Покажите ребенку любовь.

Неожиданно Оду вызвали на работу, а у Чуи как раз выходной, теперь понятно, кто будет сидеть с ребенком. — Черт, Ода, за что ты меня так ненавидишь, — говорил Накахара сам себе, гуляя с Осаму в парке. — Чу-чу! — Не называй меня так, а то леща дам! — Купи мне мороженое. — Я тебе это мороженое к глазу прикладывать буду, когда врежу, если выбесишь! Когда Чуя отвернулся, Дазай убежал и спрятался где-то. — А?! Дазай! Дазай, ты где?! Парень бегал по парку и искал мальчика, а потом нашел его фото в телефоне и подходил к людям с вопросом: — Вы не видели ребенка, похожего на это ничтожество? Все только головами качали. Он решается позвонить Акутагаве, чтобы тот помог ему найти сбежавшего ребенка. — Чуя-сан, как же вы его потеряли? — откашлявшись, спросил Рюноске. — Я на секунду отвернулся, вот правда, а его уже и след простыл! Как-будто его и не было! Что теперь делать? — Я думаю, искать. — Гениально, Акутагава! Вот вали и ищи, раз такой умный! Тем временем Дазай. — Ну и что мне с тобой делать? — спрашивает у него Анго. — Здесь много информации о людях, не смей трогать, понял? — Понял, понял, — закивал Осаму. — А ты любишь меня? — Нет. — Так прямо, — расстроился мальчик. — Мог бы и помягче сказать. — Я звоню Чуе-куну. — Нет, он не должен меня найти! Я хочу, чтобы ему влетело из-за того, что не углядел за мной. — Даже в детстве ты страшный человек. — Меня роняли просто. — Что? — Что? Воцарилось молчание, они оба смотрели друг на друга, пока Дазай снова не заявил, что Накахара глупый. — Что же у вас за отношения, напарники вроде. Дазай баловался и из-за этого подвернул руку, а потом начал кричать: — Анго-о! Рука болит! Сакагучи уже в панике звонит Чуе, чтобы этого дьявола забрали. — Ало, Анго, ты не вовремя, я ищу сатанистское отродье! — говорит мафиози, поворачивая голову во все стороны, чтобы найти мальчика. — Он у меня! Просто забери его! Я не могу уже! Он подвернул руку и теперь орет! — Да лучше бы он шею себе свернул! Господи, как же достал! Я скоро буду! — рыжий отключается и говорит Рюноске: — Пойдем, я знаю, где этот придурок! Прибежав к Анго, первым, что увидели мафиози было не то, что они ожидали увидеть: Сакагучи, связанный бинтами, беспомощный, без очков, и Дазай с ножницами в руках, а на глазах очки пленника. — Я тебя просил не звонить, ты не послушался, — взгляд ребенка в полумраке казался демоническим. — Дазай, что ты здесь устроил?! — выпалил Чуя. — Дебил, быстро все сделал, как было! В него полетели ножницы, которые он, к счастью, успел поймать. — Ты убить меня хотел?! — Ого, а ты догадливый! — Дазай посмеялся. — Вали к гномам! — Вот ублюдок! А ну сюда иди! Я тебя убью! — Одасаку тебе жопу надерет, если тронешь меня! — Дазай-кун, закрой свой поганый рот, такой маленький, а такие слова говоришь, — вполне спокойно сказал Анго, который все ещё был связан. К пленнику зашли ещё какие-то члены мафии. Осаму, сосчитав их всех, получил число девять, не считая себя. — Знаете, я тут вспомнил одну считалочку одной писательницы, — его лицо было хитрым как никогда. — Десять негритят. — Господи, нет, — Чуя снова молится. — И знаете, девять из них умерли не по своей воле, а последний — по своей. Значит, вы все умерли не сами. И догадываетесь, кто повесился? — Позитивный мальчик однако, — сказал один из присутствующих. Звонок Оды Накахаре прервал эту «вечеринку», и любитель шляп, схватив Дазая, побежал домой к Сакуноске. — Доставлен в целости и сохранности! — Вообще-то Чуя потерял меня. Эти слова заставили вспотеть бедного мафиози, который медленно превращался в няньку. — Потерял? — переспросил Одасаку. — Прости, Ода, я отвернулся на секунду, честно, а его уже не было, я даже не слышал, как он убежал, но, слава богу, он прибежал к Анго. — Чуя сказал, что убьет меня, — добавил ребенок. — Я просто испугался, что с ним что-то случится! Поэтому я так сказал. Убью, если снова сбежит. — Спасибо за помощь, Чуя. — Я могу идти? — Можешь. Он буквально выбежал как ошпаренный, лишь бы не видеть снова этого чертёнка. — Анго сказал, что не любит меня. — Зато я тебя люблю. — А Чуя не купил мне мороженое. — У нас дома есть. Сейчас принесу. Ода пошел на кухню, а Дазай побежал за ним, по пути схватив мишку. — Чуя не разрешил мне взять его с собой, — крепко обняв игрушку и сев на корточки, прошептал Осаму. — Я так скучал по нему, он мне о тебе напоминает. Сакуноске смотрел на все это с удивлением, а когда услышал всхлип, присел к нему и обнял. — Не плачь, ты же знаешь, что все хорошо, я думаю, что больше не придется оставлять тебя с кем-то. Может возьмём завтра велосипеды на прокат и пойдем гулять? — Да! Когда наступил поздний вечер, Сакуноске укладывал его спать. Дазай ворочается, не может уснуть, ложится на спину и говорит: — Почитай мне. — Но у меня только взрослые книги. Мальчик протянул ему какую-то самодельную книжечку, просто сшитые вместе листы, на которых было написано «И никого не стало», а если перевернуть страницу, то будет известная считалочка. — Ты хочешь, чтобы я прочитал тебе именно ее? — Да, там конец хороший. — Да уж, очень. — Читай уже и заменяй негритят на мафиози. Как только Одасаку открыл рот, чтобы начать, Дазай прерывает его: — Мишку! Я мишку не взял! Тут же игрушка оказалась в руках ребенка и Ода, наконец, начал читать, заменяя слова, как и просил слушатель. Когда чтение закончилось, маленький мафиози, прошептал, засыпая: — Хороший конец. Парень накрыл его одеялом и лег на свой футон, следя, чтобы он снова не проснулся.