Цветок и молния

      Порой Кори очень сильно хотел поинтересоваться у Хладной, какого рожна ему выпал некромантский дар. Не то чтобы его пугали трупы — слабонервным он не был, на кровь и прочие жидкости смотрел спокойно, да и скальпелем орудовал умело. Однако же дело это не любил, хоть тресни. Что может быть интересного в чужих кишках?       Выходя из учебного морга, где сегодня гонял «косорукую школоту» не кто иной, как сам Кайлин Макнейр, Кори с тоской подумал, что лучше было бы потратить это время на дело куда более любимое. На заточку мечей и кинжалов, на создание артефактов разной степени нужности. Деньжат бы поднял, в конце концов. Благо Магнус и сам подзаработать на стороне любил, и с Кори заказами охотно делился. Это не совсем по правилам — считалось, что студенты должны получить полное образование, прежде чем начнут «вредить ни в чём не повинным людям». Но на практике преподаватели, независимо от их возраста, готовы на что угодно, лишь бы занять буйных и охочих до магии студентов. Да и почему нет? И Академии процент, и по коридорам меньше дерутся, направляя силу на занятия куда более безобидные.       Жаль, что боевку ничем особым не займешь — чаще всего будущая честь и гордость эрмегарской армии не способна ни на что, кроме масштабных разрушений и драк. Кори бы вот с радостью запер Тео в подвальчик поукромнее — только бы был на виду и не лез на рожон. Но куда там — этому еблану лишь бы по полигонам шастать да кулаками махать. Красиво махать, если уж совсем начистоту. Даже в пробирающей до костей от страха за бестолковую дагмарову голову драке с Сайрусом было столько эстетики и мощи, что хоть проси повторить.       Нет, ни о чём таком Кори просить не станет. Достаточно и того, что этот непутёвый неслух снова не вылезает с полигонов, попутно гоняя всю свою команду. Но любоваться им ничто не мешает.       Снова мысленно посетовав на тяжкую долю неудавшегося некроманта, Кори вздохнул и направился в сторону общих полигонов. После проигрыша Сайрусу Тео вовсю отмывал свое честное имя боевика и красовался своей силой на радость жадной до зрелищ публике.       Ну и на радость собственному самомнению — которое, если кто спросит Кори, и так давно зашкалило за все мыслимые и немыслимые пределы. Ну да он не в претензиях: таков уж его солхельмский дурень. Пусть лучше так, чем очередная порция нытья про то, что он, Тео, якобы его недостоин. Выдумал тоже!..       Кори так углубился в свои мысли, что почти не обратил внимания на заполошные шаги где-то позади. И когда лёгкая рука стиснула его плечо — едва не подпрыгнул на добрых пару ярдов.       Да сколько ж можно подкрадываться со спины!       — Боги, ребята, ну просил же!..       Он не договорил — застыл в изумлении, озадаченно хмурясь и разглядывая стоящую перед ним девушку. Высокая и статная, с красивым смуглым лицом и толстенной чёрной косой до пояса, она в напряжении кусала полную нижнюю губу, подведённую малиновой помадой.       Это одна из его сестёр, определённо. Вот только, к своему стыду, Кори не мог понять, какая именно. Слишком редко он видел человеческие личины своей инфернальной родни. Пронзительные индигово-синие глаза, чуть припухшие от слёз, сужали выборку с четырёх до двух… однако Алидэ вряд ли способна уронить хоть слезинку, а вот Айше понежнее будет. Да и она единственная из сестёр, относящаяся к нему без явной враждебности.       — Айше? — осторожно позвал он.       Вроде бы угадал — сестра коротко всхлипнула и, стиснув тоненькие пальчики на его плечах, наконец-то заговорила:       — Лиоки, это и правда ты? Я уж боялась, что обозналась… Мне не удалось застать тебя в твоём жилище, и я не знала, как ты… захочешь ли… о, Пламя Предвечное!..       — Айше! — прикрикнул он, стараясь не показывать замешательства. Ни одна из его сестёр прежде не позволяла себе такого поведения — ни в чертогах Эйртиаллир, ни уж тем более на публике. — Что-то случилось? Поэтому ты здесь?       