An Unexpected Visitor/ Нежданный гость

Роуз много раз попадалась на разных проделках, одна серьезней другой, но в этот раз все было намного хуже, чем она вообще могла себе представить. Девочка уставилась в зеленые глаза, в ужасе от того, что произойдет дальше. Ее сердце замерло и отказывалось продолжать биться, пока она не набралась смелости выпустить воздух, который задержала в легких. - Ты с кем заключила сделку? - снова спросила Эмма, на этот раз более нетерпеливо. - Ни с кем, - быстро выдохнула Роуз, изо всех сил стараясь не моргать. Эмма стояла в дверном проеме, одной рукой сжимая ручку, другую уперев в бок. Можно было четко отследить момент, когда она все поняла - ее брови сурово нахмурились. - Ты заключила сделку с Румпельштильцхеном? Блондинка вошла в комнату, сокращая расстояние между собой и дочерью. - Ты заключила сделку с Румпельштильцхеном! - теперь ее голос был сердитым, выражая все ее недовольство от услышанного. - Роуз, какого черта?!! - Ма... - Ничего не хочу слышать, - Эмма сделала еще один шаг к девочке, не сводя с нее взгляда. - Ты заключила сделку с ним. С ним! Роуз, о чем, черт возьми, ты думала? Нет, не отвечай, потому что совершенно очевидно, что ты совсем не думала! - Пожалуйста, ма, дай мне все объяснить. - Объяснить что? Какую глупость ты сделала? Ты хоть понимаешь, что происходит, если ты не можешь выполнить свою часть сделки? Никто не может разорвать или нарушить договор с ним, никто, Роуз! - Но... - Нет. Ничего из того, что ты скажешь, уже не исправит этого. Роуз с раскаянием посмотрела на рассерженную мать. - Я просто хотела все исправить. - В прошлый раз, когда ты хотела все исправить, ты попала сюда. - Я знаю, но если ты просто выслушаешь меня... - О, я тебя выслушаю, - Эмма раздраженно посмотрела на девочку. - Внизу, с Реджиной. Роуз с шумом втянула воздух. - Нет, нет, ты не можешь рассказать маме. Я не хочу, чтобы она узнала. - Надо было подумать об этом перед тем, как соврать. - Извини. - Поздновато, Роуз. Я защищала тебя, верила тебе. И все это было враньем? Ты врала прямо нам в глаза! Я уверена, что мы не этому тебя учили! - Но ты же даже не знаешь, о чем была сделка. Если бы ты только позволила мне объяснить... - Это не меняет того факта, что ты лгала нам и действовала за нашими спинами. Ты должна была поговорить с нами, должна была поговорить со мной! - Ты бы мне не разрешила. - Как ты можешь быть уверена? Может, я бы пошла на эту сделку вместо тебя! Роуз покачала головой. - Нет. Я не хочу чтобы ты пострадала. - Но я тоже не хочу чтобы ты пострадала. Ты - мой ребенок, и это я должна заботиться о тебе, а не наоборот. - Тогда почему я забочусь о тебе с тех пор, как мама умерла? - едва слышно пробормотала девочка. - Прошу прощения? - Эмма сверлила дочь взглядом, в то время, как та избегала смотреть на нее. - Мы идем вниз. Все мы. В глазах детей вспыхнул страх, но Эмма проигнорировала это. Безрассудство действий Роуз заставляло ее кипеть от гнева, но в то же время ее заполняло чувство тревоги. Она прекрасно знала, к чему приводят сделки с Голдом, так что эта новость точно не была хорошей. Она встретилась глазами с дочерью, когда та пронеслась мимо нее, и последовала за своими детьми, медленно и тяжело спускающимися по лестнице. Чем ближе они подходили к кухне, тем больше Эмма нервничала. Реакция Реджины, скорей всего, будет гораздо хуже, чем шериф могла себе представить. Но это было неизбежно. Скрывать правду от мэра было себе дороже, так как, рано или поздно, это все равно вскроется, больно ударив по лицу. Реджина выглянула из-за дверцы шкафа, когда троица вошла на кухню и Эмма нервно улыбнулась в ответ на улыбку брюнетки. На стойке стоял миксер, и шериф наблюдала, как Реджина доставала четыре стакана, мурлыкая себе под нос какую-то мелодию, легко порхая по кухне. - Ты закончила дуться? - спросила она, лукаво улыбнувшись Роуз. - Как ты смотришь на то, чтобы вместе сделать молочные коктейли? Эмма быстро переглянулась с любимой, заставив брюнетку