Там, где поют драконы

Шото сидел в своих покоях – несколько разбитый после ночи, полной тревожного сна. - Опять все испортил, Шото! – слышался в голове недовольный крик отца. Принц опять не сдержался и все испортил. Нужно было так мало: не поднимать шумихи на ужине. Но Шото не сдержался, у него все также что-то внутри запротестовало, всклокотало и не дало просто промолчать и стерпеть произошедшее. - Я просто хотел узнать для Вас у принцессы или ее приближенной что бы ей хотелось получить в подарок… - оправдывался Монома. - Как тебе вообще такое в голову пришло… - протянул принц с глубоким вдохом. - Вам пришло в голову ругаться с принцессой из-за ее телохранителя, мессир, - намекнул Монома. - Не начинай даже, - проворчал Шото. От всей этой ситуации, начиная с самой идеи помолвки, у него изрядно болела голова. Нужно извиниться перед принцессой. Снова заслужить ее доверие… Хлопотно. Очень хлопотно. - Мой принц, принцесса Коэми приглашает вас на завтрак, - постучал в дверь младший Иида. Принц с пажом переглянулись. - Неужели простила? – засомневался Шото. Монома сразу же заметался по комнате, подготавливая одежду для принца. - Я вас очень прошу, не болтайте лишнего, Ваше Высочество… - почти умолял блондин. Ему очень хотелось домой.

***

- Принцесса, мы не дождемся принца Шото? Вы так быстро поели… - торопилась за мной Очко, стараясь поспеть. - Не очень хочу с ним пересекаться. Пусть его пребывание в замке пройдет максимально для меня незаметно, - при одном упоминании принца у меня начинала болеть голова. Хвост поддерживающе стукнул по полу с глухим звуком. Мы двигались через главный холл ниже – по не самой приметной лестнице, что вела и к сокровищнице, и к потайному выходу из замка. Никто словно не замечал моей тени в черной вуали, выдерживая молчание – таков был обычай в крохотной деревне, откуда папа с матушкой были родом. Те, кого прошлый король перевез в замок, избавляя от голодной жизни и смерти в холоде, остались верны старым традициям, но и остальная прислуга и их дети старались минимально привлекать к себе внимание. - Вы правда… разорвете помолвку? – все же спросила Очако на самой верхней ступени лестницы, что вела в темные недра замка. Факелы вслед за мной зажигались магическим золотистым пламенем, освещая путь волшебнице. - Если он так и не возьмется за ум, я даже дружбы своей не дам. Север проживет и без дружбы с югом. Нам хватит и торговли. - Но ведь так тоже нельзя… - заметила волшебница все также расстроенно. Верно, так было нельзя. Север не может полностью существовать без помощи Юга и других государств. Каждое царство и даже Империя – шестерни одного всемирного механизма. Север поставляет драгоценности, драконью чешую и кости с многочисленных полей битвы прошлой войны. Юг дает виноград и фрукты, другие соседи – рис, пшеницу и другие культуры, которые плохо растут на Севере. А ведь раньше Север звался так только из-за географического положения. Раньше Север был царством драконов, которые магией могли наладить любой климат, двигать русла рек и горные хребты… Но драконы исчезли, а я одна не могу так сильно облегчить жизнь людям в этом холодном краю. - Но это не значит, что я должна прогнуться под Шото. Он не следит за языком и становится приятным в общении только если ему хочется. Разрыв помолвки будет по его вине. Император поорет и примет это. При том, что я возьму меньше, чем оговорено в контракте. Мы спускались все ниже и наконец оказались у заветной двери, которая казалась простой калиткой куда-то во тьму. Впусти меня. И дверь отварилась, пропуская свет, излучаемый из сердца сокровищницы. Очако проскакивает вслед за мной, когда дверь с щелчком закрывается, отрезая нас от остальной части замка. Сокровищница встречает нас блеском и светом, а магия здесь – теплотой и сдержанностью. Как дворецкий, что ждет указания – какую вещь подать. Ряды картин и гобеленов украшают стены длинного ветвистого коридора, но мне нужно в самое сердце сокровищницы. Туда, куда отнесли папин меч. Лица людей и драконов – прошлые правители и знать Севера. И одна из картин все также приковывает мое внимание – каждый поход сюда. Портрет Черного Короля. Моего биологического отца. Серебристые волосы, такие же янтарные глаза, но черты… сложно сказать – острый нос, но массивная челюсть. Что-то одновременно хищное и элегантное. В черном доспехе по самое горло и шлемом в руке с красным пером, Король кажется даже несколько величественным. И совсем немного – вдохновляющим. Рядом расположилось множество портретов намного мельче и все они – женские. Десять наложниц короля, десять потенциальных моих матерей. Но у каждого портрета была общая проблема – их лица были искажены и обезображены. Никакая магия е могла восстановить их, а по телу мертвой драконницы человеческий облик не восстановишь… Конечно, сейчас это не было важно. Не больше, чем простая