Глава V
26 марта 2022 г., 22:02
Янг поймал себя на том, что нервничает. Ему хотелось поскорее приступить к добыче ксенона, но с одной из деталей бура не заладилось, и Ди проколдовал над ней почти весь день. С тех пор, как они прибыли на Флорину, Вентера не отпускало чувство, что за ним – конкретно за ним – не только пристально наблюдают, но и проверяют на прочность психику.
Некоторые пираты из команды уверяли, что видели вдали каких-то существ, но все попытки рассмотреть их оканчивались неудачей. Вентер и сам несколько раз перехватывал бинокль у очередного подельника, поднявшего шум по поводу жизни на Флорине, но видел только луга, холмы и осыпи. В конце концов он списал это на глюки. Мало ли что присутствует в местной атмосфере, подумал он. Но тем не менее, лагерь был под надзором круглые сутки – ведь Ди говорил, что здесь все-таки кто-то водится.
Сумерки сгущались. На сегодня все работы были закончены, команда, за исключением дозорных, после ужина разбрелась по каютам фрегата, а капитан решил поностальгировать и заночевать у костра.
– Слышь, – передразнил он уранца, тоже пока что не желавшего менять свежий прохладный ветерок на душную каюту, – а от кого ты об этой планетке узнал, м?
– Сам нашел, – пожал плечами Ди.
– Врешь! – обалдел Янг. – Ты ж сроду сам никуда не летал!
– Слышь, вот зуб даю, сам! Провернул разведку под видом перевозки груза.
– Ну и ну. Я думал, ты купил информацию. Не ожидал от тебя, Ди, – и пилот ухмыльнулся, подняв большой палец вверх. – Всегда считал, что ты тихоня, сделками занимаешься и в космос по возможности нос не суешь. А чего тогда сам не занялся добычей?
– Ну, мне нужен был капитан с кораблем побольше, как у тебя – чтобы оборудование влезло, – уранец довольно сощурил черные глаза. – А информацию предпочитаю добывать сам и ни с кем ею не делиться.
– Но со мной же поделился.
– Правильно, – из-под сощуренных век блеснуло что-то нехорошее. – Потому что ты не самоубийца, чтобы разболтать все это кому попало. Понимаешь?
– Ну да, – кивнул Вентер, враз растерявший повысившееся было настроение.
Прошлое упрямо лезло в мысли.
– Ладно, попробую заснуть. Растолкай через три часа – сменю тебя.
– Не вопрос, кэп.
Янг повернулся на другой бок и закрыл глаза.
***
– Ура-а! Пятерка в четверти более чем заслуженная. А на школьном дворе его ждут самые лучшие друзья. Дома его ждет самая лучшая на свете мама. И весь мир сейчас улыбается ему. «Вот Туми и Айли обрадуются!» Янг выбегает из школы, размахивая мешком со сменной обувью, и мчится к товарищам. – Ребята-а! Одноклассники, сидящие на скамейке в обнимку с рюкзаками, дружно оборачиваются и вскакивают. Их глаза горят от нетерпения узнать результат друга. Они окружают Янга и засыпают его вопросами. – Ну что? – Как сдал? – Пять! – ликует Вентер. – Пять! Двое пятиклассников издают торжествующий вопль. Туми даже подпрыгивает. – Молодчина! Не зря они втроем почти безвылазно сидели дома и корпели над учебниками. Не зря дали друг другу слово сдать все контрольные и сочинения в четверти на пятерки – чтобы знать и уметь еще больше, чтобы стать ближе к мечте еще на один шаг.***