Айше снова всхлипнула, пару раз вдохнула, явно силясь взять себя в руки.       — Великий Воитель, — наконец выдохнула она, — он обвиняет отца во лжи и нарушении обязательств. Честь требует поединка… ты ведь понимаешь, чем это закончится!       Кори понимал. Угрозу для его отца в Инферно представляют лишь два демона — и один из них, похоже, возжаждал крови.       — Отец слишком горд, чтобы просить тебя об одолжении, — продолжила Айше тем временем, — решил, что Воитель ему по зубам. Но если нет… что тогда будет с нами, Лиоки? С твоей матерью, с маленьким Ирисом?.. Прошу, умоляю, приди к Горнилу Душ и докажи, что проклят! Иначе нам всем конец!       Будь дело в одном лишь отце, Кори мог бы и отказать — пусть тот сам выкручивается, раз такой гордый. Но речь шла обо всём его доме, о каждом члене его семьи. Уж маму и братишку он так подставить не мог. Тем более что его дело нехитрое: показать адоаль да взрезать ладонь возле Горнила. Едва пара капель его крови испарится в Предвечном пламени, как всем станет ясно — Кори проклят, ничья драгоценная честь не ущемлена.       — Времени у нас, как понимаю, негусто? — сухо уточнил он. И, дождавшись кивка, продолжил: — Ну тогда чего ждём? Давай к порталу.       — Но что насчёт твоего айрш'энсайр?..       — Нечего ему там делать! — отрезал Кори и сам направился в нужную сторону, на ходу припоминая, сколько стоит перемещение до междугородней линии. — Меня одного вполне хватит. Идём, Айше, я собираюсь к ночи вернуться обратно!       А заодно неплохо бы сочинить оправдание, где его до самой ночи носило. Что явно окажется не самой лёгкой задачей, и дуться на него будут до самой весны, однако в этом вопросе Кори был непреклонен. Его Тео в обители рогатых психов делать нечего.       Если в Иленгарде время было к вечеру, то в шафрийской столице едва минул полдень, и солнце жарило вовсю. Кори позволил себе немного постоять под палящими лучами, блаженно прикрыв глаза, прежде чем прибавить шагу и нагнать сестру.       — Разве мы идём не к Северным вратам?       — К Южным, — коротко отозвалась Айше, — я пришла через них. Что-то не так?       Кори помотал головой. В иной ситуации он бы непременно заинтересовался, что случилось с Северными вратами, добираться через которые всегда было удобнее. Но сейчас… сейчас у Кори только и было мыслей, что о матери и брате. Поглощённый ненавистью и обидой, он частенько желал батюшке где-нибудь свернуть рогатую башку — и совсем не желал думать, что его человеческая родня в Инферно окажется беззащитной. Сёстрам на них наплевать; братья же могут любить его и Ириса, как иные люди любят своих домашних питомцев, однако умирать за них и «иноземную шлюху» точно не станут.       Отец — станет. Ему не наплевать. Никогда не было.       «Пожалуйста, — взмолился Кори про себя, искренне и с неожиданным пылом, — пожалуйста, Пламя Предвечное, пусть он будет в порядке!»       Жар Инферно обрушился на него внезапно, посылая по телу вспышку болезненного удовольствия. Кори рвано выдохнул, обхватил себя руками. Воздух обжигал лёгкие, ужасающая яркость красок била по глазам, кружила голову разноцветным хороводом — охристо-жёлтая почва, тёмный багрянец редкой листвы, малиновая полоса горизонта…       Кори размеренно задышал и, убедившись, что не выблюет свои потроха себе же под ноги, хрипло осведомился:       — Зелье… у тебя нет? Я отвык…       Сестра презрительно скривила рот, яркий под стать пейзажу, но тут же вернула на лицо нейтральное выражение.       — Я полагала, что нам понадобится «жидкое пламя», — она вручила ему пузырёк зелья, тут же знакомо обжёгший ладонь. — Пей.       Первый глоток зелья, как всегда, был невыносим — однако спустя миг пришло облегчение. Простым людям «жидкое пламя» позволяло переносить опасный для здоровья адский климат; Кори же, как полукровка, был вынужден пить эту гадость только по прибытии — чтобы легче перенести акклиматизацию. Здорово, что Айше, в отличие от него самого, об этом подумала… может, не такие уж и сволочные у него сёстры?..       