Румяна

— Хочешь поговорить об этом? — тихо спросил Кит, передавая Лэнсу чашку горячего шоколада. Тот с благодарностью принял ее. — Поговорить о чем? — угрюмо ответил МакКлейн. — Все, кроме меня, знали, что происходит. Кит опустил взгляд на свои раскрытые ладони. — Все не так уж плохо. Это значит, что ты веришь людям, которых любишь. — Не нужно быть милым, — невесело фыркнул Лэнс. — Я идиот. — Если так тебе будет лучше. На этот раз МакКлейн действительно усмехнулся. Тихий смешок не казался наигранным. Он крепче завернулся в одеяло, которое Когане набросил на его плечи, и улыбнулся своему другу. — Спасибо тебе за все, Кит. Грудь Когане сжалась от всеохватывающего тепла. Из-за того простого факта, что Лэнс пришел именно к нему, а не к Ханку и Пидж, с которыми его связывала многолетняя история дружбы, Киту хотелось нырнуть под одеяло и глупо хихикать несколько дней. Отогнав эти нелепые мысли, он кратко откашлялся. — Для этого и нужны друзья. После этого их накрыла приятная тишина. Нежное бренчание гитары и плавный голос Брэндона Флаурса развевались по слабо освещенной квартире. Кит чувствовал на себе любопытный взгляд, но слишком стеснялся поднять голову в ответ. — Прости, что прервал тебя, — неожиданно произнес Лэнс, не повышая мягкий тон. — Что? — Твой… Твой макияж. Ты пытался накраситься до моего прихода? — немного заикаясь, объяснил он, после чего закусил губу и, покраснев, отвернулся. — Чт… Ой! — Кит воскликнул, касаясь своего лица кончиками пальцев. Он совсем забыл, что накрасился всего наполовину. Им овладел настоящий стыд, что он показался перед парнем, в которого был влюблен столько времени, в таком виде. Один глаз был полностью не накрашен, а база на другой части лица не была разглажена должным образом. Когане разочарованно застонал, чувствуя подступающий к шее, лицу и ушам прилив крови. На нем была свободная футболка с широким вырезом, которая небрежно висела на одном плече, обнажая так же покрасневшую грудь. Он смущенно вернул ткань рубашки на место и обреченно накрыл лицо руками. — Прости, что тебе пришлось видеть меня в таком виде. Лэнс не ответил. Руководствуясь каким-то извращенным любопытством, Кит выглянул сквозь щели между пальцами и с шоком увидел такого же красного, как он сам, Лэнса. — Эм, — выдавил тот. — Н-ну. Я думаю, что ты всегда выглядишь хорошо, — от этих слов румянец на его скулах увеличился. Если бы кожа Кита стала еще горячее, то она бы прожгла одежду. — С-спасибо. — Знаешь… — замолчав, Лэнс неловко откашлялся. — Если ты не против, то можешь продолжить. Можно посмотреть? Мне всегда было немного интересно… Кит уставился на него, ничего не говоря. Это было такое личное и интимное хобби, что мысль о том, что кто-то будет наблюдать за этим процессом, ненадолго выбила его из колеи. Такая возможность никогда не приходила ему в голову. — Прости! Конечно же, ты не обязан! Я могу уйти, если ты хочешь. Восклицание Лэнса снова привело его мозг в рабочее состояние. — Что? Нет, — быстро ответил он, яростно желая побыть с Лэнсом наедине еще немного. — Нет, я не обижен, просто твоя просьба удивила меня. Но… Да, конечно, — добавил он. В голубых глазах загорелась надежда. Черт, они были такие яркие. — Правда? И ты не возражаешь? Когане безразлично пожал плечами. — Ты уже видел меня накрашенным много раз. Если увидишь сам процесс, то это ничего не изменит, — он жестом приказал своему гостю следовать за ним к тому месту, где на полу лежали разные косметические принадлежности и зеркала различных размеров. Кит сел на прежнее место перед