Рассказ Кайло / Kylo's Tale

Рей ушла и даже не попрощалась. Я остался дома один, сбитый с толку и слегка напуганный. Что случилось? Бен побежал за Рей и до сих пор не вернулся. Он догнал ее? Они помирились? Этого я не знал. Они оба оставили меня одного, и я снова заволновался. Через некоторое время Бен вернулся домой. Его приход принес облегчение, но с Беном было что-то не так. Выражение его лица, его глаза — они были такими мрачными. Он был напряжен и зол, я чувствовал это. Дверь позади него громко хлопнула, а когда я подошел, чтобы утешить его, то замер на месте, когда Бен закричал и стал бить кулаком в стену. О нет. Бен снова делал себе больно. Я лаял на него, чтобы он прекратил. ПРЕКРАТИЛ. Я сильно шумел, но он не сразу меня услышал. Бен повернулся спиной к стене и съехал на пол вниз. Мне не было видно его лица, но его голова поникла, а локтями он уперся в колени, запустив руки себе в волосы. Я был нужен ему. Осторожно подойдя ближе, я боднул его и лизнул. Он будто только осознал, что я рядом, вздрогнул и посмотрел на меня. И сорвался. Бен заплакал. Он потянулся ко мне, обнял, и я изо всех сил постарался изловчиться так, чтобы лизнуть его в лицо и успокоить, но он всхлипывал так шибко, что у меня сжалось сердце. Невыносимо было слышать, как ему больно. Я забрался к нему на колени и остался там до тех пор, пока ему не стало легче и всхлипывания не перешли в глубокие вдохи. — Я крупно облажался, Кайло. Очень. Она даже разговаривать со мной не станет, даже в мою сторону не посмотрит, — слабым голосом произнес он. Я так и остался с ним на полу. Он снова шмыгнул носом, а потом затих. Я был рад, что он успокоился. Позже он встал с пола, посмотрел в небольшой сияющий экран и приложил его к уху. Бен нарезал круги по комнате, бормоча себе под нос что-то похожее на «возьмитрубкувозьмитрубкувозьмитрубку». Так продолжалось какое-то время, и он снова мерял шагами комнату, но уже быстрее. Ничего не произошло, и он вскрикнул: «Черт!». Он будто собирался бросить сияющий экран в стену, но осек себя. Глубоко вздохнув, он медленно подошел к дивану и лег. Бен контролировал свои эмоции. Хорошо. Я очень им гордился. Грусть Бена сходила волнами. На следующий день он проснулся поздно и не позавтракал. На вид и запах он был усталый, будто Бен и не спал вовсе. Апатия не покидала его во время прогулки, и пока кормил меня, и когда вообще делал что-либо. Таким Бен был мне чужд; такого Бена я не видел уже много месяцев, с первого дня нашего знакомства, когда я спас его. Я очень волновался. Мы так уверенно шли вперед, но всепоглощающая грусть вернулась. Ну где же Рей? Почему не вернется? Если мне придется начать с начала, так тому и быть. У меня была миссия. Это Бен, МОЙ человек, и он нуждался во мне, так что я буду рядом, несмотря ни на что. Поэтому я прибегнул к тем же техникам и трюкам, что и в первый день нашего знакомства; сколько же воды утекло с тех пор! Я будил его по утрам, таскал на прогулки, лаял на него, когда он таращился на еду, требовал гладить и чесать себя. Это помогало, но, на мой взгляд, он все еще грустил и был чем-то удручен. Он каждый день неизменно ходил по комнате и бормотал «возьмитрубкувозьмитрубкувозьмитрубку, пожалуйста, возьми трубку», но ничего не происходило. Он просто вздохнул вместо того, чтобы взять и швырнуть вещь в стену. Это уже кое-что! Я буду стараться изо всех сил.

