Осколки. Книга 3

Прошло четыре дня с того разговора с Дженни, наступила пятница, и Чарли приехала забрать Тэсс из школы. Она приехала слишком рано, до звонка, а Тэсс еще нужно было собрать вещи перед поездкой домой, так что Чарли приготовилась ждать ее не меньше пятнадцати минут. Тэсс еще ничего не знала. Про Дженни. Чарли не стала сообщать ей об этом по переписке и решила сказать все при личной встрече. Ей нужно было видеть глаза Тэсс в тот момент, когда она об этом узнает. Это было для Чарли самым важным. За эти четыре дня Чарли много думала о том, что происходит между ней и Тэсс. И думать об этом было уже не так страшно, как раньше. Льюис был прав – после расставания с Дженни Чарли ощутила облегчение. Ведь из списка ее грехов исчезла хотя бы измена. «Теперь я честна и никого не обманываю, - утешала себя Чарли. – Я самый что ни на есть честный педофил. Отлично». Чарли научилась шутить над собой и спокойнее относиться к своей влюбленности. В конце концов, Льюис прав, и Тэсс не вечно будет тринадцать. Она взрослеет на глазах, и совсем скоро с ней можно будет встречаться официально. Чарли старалась не думать о том, что ей самой к тому времени уже стукнет тридцать, потому что эта круглая цифра по-настоящему пугала ее, и Чарли живо воображала, как восемнадцатилетняя и прекрасная Тэсс будет потешаться над ней и обзывать старушенцией. И вместе с тем, думать об этом было приятно. Фантазировать об их общем будущем было приятно. Чарли казалось, что ничто сейчас не может испортить ей настроения. Даже охлаждение, наступившее в их с Ричардом отношениях, не особо огорчало ее. Она помнила слова Льюиса о том, что к Ричарду нужно проявить терпение и понимание, если в первое время он встанет на сторону Дженни. А он так и сделал. В тот вечер, когда Чарли вернулась от Дженни домой, Ричард первым делом спросил ее: - Ну как? Как она? - Не очень, - Чарли вздохнула. – Плачет. Я думаю, тебе стоит поехать к ней и побыть с ней. И услышав о том, что его сестра плачет, Ричард словно окаменел. В его голосе звенел лед, когда он спросил: - А ты что будешь делать? Позовешь Тэсс, пока меня не будет, и начнешь праздновать освобождение? Чарли не стала обижаться на эти злые слова. Не только потому, что Льюис предупреждал ее о таком поведении Ричарда, но и потому что она была слишком счастлива, чтобы обижаться. Ей казалось, что она наконец-то сняла с плеч груз, который носила десятилетиями. В какой-то степени так и было. - Не дури, - ответила Чарли спокойно. – Тэсс сейчас в школе, и ты прекрасно об этом знаешь. Я не могу забрать ее на ночь глядя в будний день. - Но забрала бы, если бы могла… - пробормотал Ричард. Чарли ничего не ответила, потому что это могло бы закончиться очередным скандалом, после которого последовало бы утомительное примирение и тяжелое чувство вины. Она знала, что не пройдет и пары дней, как Ричард пожалеет о своих словах, знала, что ему будет больно, что он начнет разрываться между ней и Дженни, и потому она просто промолчала и ушла в свою комнату. Почти все последующие дни Ричард провел у сестры. И Чарли думала, что он так поступает вовсе не потому, что Дженни умирает от горя. Она была уверена, что с Дженни все в порядке, и она не рыдает ночи напролет в подушку. Она понимала, что Ричард просто избегает ее. И предпочитает проводить время с сестрой, с которой у них сейчас столько общего. Они оба могут обсудить то, как это тяжело и больно, когда тебя бросают. Когда тебя не любит тот, кого ты любишь. Когда мир, который раньше, в присутствии любимого человека казался таким огромным и прекрасным, теперь вдруг уменьшился до размеров игольного ушка, сузился и поймал тебя в тиски боли и одиночества. Пару раз Чарли разговаривала по телефону с Льюисом. Он искренне радовался за нее и желал удачи. И его поддержка вселяла в Чарли надежду, которую не могла убить даже холодная враждебность ее лучшего друга. «Это пройдет, - говорила себе Чарли. – Это у него пройдет. Он смирится и успокоится. Просто ему на это нужно время». Прошло пятнадцать минут, а Тэсс все не было. Звонок уже прозвенел, и из ворот школы начали высыпать пачками юные девочки с такими большими сумками в руках, словно они переезжали в другую страну, а вовсе не отправлялись на выходные домой. Чарли вглядывалась в их лица, пытаясь понять, есть ли у них что-то общее с Тэсс, помимо одного возраста. Но сколько бы Чарли ни всматривалась, ничего общего она не находила. У других девочек были беспечные, пустые, чуть глуповатые лица. На некоторых из них застыло равнодушие с примесью жестокости – выражение, которое так часто можно увидеть на лице подростков. Словно им было плевать на весь мир, словно они всему миру готовы были сказать «отвали». Другие девочки были грустными и как будто испуганными, и Чарли догадалась, что, скорее всего, в школе они занимают место забитых аутсайдеров. Вечная настороженность в глазах, словно в любой момент на них могли напасть и обидеть, выдавала в них несчастных овец, которых ведут на заклание. Тэсс была не такой. Она не была похожа ни на одну из этих девочек. Она не была