Угли "Embers"

      «Иногда, — думал Зуко, — даже самое нудное домашнее задание приносит свои плоды».       Народ Огня обычно использовал в качестве топлива уголь. В Царстве Земли использовали всё, начиная от дерева и угля и заканчивая странными газами, добываемыми в солевых шахтах. Принимая во внимание его подготовку к завоеванию этой страны, он немного знал о каждом из них.       Именно поэтому он и заметил назойливый запах древесного дыма, приведший его к горке углежога. Несколько бревен Зуко осторожно извлек, соорудив сбоку от горки небольшой прочный тигель из частично обожженного дерева.       — В самом деле, принц Зуко, зачем это надо…       — Я не пользуюсь оборудованием, которое не испытал лично, дядя, — Зуко вытянул руку. — Камни. Сейчас.       — Можно нагреть их в руках. Не надо было разрушать труд бедного дровосека…       — Нет, надо! — однако он не двинулся, не атаковал. Как бы сильно ему ни хотелось сломать хоть что-нибудь только затем, чтобы немного ослабить скрутившие его изнутри узлы. — Дядя, ты можешь просто мне довериться?       Дядя Айро нахмурился, но вручил ему мешочек с камешками.       «Наконец-то».       Зуко бесцеремонно высыпал их в самодельный горн, швырнул следом пламя и отступил назад, ожидая.       — Дым привлечет к нам внимание, — предупредил дядя, пока пламя разгоралось в древесном гнезде. — Что бы ты ни задумал, племянник, нельзя оспаривать важность оставаться незамеченными…       ТРЕСК.       Зуко выдохнул, когда его подозрения подтвердились треском ещё нескольких взрывов, раздавшихся из дымящегося дерева. Это был вздох облегчения. Возможно, вселенная засчитает это за положенную ему неудачу и на какое-то время оставит их в покое.       Дядя не издал ни звука.       Зуко подождал, пока пламя не уляжется, и ещё несколько минут сверх того, потом загасил пламя движением руки и принялся отыскивать уцелевшие камешки.       Дядя по-прежнему молчал, наблюдая из-за его плеча. Невероятно.       Наконец, юноша отыскал уцелевшие камни, всё ещё слишком горячие для того, чтобы брать их руками, и два полуобгоревших бревна, утыканных каменными осколками, напоминающими ножи Мэй.       — Ты сказал, что иногда там течет ручей, — прямо сказал Зуко. — Я не доверял этим камням.       — Вода в камнях, — медленно проговорил дядя, глядя на острые края. — Да, разумеется.       Он взглянул на Зуко.       — Как ты узнал?       «Зузу, можешь согреть их для меня? Я хочу сыграть в игру…»       «О, смотрите, Зуко покорил землю! Но он даже этого как следует не может!»       — А как я всё узнаю? — мрачно пробурчал Зуко, дуя на камешки, чтобы их остудить, прежде чем сложить в дядин мешок. — На собственной шкуре.

***

      «Не смейся», — твердо велел себе Айро, старательно не замечая, как дрожали руки Зуко, укладывавшие теплые камни на спину ворчливого кузнеца. Большинство людей не заметили бы ни малейшего вздрагивания. И действительно, никто из небольшой толпы зевак, собравшихся в маленькой таверне на обеденный перерыв, ничего не увидел: слишком заинтересованные незнакомцами и слишком беззаботные, чтобы сдержать язык, заметь они что-либо. Но Айро знал своего племянника. Более того, он многие годы водил солдат на битву. И даже если сам мальчик оставался в неведении, уж он-то знал, когда молодые люди испытывают душераздирающий страх. Когда так страшно, что готов побежать. Или напасть, топя страх в действии.       «Не смейся. Это битва, битва не тела, но души. Помни, что ты был генералом, и веди».       Пока что его байка местной трактирщице о том, что они были целителем и учеником, попавшими в набег Народа Огня, и, к несчастью, не успевшими схватить даже самое необходимое, кажется, работала. Они уже вылечили несколько человек. Оказалось, что деревенская целительница была по горло в заботах о трех сложных беременностях, да и доставшиеся им раны были простыми. Однако их пациенты решили воспользоваться тем, что незнакомцы беженцы, и практически принудили их взимать меньшую плату.       Неважно. Он, как и Зуко, достаточно знал полевую медицину, чтобы справиться. Их знаний должно хватить, если не попросят о чем-то сложном.       