, где застыли работники купален.       — Ничего. В этот раз я всё равно прекрасно помню своё настоящее имя. Рин-сан, ты же хотела уйти отсюда? Не то, чтобы я была не рада тебя видеть…       — А ты не должна была сюда возвращаться. Не то, чтобы я была не рада тебя видеть, — передразнила меня Рин, широко улыбаясь, но сочувствующе смотря на меня, — есть вещи, где мы не в силах ни на что повлиять. И вот мы обе здесь. Ну чего вы смотрите, помогите подняться!       Последнюю фразу Рин произнесла сварливым тоном, обращаясь к мужчинам, с опаской поглядывавшим на меня и Рюити.       — Она же человек! — недоверчиво сказал один из них, в котором я узнала Титияку, заведующего купальнями. Он тоже почти не изменился, разве что сморщенное лицо чуть больше покрылось морщинами.       — Я вообще-то уже была здесь, — я посчитала своим долгом сказать это, переминаясь с ноги на ногу в воде, казавшейся ледяной.       К краю помоста прыгнул Лягушка, Бандай-гаэру, и внимательно осмотрел меня.       — Нет, — важно квакнул он, — это не Сэн. Она была намного ниже и не такая старая.       — Паршивый головастик, а ничего, что прошло больше шести лет? — возмутилась я.       — Да кого ты обманываешь! И кого ты назвала паршивым?! — Бандай-гаэру подпрыгнул и погрозил мне кулаком.       Я хотела вступить в словесную борьбу с заведомо более слабым соперником, но тут на моё плечо легла рука, и Рюити тихо сказал:       — Время здесь идёт иначе, нежели в мире людей. Тебя не видели здесь чуть больше чем три года.       Я удивлённо моргнула, но тут же мысленно выругалась: я ведь совсем недавно об этом думала!       — И всё же нам кто-нибудь поможет?! — раздраженно спросила Рин.       Я спрятала улыбку: вот уж кому точно суждено быть большим начальником. Первой на помост затащили Рин, потом она вдвоем с Титияку помогла подняться и мне. Заведующий купальнями внезапно растянул губы в добродушной улыбке и сказал:       — Нет, это точно наша Сэн. Всё тот же взгляд исподлобья, даже когда она выросла выше меня.       — Вас же должны были предупредить? — не выдержав, спросила я, оглядывая всех присутствующих. Они опустили головы, и я услышала тихий, еле сдерживаемый смех.       — Смеются… — недовольно сказала Рин, — я их попросила выйти и встретить тебя, пока я разбиралась с постояльцем. И что они устроили?       — Нам же скучно, Рин-сан, — виновато буркнул Бандай-гаэру, — никто бы их и пальцем не тронул… Мы не знали, что этот Безликий такой сильный.       Скука… как я хотела, чтобы мне вновь удалось испытать это мерзостное, но такое надежное чувство. Однако я просто сняла кроссовки и носки, вспомнив о строгих правилах купален Абурая. Ссориться с Рин-сан, ставшей настоящей мегерой на посту управляющей, мне совсем не хотелось.       Любимое слово моего хмурого друга проскользнуло в мыслях и заставило сердце сжаться. Я снова посмотрела на Рин, разгонявшую любопытную толпу, и почувствовала, как от удивления непроизвольно открылся рот. Кажется, нам есть что с ней обсудить…       Рюити, незаметно для меня поднявшийся на деревянную площадку, встал рядом и накинул мне на плечи темно-синюю необъятную шаль, которую, наверное, достал из кармана плаща. Такие одно время очень любила Хироко: почти каждый день она обматывала вокруг шеи новый шарф, становясь похожей на куколку гусеницы. Я повернула голову в его сторону. Рюити чуть улыбнулся мне:       — Ты зубами стучишь.       Я действительно прилично продрогла, поэтому с благодарностью кивнула, свободной рукой перебрасывая левый край шали на правое плечо на манер римской тоги.       — Ты в порядке? Не сильно испугалась?       Я пожала плечами:       — Я уже мало что понимаю, если честно, кроме того, что мы всегда устраиваем здесь бардак.       Рюити усмехнулся:       — Любое постоянство должно радовать. Я ожидал чего-то подобного.       — И не предупредил?       — Думал, это тебя взбодрит, — Рюити поправил шаль на моем плече, — огни зажглись.       