– Стой! Да стой же! Ремми! Рем, ну пожалуйста! Но вздорная брюнетка с неправдоподобно длинными и густо накрашенными ресницами быстро запрыгивает в скоростной монорельсовый экспресс до окраины Грандаполиса. Двери захлопываются перед самым носом Вентера. В который раз. И он вдруг отмечает, что Ремми не идет, когда она наращивает ресницы. Ей вообще мало что идет из того, что она предпочитает. И вообще она не такая уж красавица, не говоря уже о характере. Как он этого раньше не замечал? Воистину, любовь слепа. Ведь она же вертихвостка. Вчера ворковала с другим парнем и даже не скрывает этого. И так почти все то время, что они знакомы. Без конца бороться за нее – себя не уважать. А мама и лучшие друзья предупреждали, но он их, конечно, не послушал. Да еще и нагрубил, кажется... Решено. Отныне Ремми исчезнет из его жизни. И курсант летной академии отправляется домой, а потом и к друзьям – просить прощения и признавать свою неправоту.***
Отпуск не задался сразу. Неугомонные Ларт и Нолт опять позвали в гости на Землю прежде, чем он успел что-либо придумать. Мол, прилетай, давно не виделись. А ему Земля, Грандаполис, база «Север» хуже горькой редьки. Место мечты. Место, где он должен работать, а не вот это вот все на Форпосте. Что, Грандаполис только для избранных? С какой стати он, один из лучших выпускников академии, послан на эти паршивые задворки Галактики, будто провинился в чем-то, вместо того, чтобы служить прямо на «Севере»? Ну хорошо, пусть не там, а где-нибудь еще, на той же «Нобайти», к примеру. Да хоть на «Кетцале» – старом экваториальном космодроме вдали от цивилизации... Но это ведь Земля! И кто только придумал, что ГВВС – это престижно?! Вентер с неохотой, но все же принял предложение друзей. Странно. Внутри будто что-то гложет душу. Может, это Форпост на него так действует? Вот почему Ларту так повезло? Почему Туми повезло? И почему не повезло ему? Это неправильно. Так быть не должно.***
– Наконец-то! Мы с Туми очень скучали! Вентер улыбнулся. Он все-таки был рад видеть старых друзей. – А ты прямо сияешь, я смотрю, – усмехнулся он, глядя на Айлета. – А чего бы не радоваться жизни? – удивился тот. – Я, знаешь ли, по-прежнему оптимист. – Ну да, как всегда, – с сарказмом произнес Янг. – И ни единой-то проблемы у вас обоих. – Опять. Едва прилетел, уже все плохо, – хмуро пробурчала Туми. – Смени пластинку, дружище. – Да что стряслось? – не понял Ларт. – Только не начинай снова жаловаться на Ив, ладно? – догадался он вдруг. У скромной сотрудницы нотариальной конторы, казалось, не было недостатков – сметливая, остроумная и веселая Ивенн обладала еще и крайне симпатичной внешностью. Без памяти влюбившись в Янга, она сделала все, чтобы их совместный быт был наполнен уютом и радостью, и поначалу все шло прекрасно. Но всего через полгода жизнь Ив превратилась в кошмар, состоящий из занудства, бесконечных придирок и ворчания. Через год, не дожидаясь, пока все это сведет ее с ума и преждевременно состарит, Ивенн решительно объяснилась с мужем, собрала вещи и уехала, без сомнений спалив за собой все мосты – за исключением связи с Нолт и Лартом. Ребята нравились ей открытостью, честностью и жизнелюбием, и она не собиралась из-за Вентера терять и их. – Поживите с мое на Форпосте, – возмутился Вентер. – Точно так же запоете! Айлет театрально поднял глаза к небу. – Хватит причитать, Янг. В который раз тебе говорю – все к лучшему. А то, что приказы не обсуждаются, ты и без меня должен понимать. – Тебе легко говорить! – вконец взбеленился пилот. – Очень хорошо говорить о выполнении приказов, находясь в Грандаполисе! – название столицы он произнес с каким-то трепетным придыханием. – А к Ивенн вы оба всегда относились почему-то гораздо лучше, чем ко мне! – Немудрено, – буркнула в сторону Нолт. – Насчет Ив – извини, но ты сам виноват, – сдвинул брови Ларт. – Нечего быть таким мелочным занудой. – Это я зануда?! – Так, стоп, – вмешалась Туми. – Как не стыдно ссориться при встрече, а? – А я что, я ничего, – рассмеялся Ларт. – Ладно, Янг, хватит злиться. Мы с Туми не виноваты, что нас оставили на «Севере», а твой рапорт отклонили. Пошли ко мне в гости, познакомлю тебя со своими детьми. – С детьми? – изумился Вентер. – Ага, – улыбка Ларта стала еще счастливее. – С моими двумя девчушками. У Янга даже свело челюсти от чувства несправедливости.***