***

С момента Большой Ссоры прошло три дня. Грусть Бена все еще ощущалась, но хуже ему не становилось. Он собирался на улицу, и сперва я подумал, он идет к Рей. — Буду через пару часов, приятель. А. Психотерапевт, как я мог забыть. Я не переживал — наоборот, радовался, что он идет к нему. Бен всегда чувствовал себя лучше после посещения Психотерапевта. Когда он вернулся домой (прихватив с собой печенье, само собой), было не похоже, чтобы ему полегчало. Он выглядел обеспокоенным, почти паниковал. Я насторожился. Войдя домой, он рассеянно смотрел в сияющий экран и едва не бросил вещи на стол. Он снова приложил экран к уху и мгновение спустя заговорил, очень тихо, будто боялся, что если заговорит громче, телефон исчезнет. Сломленным, умоляющим и тихим голосом, таким, что я едва расслышал, он произнес: «Пожалуйста». Где-то час спустя мои уши уловили снаружи знакомые звуки. А потом я почуял, почуял ее! Это была Рей! Она вернулась! Я так обрадовался, что залаял и подлетел к двери. Бен немного стушевался, стараясь угомонить меня, чтобы подойти и проверить посетителя. Стоило ему открыть дверь, как я услышал, как воздух быстро вышел у него из легких. Он стоял там как истукан, смотрел на Рей в упор и не мог ни слова из себя выдавить. Что этот дурень делает?! Нужно было брать дело в свои лапы! Я снова залаял. — Рей, — воскликнул он. — Это было глупо. Я сглупила. Не понимала. Не нужно было давить на тебя. Прости меня, Бен. Я так по тебе скучала, — пролепетала Рей. Она плакала. — Что? Нет… Рей, нет, нет, это я вел себя как придурок. Нужно было тебе рассказать, после всего… После всего, что ты для меня сделала. Извини. Я соскучился. Очень, очень соскучился. Бен широко распахнул дверь и пригласил Рей внутрь, пока я счастливо скакал вокруг них. Они по-прежнему не замечали меня, но мне было все равно! Я был так счастлив! Рей вернулась! Вдвоем они уселись на диване, лицом друг к другу. Бен был будто наэлектризован, его руки дрожали. — Нет, Бен. Ты был не готов, а я настаивала. Я поняла: мне стоило проявить больше терпения. Бен покачал головой. — Я не заслуживаю тебя, Рей. Правда не заслуживаю. Я был придурком и слетел с катушек. Боялся рассказать тебе, потому что ты бы бросила меня, но я ошибался. Мне стоило больше тебе доверять. Ты представить себе не можешь, сколько значишь для меня, а я ни во что тебя не ставил, будто ты пустое место. — Бен замешкался и вздохнул для храбрости: — Я… Я люблю тебя. Я люблю тебя сильнее, чем думал, что способен. Теперь они оба плакали. Ну, Бен старался скрыть это, но тщетно. — Мне так жаль. Пожалуйста, извини меня. Рей всхлипнула. — Я боялась, что потеряла тебя. Доля секунды, и они оказались в объятиях друг друга. Они по-прежнему не замечали меня, но я был счастлив и сидел там, наблюдая за тем, как они творили странности. Бен наклонился так, чтобы быть на уровне глаз Рей, и стер ее слезы большими пальцами. Он слабо улыбался. — Эй, — шепнул он, и Рей взглянула на него с бледной улыбкой. Какое-то время они провели вот так, прислонившись лбами друг к другу, закрыв глаза и дыша в унисон. А потом, наконец, Бен подвинулся так, что теперь полностью сидел на диване, устроив голову Рей у себя на груди. — Я все тебе расскажу. Рей тут же запротестовала, взглянув ему в лицо. — Ты не обязан, Бен. Можно не сейчас. — Все в порядке. Я так хочу. И Бен принялся рассказывать. Он говорил долго. Рей свернулась калачиком рядом с ним, положив руку и голову ему на грудь, и молча слушала. Голос Бена был едва различим, но я не мог не подслушать капельку: «…Мои родители…», - и еще чуть-чуть: «Мама сказала, он в…». Я никогда не видел его родителей. Интересно, какими они были. Иногда по ходу рассказа Бен запинался, будто боясь сказать то, что хотел. Но он продолжал ради Рей. «Я был так напуган, не знал, что делать, и до сих пор не знаю…» Наконец после того, как Бен затих, Рей сказала самым ободряющим и ласковым голосом: — Я буду рядом, когда ты будешь готов поговорить с ними… Не бойся. Я буду держать тебя за руку. Ты не одинок. А потом… — Я тоже тебя люблю. Как просияло лицо Бена! На тот момент я уже еле-еле мог усидеть на месте, ведь они по-прежнему игнорировали меня, поэтому я запрыгнул на диван и втиснулся между ними. Рей вскрикнула, а Бен засмеялся, и снова воцарилась идиллия. Я облизал им лица, и у обоих они были соленые. Рей крепко меня обняла. — Я тоже очень скучала по тебе, малыш.