нахмуриться, потому что она сразу поняла, что ее подозрения о том, что что-то было не так, подтвердились. - Реджина, у нас небольшие изменения в планах. - Вот как? Они не хотят коктейлей? - Хотят, но я не уверена, что заслуживают, - ответила Эмма, скрестив руки на груди и бросив взгляд на Генри, который нервно переступал с ноги на ногу. Реджина вздернула бровь и подошла к детям. - Генри, - начала она и мальчик с опаской посмотрела ей в глаза. - Ты можешь рассказать мне, почему Эмма считает, что вы с сестрой не заслуживаете коктейлей? - Хм... - замялся Генри и перевел взгляд на сестру. - Не смотри на Роуз, смотри на меня, - жестко вернула себе внимание сына Реджина. - Мы солгали, - наконец произнес он, выглядя пристыженным. - Вы солгали. - Да, но нам очень жаль. - Все это время, Генри, самое худшее, чего ты не мог мне простить, было не то, что я - Злая Королева, а то, что я лгала тебе. Я знаю, как сильно ты не любишь, когда тебе врут, но сейчас ты поступаешь со мной так же. И я учила тебя, что обманывать - плохо, не так ли? Генри медленно кивнул, с раскаянием глядя на мать. - Мне очень жаль, мама. - Я знаю, Генри, но это - очень серьезно. Мы поговорим о последствиях, которые тебя ждут, позже. Иди в свою комнату, но сначала извинись перед Эммой. Мальчик повернулся к Эмме. - Прости, что я солгал, ма. Я не должен был этого делать. - Нет, не должен был. - Мне правда очень жаль, но я просто хотел помочь Роуз, она сказала... - Эй! Я не заставляла тебя ничего делать! - возмутилась Роуз. - Ты вылила молоко в раковину! - выдал Генри. - Ну спасибо, маленький стукач! - Достаточно, - прервала их Реджина. - Генри, иди в свою комнату. Мальчишка моментально вылетел из кухни, и Эмма заметила, как ее дочь, оставшись наедине с матерями, напряженно выпрямила спину, как будто готовилась к схватке. Эта поза сделала ее еще больше похожей на Реджину. Когда брюнетка подошла ближе к дочери, лицо девочки выражало полное безразличие. - Не хочешь ли рассказать мне, о чем солгала, дорогая? Роуз скрестила руки на груди, все так же высоко подняв голову. - Не особо. Нет. - Не усугубляй ситуацию, Роуз. Расскажи мне, почему ты солгала. - Я солгала, потому что должна была кое-что сделать и не хотела, чтобы вы волновались. - Что ты сделала? Девочка изогнула бровь, не произнеся ни слова и Реджина почувствовала, что ее терпение иссякло. - Не испытывай меня, Роуз. Мы обе знаем, чем это закончится. Роуз усмехнулась. - Да ладно? Помнишь инцидент на кухне? Я могу сделать еще похлеще. - Ты угрожаешь собственной матери магией? - Нет, просто напоминаю. - Эмма, - ровным голосом обратилась Реджина к блондинке. - Я так понимаю, ты знаешь, почему она солгала? - Да, но... - Расскажи мне. Эмма замешкалась. - Думаю, будет лучше, если Роуз сама расскажет. Реджина снова переключила внимание на дочь и, подняв одну бровь, терпеливо ждала ее ответа. Она уже готова была выдохнуть разочарованное: «Ну и?», когда Роуз заговорила. - Я встречалась с мистером Голдом. Мэр издала хриплый смешок, прежде чем поняла, что это была не шутка. Черты ее лица резко ожесточились, когда она сжала челюсти, а глаза потемнели от гнева. - Ты. Что. Сделала? Роуз не выказала никаких признаков того, что готова отступить и все так же держала спину прямо. - Я встречалась с мистером Голдом, - дерзко повторила она. - И я заключила с ним сделку. Реджина резко сократила между ними расстояние. - Ты заключила сделку с этим человеком? Ты хоть представляешь, что ты натворила?! - выплюнула брюнетка, разочарованно всплеснув руками. - И у тебя хватает наглости стоять здесь и гордо улыбаться? - Ты же не знаешь, в чем заключается сделка! - защищалась Роуз. - Да мне без разницы, чего ты хотела - чтобы пошел дождь или чтобы конюшня превратилась в пряничный домик! Ты не должна была заключать сделку с этим дьяволом! - Я могу выполнить свою часть сделки. - Не имеет значения, дорогая. Этот человек все равно интерпретирует сделку так, как захочет. Если ты не указала достаточно конкретики - а я полагаю, ты