Я тут же подняла голову и увидела, как все окна озарились тёплым светом, а лицевой фасад оказался мягко подсвечен. После этого я повернулась вправо и перевела взгляд на мост, на который боялась смотреть до этого. Действительно, и он был полон света от фонарей, которые несли в руках духи в красно-желтых масках, скалящих зубы. Почти всё было так же, как тогда. Мне отчаянно хотелось увидеть Хаку, пусть даже мальчиком, каким я встретила его в тот роковой для меня (для всех нас, если подумать) вечер. Я тщетно высматривала его среди участников шествия, зная, что его там нет, что он даже не смог бы пройти там, будучи драконом. О чем бы я ни думала, как бы ни старалась быть с теми, кто рядом, я все равно постоянно думала о нём. В тот момент я, заворожённая огнями, ушла в своих мыслях слишком далеко и не сразу услышала, как меня окликнула Рин.       Столько раз я мысленно возвращалась к этому мосту, и вот я под ним. Скоро я смогу наяву пройтись по нему. Я так долго шла по рекам, перетекающим одна в другую, чтобы дойти до купален Абурая. Никто не помешает мне дойти до комнаты, где я спала; пройтись по первому этажу и проверить, насколько хорошо чистят самую большую ванну; прогуляться по цветнику и дойти до свиных хлевов. Всё сбылось, но не так, как мне хотелось.       Я очень подвела тебя, мой бело-зелёный дракон.       — Сэн! Мы же не можем вечно стоять здесь! Пойдем, я провожу вас к дедушке Камази.       Я пошла вслед за Рин, почти не обращая внимания на то, как работники купален шарахались в стороны от нас с Рюити. Кажется, кто-то еще упал в воду. Юна визжали то ли испуганно, то ли задорно. Рюити поглядывал на них с плохо скрываемым удовольствием, явно вспоминая о своем предыдущем посещении купален и ничуть этого не стыдясь. Что ж, они ведь жаловались на скуку, да?

***

      Мы прошли через кухни, где невыносимо пахло сожжённой рыбой, а нерадивые повара старательно делали вид, что так и задумывалось. Рин со вздохом еле сдерживаемого бешенства сказала Анияку разобраться с кухонным бедламом. Он с готовностью подбоченился и громовым голосом приказал выбросить испорченную рыбу. Когда Рин прошла вперёд, все еле слышно выдохнули, а Рюити усмехнулся. Я наконец-то почувствовала, что согрелась и сняла шаль, протянув её Безликому. Спустя мгновение она уже исчезла в необъятном кармане.       Поднимаясь по узкой лестнице, по которой когда-то покидала здание купален, я испытывала непонятное чувство. Мне больше не казалось, что я сплю, — напротив, я каждой клеточкой тела чувствовала реальность происходящего. Я не могла избавиться от ощущения, что что-то не так, и мысленно ругала себя за это: «Что вообще сейчас может быть «так»?! Я снова в мире духов, мои родные не знают, что со мной, а я не знаю, что с Хаку. Если бы ты себя чувствовала спокойно, Огино, я бы точно тебя прибила», — так я отчитывала саму себя, пока мы поднимались наверх и заходили в главный зал.       Тут тоже всё оставалось неизменным: тот же горячий влажный воздух, те же тяжелые запахи тел, трав и благовоний, перекрывающие один другой, те же яркий свет и красочное буйство. Рин шла быстро, успевая что-то спрашивать и уточнять, не замедляя ход, мы с Рюити двигались вслед за ней, и я едва успевала замечать, мимо чего мы проходили. От духоты и постоянного шума мне немного поплохело, и я удивилась, вспомнив, что в детстве совсем этого не замечала. Мы снова спустились вниз, но уже по другой лестнице и дошли до знакомой мне дверцы-сёдзи. У меня перехватило дыхание. Я, волнуясь, попыталась одной рукой поправить хвост, но не очень-то в этом преуспела.       — И так сойдёт, — благосклонно сказала Рин, отодвигая сёдзи в сторону, — дедушка, я их привела!       Она жестом пригласила меня войти первой. Я машинально оглянулась на Рюити: тот так же показал рукой в сторону двери. Хоть где-то эти двое сошлись. Я с замиранием сердца опустилась на колени и пролезла внутрь, в котельную дедушки Камази.       