Ты обязательно меня полюбишь

      Ты вновь начинаешь дрожать в моих руках. Из-под белой ленты, завязанной на твоих глазах, вот-вот потекут слезы, но только от восторга и наслаждения. Я слишком люблю тебя, чтобы видеть тебя настолько вымученным от ожидания.       Мы на моей кровати, на гладких шелковых простынях. Почти пошло, но я купил их специально для этого дня. Я сижу за твоей спиной, мягко притягиваю тебя ближе. Твоя нежная белоснежная кожа… Я целую твою шею, и ты вжимаешься в плечи. Может, тебе неприятны мои прикосновения. Ты мерзнешь, но скоро я тебя согрею.       Ты будто не из этого мира. Такой тонкий, изящный… Когда я глажу твой напряженный живот, касаюсь темных сосков на твоей груди, а ты вздрагиваешь, словно пытаешься сбежать от прикосновений, но лишь сильнее прижимаешься ко мне спиной. Ты сам заманил меня, это очевидно, но ты будешь любить меня. Любить так, как никого никогда уже не полюбишь.       Мой сладкий, нежный мальчик, ты даже не можешь представить себе, как сильно я тебя хочу, когда ты вот так сидишь у меня на коленях, так неосознанно и призывно раздвигая тонкие ноги. Зарываюсь пальцами в твои светлые, почти белые волосы. Они у тебя длинные, как у девочки, но в твоем лице нет этой мерзкой приторной андрогинной сладости. Ты просто очень красивый, даже не представляешь, насколько. Ты ангел. Ты мой ангел. Самый настоящий. Внешне такой чистый, невинный. Мой маленький ангел, я заберу тебя в свой ад. Когда я глажу твои бедра, ты даже не пытаешься свести ноги. Кажется, что только подаешься к ладоням. Наивный, теперь нам некуда торопиться. Я слишком долго ждал этого часа. Ты такой ехидный с друзьями и я видел, какие игрушки ты себе заказываешь. Я наблюдал за тобой. Ты всегда дружелюбен, всегда весел, даже когда улыбка у тебя грустная — в глазах все равно радость. Заигрываешь с друзьями и я знаю, что прячешь под воротом свитера. Ты наивен, думая, что я не замечаю. Доверчив? Было бы славно. Похотлив? Возможно. О нет, мой милый, это ни в коем случае тебя не погубит. Ты просто меня полюбишь. Ты ведь уже доверился мне. Ты пришел ко мне. Ты как дикий зверек… Я приручил тебя, теперь ты мне веришь. И ты меня непременно полюбишь.       Когда я касаюсь твоей плоти, ты шепчешь мне не прекращать, сжимаешь связанными руками мои брюки. У тебя очень нежная кожа. Я надеялся, что лента не повредит твои запястья, но все равно, нетерпеливо елозя, ты стер их в кровь. Глупый, я ведь сказал тебе сидеть тихо и не дергаться. Я всего лишь хотел сделать тебе как лучше. Если бы ты так не дергался, когда я тебя раздевал, ты не наставил бы себе синяков. Торопливый. Наглый. Мой глупый, глупый маленький ангел. Даже когда ты меня полюбишь, ты ведь так и не будешь меня слушать…       Как же я хочу тебя, мой милый, мой идеальный ангел. Хочу слышать твои стоны, хочу, чтобы ты выгибался в моих руках… Ты вскрикиваешь, хотя я очень медленно ввожу в тебя палец в смазке. Рычишь, падаешь грудью на кровать, но это мне только на руку — прижимаю тебя к простыням и продолжаю свое занятие. Ты точно знаешь, что делать. Теперь ты еще более соблазнителен, чем раньше. Что ты делаешь с собой своими игрушками? Как трахают тебя твои друзья? Как вообще настолько чистое создание может на деле быть настолько желанным? Шипишь, кусаешь губы, я растягиваю тебя, глажу по спине, пытаясь отвлечь. Ты затихаешь, когда я добавляю и второй палец. О, если бы ты знал, каковы могли бы быть твои ощущения, если бы я этого не сделал и овладел тобой без всякой подготовки. Жаль, что до меня кто-то уже брал тебя. Но я принесу тебе такое удовольствие, что ты забудешь обо всем на свете.       