этого не сделала - то он со своей стороны сделает то, что ему взбредет в голову, а если ты не выполнишь свою часть, - Реджина сделала паузу. - Ты будешь еще очень долго об этом сожалеть. - Но... Реджина подняла руку, заставляя дочь замолчать. - Я очень разочарована, Роуз. - Я знаю, что делаю. - Да неужели? В таком случае, расскажи мне свой грандиозный план. - Тебе лучше не знать. - Роуз, - вмешалась Эмма. - Если ты нам расскажешь, мы сможем помочь. Как я и сказала тебе - я готова заключить сделку с Голдом вместо тебя. - Нет, - твердо сказала Реджина. - Никто никаких сделок с ним больше заключать не будет. Я хочу, чтобы наша дочь рассказала, в чем заключается их договоренность. - Если не хочешь помогать, чего вдруг тебе так важно это знать? - Я не говорила, что не хочу помочь. - В любом случае, у меня все под контролем. - Когда ты имеешь дело с Румпельштильцхеном, то единственный, у кого контроль - это он. Всегда. Все, что имеет для него значение - это власть. И когда ты ему что-то должна - он имеет власть над тобой. Ты поступила очень глупо, Роуз. - Ооо, спасибо, что назвала меня дурой, мам, - саркастично огрызнулась девочка. - Должно быть, я унаследовала это от тебя. - Думаешь твои ехидные комментарии облегчат ситуацию? Скажи мне, в чем заключалась сделка, иначе... - Иначе что? Накажешь меня и посадишь под домашний арест? - Отличный план, - Реджина прожгла дочь взглядом. - Если только ты не предпочитаешь другое наказание? - Например? Применишь ко мне магию, как твоя мать применяла к тебе? Роуз позволила этой фразе вылететь слишком быстро и с гораздо большим гневом, чем рассчитывала, поэтому она тут же прикусила язык, но не отвела взгляд от матери. Как только Реджина открыла рот, чтобы заговорить, Роуз затаила дыхание, понимая, что крепко вляпалась. - Ты можешь злиться на меня сколько угодно, кричать что угодно и проклинать прямо в лицо, но я не потерплю, чтобы ты приплетала сюда мою мать, подразумевая, что я когда-нибудь буду обращаться с тобой так же, как она обращалась со мной. Как ты вообще смеешь? Раз ты знаешь все о моем прошлом, ты должна знать, что она со мной сделала, и понимать, что я никогда не применю к тебе магию. Есть ли у тебя право быть расстроенной? Да. Но у тебя нет никаких причин утверждать, что я буду так жестоко поступать с тобой, потому что, как бы ты ни была зла на меня, я надеюсь, ты знаешь, что я тебя люблю и никогда даже не подумаю поднять на тебя руку, - глаза Реджины злобно сверкали, а ноздри раздувались от едва сдерживаемого гнева. - И если твоей целью было нагрубить и обидеть меня - что ж, поздравляю, моя дорогая дочь - ты ее достигла. На кухне воцарилась тишина и ни одна из женщин не двигалась. Эмма переводила взгляд с мэра на девочку и обратно, ожидая, кто сделает следующий шаг. Реджина нарушила молчание. - Если ты закончила со своими детскими гневными тирадами, то я хотела бы услышать, в чем заключалась твоя сделка с мистером Голдом. Девочка тяжело сглотнула и посмотрела на Эмму, которая раздраженно смотрела на нее, всем своим видом демонстрируя, что устала от поведения Роуз. - Ладно, - сдалась, наконец, Роуз, вздохнув. - Я попросила его сделать так, чтобы вы меня забыли. Взамен я расскажу ему про будущее. И, перед тем, как вы снова начнете на меня орать, хочу сказать, что это к лучшему. Ваши воспоминания о том, что я была здесь, они... ну, я вроде как, даже не представляю, как они повлияют на ваше совместное будущее, на мое будущее. - Позволь мне прояснить, - заговорила Эмма. - Ты заключила сделку с Голдом на нашу память? Он удалит наши воспоминания о тебе? - Ага. - И каким образом это вписывается в фразу «У меня все под контролем», Роуз? Он может теперь влезать в наши головы и подкидывать любые воспоминания, которые пожелает! - Нет, потому что мы договаривались только о том, что он заставит вас забыть меня. Эмма покачала головой. - Нет, вот почему ты должна была сначала поговорить с нами. Я не хочу забывать тебя! - Но у тебя останутся воспоминания о моей