Сестрица, как это водится, тут же поспешила разбить вдребезги его наивные заблуждения. Крепко стиснув одну руку на плече Кори, в другой она сжала массивный медальон из красного золота и коротко бросила:       — Чертог Шамрэтеар.       Ярко-алый зев телепорта тут же поглотил их, чтобы выплюнуть под высоким потолком роскошной гостиной. Кори покосился на приоткрытую дверь, пересчитал украшенные изящными витражами овальные окна и меланхолично уточнил:       — Хоть что-то в твоей истории было правдой?       — Кое-что, — так же невозмутимо откликнулась сестра. Человеческий облик истаивал на ней, точно дрожащее марево пустынного миража. Кожа выцветала, во лбу отрастали мощные витые рога. — Воитель позаботился и придал ей некоторое правдоподобие… Но стоило ли стараться? Какой же ты легковерный идиот, Наэрлиакир! — на сей раз она не скрывала презрения. — Жизнь с людишками вконец тебя испортила. Даже моего сына обдурить сложнее, а ведь ему всего девять.       «Сына?..»       У Айше детей пока нет. Стало быть, это не она.       — Бедняжка! — охотно подтвердили его догадку самым издевательским тоном. — Не смог разобраться в двух сёстрах!       — Не очень-то и хотелось, — заверил Кори всё тем же безразличным тоном.       Где-то на периферии билась истерично-гневная, полная обиды мысль: «Ведь ты моя сестра, только поэтому я так легко поверил тебе! И до сих пор не верю, что ты так запросто предала родную кровь!» Однако сознание оставалось неповоротливо-вялым, но при том холодным и чистым. Словно вода в горном озере.       — Чем ты меня опоила?       — Понятия не имею, — Алидэ безразлично пожала плечами и принялась неспешно расплетать косу. В отличие от своей младшей сестры Айше, она почти всегда распускала волосы: наверное, ей так удобнее. — Какое-то дурманное вещество, не влияющее на свойства «жидкого пламени». Одна из невесток воителя — талантливый алхимик.       — Мардиса, младшая жена наследника, — послышалось от дверей ленивое уточнение. — Она больше, чем просто талантлива. Один из драгоценных камней в моей сокровищнице.       Звучный голос Воителя пробирал насквозь, ласкал слух; низкий и шёлковый, совсем не подходящий его облику — мужественному, внушительному, устрашающему. Просто удивительно, как такой громадный мужик умудрялся не идти, а будто плыть, гордо и легко — как корону — неся на голове чудовищные рога. Тонкая золотая цепь, искрящаяся россыпью мельчайших бриллиантов, затейливо оплетала основание рогов и терялась в волосах — таких же золотых, металлически сверкающих, жёстких даже на вид.       — Он один? — спросил Воитель, вдоволь наигравшись в гляделки. — Я бы предпочёл получить двоих.       Алидэ чуть вскинула голову и нахмурилась.       — Послушайте, мальчишка ведь там вроде принца. Он сын правителя какого-то крохотного огрызка на севере Эрмегара, и его бы точно стали искать. Я сознательно устроила всё так, чтобы мой никчёмный братец не потащил его с собой. Ха, стоило только намекнуть… Простите мне это самоуправство, архонт, но я не хотела навлечь беду на себя и свой Дом.       Никаких сомнений: Тео был нужен ублюдочному демону, чтобы всласть поизмываться над Кори, пытая его айрш'энсайр. А Кори что угодно мог бы стерпеть, кроме этого.       Выходит, блядская сестричка сослужила ему хорошую службу.       — Спасибо, Алидэ, — кротко произнёс он. — Когда выберусь отсюда — позабочусь, чтобы ты умерла быстро и не слишком болезненно.       Воитель одарил его недовольным взглядом, но тут же по комнате разлился его бархатистый смех.       — Не выберешься, Наэрлиакир, — золотые глаза яростно сверкнули. Грош цена тому веселью. — Мой чертог должен был стать твоим новым домом. Ты отверг его… Что ж, теперь он станет твоей могилой. Быть посему.