Впрочем, кажется, этот случай будет последним. К счастью, кузнец лежал на трактирной скамье и не мог видеть, как Зуко опустил голову и начал медленно и старательно-размеренно дышать. Будь поблизости свечи, с тревогой подумал Айро, они бы вспыхивали в такт этому ритму. Просто чудо, что камин в трактире не мерцал.       А может, не такое уж и чудо. Зуко знал, что за ними следят. Молодой человек был осторожен. Временами.       «Но почему он боится? — удивлялся Айро, принимаясь разминать мускулы, напряженные после целого утра работы с металлом. — Здесь безопасно, драться не с кем. Мы здесь для того, чтобы помочь этому человеку, так же, как мы помогли его соседям…»       Хмм. Помимо своего дяди, когда это Зуко помогал кому-нибудь и при этом не страдал?       «Нашему рулевому, в шторм. Аватару».       Ха, может, племянник и думал, что Айро ведать не ведает о той авантюре, но он был старым, а не слепым. Сперва мальчик в отчаянии и уверен, что Джао заберет все, к чему он так стремился, а на следующий день просто идет спать? Да ещё и весь в синяках.       «О, как бы я хотел увидеть выражение лица Джао».       С этой забавной мыслью Айро одобряюще улыбнулся. Тем временем Зуко занял его место и принялся за работу, осторожно поддерживая видимость, будто тепловое марево идет от камней, вынимаемых из походного котелка, установленного в очаге таверны, а не от его рук.       — Осторожно, — занудным голосом наставлял его Айро, словно учитель, поучающий ученика. «Действуй как ни в чем не бывало, и нам поверят». — Сперва всегда дай мускулам расслабиться, чтобы не растянуть их ещё больше.       — Ха! — буркнул их пациент, чуть не сдвинув при этом гладкие камешки. — Ты меня за хиляка принимаешь, старик?       — Вы поистине источник энергии Ян, мастер кузнец, — весело отозвался Айро, жестом велев Зуко возвращаться к работе, когда молодой человек замешкался. — Но исцеление требует баланса, поэтому осторожность не помешает.       Ему самому стоило бы прислушаться к собственному совету. Та демонстрация с камнями…       «Он мог бы просто сказать мне. Я бы поверил».       Очевидно, сам Зуко так не считал.        «Нет, тут скрыто большее, — размышлял Айро над действиями Зуко и их результатом. — Отказавшись от объяснений, он получил свободу действовать, и тем самым отвести от нас угрозу».       Что означало, что Зуко ожидал, что его беспокойство отметут в сторону. Хотя с чего бы его племяннику думать, что кронпринцу откажут в праве на самозащиту…       «Я такой дурак».       Узнает на своей шкуре, да?       «Озай. Или Азула».       Скорее всего, девочка. Его брат скорее проявит жестокость словами и пламенем, чем завлечет мальчика в опасную ситуацию. Речные камни, взорвавшиеся в руках невинного ребенка… О, да, определенно Азула.       Что означало, что он заставил племянника работать в гостинице полной незнакомцев и с воспоминанием об издевательском смехе Азулы. О, духи.       «Что ж. По крайней мере, он не сбежал. И никого не поджёг».       Пока. Пора заканчивать, пока у его племянника не сдали нервы. Зуко без колебаний встретит боль и опасность, но вот демонов своего разума…       «Прошло три года, и я надеялся, что хотя бы узнал их всех в лицо. Но эти годы прошли без Озая и Азулы. Сила моих врагов пустила куда более глубокие корни, чем я думал. Они куда сильнее, чем я представлял».       Как при Ба Синг Се…       «Нет, я не потеряю ещё одного сына».       — Дядя, — прошипел Зуко, пихая его локтем.       А, да. Надо собраться, если он не хочет потерять своего племянника прямо сейчас.       — Я бы советовал вам несколько дней не напрягаться, — сообщил он кузнецу, пока Зуко укладывал вещи. — По крайней мере, больше никаких соревнований по подъему страусовых лошадей, хотя бы какое-то время, — хихикнул он. — Пусть лучше они таскают вас.       Фыркающий смех.       — В чем же тут веселье?       Последовавший за этим добродушный хлопок по плечу мог бы свалить с ног многих мужчин. Айро позволил себе покачнуться, сдвинувшись ровно настолько, чтобы поддержать образ веселого безобидного старика. Удерживая улыбку, внутри он затаил дыхание — Зуко дернулся, на волоске от того, чтобы напасть на мужчину… но погасил ярость и остался на месте. Хотя Айро подозревал, что камни в их горшке были гораздо, гораздо горячее, чем им полагалось.       — Благодарю за возможность использовать ваш очаг, госпожа, — Айро поклонился откровенно подслушивающей трактирщице. — Если в нас больше нет нужды, нам с племянником стоит заняться закупкой необходимых для путешествия припасов.       — Можешь снова зайти перед ужином, красавчик, — на щеках пожилой женщины появились ямочки.       — Вы слишком добры, — ещё один поклон, и он незаметно вытащил на улицу своего ошарашенного племянника, котелок и прочее.       Поворот налево, два направо и они оказались за надежной стеной пекарни. Домов поблизости не было из-за опасности пожара — никто не удивится нескольким струйкам дыма.       — Племянник, дыши.       — Дыши? Мне не нужно дышать, дядя! Если мы заработали достаточно, идем купим припасы и отправимся…       — Ли, — очень медленно сказал Айро, — я твой учитель, и когда я говорю тебе дышать, ты дышишь.       На лице Зуко отчетливо виднелся шок. Предательство. Гнев… Потом его плечи поникли, и Зуко принялся дышать.       «Долго это не продлится, — думал Айро. — Любая атака, и он ринется в бой. Это то, чем он занимается. То, что он знает. Но если отвлечь его…»       — Когда я был молод, мне пришлось общаться с солдатами, побывавшими в плену у врага. С ними… плохо обращались. — Он поморщился, вспоминая прежнего себя: гордого и неистового, и совсем не такого доброго, как, скорее всего, представлял себе Зуко. — И я тоже не обращался с ними как должно. Я не терял того, что потеряли они, и я не понимал их.       — Дядя, — голос Зуко звучал натянуто, — солдаты из прошлого не имеют значения. Не в сравнении с теми солдатами, которые могут быть здесь и сейчас.       — Они важны, — прервал его Айро. — Ты важен, племянник.       Зуко сверлил его подозрительным взглядом.       — Я не солдат, дядя.       — Не по положению, — признал Айро. — Но тебя контролировали и ранили те, кому ты должен был беспрекословно подчиняться, и, не имея возможности освободиться, без помощи…       — Не говори так о моем отце!       — А когда ты думал, что завоевал свою свободу, — безжалостно продолжал Айро, — твой кошмар вернулся и снова грозит тебе цепями. Я видел этот страх, племянник! Я видел его в их сердцах. Я вижу его в твоем!       — Я не боюсь её!       С быстротой атакующей змеи Айро ринулся вперед.       — Я боюсь.       Оказавшись в кольце его рук, Зуко что-то бессвязно бормотал.       — Она искусна и смертоносна, — говорил Айро тихим голосом. — Она преследует тебя в мыслях и лишает покоя, но ты должен отдыхать, племянник. Вспомни, как мы ходили в Северный храм воздуха много лет назад.       Зуко поклялся обыскать каждый храм воздуха в поисках следов Аватара, а его племянник никогда не бросал слов на ветер. Но даже разгневанный подросток со шрамом увидел мудрость в том, чтобы хранить работу Джи Механиста на Народ Огня в тайне. Они вдвоем не впервые путешествовали по Царству Земли, облачившись в коричневое.       «Но тогда тайные поиски заняли часы, — думал Айро. — Сейчас прошли дни».       Ему нельзя колебаться. Сейчас Зуко нуждался в его уверенности больше, чем когда-либо. Изгнание уничтожает душу, изгнание с угрозой мучительной смерти куда более ужасно.       — Ли и Муши простые беженцы, — говорил он старательно ровным голосом. — Если будем вечно начеку, вечно выискивать притаившихся врагов — выделимся из толпы. Мы должны быть как два листа в лесу. Это единственный способ выжить.       Он крепче сжал руки, гладя слишком худые плечи.       — Я здесь. Я не брошу тебя на её милость снова.       — Я не боюсь её, — тихий, горький шепот.       «Нет, — подумал Айро с иронией. — Не так сильно, как ты боишься людей вокруг, племянник».       Это не страх перед раной или смертью: на поле боя его племянник мог встретить любого врага.       «Кроме двух».       Но ходить среди тех, кто может и не быть врагом… у него не было шанса научить этому Зуко. Он даже подумать не мог, что этому нужно учить.       «Пора положить этому конец. Немедля».       — Ты должен понять, племянник, — будничным тихим тоном сообщил Айро, — что мы выполняем одно из самых сложных и опасных заданий на свете. Выживать на чужой земле, среди правил и обычаев, чуждых всему, что ты знаешь, тяжело. Очень тяжело. Не думаю, что Азула справилась бы с этим.       