смерти! Представь, что ты будешь думать об этом каждый раз, когда будешь обнимать меня или читать сказку на ночь. А еще ты, вероятно, будешь помнить и о смерти мамы и тогда ты потратишь шестнадцать лет своей жизни, пытаясь подготовиться к этому. - Это не дает тебе никакого права заключать сделки на наши воспоминания! Я не хочу, чтобы мистер Голд копался в моей голове! - Сделка касается только меня, ма! Я исчезну и мое пребывание здесь сотрется, как будто его никогда и не было. Когда я вернусь, я буду помнить все, а вы - ничего. Это все относится только ко мне. - Она права, - сказала Реджина и две пары зеленых глаз уставились на нее. - Она заключила сделку, ей и принимать последствия. - Реджина, ты ведёшь себя так, как будто не хочешь помогать ей. - А что мы можем сделать? Голд никогда не откатит и не изменит сделку! - Подожди, - Эмма нахмурилась. - Ты сдаешься? - Разве я сказала, что сдаюсь, дорогая? Голд ни за что не изменит условия договора, поскольку очевидно же, что он хочет от Роуз что-то еще, помимо того, чтобы просто узнать будущее. Роуз что-то вспомнила и нахмурилась. - Но этого не было в условиях сделки. - Чего не было? - спросила Эмма. - Роуз, что конкретно ты ему говорила? - Он знает, что у меня есть магия и хотел, чтобы я ему показала. - Черт побери, Роуз, я надеюсь, ты не устроила ему магическое шоу! - Нет, ма. За кого ты меня принимаешь? - Ну, ты типа безбашенная, детеныш. Роуз фыркнула. - А ты типа приставучая, ма. - Перестань говорить гадости в наш адрес, дорогая. Эмма усмехнулась. - Никого не напоминает, Реджина? - Она проявляет неуважение к нам. Если мы ничего не скажем, она подумает, что это нормально, так себя вести. И мне все равно, если это делает меня строгой и жесткой, или, как некоторые сказали бы - злой. Я делаю это, потому что именно так поступают родители. Очевидно же, что всего лишь неделя без родителей оказала дурное влияние на ее поведение. - Да, но разве можно ее винить? Ее мать умерла... ты умерла. - То, что ты заперлась после этого в спальне, тоже не помогло. - Серьезно, Реджина? Я снова должна оправдываться за то, чего еще даже не сделала? - Когда ты родитель, твои дети всегда на первом месте. Их благополучие - твой постоянный приоритет, вне зависимости от того насколько плохим был твой день. - Я оплакивала потерю своей жены, как ты можешь винить меня в том, что я выпала из колеи? - Одно дело оплакивать потерю любимого человека и совсем другое - полностью закрыться, - Реджина покачала головой. - Наша дочь нуждалась в тебе, а ты... - Я что? Я облажалась? Я, блядь, понимаю, что подвела ее и уже извинилась! Уж ты-то лучше всех должна понимать каково это - потерять любимого человека. - Да, благодаря твоим родителям, я испытывала это довольно часто. - Ты не можешь винить их во всем, Реджина. Как ты собираешься двигаться дальше, если до сих пор живешь прошлым? - Это я живу прошлым? Но ведь не я же поперлась в Нью-Йорк, чтобы найти своего бывшего бойфренда, у которого сперла тачку, и пригласить его сюда. Эмма не могла поверить своим ушам. - Ты сейчас серьезно? Приплетаешь сюда Нила? Ты думаешь, что я все еще люблю его? Что все, что я сказала о своих чувствах к тебе, было ложью? Брюнетка не сделала попытки заговорить и Эмма продолжила: - Я поехала в Нью-Йорк, потому что меня заставил Голд. За мной был должок перед ним, и это была плата. Я понятия не имела, что Нил окажется его сыном и поверь, нисколько этому не обрадовалась. И я не ожидала, что когда-нибудь вообще увижу его снова, потому что одного взгляда на него хватает, чтобы окунуть меня во все те воспоминания, которые я похоронила много лет назад. Он приехал в Сторибрук только потому, что этого хотел Генри. Как я могла противиться тому, что мой сын хотел узнать своего отца, после одиннадцати лет безотцовщины? - Ты хочешь сказать, что Генри был несчастлив из-за того, что рос без отца? - Нет, Реджина, я говорю не об этом. Генри хочет, чтобы отец присутствовал в его жизни. Кто я такая, чтобы отрицать это и отнимать