***

— Две недели спустя —

— Бен, надеюсь, ты понимаешь, что, если ничего не получится, нам придется перевезти все вещи обратно? Я не смогу остаться. — Все пройдет как надо, обещаю. Дадим им пару дней, максимум — пять. Если к тому времени не поладят, тогда… Ох… Мы отвезем все обратно?.. — с кислой миной произнес Бен. Рей застонала. — Ох, и почему мы сразу этого не сделали, после того как я согласилась переехать к тебе? — риторически вопрошала она. Она выглядела обеспокоенной, устремив взгляд в потолок и уперев руки в боки. Последние три дня они то и дело таскали домой коробки. Судя по запаху, там были вещи Рей. И судя по всему, Рей будет жить с нами, и я ликовал. Но сейчас они оба нервничали. В большей степени Рей. Они помедлили в дверях, бросая на меня взгляды в ходе их взволнованной беседы. — Рей, ну что ты переживаешь? Ты ведь знаешь, Кайло послушный малый. — Да, Бен, знаю. Но помнишь, в нашу первую встречу он меня возненавидел? Что, если он плохо примет Би-Би? Бен вздохнул. — Есть только один способ узнать. Он присел на корточки передо мной и пристегнул на поводок. Я подумал, мы собираемся на прогулку, но мы остались стоять на одном месте. — Кайло, мы хотим тебя кое с кем познакомить, ладно? Поводок — просто вынужденная мера. Рей вышла за дверь, но вернулась через пару секунд, на этот раз неся что-то напоминающее красивую клетку. А потом до меня дошло. Тот самый запах. Я знал его. Это… И прежде чем я смог разглядеть, кто был в переноске, я услышал мяуканье. Та самая кошка, чей запах был на Рей с нашей самой первой встречи. Медленно она повернули клетку так, чтобы я увидел ее. Я кинулся вперед, но Бен потянул за поводок. — Ого, тише, Кайло! Мы не хотим пугать Би-Би. Но Би-Би не выглядела испуганной. Она пристально гипнотизировала меня пронизывающими желтыми глазами. Казалось, мы вечность буравили друг друга взглядами, когда я наконец сказал «привет». — Привет, — ответила она. — Так значит, ты и есть Кайло. Я чуяла твой запах на Рей несколько месяцев. Приятно наконец узнать, как ты выглядишь. — Ага, я тоже тебя чуял. Мы как будто уже знакомы. — Здорово. Что ж, наши хозяева делают друг друга счастливыми, и я бы хотела, чтобы так все и продолжалось. — Согласен. — Тогда обещаешь не гонять меня и не кусать? — Если будешь держать свои смертоносные когти от меня подальше, можешь считать, мы договорились. — Идет, по рукам. После наших негласных переговоров, которые со стороны могли показаться нашим хозяевам напряженными «гляделками», я завилял хвостом и просунул морду в клетку, стараясь лизнуть Би-Би. — Подожди-ка, что это? Ни рыка, ни лая, ни пренебрежительного взгляда? В нашу первую встречу он то и дело недоверчиво косился на меня! — с притворной обидой сказала Рей, складывая руки на груди. Но она смеялась и, очевидно, была рада. Бен усмехнулся, целуя Рей в лоб. — В тот раз он просто защищал меня. Теперь он ослабил поводок, и Рей присела, чтобы выпустить Би-Би из клетки. Кошка тут же вскочила на диван, обнюхала все, потянулась и свернулась там клубком. — Да, понимаю, — сказала Рей, обвив талию Бена руками. — Что ж, теперь все серьезно. — Он приобнял ее плечо, и они обернулись, чтобы окинуть взглядом комнату. Рей ослепительно улыбнулась, и ей на глаза навернулись слезы. — Ага. — Добро пожаловать домой, Рей.