– Вот и мы! – Айлет шутливо отдал честь открывшей дверь Коррис. – Здравствуйте, – немного смущенно и чуточку угрюмо пробубнил Вентер. – Проходите, ребята, проходите, – засуетилась Грана. – У меня все уже готово. В посиделках за уютным круглым столом чувствовался непонятный и оттого еще более неприятный диссонанс. – Туми, а у тебя как дела на личном фронте? – вдруг ухмыльнулся Вентер. – Помнится... – Слушай, Янг, – резко перебила его летчица, – а как нынче обстановка на Форпосте? – А? – Говорю, давай про себя рассказывай. Только рассказывай, а не жалуйся, – вроде бы мирно и с улыбкой попросила Нолт, но Вентер увидел в ее глазах совсем другие нотки – приказ, лед и... угрозу. Пилот сглотнул. Он даже немного испугался такого напора со стороны всегда дружелюбной ко всем однокурсницы и одновременно разозлился. Мелкая пакость не удалась – а ему так хотелось хоть чем-то насолить этой счастливой семейке. Но в открытую оклеветать Туми он не решался. Рассорить Айлета и Нолт очень сложно, но если бы ему это удалось... А если бы еще одновременно внести разлад в такую омерзительно безоблачную семейную жизнь Ларта... Вентер вдруг понял, что всей душой хочет этого. Хочет отомстить. За что? Да он и сам не понимал. Внутри все кипело от зависти. К ней прибавилась быстро нараставшая злоба. Почему они улыбаются? Почему им так хорошо? Это неправильно. Так быть не должно.***
Отправив по электронной почте рапорт-донос, Янг довольно потер руки. Теперь-то уж его заметят. Ведь он проявил бдительность, вовремя выявил преступника – за такое полагается награда, а то и повышение. Но сейчас нужно проявить скромность и ненавязчиво попросить вместо новой звездочки новое место службы. На радостях ему не откажут. Заодно можно еще больше поскромничать и притвориться, что он очень горд служить в ГВВС, но считает себя недостаточно опытным пилотом для такой важной должности. И его переведут обратно на Землю. На освободившееся местечко. А когда Ларт отсидит свое, летать ему уже не позволят. Может, его даже пожизненно упекут. Тогда еще лучше – можно будет подкатить к его симпатичной женушке. Или к Туми? Нет, ее лучше не трогать. Вентер злился на себя, ощущая странное чувство робости и даже страха перед летчицей, и из-за этого ненавидел ее еще больше. Ладно, с Нолт он разберется позднее. Что-нибудь придумает. В конце концов, своим доносом он и так уже сделал ей больно, так что половина замысла, считай, выполнена. Ответ на письмо пришел быстро – сухие слова благодарности и обещание награды.***
– Разрешите? – Да, заходите, – начальник «Севера» кивнул Вентеру, приглашая того войти в кабинет. Вздохнул, выслушав полагающийся рапорт о прибытии. – Да-а... Вот оно как бывает. Нет хуже друга-предателя, – и он пристально взглянул на Янга. – Сочувствую. Вентер притворно вздохнул в тон полковнику, не поняв намека. – Но не беспокойтесь. Хотя обвинение очень серьезное, надеюсь, что в скором времени это недоразумение будет устранено. Не верю, что один из самых преданных своему делу и своей планете пилотов способен на госизмену. – Госизмену? – удивился Янг. Он и не знал, что дело зашло настолько далеко. – Да, именно так, – по-прежнему