переносным удлиненным зеркалом. Лэнс плюхнулся рядом с ним, все еще завернутый в толстое одеяло и держа в руках уже теплую чашку некогда горячего шоколада. — Ты выглядишь довольно радостным, — сказал Кит, между тем подняв небольшой спонжик и начав тщательно растирать место под глазом. Из-за странности положения в нем все же преобладала какая-то часть смущения, поэтому он настойчиво пытался отогнать подкрадывающийся к шее румянец под внимательным взглядом Лэнса. — Наверное, так и есть. Я часто смотрел, как Найма… — Лэнс на секунду застыл, казалось бы, только тогда вспомнив причину его неожиданного визита. Откашлявшись, он все же продолжил: — Я часто смотрел, как она собирается по утрам. Мне это казалось прикольным, — договорив, МакКлейн опустил взгляд на чашку в своих руках. Всплеск ревности и раздражения заполнил грудь Кита едким отравляющим облаком. Он бы отдал все что угодно, лишь бы по утрам Лэнс смотрел на него, лишь бы не бояться быть собой в присутствии того, кого он любил всем сердцем. Как Найма могла так просто отказаться от этой бесценной возможности? Она была идиоткой, к которой по случайному стечению обстоятельств влекло самого доброго и заботливого парня во всем мире, даже после всего, что она сделала. Кит вдруг почувствовал острое желание отвлечь Лэнса от его внутренних переживаний, помочь ему двигаться вперед, относиться к нему лучше, чем кто-либо. — Тогда смотри, — твердо сказал Кит, добавив в слова больше ярости, чем то было задумано. «Смотри на меня, — отчаянно подумал он. — Смотри на меня и забудь о ней». Лэнс поднял голову. Следующие полчаса они сидели в полном молчании. Кит щепетильно проделывал каждое движение, вкладывая в них больше отдачи, чем обычно. Присутствие этого человека ощущалось как никогда сильно. Он нанес «космический синяк» на второй глаз и скрыл его за слоем серебряных блесток и огромным пучком шикарных ресниц. Затем нанес розовые румяна на подготовленные с помощью базы скулы и обвел губы красной помадой, придавая им более пухлый вид. (Если он складывал губы трубочкой и хлопал длинными ресницами чаще, чем обычно, то это навсегда останется его маленьким секретом). Удовлетворенный полученным результатом, он повернулся к Лэнсу и спросил: — Что думаешь? На лице того отразилось что-то мягкое и мечтательное. — Это великолепно, Кит. Ты настоящий художник. Когане пожал плечами и отвел взгляд, довольный и смущенный одновременно. — Давно ты этим занимаешься? — О… — Кит задумчиво посмотрел в потолок, что-то обдумывая. — Около пяти лет. Я смотрел видео на Ютубе, иногда Аллура давала мне советы. — Спасибо, что разрешил мне посмотреть. — Да. Нет. То есть не за что. Лэнс посмотрел в окно поверх плеча Кита. — Ты всегда занимаешься этим вечером? Просто носишь макияж несколько часов, а потом идешь спать? — он говорил с таким недоумением, словно не мог поверить, что Кит делал это только в свободное время и никому не показывал плоды своих стараний. — Да, наверное. Мне не очень нравится показывать это всему миру. Я делаю это ради себя, — сказал он, рассеянными движениями собирая разноцветные карандаши и кисти разных размеров и убирая их на место. — Иногда я могу надеть… Надеть парик или платье, — под конец фразы он полностью замолчал, краснея. В его планы не входило раскрывать столько информации о его маленьком хобби.  — Можно посмотреть? — мягко спросил Лэнс. Кит поднял удивленный взгляд. — Ты сегодня довольно требователен, не думаешь? Глаза МакКлейна забавно округлились, а сам их обладатель сконфуженно покраснел. — Прости, ты не обязан, если… Кит фыркнул и покачал головой. Обдумав такую возможность, он все же пришел к окончательному выводу. — Ладно. Посиди здесь. Он вернулся в свою комнату и подошел к маленькому, закрытому на замок ящику, где хранились пара париков и несколько платьев, надеваемые в редкие моменты смелости. Кит достал из шкафа черный парик с длинными закрученными локонами и обтягивающее красное платье, заканчивающееся чуть выше колен. Надев парик на голову, Кит аккуратно провел по нему расческой и оценил свой внешний вид в рядом стоящем зеркале. В глаза бросились колючие волоски на ногах, которые он не брил уже несколько дней, отчего Когане поморщился, однако что-то подсказывало ему, что Лэнсу будет все равно на такой пустяк. К тому же, он всегда мог быстро присесть и прикрыть ноги полупрозрачным подолом платья. Когда с приготовлениями было покончено, Кит вышел из комнаты. С внезапно появившейся робостью, он вернулся в гостиную и увидел сидящего на полу и рассеянно перебирающего свои пальцы Лэнса. Кит слабо откашлялся, чтобы привлечь его внимание. Стоило взгляду МакКлейна остановиться на чужой фигуре, его глаза расширились, а челюсть невольно отвисла. Кит покраснел. Путаясь в коконе из одеяла, Лэнс неуклюже вскарабкался на ноги и подошел к нему. В голубых глазах мерцали огни восхищения. — Черт, — со вздохом сорвалось с его губ. — Спасибо. — Нет, серьезно. Если бы ты учился в моей школе, ты был бы самым популярным ребенком во всем районе. Парни бы дрались за право пойти с тобой на выпускной. День Валентина превратился бы в настоящий ад. — Не говори глупостей, — фыркнув, Кит отмахнулся. — Нет. Ты правда выглядишь великолепно, — уверенно повторил Лэнс. — Непревзойденно. — Ладно, — слабо ответил Кит, вновь ощутив прилив смущения. Неловко теребя воздушный локон, что спадал к его груди, он откашлялся. — Эм. Ну вот. Теперь я пойду переодеваться и… — Но ты только надел это, — возразил Лэнс, вытаскивая прядь искусственных волос из вцепившихся в него пальцев Кита. Когане позволил ему эту вольность, с затаенным дыханием и гулко бьющимся сердцем наблюдая за следующими действиями. Лэнс провел рукой по шелковым волосам с чем-то вроде нежного благоговения и поднес их к своему лицу, будто намереваясь оставить легкий поцелуй. Атмосфера неожиданно изменилась. В воздухе повисло что-то тяжелое. То, что раньше скрывалось только в тени разума Кита. Щеки были до того горячими, что он физически ощущал исходящее от них тепло. Грудь сжималась от опасных чувств. Глаза Лэнса были слишком голубые, а сам он был слишком близко. Слишком, слишком близко. Это было неправильно. Кит мягко надавил на его грудь, отстраняя от себя, и отвел взгляд. Он пытался скрыть отчаянное желание, явственно написанное на его лице, за длинными локонами парика. Руки неосознанно сжали собственное тело, как будто это могло помочь сдержать вырывающуюся бурю эмоций. — Лэнс, — тихо сказал Кит. Он несмело поднял голову и увидел огромные, как чайные блюдца, глаза, в которых отражалась растерянность. — Мы не можем. Ты только пережил разрыв. Тебе все еще больно, и это… Я не могу. И не буду. Господи, как же больно было произносить эти слова. — Прости, — наконец так же негромко ответил Лэнс. — Мне так жаль. Ты прав. Я… Я лучше пойду. — Да, — кивнув головой, хрипло ответил Кит. Лэнс взял мокрую куртку, висящую на вешалке возле двери. — Но, правда, спасибо за все, Кит, — сказал он, прежде чем окончательно покинуть квартиру. Кит осел на колени и… Нет, он не плакал, но просидел на полу, уткнувшись лицом в ладони, очень долгое время.