галочка в списке дел. Нана и Яги Тошинори были моими родителями. Теми, кто дал мне свои идеалы и любовь. Теми, кого я пережила первыми. Нужная дверь все приближалась, и я на короткое мгновение остановилась у двери. Очако без слов села на маленький стульчик. Ей туда было нельзя. Не потому, что я ей не доверяю. Никому извне «не доверяет» сама Сокровищница. Чтобы ее открыть нужна магия кого-то из правящей семьи, чтобы попасть в «особые» сектора с самыми ценными сокровищами – нужно иметь благородную кровь. Если я и мои потомки вымрут – открыть Сокровищницу едва ли удастся даже сотне магов одновременно. - Когда выйду – расскажи мне, что у вас с псинкой-Бакугоу случилось? Он тебя обидел? – предложила я и вошла в зачарованную дверь. За спиной вновь осталась тишина, а центре комнаты над пьедесталом парил двуручный меч короля Тошинори. Его орудие, что сразило Черного короля. - Спасибо, что пришла, - протянула магия, и перед глазами из света соткался силуэт мужчины-дракона. Он был высоким и худощавым, с достаточно длинными волосами, однако стоял чуть сгорбленно, словно крылья тянули его к земле. Да и чешуя у него была смесью серебра и обсидиана. «Благородный, но не король» - были слова Черного Короля. - Я не чувствовал Тошинори уже несколько дней, - произнес мужчина. Голос его был достаточно ровный, медленный темп почти без эмоций. Магия, что исходит от духа холодная – как ледяной клинок, проходящийся по коже. Эта магия зловещая и запретная – вкус крови и холод. Вкус смерти и сопротивления ей. - Он умер меньше недели назад. Рана все же его доконала, - ответила я мужчине. Он кивнул и выждал пару мгновений с закрытыми глазами. - Рана и твоя кровь, верно? – уточнил дух. - Драконья кров может продлить человеку жизнь… - начала было я, но сил спорить с духом у меня не было, как и долго его слушать. - Драконья кровь – слишком страшная панацея, чтобы на нее опираться. Для простого человека – это эликсир продления жизни, пока организм окончательно не откажет. Для драконов – чужая кровь лучший эликсир силы. Для магов – весь дракон, как и его органы и части тела, лучшие артефакты и усилители. Но человека она сгубит, мага – сведет с ума, дракона – обернет против своих товарищей. - Да и для дракона другой дракон – такой же артефакт. Верно, дядя? – уточнила я у мужчины, и он кивнул. - Мой брат сделал меня своим мечом. Но тот мальчик смог меня украсть и позже свершить правосудие, - протянул дух. Так странно видеть, что он говорит о прошлом столь безучастно. - Тогда я могу оставить тебя здесь, так? Миру больше не нужен «Убийца Драконов». - Мне нужен новый хозяин - так говорит магия, что сотворила меня, - мужчина посмотрел за какой-то из пылинок в воздухе. Замечательно, мне нужно искать хозяина для своего дяди-меча. Великолепно. - Есть какие-то критерии? Нужен турнир или состязание… - начинаю перебирать варианты, но дух меня словно не слышит. - У меня нет четкого видения. Только вид заснеженного поля для турнира и меня, воткнутого в камень, - отмахивается дух от любых моих предложений. - И ничего о новом хозяине? Дух помотал головой, а парой мгновений позже и вовсе исчез. Ве-ли-ко-ле-пно! Закрываю за собой дверь и не могу ничего сделать, кроме как тяжело вздохнуть. - Он Вам что-то опять грустное сказал? – поинтересовалась Очако. - Он хочет найти нового хозяина, но информации, кроме одного конкретного места у него нет. Замечательно… - Какой он… - запнулась волшебница, ища нужное слово. - Бездушный? Думаю, за столько лет у простого осколка души эмоции поистерлись. Так что там с псиной-Бакугоу? – перевожу тему, потому что от меча и кровавой магии, что его сковывает, у меня внутри все холодеет каждый чертов раз. - Он грубиян! – выпалила волшебница и надула щеки. Н могу сдержаться и хмыкаю в руку, сдерживая смех. - Это, вроде бы, не открытие, - ответила я с улыбкой. - Нет, я не о том! Представляете… Он… Он позвал меня замуж! – выпалила волшебница, скрестив руки на груди. - Тебя смущает сам этот факт? – удивляюсь я. Хотя, после слов Красного все вполне даже понятно. Если у оборотней такая тяга к магии, а я явно оборотню не по зубам хотя бы из-за Киришимы, он решил позариться на человека, столь же высокого ранга в магии. - Он обозвал меня «круглолицей, как малиновка»! И вообще, кто же так делает предложение – посреди ночи в лесу! - Малиновка? Интересное сравнение. Я думала, ты больше походишь на маленького бурундука с орехами за щеками… - Принцесса! – протянула волшебница. Она смешно замахала руками в воздухе, картинно возмущаясь. - Кроме обстановки и формулировки тебя что-то еще смутило? - Мы с ним не знакомы толком, а он полез… - все еще дулась волшебница. - Ты его не боишься? Он же был тем волколаком, что напугал тебя у имперского замка. - Немного? Он же не обращался около меня… Пока что меня больше отпугивает его скверный характер. - Тоесть, мне