Он отодвинулся, чтобы Зуко видел его улыбку.       — Но я знаю, что ты сможешь.       Золотые глаза моргнули, недоверчиво, неверяще, но Зуко не отстранился.       — … Как?       — Разве ты не слышал поговорку о драконе и горе? Гора сильная. Она кажется неуязвимой. И во многом это так. Но если нанести достаточно яростный удар, от неё останутся только камни, да пыль. — Он сжал пальцами плечо Зуко, несильно, но твердо. — Дракон кажется слабее. Он смертен, если его ранить, у него течет кровь. Но дракон может передвинуться, избежать удара и выбрать время для атаки.       «Хорошо, — подумал Айро, чувствуя, как выравнивается дыхание Зуко под его ладонями. — Страх далеко не мертв, но мы его ослабили. Он думает».       — Драконы мертвы, дядя.       Ах, да. Разумное возражение, исходя из знаний Зуко.       «Смею ли я? Он всё ещё любит моего брата и боится его. В случае ошибки я сильно рискую».       Цена была очень высока. Но цена для его племянника, для всего мира, если он позволит Зуко снова скатиться в этот ужасный омут сомнений… Мысленно скрестив пальцы, Айро вознес молитву.       — То же говорили и об Аватаре.       Вот теперь Зуко рывком освободился, потрясенный.       — Ты солгал дедушке?       «Осторожно. Осторожно».       — Дух Луны обучил покорителей воды, мой племянник. Неужели ты бы последовал путем Джао и пролил его кровь?       — Нет! — Зуко отпрянул в ужасе. — Поэтому дух и пришел… И я…       Он порывисто отвернулся, сжав кулаки.       Айро напрягся, узнавая затаенный стыд, то, как Зуко развернул голову, чтобы шрам прикрыл его выражение лица. «Он никогда не плачет. Никогда, с тех пор, как леди Урса…»       — Это я виноват в её смерти?       «Юи». Он рассказал племяннику всё за долгие недели дрейфа на плоту. Принцесса проявила редкое мужество, отдав жизнь за свой народ. Она заслужила, чтобы её помнили.       — Нет, — твердо ответил Айро. — Ты не знал планов Джао. Я не знал. Я не смог вовремя его остановить. Её смерть была храбрым поступком и её собственным выбором. Ты не виноват.       — Но это я забрал Аватара, — Зуко сглотнул, но в горле было сухо. — Будь он там… Если бы та покорительница воды не последовала за мной, она была бы там, и… Если бы я знал, я бы…       Айро сохранял голос ровным, чувствуя обрыв, на котором балансировал его племянник.       — Что бы ты сделал?       — …Я бы подождал.       «Не кричи на него, — убеждал себя Айро, но вздоха скрыть не смог. — Он был потерян долгое время. Нельзя ожидать, что он мгновенно узнает путь».       — А будь ты там, и Джао одолел бы их, что бы ты сделал?       — Я не предатель!       — Нет, не предатель, — кивнул Айро. — И я не верю, что ты когда-либо станешь им. Что бы ты ни выбрал.       Зуко покачал головой, словно отгоняя боль.       — Сейчас это неважно. Она мертва.       У Айро несколько полегчало на сердце, когда он уловил смысл сказанного.       — Ты бы помог Луне.       — Я бы не стал помогать Аватару!       — Я и не говорил про покорителя воздуха, племянник, — осторожно сказал Айро. — Двое, сражающиеся за одну цель, не всегда являются союзниками. — Он пожал плечами, словно это были какие-то мелочи. — Признаюсь, мне интересна причина такого выбора. Это было бы благородное деяние, но ты обычно неодобрительно относишься к духам.       — Это духи не одобряют меня, или ничего этого не случилось бы, — ядовито бросил Зуко. Он закрыл глаза и сжал пальцами переносицу, подавляя чувство безысходности. — Дядя, если ты не заметил, прошлые три года мы жили на корабле. Не наблюдай мы за луной, мы бы погибли. — Оглушительный вздох с намеком на струйку дыма. — Нам нужны припасы, а потом мы тронемся в путь.       Кивнув головой, Айро последовал за племянником на рынок. Ноги у него по-прежнему гудели, зато на сердце стало не в пример легче.       «Его дух ранен, но всё ещё сражается. Ему просто нужно время. И немного… вдохновения».       — Эй, вы только взгляните на маленького дезертира, — протянул самоуверенный голос. — Что, на фронте для тебя слишком жарко?       «Духи, — мрачно подумал Айро, сверля взглядом массивного мечника Царства Земли, с усмешкой глядящего на них, — и это ваша помощь?»

