Only You

Иногда Баттерсу казалось, что за ним кто-то наблюдает. Отец, стремящийся держать всё под своим тотальным контролем, конечно, следил за ним внушительную часть времени. Даже когда Баттерс сидел в школе или принимал ванну, ему казалось, что внимательные цепкие глаза Стивена Стотча открывались повсюду и молча осуждали каждый его шаг. Отец всегда был рядом. Всегда в его мыслях и страхах. Однако в ощущениях, настораживающих Баттерса, было что-то другое. Что-то мистическое и ненастоящее. Что-то, про которое говорят, якобы этого не существует. Баттерс знал, что существует. Он верил в это, и ему нравилось думать, будто он один такой. Особенный. Будто только его оберегают высшие силы и помогают двигаться дальше. Баттерс видел в них свою надежду и не обижался, когда злые одноклассники строили рожи и предлагали отправиться к психиатру. Секрет заключался в том, что злые одноклассники точно бы не ограничились одними только насмешками и советами, если бы узнали, что дома у Баттерса, рядом с обычными кофтами и куртками, висит парка, снятая с плеча покойника. Это ни черта не смешно. Баттерс знает. Он бы с удовольствием себя оправдал, но не понимает, как именно. Как вообще оправдать человека, связавшегося с готами и отправившегося вместе с ними совершать жертвоприношение на кладбище? До конца в ту ночь Баттерс так и не досидел. Мрак, атмосфера неминуемой смерти, притягивающая готов, пугала его до дрожи в коленях, пересыхающего горла и непопадающих друг на друга зубов. Упавшая за шиворот дождевая вода и царапнувшая спину ветка стали последней каплей. Запинаясь ногами о торчащие корни многовековых деревьев и перепрыгивая невысокие перегородки, Баттерс нёсся как никогда в жизни и боялся нечаянно обернуться через плечо. Ему казалось, что духи, призываемые готами, преследуют его и хотят наслать проклятие. Не нужно было в это ввязываться! Уже было покинув злополучное место, приходить в которое ночью оказалось самоубийством в чистом виде, Баттерс почти расслабился, как под ноги, абсолютно подло, попала сухая колючая ветка. Споткнувшись и практически налетев на ближайшую могилу, он с трудом удержал равновесие. Оглянувшись, Стотч настороженно замер, напряжённо подходя ближе. Сначала приняв за человека и откровенно выдохнув, когда понял, что ошибся, Баттерс озадаченно коснулся рукой холодной ткани рыжей парки, за капюшон нацепленной на каменный угол могилы. «Кеннет МакКормик» Надо же, они были ровесниками. И умер этот Кенни всего лишь три месяца назад. Баттерсу стало не по себе. У них в городе одна-единственная школа, почему они никогда не пересекались? Баттерс внимательно всмотрелся в изображение. Оставлять фотографии покойного на могиле было настоящей редкостью. Красивый. С картинки на Баттерса смотрел веснушчатый блондин с ехидной улыбкой и лукавым взглядом. Такого сложно не заметить. Ещё раз всмотревшись в изображение, Баттерс провёл пальцем по щеке незнакомца, схватил парку и рванул к воротам. С тех пор его жизнь изменилась до неузнаваемости. Низко опустив голову, Баттерс всхлипнул, растирая без того покрасневшие глаза. Он сильный, он не заплачет. Люди всю жизнь хотят причинить ему боль. Физическую или моральную. Например, сегодня очередной заводила, решивший выпендриться перед девчонками, прорезал ножом его рюкзак. Баттерс поднимался по лестнице, когда учебники и тетради посыпались на пол. Он присел их поднять, но получил подлый пинок в спину, кубарем полетев вниз и только чудом себе ничего не сломав. Поблизости, как назло, не оказалось ни единого одноклассника, который мог бы за него заступиться раз в сто лет из жалости, так что Баттерс, раненый и в очередной раз морально уничтоженный, сбежал с оставшихся уроков. К медсестре идти не было смысла: она вызовет родителей и в сложившейся ситуации опять обвинят его одного. «Надо было следить, кто идёт за тобой, Баттерс», «Умей нести ответственность, Баттерс», «Ты наказан, Баттерс». Всегда одно и тоже. Тихонько прошмыгнув в комнату и закрывшись на замок, Баттерс схватил рыжую парку, натянул её и почти утонул в светлых чувствах. Почему-то ткань всегда была тёплой и мягкой, словно волшебной. Баттерс не хотел себя жалеть, а поэтому начал думать о парне, который когда-то носил её. Возможно, они бы поладили. Могли стать друзьями. Или — Баттерс покраснел — начать встречаться. Он никогда ни с кем не встречался. Не предлагали. Но этот парень… Он, возможно, мог предложить. Баттерс почему-то верил в это каждой клеточкой своего тела. Влюбляться в покойников — плохая идея, но Баттерса Стотча, решившего, что сегодня вечером он обязательно сходит на кладбище и стащит приделанную к могиле фотографию, было уже не остановить. А на следующей день парень, поиздевавшийся над Баттерсом и его портфелем, не пришёл в школу. Ходили слухи, якобы ночью он выпал из окна собственной комнаты и умудрился сломать позвоночник. Баттерс сразу понял: это не просто так, и мысленно сказал силе, оберегающей его, искреннее спасибо. Мудаки должны получать по заслугам, а иначе они совсем обнаглеют. Дверь класса громко распахнулась. Моментально рассевшись по своим местам, ученики подняли скучающие взгляды на сухонькую преподавательницу истории. Пройдя к столу, женщина не вальяжно уселась, как делала это всегда, а встала рядом, облокачиваясь и сканируя класс внимательным взглядом. Дождавшись полной тишины, она прокашлялась и негромко огласила: — Думаю, вы знаете, но с этого дня в вашем классе пополнение. Баттерс, всё время проверявший домашнее задание, поднял голову и удивлённо посмотрел на мирных одноклассников. Новенький? Почему никто не удивляется? Они в курсе? — Пожалуйста, проходи. Баттерс никогда не думал, что такое возможно, но когда в помещение спокойно вошёл высокий худой парень в рыжей знакомой парке и наброшенным на голову капюшоном, захотелось поверить во всё, что угодно. — Кенни МакКормик, приятно познакомиться, — мертвец обольстительно улыбнулся и, не нуждаясь в дальнейших командах, вальяжно прошёл в конец класса, падая на свободное место. Воззрившись взглядом, полным ужаса, Баттерс еле сумел взять себя в руки. — Воскрешение в этот раз затормозило, — лениво поведал Кенни, медленно поворачиваясь к Баттерсу и протягивая ему ладонь. — Ты ведь ждал меня? Баттерс заторможено кивнул, сжимавшая его тёплые пальцы в своих. — Теперь мы всегда будем вместе. Надеюсь, ты не позволишь мне опять умирать за тебя. Хотя, должен признать, мстить всяким придуркам будучи призраком намного веселее и безопасней. Правда, Баттеркап? Баттерс пожал плечами и немедленно повернулся в сторону исторички, пассивно объяснявшей материал нового параграфа. Воспоминания медленно возвращались. Дорога. Байк. Искореженный труп Кенни. И он, Баттерс, откинутый в сторону. — Эх, Лео, а она до сих пор не проверила тот тест по восемнадцатому веку? Как же хорошо, что Кенни вернулся.