Странно, но мне стало легче дышать в этом жарком помещении с высокими потолками. Едва я поднялась на ноги, мои плечи и предплечья обхватили три пары рук. Я улыбнулась Камази-сану, пытаясь заглянуть в глаза, скрытые за темными очками.       — Тихиро! Как я рад видеть тебя! Если бы обстоятельства встречи были другими…       Он помнил моё имя!       — Я тоже очень рада видеть вас, дедушка. Прекрасно выглядите!       — Да, так уж и прекрасно, — проворчал старик, хлопая меня по щеке сухой горячей рукой, — почему оставила своего спутника? Заходи, парень, не впускай мне сюда чужой воздух.       Рюити покорно забрался в котельную и низко поклонился дедушке Камази. Рин недовольно посмотрела на моего друга и, сказав, что скоро вернётся, задвинула сёдзи.       — Да, ну и вымахала ты, деточка! — добродушно сказал Камази-сан, опять хлопая меня по щеке, — а ты, видимо, и есть Рюити. Наконец-то я тебя увидел.       Рюити почтительно склонил голову, и волосы упали ему на лицо. Я отвела от него взгляд и увидела, как неподалёку от меня бойко скакали малыши-сусуватари, побросавшие свои угольки. Они попискивали, вытягивая вверх тонкие ручки. Я улыбнулась и присела на корточки, чтобы чуть приблизиться к ним:       — Ну, привет, малявки. Всё у вас хорошо?       Они продолжали прыгать, настойчиво пища. Я не сразу, но всё же поняла, чего они от меня хотят, и поставила перед ними свои кроссовки.       — Спасибо. Спрячьте по старой памяти.       Понаблюдав короткую стычку между духами сажи и проводив взглядом победителей, торжественно донёсших кроссовки до своих норок, я снова повернулась к дедушке Камази и Рюити.       Мой давний покровитель уже вернулся на своё рабочее место и занимался сразу несколькими делами, да так, что ему позавидовал бы сам Цезарь. Одной рукой Камази-сан регулировал напор воды для большой ванной, другой напряженно щёлкал по датчику бойлера, третьей дёргал какой-то рычаг (я сразу вспомнила, как мой дед водил свою доисторическую машину). Четвёртая рука Камази держала у уха телефонную трубку, которая тянулась перепутанным шнуром к аппарату с барабаном, на котором пятая рука набирала номер. Я не успела заметить, чем занималась шестая рука, потому что дедушка Камази сказал:       — Я звоню Дзэнибе, чтобы сказать, что вы добрались.       Внутри меня будто внезапно сковалась глыба льда. Я не могла пошевелиться. Страх, боль и холод в жарко натопленной котельной имели одну причину: Хаку. Дзэниба могла что-то знать о нём.       Вдруг он умер, пока я так медленно шла до купален Абурая?       Рюити неслышно подошёл ко мне и присел на корточки.       — Тихиро-сан, — я подняла голову и увидела, что он ободряюще улыбается, — успокойся.       Я кивнула и подумала, что, услышав подобное в школе, я бы рассмеялась в лицо нерадивому советчику: как можно так просто успокоиться, когда твой мир давно разорван и сожжен? Однако я не могла себе позволить такое с Рюити.       — Алло? — раздался громкий голос Камази-сана, от которого я вздрогнула, — госпожа Дзэниба? Это Камази! Вы меня слышите?       Дедушка Камази кричал так, будто они с Дзэнибой находились на разных берегах реки, и ему было жизненно необходимо переговорить с ней. Видимо, телефон в котельной дышал бы на ладан, если бы умел дышать.       — Слышите? Отлично! Тихиро здесь! Что? Ещё раз, пожалуйста? Нет, вдвоем с парнишкой, — Камази-сан посмотрел на нас через плечо, — да ничего, вроде. Трясётся вся. ТРЯСЁТСЯ, говорю.       Я не сдержалась и фыркнула. Рюити театрально повёл глазами. Сломанная техника может разрядить любую обстановку.       — Хорошо, я всё им передам! Да! Сейчас, — дедушка снова посмотрел на нас, — Дзэниба спрашивает, хотите ли вы что-то спросить?       Рюити пожал плечами. Я, глубоко вздохнув, смогла выпалить только имя:       — Хаку?..       Камази-сан кивнул и снова заорал в трубку:       — Тихиро спрашивает про мальчика!       