у него? Да, Нил сделал мне больно, он разбил мне сердце, оставил за решеткой, но наша с ним история не должна отражаться на Генри. Так же, как и история между моими родителями и тобой не должна отражаться на наших детях. А сейчас происходит именно это. - Значит если я прощу предательство твоей матери, весь мой путь автоматически будет выстелен розовыми пушистыми облаками? - Нет, но просто задумайся. Ты всегда ее ненавидела, что хорошего это тебе дало? - Я пыталась стать лучше, но никакой разницы не ощутила. - Но она была. Просто мои родители были настолько слепы из-за всей этой истории, что не смогли оставить ее в стороне и увидеть, какая ты на самом деле. - Ты тоже этого не видела, Эмма. - Может она забыла надеть свои контактные линзы, - вставила Роуз, заработав раздраженный взгляд от обеих женщин. - О, так вы в курсе, что я все еще здесь? Очевидно, что вам еще есть над чем поработать, так что я могу просто подождать наверху, пока вы закончите, - сказала она и быстрым шагом направилась к выходу из кухни. Реджина громко прочистила горло, и ее дочь, уже почти добравшаяся до порога, вздрогнула от этого звука и остановилась. - Не так быстро, - брюнетка наблюдала, как Роуз медленно поворачивается к ней лицом, прежде чем продолжить. - Мы с тобой еще не закончили. - Тогда перестаньте говорить о своих проблемах в моем присутствии. Ты собираешься наказать меня или нет? - О да, ты очень даже наказана, юная леди. Девочка развернулась, собираясь уйти. - Разве я сказала, что ты можешь быть свободна? - Что еще? - огрызнулась Роуз. - Не смей разговаривать со мной таким тоном. И не... - Реджина тыкнула пальцем в направлении дочери, которая закатила глаза, - ... не закатывай на меня глаза. - За последний год ты контролировала все, что я говорила или делала. «Не делай этого, не делай того» и меня уже тошнит от этого. Как ты думаешь, почему я никогда ничего тебе не рассказываю? Потому что у тебя всегда на все есть свое мнение и тебе до всего надо докопаться, как долбанному Шерлоку Холмсу. Я не собираюсь в конечном итоге накладывать каких-то проклятий, как ты или залететь от парня, как ма, потому что я не дура и, вопреки тому, что вы обо мне думаете, я учусь не только на своих ошибках, но и на ваших. Возможно, эта сделка с Румпельштильцхеном была неудачной, но она была необходимой и я до сих пор уверена в этом. Если тебе это не нравится - отлично! Когда я вернусь в свое время, вы даже не вспомните ничего из того, что произошло, пока я была здесь, так что можешь ты хотя бы попытаться быть милой, а я буду милой с тобой. - Ты постоянно что-то скрываешь и делаешь за моей спиной, так почему ты так удивляешься, когда я задаю вопросы? Если бы ты была честной с самого начала... - Я пыталась, но ты все равно остаешься такой же помешанной на контроле, как это было всегда! - Конечно я должна контролировать все, что с тобой происходит, поскольку ты продолжаешь быть дерзкой и безрассудной. - Я веду себя так только потому, что ты меня вынуждаешь! Реджина усмехнулась. - Все совсем наоборот, дорогая. - Нет, не наоборот! - в ярости закричала Роуз, отчего все дверцы шкафчиков на кухне с грохотом распахнулись, как несколько дней назад. С силой ударившись друг о друга некоторые из них снова захлопнулись. Эмма в шоке озиралась, глядя на шкафчики, а потом снова посмотрела на Роуз, которая буравила сердитым взглядом свою вторую мать. - Роузи, успокойся, - с трудом выдавила она, но девочка, казалось, ее не слышала. - Ты лучше всех должна понимать, что матери не всегда знают лучше, что нужно ребенку, - прорычала Роуз, ее глаза потемнели от гнева. - Я сказала тебе не упоминать мою мать, - Реджина твердо не отводила от нее взгляд. - Я и не упоминала, - язвительно усмехнулась девочка. - Это сделала ты. - С меня хватит твоих игр. - Злая Королева... повержена шестнадцатилетней девчонкой. Румпель был прав, нет у тебя ни сил, ни власти. Эта фраза ударила по самому больному месту Реджины и в ней что-то взорвалось с такой же скоростью, с