с Киришимой как-то вам помочь? – спросила я, когда мы почти вышли с лестницы, что вела в Сокровищницу. Здесь нас еще никто не видел и можно было пошушукаться. - Ой, что вы! Не надо… - Хорошо. Мне ждать писем от Мидории к тебе? - От Мидории? А… - ученица на короткое время непонимающе на меня посмотрела, а затем покраснела, - А! Нет, что вы! Ему были очень интересны разные артефакты и истории о драконах. Мы с ним друзья, и все письма будут только о магии! - Хорошо, - киваю я, и мы выходим из темных коридоров. - Ваше Величество! – встречает меня Каминари с незнакомым человеком. У него на спине огромный горб, скрытый до пола длинной тканью. Лицо скрыто маской ниже глаз, волосы серые и явно мокрые от растаявшего снега. - Я – Паук, Ваше Величество, - пришедший припадает в поклоне. - Тот самый ткач? Очень приятно видеть тебя в моем замке, - делаю неглубокий реверанс в приветствии. Очако сзади тоже наверняка кивает. - Прошу, давайте пройдем в зал, чтобы рассмотреть готовое полотно, - протягивает руку Каминари, и мы все следуем за ним в тронный зал, где уже разместили огромный длинный стол. Бард кивает ткачу и тот снимает своё одеяние. Очако позади меня невольно охает. Теперь явно – почему ткач взял себе такое прозвище. У мужчины шесть рук, которыми весьма быстро и аккуратно он снял со спин сумку, что я приняла за горб. Из сумки вытаскивается плотный сверток алой ткани. Наследие фей, что явно сыграло с мастером злую шутку. - Ваше Величество, по вашему заказу я сделала полотно, повествующее о подвигах и истории Короля Тошинори. Такой, какой ее знают люди. Такой, какой ее должны знать в истории, - ткач развернул полотно на столе в полную длинную. На алой ткани золотыми и серебряными нитями была выткана история моего отца. Первой идет картина низеньких землянок и снежных сугробов – родная деревня короля. Следом – начало его тренировок и то, как он увел людей из деревни, сияя своим огненным сердцем, своей верой в будущее и мечту – фигура молодого отца с сердцем в руках, словно с головой кометы, чей хвост сияет над головами людей. Затем – встреча с будущей королевой и новыми соратниками. Вокруг них все больше и больше людей. «Будущий Король Севера» - новый титул отца. Несколько панелей, посвященных решающей битве. На последней – король Тошинори убивает своего противника – Черного Короля, обезглавливая дракона. Самые яркие, сияющие полотна. И последняя длинная картина – коронация и правление короля. Его фигура, верхом на драконе, солнечный венец в золотых волосах. Все это рассказала мне магия, что с любовью обволакивала каждую нить, каждый самоцвет и стежок. - Твоя работа превосходна, Паук, - отметила я с некоторым благоговением. Всё это полотно было пропитано мастерством, магией и трепетом. Чувства мастера прекрасно дополняли красоту проделанной работы. - Спасибо, Ваше Величество, - поклонился юноша. - Не хочешь работать на меня? Жаль упускать такого талантливого человека, - предлагаю я, затем киваю барду. Блондин спохватывается и бежит за бумагами и платой. - Я могу сделать любую вещь по вашему заказу, но я вольный творец. Странствую по миру – ищу шедевры и делаю их же, - вновь отвешивает мне поклон ткач и закидывает сумку на спину вновь становясь обернутым тканью горбуном. - Тогда, жди заказ на мою свадьбу, - улыбаюсь я, передавая умельцу кошель с золотом и несколько бумаг – сертификат на свободный проход по моим землям с оплаченным постоем в любом гостевом доме или таверне и документ-рекомендацию о проделанной работе для монаршего дома севера. Все, как и было условлено при отборе кандидатов. - Большое спасибо, - говорит ткач, отмеченный фейри, и, забрав награду, уходит. - Подготовьте полотно для дня погребения, - прошу я Айзаву, который тоже был все это время в комнате и сейчас сам подошел посмотреть на расшитую ткань. - Принц за завтраком сидел с кислой миной. Говорю, чтобы ты знала, - мужчину кивнул и посмотрел на меня. - Пускай. Если не закатил сцену – уже хорошо. Нам нужно организовать состязание. После погребения Короля. - Состязание? Какое? Турнир, чтобы принцу было не так грустно уезжать? – усмехнулся мужчина. - Состязание, чтобы найти нового хозяина «Убийцы Драконов», - поправила я Айзаву, и тот сразу в лице переменился. - А не проще запереть его в Сокровищнице или и вовсе разбить? - Не проще. Меч будет меня все время звать, да и лучше, если наследие отца будет жить дальше. - Но драконы ушли, и меч вряд ли будет продолжать дело убийцы драконов, - Следопыт усмехнулся, словно я упустила самое главное. - Меч, в первую очередь, боролся со злом. Это достойная цель. Организуем что-то простое на старом поле для конного турнира. Там есть трибуны и полно места в центре. - Он не рассказал о будущем хозяине? - Если бы. Только о месте. Будем выкручиваться, - мотнула я головой и двинулась дальше. Нужно еще столько всего организовать.