***

      Терпение. Терпение и тени.       «Кого ты пытаешься надуть, старик? Этот мальчишка не лекарь».       Дождаться нужного для удара времени.       «Его семья заплатила тебе, чтобы ты принял его, или ты просто подобрал бродяжку?»       Дыши. Сиди на корточках. «Там».       — Кто здесь?       Мечник — да. Хороший — нет. Захват, толчок, использовать крепкую стену против столь же крепкого черепа.       Мужчина отключился. А мечи…       Пируэт, и они прорезали воздух. Зуко чувствовал их движение, не как отдельные лезвия, а как две половины одного целого.       «Неплохо. Не идеал, но неплохо».       Откуда у этого хвастливого подонка взялись мечи, достойные мастера, он мог только гадать. Одно было ясно: ублюдок плохо о них заботился.       Вложив дао в ножны, Зуко растворился в ночи. В городе не было нормальной ночной стражи, но всегда оставался шанс наткнуться на пьяного бродягу, особенно при свете полной луны.       Он благополучно добрался до их ночлега на сеновале в конюшне. Трактирщица не стала настаивать на аренде комнаты после того, как дядя обработал её с помощью горячих камней и лести. О чем Зуко вообще не хотел задумываться. Никогда.       Маску Зуко приткнул под гору припасов, которые дядя заставит его упаковать утром. С дао следовало поступить так же.       «Нет. Я завоевал их. Они заслуживают лучшего».       Он не стал обременять себя при набеге на Северный полюс, потому что изначально рассчитывал, что придется плыть. Но он всегда имел при себе набор для чистки, с тех самых пор, как начал учиться фехтовать. Во время вторжения, на плоту, во время безумного бегства от Азулы — всегда. Вынув из ножен парные мечи, Зуко осмотрел лезвие в поисках зазубрин и царапин и принялся за работу.       — Мне было интересно, разыщешь ты его или нет.       Зуко замер с точильным камнем в руках, затем возобновил работу.       — Ты не заставишь меня вернуть их.       — Нет, — задумчиво отозвался дядя Айро, усевшись скрестив ноги на свою постель. — Наши шансы повысятся, если ты будешь вооружен. Хотя завтра нам лучше выйти пораньше. — Он пригладил бороду. — И раз наши люди не доложили о твоем дополнительном умении даже после допроса Джао — и, поверь мне, он их допрашивал, когда рекрутировал в свой флот — никто не соотнесет эту кражу с нами.       Зуко стоило немалого усилия не поморщиться.       — Кража? Мы на войне!       — Народ Огня — может быть, мы — нет, — Айро строго взглянул на него. — Ты всегда хранил свою честь, принц Зуко, не теряй её из-за отчаяния. Предводитель солдат никогда не позволит мародерствовать. Это порождает ненависть к Народу Огня, люди не видят будущего гармоничного правления, а только кровавую жажду завоевания, которую невозможно утолить. — Его суровый взгляд смягчился. — Мудрый лидер прежде всего управляет собой.       Сталь жгла ему руки. Зуко сглотнул и отложил её в сторону.       — …Он назвал тебя лжецом.       — Всегда найдутся те, кто думает о людях лишь самое плохое, — легко отозвался Айро. — Ты не дезертир, принц Зуко. Мы оба это знаем.       «Правда?»       — Мой маскарад целителя никого не обманет! — Сдерживай свой темперамент. Сдерживай. Солома и огонь плохо сочетаются друг с другом. — Дядя, это безумие, я ни за что… чтобы научиться исцелять по-настоящему, требуются годы. Очевидно же, что я не смогу… У меня не получится!       Вздох. Но судя по звуку, не смирения и не разочарования. Скорее… решительный.       — Племянник, — тихо сказал Айро. — Иди сюда.       Прикусив губу, Зуко подчинился.       — Сядь, — приказал Айро, запалив на ладони небольшой огонек. — Огонь и исцеление связаны теснее, чем думают многие. Огонь это не только разрушение, это страсть, воля и сама жизнь. И эта жизнь может влиять на другие жизни. — Он поднес пламя ближе к Зуко. — Возможно, матушка показывала тебе это.       «Моя мама?»       — Движения такие же, как те, которыми ты создаешь тепло. Только вместо тепла твоего тела используй пламя. Осторожно… не тяни, а примани его к себе… смешай энергию пламени с твоей собственной…       Такое ощущение, будто под ногами провалился лед. В один миг это было пламя, а в следующий…       «Светлее. Совсем другое».       Круговые движения образовывали ритм, напоминающий ему движение Аватара, которым тот вызывал из спокойного воздуха шторм, или движение покорительницы воды, которым та превращала волны в лед. Огонь был не просто пламенем, его приходилось заманивать, удерживать, убеждать…       — Хорошо, — тихо сказал дядя. — Теперь посмотрим, чем ты можешь помочь ноющим ногам старика.       Растерянно моргая — с каких пор его пламя содержало частички зелени? — Зуко потребовалось некоторое время, чтобы осознать слова дяди. «Он же не серьезно».       — Попробуй, — подзадорил его Айро. — Просто попробуй. Если не сработает, можешь назвать своего старого дядю дураком, и мы поищем другой способ.       — Не говори так! — рявкнул Зуко с болью на сердце. «Я сказал так. Потому что хотел в это верить. Потому что в противном случае Азула снова врала, а я так хотел поехать домой…» — Ты не дурак, ты не лжец, и он не имел права!       «Никто больше не скажет дяде такого. Никогда».       Зеленое. Яркое, как лунный свет. Не жаркое, но теплое как летний полдень.       «Долго мне его не удержать…»       Близко, однако не касаясь кожи. Вытянув руки вперед, он проводил ладонями над уставшими от ходьбы лодыжками, чувствуя, как сила уходит из него, подкармливая ослабленную энергию. Перед его мысленным взором участки медного цвета разогрелись до оттенка старинного золота.       — Хватит, — твердо сказал дядя, пошевелив пальцами на ногах. — Обрати энергию на себя и дай мне перенаправить то, что я смогу.       Теплая волна, в которой искры боли сгорали, как высохшие листья. Зуко сбился с ритма и пламя исчезло в струйке дыма.       — …Я не смог его удержать. — Он не будет плакать. Даже если он… устал. Так устал от провалов.       — То, что ты смог его вызвать — гораздо больше того, чего удалось достичь мне.       Зуко уставился на него. Айро криво улыбнулся.       — Твоя матушка много раз показывала мне ката, но я им так и не овладел. Она сказала, что ката передавалось по наследству в её семье. Техника, основанная на легенде. Секрет и дар от Кузона из Бьякко.       — Кузон? — побледнел Зуко.       — Дед твоей матери. Могущественный покоритель огня с большим чувством юмора, судя по его письмам, — Айро вопросительно приподнял бровь. — Ты слышал это имя?       Зуко сглотнул.       — Аватар… Я слышал, как он упоминал это имя, — вроде как. — Некто, кого он знал сто лет назад.       — Кузону было пятнадцать, — задумчиво сказал Айро. — Это возможно. И, возможно, именно поэтому я так и не овладел этой техникой. Я изучал покорителей воды, но я никогда не сражался на равных против покорителя воздуха.       «Сражался на равных. Целых две минуты».       — Зачем ты изучал покорителей воды?       — Мудрость можно черпать из многих источников, принц Зуко. Разве ты не изучал ту покорительницу воды, которая победила тебя?       Зуко очень старался не зарычать.       — …Да, — и лучше бы к следующему разу она запаслась новыми трюками. Он не собирался снова быть раздавленным под глыбой льда.       — Изучай её не только для того, чтобы победить, изучай то, что может пригодиться для твоих собственных форм, — посоветовал Айро, осторожно поглаживая племянника по спине. — Тебе больно?       Зуко нахмурился.       — Нет, — что было полной бессмыслицей.       Его дядя улыбнулся.       — Тогда, кажется, принц Зуко, мы не будем лгать.       Тут до Зуко дошло, и он с протестующим стоном закрыл лицо руками. «О, Агни. Мне придется пройти через всё это».       — Теперь отдыхай, — Айро взлохматил его короткие волосы. — Закончишь с клинками утром.