какой свет разносится по темной комнате, когда щелкает выключатель. Она все еще была в том шатком состоянии, когда только привыкала не использовать магию, поэтому сейчас она не успела взять себя в руки. Реакция была безусловной. Огненный шар на ее ладони зажегся ярким пламенем, и она с яростью смотрела на свою дочь, взглядом бросая ей вызов. - Реджина, нет, - выдохнула Эмма, но брюнетка ее не слышала. - Я ведь говорила тебе, - предупредила ее Роуз. - что могу сделать нечто гораздо хуже, чем фокусы на кухне, - она сделала быстрое движение рукой и огненный шар на ладони Реджины внезапно исчез. Эмма ахнула, увидев, как шар горящей магии сформировался в руке ее дочери. Блондинка уставилась на Роуз широко открытыми глазами и с приоткрытым ртом, в шоке от всей этой ситуации, но она быстро взяла себя в руки. - Роуз, какого черта ты творишь?- взревела она и метнулась к девочке, которая, в ту же секунду, заставила пламя погаснуть. - Совсем из ума выжила? - Она первая начала, - защищалась Роуз, не сводя взгляда с Реджины. - Какое право ты имеешь так разговаривать со своей матерью, а? Ты намеренно спровоцировала ее так отреагировать, и я не желаю слышать никаких возражений, потому что на этот раз ты действительно пересекла черту! А ты, - она повернулась к Реджине. - Ты вообще когда-нибудь слышала о самоконтроле? Ты готова была бросить огненный шар в собственную дочь! - Я создала его, чтобы она поняла, что я говорю серьезно. - Но магия? Неужели вся эта история с Генри ничему тебя не научила? Ты больше никогда не будешь использовать магию! Никогда! Тем более не на наших детях! Реджина открыла было рот, чтобы что-то сказать в свою защиту, но, увидев насколько расстроена блондинка, остановилась. - Ради бога, она же испытывает тебя. И, да, она использует грязные методы, но применить огненный шар? Ты клялась, что ты не такая... нет, я знаю, что ты не такая, как твоя мать! Надеюсь, теперь ты счастлива, - она повернулась к Роуз. - И ты тоже. Роуз закусила нижнюю губу, с раскаянием глядя на своих мам. - Прости меня, - пробормотала она. - Громче, детеныш. И ты должна сказать это искренне. - Прости меня, ма. - Не передо мной извиняйся, а перед своей мамой. Реджина стояла, скрестив руки на груди, все в той же оборонительной позе. Она безэмоционально посмотрела на дочь, не выказывая ни малейшего раскаяния в своих недавних действиях. - Мам, прости меня. Я не знаю, почему так постоянно происходит между нами. Пожалуйста, не думай, что я тебя ненавижу, потому что это не так. Может, это прозвучит странно, но мне не хватало споров с тобой. Я просто не хочу вернуться и понять, что ты все еще мертва, и что ты не будешь снова вот так на меня кричать, потому что я предпочту, чтобы ты была живой и орала на меня всю мою оставшуюся жизнь, чем я буду приносить цветы на твою могилу каждый день. Искренняя грусть на лице Роуз заставила Реджину смягчиться. Она не хотела колдовать, но вредные привычки так быстро не проходят. Мэр вовсе не хотела пугать свою дочь и, думая сейчас, зачем вообще это сделала, она не могла понять как ей пришла в голову мысль применить магию. Магия всегда ухудшала ситуацию, ничего хорошего от ее использования не выходило, и этот урок Реджине давно пора было усвоить. И сейчас она чувствовала себя ужасно. В какой-то момент она поддалась тому поведению, которое ненавидела - опустилась до уровня, до которого обещала себе не опускаться. Она становилась как Кора. При одной мысли об этом, по телу брюнетки пробежала дрожь и тошнота подступила к горлу. Она любит дочь всем сердцем... Она ведь не бросила бы этот огненный шар? Нет ведь? Реджина внимательно посмотрела в печальные глаза, в точности похожие на те, в которых она теряла себя без остатка, и полностью опустила свои оборонительные стены. - Мне не следовало провоцировать тебя, мам. Прости меня. - Да, не следовало. Но я презираю себя за использование магии, не знаю, что на меня нашло, - она покачала головой, сожалея о своем поступке. - Я так старалась не уподобляться