сверлил его взглядом полковник. – А теперь поговорим о вас. Вентер напрягся. Вот он, момент торжества! Наконец-то его ждет должность в Грандаполисе. – ГВВС непросто было распрощаться с вами, но мы с ними нашли компромисс. Вы отозваны с Форпоста. Ну наконец-то! – Думаю, вам с вашим опытом можно поручить службу в довольно экзотическом месте. Значит, все же «Кетцаль». Ну и славно! – Я готов, – выпалил Янг, едва скрывая ликование. – Благодарю за доверие! – Это хорошо, что вы так любите службу. Туя – не курорт, и послать туда я могу только очень опытного пилота. На Земле таких много, но я считаю, что лучше, если туда полетит мой выпускник. На Янга будто вылили ведро ледяной воды. – Туя?.. – переспросил он враз севшим голосом. – Да. Вы, кажется, чем-то недовольны? – в глазах начальства что-то сверкнуло. – Никак нет! – вытянулся в струнку. – Я, конечно, понимаю вас – всем хочется иметь тепленькое местечко рядом с центром. Но именно вам, – сделал акцент, – будет полезнее служить Родине вдалеке от нее. Вам все ясно? – Так... точно, – откашлялся. – Завтра вылет на место службы. Подробности через десять минут будут на вашем коммуникаторе. Вы свободны. Все было напрасно. Все его усилия свели к нулю одной фразой. Янг отдал честь, повернулся и вышел.***
Полет Земля-Туя проходит нормально. Еще несколько часов, и он окунется в промозглую осень этой планеты. Это неправильно. Так быть не должно. Решение, сумасшедшее решение, созревшее уже давно, но неосознанное, обозначается в мозгу ясно и четко. Вентер тщательно все обдумывает еще полчаса. И наконец, действует. Небольшой катер уходит с трассы и исчезает с экранов всех радаров – военных, галаполицейских и гражданских, будто ныряя в пучину неизвестности. Навстречу новой жизни. Жизни пирата.***
– Кэп! Кэп, слышь, подъем! – А? Что происходит, шрок побери? – У нас ЧП! Утечка топлива! – Чего? Ты в своем уме, какая утечка?! – Слышь, некогда спорить! Эй, ребята, да сделайте уже что-нибудь! Вентер вскочил на ноги. Лагерь был похож на растревоженный улей. Все лихорадочно носились туда-сюда в поисках чего-нибудь, что могло бы заткнуть дыру в одном из топливных баков. – О нет, только заражения нам тут не хватало! Быстрее! – Янга прошиб ледяной пот при мысли, что сейчас он получает ударную дозу радиации. – Не психуй, – Ди успокоительно похлопал Вентера лапой по спине, – бак же не радиоактивный. Забыл, что фрегат уранской разработки с повышенной защитой экипажа? – Знаешь, это, конечно, клево, но если все это сейчас рванет, нам с тобой защита вообще не понадобится, – проворчал капитан, но незаметно для уранца выдохнул и вытер лоб. Оглянулся вокруг и гаркнул на подчиненных: – Да шевелитесь вы! Вскоре дыру заварили, а виновник был найден. Вентер, разразившись нецензурщиной, со всей силы наступил на маленькую гусеничку-мтирианку, с наслаждением размазав тельце по пропитавшейся топливом земле. – Ну и что теперь делать? – негромко вопросил кто-то. – Что, что... Костры не разводить! Все зажигалки на корабль! – рявкнул Янг. – Все слышали? Увижу за пределами фрегата хоть одну – убью на месте! Повернулся к уранцу, уже побывавшему в машинном отделении корабля. – Сколько осталось? Тот озабоченно покачал головой, вытирая среднюю пару рук: – До Шалаша не хватит. – Ну это невелика беда, приткнемся где-нибудь еще. – Мне бы твой оптимизм, – с сомнением протянул Ди. – Взлететь и уйти с флоринской орбиты мы сможем. А вот что дальше – большой вопрос. Ближайшее место, где наверняка можно подзаправиться – научная станция, но она в двух единицах отсюда. – Вот же блин! – простонал Вентер и еще раз прошелся матом по питающейся металлом гусенице, всем ее родственникам, Мтиру и по фрегату заодно. На ум неожиданно пришли загадочные «глюки». А что, если?.. – Так. Ну-ка, дайте сюда бинокль.***