Он немного помолчал, слушая ответ, а после так же громко сказал:       — Я понял! Сейчас всё передам! Спасибо! Кланяюсь вам. Что? КЛАНЯЮСЬ ВАМ, гос… бросила трубку, — нормальная громкость его голоса показалась самым приятным звуком в мире.       Я не сразу осознала, что опять вцепилась в край плаща Рюити. Тонкий писк за спиной давал понять, что и сусуватари интересовались итогами разговора.       — Дедушка?.. — из моего рта вырвалось какое-то непонятное шипение, мало похожее на мой обычный голос.       — Бо вернётся через пару часов и даст вам то, за чем вы пришли, не знаю уж, о чем идёт речь. Всё нормально, мальчик не объявлялся, и новостей у них никаких нет. И это хорошая новость, Тихиро, будь уверена!       Рюити положил мне руку на плечо и чуть сжал его. Я пару раз моргнула, пытаясь избавиться от уже надоевшего настойчивого желания плакать.       — Спасибо, дедушка, — тихо, но уже своим голосом сказала я, снимая куртку и аккуратно сворачивая её: всё же внутри было очень жарко.       Малыши сусуватари снова побросали угольки, чтобы услужить мне. Я поблагодарила их, отдав куртку, и закатала высоко, насколько возможно, джинсы. Рюити всё ещё сидел рядом со мной, и его тёмные глаза внимательно следили за каждым моим движением.       Я отчаянно хотела, чтобы всё закончилось. Вот так. Много лет я ждала возвращения в мир ками, а теперь не могла ему радоваться. Почему-то именно на полу котельной, почти на том месте, где когда-то лежал почти бездыханный Хаку, я почувствовала усталость от себя, от своих чувств и от боли, которая то притуплялась, то яростно напоминала о себе.       Я знала, что ему было больнее, но ничего не могла поделать со своей усталостью.       Кажется, Камази-сан что-то сказал мне, но я привычно отключилась, не слыша его и замыкаясь в мыслях. Только отодвинувшаяся дверца и лицо Рин заставили меня прислушаться.       — Сэн, у меня есть час свободного времени. Пойдём поболтаем?       Я дёрнулась вверх — дальше сидеть на месте было почти невыносимо, — но тут же спохватилась.       — Рюити-сан, я…       Мы переглянулись. Я ясно увидела в его обычно бесстрастных глазах отчетливое желание — вернее, его отсутствие. Ками в человеческом обличьи не хотел, чтобы я уходила. И что самое интересное… я тоже не хотела расставаться с ним. Да, мы провели вместе не так много времени, чтобы переживать из-за часа порознь, но всё же… всё же мы преодолели долгий путь. А мне так нужен был кто-то, понимающий, через что я прохожу. Рюити понимал, я знала.       Молчание затянулось, и помощь пришла с неожиданной стороны: от дедушки Камази:       — Иди, Тихиро. Вы поболтайте там о девичьих делах, а я немного займу Рюити, чтобы он не скучал.       Рин, на удивление, промолчала. Она опиралась головой на стену и выглядела очень усталой. Рюити коротко кивнул:       — Да, это отличная идея. А потом я хотел бы прогуляться.       — Никто силком тебя не держит, парень, — усмехнулся в усы дед Камази.       — Отдохни немного от меня, Тихиро-сан. А после встретимся на мосту.       Рюити быстро поднялся и протянул мне руку. Я схватилась за неё, и мне почти не пришлось прилагать усилий, чтобы встать. После этого я поклонилась Камази-сану со словами:       — Я обязательно зайду к вам, дедушка.       — Буду ждать, милая. Прости, что не удалось как следует побеседовать. Работы невпроворот.       — Не говори, дедушка, — подала голос Рин, — не переношу все эти праздники: после них клиенты никак не могут успокоиться. Зато выручки много, конечно. Ладно, пойдем перекусим, Сэн.       Я еще раз посмотрела на Рюити и после этого покинула котельную. Следуя по коридорам за Рин, я сняла рюкзак, нащупала в нём свой скетчбук и начала думать, как бы мне свести разговор со старой подругой к нужной мне теме. Эти мысли немного отвлекли меня от моего состояния, но всё же глыба льда не спешила таять и продолжала колоть острием в самое сердце.