Вдруг ты замираешь, шумно выдохнув. Кажется, мне удалось найти твою самую чувствительную точку. Еще раз касаюсь тебя там пальцами, ты вздрагиваешь, дышишь глубоко, сбивчиво. Интересно, что творится сейчас в твоей голове? Ты все еще хочешь меня? Или теперь уже не настолько? Больно ли тебе? Или уже привычно? Я подарю тебе удовольствие, какого тебе никто никогда не подарит. Я дам тебе наслаждение, и ты будешь приходить ко мне снова и снова. Только чтобы вновь это почувствовать. Ты непременно меня полюбишь. Уже очень скоро ты начинаешь постанывать от моих прикосновений. Видно, что ты стараешься сдержаться, но не можешь, начинаешь подаваться мне навстречу. Это мило. Невероятно мило! А как же сладок твой разочарованный выдох, когда я вынимаю из тебя свои пальцы.       Теперь я верю, что это ты настоящий. Ты меня хочешь, хочешь, чтобы я продолжал, чтобы эти приятные ощущения не заканчивались. О, милый, совсем чуть-чуть, и тебе будет хорошо, как никогда в жизни хорошо. Я снимаю с себя одежду, не прекращая любоваться тобой. Ты волнуешься, хочешь быстрее. Не видишь меня и из-за этого даже не догадываешься, что будет дальше. Ангел мой, тебе будет хорошо… Когда я приникаю к тебе, ты опять вздрагиваешь. Я мечтал ощутить прикосновение твоей кожи, такой нежной, прохладной кожи, о, когда ты меня полюбишь, я буду гладить тебя часами. Я наваливаюсь на тебя всем весом, ты кажешься таким хрупким, дышишь тяжелее. Ты извиваешься подо мной, а я целую твою спину и плечи, развожу коленом твои ноги. Ты обвиваешь меня руками, пока я размазываю по члену смазку, опять просишь поторопиться. Умоляешь продолжить. Я знаю, что ты забудешь обо всем этом. Проникаю в тебя — неспешно, медленно, ты продолжаешь рычать, царапаешь мне живот своими связанными руками, на тонких пальчиках. Мой сладкий, мой тугой мальчик, жаркий, приятный… Ты стонешь от удовольствия, пытаешься податься, проскальзываешь на шелке и подаешься на меня еще глубже, еще дальше. Я двигаюсь медленно, но ты все равно хочешь еще, хотя постепенно затихаешь, мерно постанывая. Я мечтал об этом, как давно я мечтал! Я глажу твое тело, а ты начинаешь стонать громче. Я прикусываю твое плечо, и с твоих губ срывается громкий невыразимый вскрик удовольствия. Нравится? Не думал, что ты, мой ангел, падок на такое…       Тебе стыдно. За то, что втянул меня в это. Тебе стыдно за свой голос, за свой срывающийся тонкий голос, истинное чудо и подарок для меня лучше любой музыки мира. Тебе стыдно за свои движения, за то, что ты подаешься мне навстречу, принося удовольствие мне и себе самому. За то, что ты так выгибаешься и вздрагиваешь, когда я касаюсь тебя в особенно чувствительных местах. Когда я скольжу рукой тебе под живот и глажу твою плоть, ты обрываешься на полувздохе и кончаешь мне в руку. Мой сладкий, теперь ты уже никогда не забудешь этого… Я изливаюсь в тебя, чувствуя, как волна невыносимого удовольствия проходит по телу, как разум на несколько секунд отключается, и в этом мире есть только ты, твой сводящий с ума аромат, твое изумительное тело.       Я развязываю тебе руки, притягиваю тебя к себе. Ты еще не можешь отдышаться, прижимаешься ко мне. Интересно, был ли среди твоих любовников кто-то старше? Скорее всего, да… Иначе бы ты не был таким умелым. Я развязываю ленту на твоих глазах, и ты жмуришься, утыкаясь мне в грудь. — Мой сладкий, ангел мой, радость моя… Ты обязательно меня полюбишь… Я не отдам тебя никому на свете. Я буду дарить тебе это наслаждение каждый раз, когда ты захочешь. Я буду заботиться о тебе. Я буду оберегать тебя. Я буду для тебя целым миром. Я буду твоим светом, твоей тьмой, твоим сердцем, душой и мыслями. Ты непременно меня полюбишь.