своей матери, но в какие-то темные моменты, я становлюсь такой. И я не осознаю этого в ту секунду, когда должна остановиться, а понимаю только тогда, когда уже слишком поздно. Я не хочу быть похожей на нее в этом. Мне стыдно за мои действия и за то, что ты это увидела. - Ты рассказывала мне о Коре. Ты совсем на нее не похожа. - Но я все еще не тот человек, которым хочу быть. Я хочу стать лучше, хочу научиться жить без постоянного соблазна и необходимости использовать магию. Хочу быть по-настоящему счастливой. - Ма тебе в этом поможет. И Генри тоже. - Я знаю, милая. Тонкие руки обвились вокруг талии Реджины и женщина уткнулась подбородком в макушку дочери. Она тяжело вздохнула и почувствовала, как незамутненное больше яростью сознание, начинает жечь ее изнутри. - Ты сможешь найти силы в своем сердце, чтобы простить меня? Роуз медленно кивнула. - Всегда, мама. Реджина, нерешительно отстранившись, мягко улыбнулась. - Давай больше не будем ругаться. Роуз улыбнулась. - Мы ведь обе понимаем, что это невозможно. Но попробовать стоит. - И никакой магии в спорах. - Обещаю. - Только посмотрите на себя, - Эмма, нежно улыбаясь, подошла к ним и обняла Реджину за талию. - Разговариваете, как два нормальных человека, - В этой семье не бывает ничего нормального, Ма, - рассмеялась Роуз. - Мы то еще беспокойное семейство, правда? - На самом деле, - начала Реджина, переводя взгляд с Эммы на дочь. - По-другому, я бы и не хотела. - Я тоже. - Тогда вас ждет большое счастье, - нахально усмехнулась Роуз. - В детстве я была сущим наказанием. - Ты и сейчас не лучше, - ответила Эмма. Она собиралась сделать комментарий по поводу того, что Роуз была более, чем просто наказанием, но решила все же промолчать. - Так могу я сбегать позвать Генри, чтобы мы сделали молочные коктейли? - Нет, - твердо возразила Реджина. - Все это не отменяет того, что вы солгали, а значит, вы оба наказаны. - Ну, мам, - заныла Роуз. - Можешь идти готовиться ко сну. Чуть позже я зайду, чтобы уложить тебя спать. - Уложить меня? - скривилась Роуз. - Мне не четыре года. Эмма усмехнулась, глядя вслед поднимающейся наверх дочери. Ее рука все еще обнимала талию брюнетки и, встретившись с ней глазами, шериф улыбнулась. - Пожалуйста, не используй больше магию против нашей дочери. - Вы сейчас делаете мне выговор, мисс Свон? Эмма покачала головой. - Нет, просто прошу. - Может, чуть позже ты сможешь меня чему-нибудь научить. - Почему все, что срывается с твоих губ звучит так... - Звучит как? - Я не могу выразить это словами. - Тебе не нужны слова, - Реджина наклонилась вперед для поцелуя. - Используй язык. - Подожди, разве мы не должны сейчас позаботиться обо всей этой истории с мистером Голдом? - Уже поздно. Это может подождать до утра, дорогая. Эмма обхватила теперь уже двумя руками талию Реджины и почувствовала, как тонкие пальчики прошлись по ее спине. - Ты просто хочешь хорошо закончить наше свидание. - Разве можно меня за это винить? - Нет, конечно же, - подмигнула блондинка. Неожиданно раздалась трель дверного звонка и обе женщины нахмурились. Они озадаченно переглянулись, гадая, кто бы это мог быть. Реджина высвободилась из рук блондинки и медленно подошла к двери. Она уже представляла, кто к ним пришел. Человек, чей визит вызывал гнев, отвращение и беспокойство. Ее ладонь легла на холодный металл дверной ручки и мэр выпрямила спину, прежде чем открыть дверь. Реджина усмехнулась, когда внутри нее взвилось чувство необходимости применить магию или любой другой метод причинения боли. - Румпель. Мужчина стоял на крыльце, прямо напротив нее. В одной руки он сжимал свою трость, а в другой - стеклянный сосуд. - Мэр Миллс, - он протянул бутылочку, которую держал между большим и указательным пальцами. - Я полагаю, это принадлежит вашей дочери. Таким образом я выполнил свою часть сделки и искреннее надеюсь, что она выполнит свою. В противном случае будут последствия. Реджина прожгла его взглядом. - Ты отвратительный человек, Румпель. Заключать сделки с