Глава 6: Красный Бунтарь
20 октября 2018 г., 22:37
Киришима вошёл в пустой класс и обнаружил, что он, видимо, положил начало кое-чему. На парте Мидории, прямо за местом Бакуго, лежала дюжина красных роз, завёрнутая в серебристо-белую бумагу и перевязанная дорогой на вид лентой, такой длинной, что её концы свисали на пол. Он улыбнулся и спрятал свой подарок в парту своего краша, лениво размышляя, кто оставил там розы для Мидории, и надеясь, что в его случае это сработает.
***
Звук, который издал веснушчатый мальчик когда увидел цветы, был довольно милым и сопровождался шлепком его ладонями по собственному покрасневшему лицу. Некоторые девочки собрались вокруг его места, ахая и охая при виде букета. После того, как Мидория наконец-то взял цветы в руки и сел за парту, прижимая их к своей груди и всё ещё выглядя взволнованным и растерянным, Эйджиро переключил внимание на Бакуго, который держал в руках тёмно-бордовую коробочку. Она стоила почти столько же, сколько и подарок внутри, но презентация тоже важна, чёрт подери! Бакуго потянул за один конец роскошного фиолетового банта, перевязывающего коробочку, распуская узел и позволяя концам ленты упасть по сторонам. Он казался очень сосредоточенным на том, чтобы быть аккуратным с подарком, от чего у Киришимы заболело сердце — в самом хорошем смысле этого слова. Парень едва мог видеть лицо Бакуго с того места, где он сидел, но зато он научился довольно хорошо читать его эмоции по этому видимому кусочку и по задней части его спины. Он смог распознать удивление Бакуго по его осанке и просто мечтал увидеть его выражение лица, когда он увидел золотое ожерелье в оформленной изнутри в чёрном цвете коробочке. Цепочка была простой и довольно тонкой, скорее для того, чтобы не отвлекать внимание от массивной золотой подвески в виде буквы «К» размером со средний дверной ключ. «К» — потому что «Кацуки», конечно же. Почему же ещё? Когда Бакуго обернулся, Эйджиро быстро переключился обратно на всё ещё смущённого Мидорию, пока взгляд красных глаз обшаривал классную комнату. Не выглядя так, как будто он нашёл то, что искал, блондин повернулся обратно, и Киришима почувствовал, что его сердце пропустило как минимум три удара, когда Бакуго надел на себя ожерелье и спрятал его под одеждой. Он пялился на своего краша, который возился с воротником футболки, пряча подвеску, настолько широко раскрытыми глазами, что казалось, что они вот-вот выпадут из его черепа. Эйджиро не мог вспомнить, когда он в последний раз испытывал такое пьянящее чувство эйфории.***
После того, как всё прошло тем утром, Киришима хотел поскорее найти какой-нибудь новый подарок для Бакуго. Летящей походкой он шагал через осветлённый огромным разнообразием фонариков и огней рынок, купаясь в тёплом сиянии заходящего солнца. Его уже широкая улыбка стала ещё шире, когда ему в голову пришла идея однажды привести сюда Бакуго. Именно здесь он нашёл остальные подарки. Он помахал в ответ женщине, заведующей прилавком с конфетами, когда она узнала его и поздоровалась с ним. Рынок был пропитан динамичной энергетикой, наполнен запахами, цветами и звуками людей, звуками жизни. Это заставило его вспомнить, почему он решил стать героем: чтобы моменты вроде этого могли случаться и дальше. Глубоко и удовлетворённо вздохнув, Эйджиро потянулся, постаравшись не задеть никого, и переключил своё внимание на поиск чего-то вкусненького на ужин. Он был на полпути от уже второй закусочной, когда какое-то движение и вспышка света привлекли его внимание. Это произошло слишком резко для такой расслабленной, наполовину сосредоточенной между прилавками толпы. Он шёл вдоль одного из крайних рядов рынка, отделённого от тротуара и многоэтажек всего несколькими палатками, по едва освещённой тусклым светом дорожке. У него ушла приблизительно секунда на то, чтобы понять, что происходит, но когда он понял, его затрясло от злости. Их нельзя было разглядеть сразу, но отблеск от чьих-то часов выдал их на секунду. Нахмурившись, Киришима проскользнул между двумя палатками, попутно бросив свою оставшуюся еду в мусорный бак, и направился прямиком к месту происшествия. Их было трое. Один стоял между входом в переулок и жертвой, остальные двое приставали к ней. Обзор Эйджиро сузился — он сфокусировался только на людях перед ним. Они были похожи на старшеклассников, максимум на пару лет старше, чем он. Прижатым к грязной кирпичной стенке был мужчина, который выглядел лет на тридцать, его хамелеоноподобные, немного выпученные глаза испуганно бегали независимо друг от друга, пока он умолял троих подростков, которые были выше и намного мускулистее, чем он, отпустить его. Киришима не слушал ничего из их разговоров. Они не имели значения. Эти ребята были обычной троицей трусливых отморозков, и кто-нибудь должен был что-нибудь сделать. Пришло время небольшой геройской работёнки. — Эй! — позвал он их голосом, который прозвучал ниже, чем обычно, без каких-либо приложенных со стороны Эйджиро усилий. Парень, стоявший ближе всего к нему, обернулся с презрительным выражением на своём слегка потрёпанном лице. Он не казался впечатлённым, оглядывая подходящего к ним парня с ног до головы и издавая смешок, которому оставалось только мечтать о том, чтобы быть хоть наполовину таким же презрительным и угрожающим, как у Бакуго. Парень расправил плечи, очевидно, пытаясь запугать его. — Свали, недомерок, — зарычал он. — Это тебя не касается. Иди, подоставай кого-нибудь другого, — Киришима принял свою уверенную позицию с расправленными плечами и высоко поднятым подбородком, но руки оставил в карманах. Вместо ответа он перевёл взгляд на дрожащего мужчину, осознавая, что троица сейчас полностью сосредоточена на нём. — Мистер, вы в порядке? Надеюсь, эти отморозки не причинили вам слишком большого вреда, — прежде, чем мужчина смог ответить, самый высокий из хулиганов шагнул вперёд, расталкивая своих приятелей, и пренебрежительно посмотрел на Эйджиро с высоты своего роста. — Кажется, мой друг сказал тебе пойти и заняться своими делами, — «угрожающим» тоном сказал он. Это было умиляюще, серьёзно, как будто котёнок попытался зарычать. По крайней мере, так это видел Киришима. Его улыбка оставалась расслабленной и спокойной, когда он встретился взглядом со стоящим перед ним главарём этой шайки. — Да, тебе не кажется. Только вот лезть в дела других людей — это, как бы, часть моей работы. Быстро и заметно становясь всё более раздражённым, парень напротив него отставил одну ногу назад. Взгляд Эйджиро уловил это движение и сразу же вернулся к его лицу. Это было, как минимум, небрежно. Когда в его сторону полетел удар, Киришима без особых усилий перехватил кулак парня левой рукой, крепко схватив его. Он почувствовал, что сжатые в его руке пальцы хулигана начинают нагреваться, и укрепил свою руку причудой, сжимая ещё сильнее и позволяя твёрдой поверхности своей ладони врезаться в кожу противника. — Да ладно, чувак. Это было довольно грубо, — сказал он со слегка преувеличенным вздохом. — Ты даже не позволил мне представиться, — оттолкнув парня прямо на одного из его дружков, Эйджиро отставил одну ногу назад и опустил руки в расслабленном, но при этом боевом жесте, с дерзкой улыбкой на лице. — Приятно познакомиться, ребят. Моё имя — Красный Бунтарь.
