Калейдоскоп. Путь Ормы.

      Сегодняшний выходной молодой мужчина хотел потратить в библиотеке, но герцог решил по-другому, и теперь мага сердито буравила зеленющим взглядом маленькая дочь господина. Канвор был не в восторге.       — Тивен, у тебя же на службе куча нянек. За что ты со мной так?       — Чтобы не расслаблялся, — герцог натягивал перчатки для верховой езды. — На кухне бардак Камелия уже устраивала, я сегодня уезжаю, а справиться с ней можешь только ты.       — У меня законный выходной сегодня. Был…       — Не такая уж моя дочь катастрофа, — Тивен нахмурился. — В следующий раз возьмешь два дня. А ты, — он обратился к девочке, — не докучай взрослым.       — Веди себя, как подобает истинной аристократке, — явно переиграла отца Камелия, натягивая на себя невинный облик. — Да, папочка.       Герцог похлопал мага по плечу и вышел во двор. Канвор криво улыбнулся. Когда-то его наставник обронил, что из мальчика вырастет хороший учитель, но ни призвания учить, ни любви к детям молодой человек в себе не находил.       Невозможно было понять, как это случилось. Карета остановилась в ремесленном квартале, и теперь юная графиня вела мага на окраины. Подол платья запачкался и запылился, из-под окон на них несло неаппетитными ароматами. Почти не встречались люди, вокруг играли маленькие гоблины, а в отдалении разговаривала компания длинноухих.       — Чжекше, Жейр фащиля андж счасчи?       — Счашщай-сшак. Счашщай канч, щуйгхи чшепжак це стешче.       Две совсем маленьких гоблинки медленно шли вдоль скособоченных домов. Младшая испуганно бросала взгляды то вперед, то на подружку, отбегала от нее, снова возвращалась, хватая за руку, угрюмо зыркала на тех, кто задерживал взгляд на них больше пяти секунд. Старшая подволакивала ногу, держась пальцами за стенку и за мелкую. Она казалась спокойней.       — Атче, атче! — из проулка выбежали лопоухие мальчишки. Один из них вел мяч, остальные пытались поставить ему подножки и выбить предмет из рук. Когда провал был близок, паренек сделал пас товарищу, но мяч выскользнул в сторону девчонок и попал старшей в спину, когда гоблинка оторвалась от стены.       Малышка рухнула на землю, отбив колени и ладони. Она почти зарыдала, когда ее еще более младшая помощница с яростными криками накинулась на хохочущих парней. Они уворачивались и пытались ткнуть драчунью в ответ. Канвор хотел увести свою подопечную подальше от потасовки, но принцесса внезапно заупрямилась, выдергивая локоть.       — Гзжеж! — плаксиво позвала упавшая. Вторая гоблинка вывернулась из рук противника, оставляя у него в кулаке клок волос, и тут же подбежала к подруге, взбудоражено о чем-то шипя. Помогла встать, медленно повела вперед.       — Вот их! — Камелия широко улыбалась спутнику, показывая на девочек. Канвора передернуло.       Всего через два часа после отъезда герцога маг обнаружил, что поспорил с Камелией, утверждая, что научить основам магии можно даже непроходимого идиота, не обладающего необходимой чувствительностью, а читать-считать-писать — вообще любого орхана, если потратить немного усилий и времени. Тогда принцесса повела его сюда, в квартал гоблинов. Мужчина надеялся, что это лишь промежуточный участок по пути. Напрасно.       — Вот их! Или хотя бы одну. Ты говоришь, потребуется время? Значит, проиграешь, если сдашься.       Проигрывать, тем более проигрывать маленькой девочке, молодому человеку не хотелось, но учить гоблинов не хотелось еще больше.       — Камелия, я не учитель. Не каждый мастер дела может обучить, иногда мастеров воспитывают как раз неумелые ремесленники, но с даром наставника.       — Что, уже струсил? — ехидная девчонка улыбалась. — Тебе ж не надо учить их высокому слогу или чтению философских трактатов, ты говорил лишь об основах. Или главный маг Верного не может научить различать буквы парочку гоблинов?       — Я не главный, Диез живет и здравствует, — уязвленно заметил Канвор. Но под лукавым взглядом графини подошел к уже отдалившимся гоблинам.       — День добрый. Я…       — Пши прошчь! — огрызнулась самая маленькая. На щеке уже засохли царапины, на левой руке еще сукровились ссадины, наливались синяком следы зубов. Мужчина мрачно подумал, что ему предстоят веселые деньки. Хромая гоблинка поглядела на человека с недоверием, но быстро успокоилась, разглядев гербовые цвета костюма, рыжий с золотом. Она коротко шепнула подруге и выдвинулась вперед.       — У насчшей сшемжьи нешт пржоблемш с зжаконджом. Нье можшити осштановить.       — Я не стражник, я маг, — Канвор вздохнул, собрался с духом и словно в омут нырнул:       — Могу я увидеть ваших родителей? По распоряжению дочери правителя города на меня возложена обязанность учить вас.       Гоблинки переглянулись.       — Чше? — драчунья не понимала больше своей подруги и от этого начинала злиться. — Скажче чанчашч прошчь, тше прошчь джигай!       Канвор мысленно выругался. Камелия смотрела неподалеку и тихо смеялась, хулиганка уже начала коситься на нее.       — Буду учить тебя и тебя. К маме проводите?       — Чанчей фащи шуйгхи? — обратилась мелкая к хромой.       — Шхе. Проводзжим, — на Канвора старшая поглядела недовольно, но ее короткое слово поумерило пыл младшей.       — Зачем учить? — не понимала Каже, а Канвор чуть не взвыл. Камелия хихикала, не предпринимая попыток помочь, и только гордость не позволяла на все плюнуть и уйти из дома, пропахшего гоблинами. Из-за двери выглядывал пяток любопытных носов и столько же пар вздернутых ушей. Маг решил попробовать объяснить по-другому.       — Горшки продаете?       — Продаем.       — Деньги считаете?       — Считаем.       — А если я научу, еще лучше считать будут девочки. Полезными станут. Обмануть их не смогут.       Наконец лицо Каже просветлело. Канвор возвел глаза к потолку, от души благодаря Беннети.       — Не смогут обдурить? Хорошо. Я согласна. Как учить будешь?       — Прихожу каждые три дня. В комнате только я и две эти девочки. Учу.       Если она не поймет с первого раза, Канвор ее задушит.       — А мы что? — пронесло! Беннети Пресветлая, спасибо!       — А вы раз в месяц два амена.       — Ну, хорошо. Жейр, Гзеж!       Она зашчепала им, указывая на Канвора. Маленькая Гзеж смотрела на человека исподлобья, старшая Жейр — открыто, но хмуро. Хромая сидела на лавке, драчунья покачивалась с пятки на носок. Понять их взгляды было трудно. Придя хоть к какому-то соглашению, посланники откланялись.       — Надеюсь, ты довольна, — сдержанно бросил маг, помогая принцессе подняться в карету. Платье было безнадежно испорчено.       — Очень, — широко улыбнулась она.       Смеркалось. Маг думал о том, что Тивен вернется только через пару дней, и придется быть очень осторожным с Камелией, чтобы не влипнуть в очередные неприятности. Когда дверь уже захлопнулась, Канвору показалось, что за углом блеснули темные глазки, прикрытые черными и жесткими растрепанными волосами.