подростком. - О, это не в первый раз, дорогуша. - Чего именно ты от нее хочешь? - Она обещала рассказать мне о будущем, - ухмыльнулся Голд. - И, как я и сказал, она должна выполнить свою часть сделки. - Заключи сделку со мной вместо нее. - Нет, нет. У тебя больше нет ничего, что было бы мне интересно; - Что может заставить тебя передумать? - Вы ведете себя так, как будто эта сделка обязательно негативно скажется на вас, Ваше Величество. Помните, я большой поклонник истинной любви. Разве это не то, что сейчас появилось между вами и Спасителем? Он потряс стеклянный флакон, содержимое которого излучало неяркое белое свечение. - Что это? - Моя часть договора, дорогуша, - он протянул сосуд Реджине. Мэр взяла бутылочку и заинтригованно уставилась на нее. - Ты и правда веришь, что я позволю своей дочери это выпить? - Мне все равно, будет она это пить или нет. Единственное, что меня интересует - это то, что она выполнит свою часть уговора. И вам лучше убедиться, что она это сделает. - А иначе что? - выплюнула Реджина. - Было бы грустно видеть, как увядает такой прекрасный цветок. - Эй, - вмешалась Эмма, подходя к спорящей парочке. - Ты только что угрожал обидеть моего ребенка? Румпель с наигранным ужасом взглянул на Эмму. - Вовсе нет. Если она хоть немного похожа на вас, шериф, она выполнит свою часть сделки. И я ожидаю, что вы поступите по совести и проследите за этим. - У тебя всегда есть подвох. - Ох, - усмехнулся Румпель. - Не в этот раз. Просто убедитесь, что она выполнит свою часть договора. Пусть она придет ко мне в ломбард завтра. Одна. - Ты просто сошел с ума, если думаешь, что я отпущу ее к тебе одну, - прорычала Реджина. - Я вполне в своем уме, мадам мэр. Но она ничего мне не скажет, если вы будете следить за ней, словно ястреб. - Достаточно, Голд, - Эмма бросила на него раздраженный взгляд. Мужчина кивнул. - Жду ее завтра в полдень в своем магазине. Без ее чрезмерно опекающих мамочек. На этом, Румпель ушел. Женщины смотрели на то, как он исчез, после чего закрыли дверь. Они разглядывали маленькую стеклянную бутылочку в руке Реджины, а затем встретились взглядами. - Это сотрет Роуз из нашей памяти. - Да. Но мы создадим новые воспоминания. Вместе. Реджина вздохнула. Надежда в голосе Эммы немного успокоила ее, но мэр все равно не доверяла Румпельштильцхену. Она слишком много раз доверяла ему в прошлом и заключала с ним сделки, которые в итоге срабатывали только в его пользу, поэтому Реджина мысленно поклялась себе, что на этот раз все будет иначе. Она не позволит этому человеку навредить ее дочери. - Она не будет это пить, - сказала Реджина и крепко сжала сосуд в кулаке. - Это не тебе решать. - Это мы еще посмотрим, - прорычала брюнетка и направилась на второй этаж. Эмма последовала за ней, глубоко погрузившись в свои мысли. У нее было предчувствие, что исход этой сделки будет совсем не таким, как они все ожидали. Что-то было не так. У Румпельштильцхена всегда есть скрытый мотив. Шерифа беспокоило жгучее желание мужчины узнать свое будущее и встретиться с Роуз наедине, поэтому она была полна решимости проследить, что с ее ребенком ничего не случится. - Я поговорю с Роуз, - сказала она Реджине, когда они поднялись на второй этаж. Брюнетка нахмурилась. - О сделке? - Ага. - Стоит ли мне присутствовать при вашем разговоре? - Может, будет лучше, если я поговорю с ней наедине. - Понятно, - слегка разочарованно выдохнула Реджина. - Реджина, - попыталась Эмма, но увидела только спину мэра, исчезающую в дверях спальни. Она прошла по коридору к гостевой комнате и заглянула в темное помещение. Комната была освещена только ночником, стоявшим на прикроватной тумбочке, поэтому казалась гораздо меньше. Эмма увидела дочь, лежащую на кровати спиной к двери. Эмма тихонько постучала в дверь и девочка повернулась. По ее щекам струились слезы и Роуз вытерла их тыльной стороной ладони, увидев свою мать, стоявшую на пороге. Девочка всхлипнула, а ее глаза были наполнены грустью и отчаянием. - Роузи, что случилось?