Крючок, леска и поплавок

Брюсу пришлось бы признать, что как только небо начало темнеть, атмосфера у костра постепенно становилась вполне идиллической. Огонь облизывал деревянные ветки, и они тихо потрескивали. Было б совсем хорошо, если бы не кое-кто, всё пытающийся нарушить мирную тишину. – Ну ладно. Поиграем в правду или вызов? Брюс повернул палочку, на которой жарился зефир, поближе к огню, и изобразил гримасу. – Я не люблю эти игры. – Тебе есть что скрывать, или ты просто зануда? – Тони облизнул кончик пальца и пододвинул новую порцию зефира поближе к костру. – Склоняюсь к мысли, что скорее первое, чем второе, но могу ошибаться. На миг показалось, что Брюс Уэйн колеблется: то ли воткнуть палку с зефиром Тони в глаз, то ли просто встать и уйти. Но он не сделал ни то, ни другого, только вздохнул. Каблуки глубже врезались в землю, когда он поерзал на бревне. – Тогда правда. Зловещая улыбка засияла на лице Тони. – Назови имя последнего человека, с которым ты переспал. Брюс посмотрел на огонь и нахмурился. – Никак не угомонишься? – Неа. Брюс посмотрел ему в глаза. Тони затаил дыхание. Оба проигнорировали визгливые птичьи крики над головой. – Я не хочу прочитать об этом в US Magazine, когда мы вернемся. Старк быстро прочертил указательным пальцем на груди крест – «чтоб я сдох». Уэйн криво улыбнулся. – Кларк. На этот раз вернувшаяся чайка успешно стащила пакет Doritos, и Тони даже не обратил на это внимания. – Ага. Да-да-да, конечно. Очень хорошая попытка, Уэйн, почти поверил. А теперь правду. Брюс порадовался, что опустившаяся темнота скрыла залившую щеки краску. Уголки его рта дернулись, и он перевел взгляд на чайку, сражающуюся с пакетом чипсов. – Правдивее не будет. Старк, обычно не лезущий за словом в карман, умолк, ошеломленный откровенностью. – Правда. Ты не шутишь. Ты никогда не шутишь. Мой…бог. Как это прошло мимо меня? – тихо ойкнув, он отдернул загоревшийся зефир от костра. – Значит, ты говоришь…все те сплетни насчет тебя и Лили Олдридж… Брюс Уэйн опустил глаза, ресницы отбросили тень на его скулы. – Пообедали с ней пару раз. Она истинно прекрасная женщина. Но… Тони посмотрел на обгоревшие черные останки палочки. – Она была бородой. Вау. Брюс Уэйн – тайный гей, кто бы мог подумать. И зачем я поклялся – это же золото! Чистое золото. Ты точно не хочешь в ближайшем будущем выйти из шкафа? Со скептическим видом Брюс отодвинулся, потому что Тони вдруг оказался очень близко. – А ты точно хочешь вернуться домой, по-прежнему имея голову на плечах? Гений и миллиардер что-то неодобрительно пробормотал, нанизывая новую порцию зефира на палочку. – Не нужно мне угрожать, Оскар Уайльд. Я тоже скажу правду, потому что мне скрывать нечего. Несколько секунд его вынужденный партнер по игре смотрел в чистое темнеющее небо. – Ты когда-нибудь жалел, что выложил все про Железного Человека на публику? Тони казался немного разочарованным, будто ожидал какого-то более подковыристого вопроса. – Неа. В смысле, не что, чтобы я вываливал это, не зная, что будет потом. Брюс ответил проницательной и довольно таки кривой улыбкой. – Ты имеешь в виду, после того, как нарисовал на себе мишень размером со штат Калифорния? Нет, конечно, я просто не так выразился. Но вместо того, чтобы оскорбиться, Тони улыбнулся и покачал головой. – Поосторожнее, а то всё твоё притворное «я не беспокоюсь, а демонстрирую сарказм» растает как дым, Уэйн. Огонь затрещал достаточно громко, чтобы они оба услышали и замолчали. Брюс наклонился подкинуть в костер еще одну ветку. Старк, снимая с палочки зефир, обжег пальцы, зашипел и сунул их в рот. Потом облизал и посмотрел на своего соседа с победной улыбкой. – Опять твоя очередь. Ох, хочу еще одну такую же отличную штуку, как предыдущая. У Брюса чуть глаза на лоб не вылезли. – Хватит с меня этой игры. Старк надулся. – Да ладно, всего один вопрос, и потом всё. Правда или вызов. Секунду Брюс сверлил его глазами, пытаясь выбрать меньшее зло. – Тогда вызов. Тони пододвинулся к нему, облизал губы, в его глазах сверкнул проказливый огонек. – Так предсказуемо – и чудесно. Тогда я бросаю вызов: поцелуй меня. Прямо в губы. С языком или без, как хочешь. Уэйн остолбенел. – Что? Нет! Старк опешил: – Прошу прощения? Нет? – Именно так. Нет! Тони заметно скис. – Так не положено. Уэйн молча стряхивал почти растаявший зефир с веточек. Старк смотрел на него сначала недоверчиво, потом с раздражением. – Почему ты целуешься с другими парнями, но не со мной? Уж конечно не из-за моей внешности, потому что, Уэйн, признаем: я горяч. Тогда в чем дело? Я не твоего типа? Тот Кларки блондин? Я тоже шикарен в блонде, если б ты увидел ту мою фотосессию в 2008-м, и…. Разгневанный Брюс зашвырнул свою обгоревшую ветку в огонь и встал. – Пожалуйста отмени мою подписку на твои проблемы. Я иду спать. Тони тоже встал, то ли чтобы поспорить, то ли протестовать, но их прервал жалобный крик. С небес на землю рядом с пустыми пакетами от M&M's и чипсов упала чайка, издала еще один предсмертный вопль и испустила дух. Уэйн мрачно посмотрел на Старка: – Еще одна жертва на твоей несуществующей совести. И резко пошел к трейлеру. Тони задумчиво посмотрел на мертвую птицу. – Как думаешь, она съедобная? Кто знает, вдруг по вкусу как цыпленок? Металлическая дверь трейлера громко захлопнулась.