Тиа проснулась от собственного крика и в ужасе вскочила с кровати. Опять. Опять эти кошмарные глазищи. – Тиа? Тиа, ты что? – Каверес тоже спрыгнул на пол и подбежал к алоре. – Что случилось, милая? Дрожащими руками флоринка зажгла фонарик. – Плохой сон, – всхлипнула девочка, – очень плохой. Я бояться. Очень. Лионель сгреб сестренку в охапку и усадил к себе на колени. Страх она пережила нешуточный, если уж снова начала говорить кое-как, рассудил он. – Ну-ну, все хорошо, – баюкал он ее, шепча успокаивающие слова, – это всего лишь сон. Ты уже проснулась, я с тобой, все замечательно. Этот кошмар больше не вернется. – Вернется! – Тиа подняла заплаканные глаза на пилота. – Он уже несколько раз возвращаться! Один и тот же! Понимаешь? И она зашлась в приступе рыданий. – А можешь рассказать? – попросил Каверес. – Обычно, когда рассказываешь сон, это помогает его забыть. Хотя бы частично. Тиа усилием воли заставила себя прекратить плакать. – Глаза... Страшные глаза... – прошептала она, прижавшись к брату. – Он всех ненавидит! – Кто? – Этот, с глазами. Он очень злой, очень! Злее орны! – Тиа, послушай. Ты кого-то конкретного чувствуешь? – Лионель знал, что не стоит совсем уж пренебрегать интуицией и предчувствиями, особенно если они возникли у алоры племени Ринх. – Не знаю... Но это очень плохой сон, плохой знак! Пожалуйста, не ходи завтра туда, за Быструю, обещай, что не пойдешь! Дверь отворилась, и в жилище вошел Ларт с двумя бластерами и аккумуляторами к ним на плече. – Вот. Все, что у нас есть, кроме шаттлов. Тиа? Светлячок мой, что случилось?! – и он кинулся к шмыгающей носом девочке. – Что у вас тут творится, старлей? – перевел он гневный взгляд на Кавереса. – Да что сразу я-то? – опешил тот. – Ей кошмар приснился. Вот сижу, успокаиваю. – Не умеешь ты успокаивать! Айлет подхватил ринханку на руки, усадил на стул и, взяв с подоконника окану, протянул ее девочке. – Спой что-нибудь, пожалуйста. Глядишь, сон и забудется. Но Тиа лишь мотала головой, зажмурившись и вцепившись в инструмент. – Ну пожалуйста, – ласково уговаривал ее Ларт, присев перед ней на корточки. – Успокой и себя, и меня. И старлея. Каверес внимательно всмотрелся в союзника и чуть заметно передернул плечами, будто от озноба. Ясно, о ком тот вспоминает не первую тысячу раз, хоть и всеми силами скрывает это. Спаркл здесь тоже думал только об одном. Вернее, об одной… Неприятные мурашки толпой пробежали по спине Лионеля, когда он вспомнил день своего отлета на Флорину. «Лионель! Лионель, постой, я…» Пилот помотал головой, отгоняя морок. Нет. С Нурой у них ничего не получится. И все же нехорошо вышло – могли бы и помириться перед его отлетом. Случись что… «Так, что за мысли такие? Отставить упадничество!» Он обязан вернуться из пиратского логова живым и здоровым. Ради Тиа. Ради Звездочки. Ради всех друзей на далекой Земле. Ну и ради Ястреба, наверное. Снаружи проснулся ветер и принялся слегка подвывать в трубе очага. И снова будто бы тоскливо закричала-запричитала орна. Лионель вздрогнул. Он хорошо помнил этот крик-предупреждение, и перед глазами встала «Надежда», атакованная Лартом два года назад... Тиа перестала плакать, но по-прежнему сидела неподвижно, сгорбившись, зажмурившись и прижав к себе окану. Оставалось несколько минут тишины.