ни аутсайдером, ни будущей примадонной с искаженным от вечного снобистского раздражения лицом. Она не была запуганной, не была пресмыкающейся. Она не унижала и не унижалась. Она жила так, словно знала какую-то тайну, о которой понятия не имели все эти еще не оперившиеся глупые девчонки. Этой тайной блестели ее глаза, когда она улыбалась. И благодаря этому знанию никто не смел обидеть Тэсс, благодаря этому другие девочки уважали ее и побаивались. Тэсс была особенной, она не вписывалась ни в одну классификацию, и Чарли была уверена, что это не просто ее субъективное влюбленное мнение. Она знала, что так оно и есть. Тэсс просто особенная, не от мира сего. «Такая же, как я. Я знаю это, потому что я сама такая». Чарли даже попыталась вообразить, как она закрутила бы роман с одной из этих школьниц. Ей было интересно, является ли ее педофилия всеобъемлющей патологией, или же это явление распространяется только на Тэсс. Она представила, как посадила бы какую-нибудь из этих девчонок к себе в машину, как обняла бы ее… А дальше Чарли ничего представить не смогла, потому что ей стало противно. Так же противно ей становилось когда-то давно, когда она сама была подростком, но еще не знала о своей ориентации. В то время Чарли просто в дрожь бросало от мыслей о том, что ей придется когда-нибудь поцеловаться с мальчиком и заняться с ним сексом. Эти мысли были столь же отвратительны, как и мысли о том, чтобы обнять и поцеловать одну из девочек-подростков. Хоть кого-то кроме Тэсс. Конечно, все это было слабым утешением, но Чарли все равно стало немного легче. Она понимала, что влюбилась в Тэсс не потому, что той было тринадцать, а потому, что она была особенной. Ее Тэсс. Ее Тэсс бежала к машине и махала рукой. Всего одна сумка, та самая вечная и бесконечная тряпочная сумка была перекинута через ее плечо. Ее Тэсс улыбалась и торопилась скорее обнять ее. «Господи боже, да как же я жила без этого раньше?» – спросила себя Чарли, но тут же напустила на себя обычный серьезный вид, чтобы не выглядеть тающей от счастья идиоткой. - Чарли! Как я рада, что ты приехала за мной! – воскликнула девочка, влетая в машину и бросаясь Чарли на шею. От нее дохнуло сырым и свежим мартовским воздухом с примесью морской соли, и Чарли тут же вспомнила одни из своих первых гастролей, когда она приехала в Ирландию ранней весной и гуляла по морскому побережью, в полном одиночестве, оторвавшись от ребят и ощущая заполняющий все ее существо покой. В тот момент она ощущала такое умиротворение, словно море сделало ее вдруг цельной, подарило ей недостающую часть ее самой. То же самое Чарли чувствовала всегда, когда обнимала Тэсс. Тэсс была ее морем. - Опять ты без шапки бегаешь… - вздохнула Чарли, несмело проводя рукой по волосам девочки. - А ты опять ворчишь, - Тэсс состроила дразнящую гримаску, но тут же расплылась в улыбке: - А куда мы поедем? - Это сюрприз. - Ну скажи! - Не скажу. При мысли о сюрпризе Тэсс пришла в крайнее возбуждение, и Чарли еле удалось затащить девочку в кафе, чтобы та немного поела после школы. - Ешь! – строго приказывала Чарли, пытаясь впихнуть в Тэсс четвертый кусок пиццы. - Но я больше не могу! - Ешь, а то не вырастешь! - Чарли, я все понимаю, ты хочешь, чтобы я поскорее выросла, но я все равно не вырасту прямо сейчас, даже если сожру пять таких пицц! В конце концов они пришли к компромиссу и съели кусок вместе, а потом сели в машину и поехали к таинственному сюрпризу Чарли. Тэсс не отставала от девушки и продолжала допытываться: - Чарли, ты что, похитила меня? Ты знаешь, что за похищение несовершеннолетней тебя могут посадить? - Да плевать. - А куда ты меня отвезешь? В мотель? - Ага, размечталась! Извращенка малолетняя. Тэсс лукаво улыбнулась, и, судя по этой лукавой улыбке, не сходящей с ее лица весь остаток пути, она мечтала о том, как Чарли отвезет ее в мотель. Чарли такие ее фантазии уже не смущали, и на какое-то время она в самом деле почувствовала себя главной в их отношениях. - А как все-таки было бы здорово, если бы ты меня похитила! – мечтала Тэсс. – Мы бы ехали долго-долго, ехали куда глаза глядят. Останавливались бы в придорожных мотелях и представлялись бы сестрами, чтобы никто ничего не заподозрил. А ты носила бы темные очки и длинный светлый парик, чтобы тебя никто не узнал! И мы бы ехали вдоль морского побережья, и ветер развевал бы наши волосы. И в конце концов мы бы приехали туда, где нас никто не знает и остались бы там. И жили бы долго и счастливо. - Фантазерка, - Чарли улыбнулась. И подумала, что это в самом деле было бы здорово. - Мы были бы свободными, как птицы… - вздохнула Тэсс. – Никто не смог бы добраться до нас. Может, ты все-таки похитишь меня, а, Чарли? - Может. Когда-нибудь, - Чарли улыбнулась. – Когда совсем дойду до ручки, я так и сделаю, обещаю. Тэсс рассмеялась. И пусть это были всего лишь шутки, Чарли вдруг стало грустно от того, что они никогда не смогут стать правдой. Никогда она не сможет оторвать Тэсс от ее семьи, от ее учебы и блестящего будущего. А сама никогда не сможет бросить свою группу, да и вряд ли на этой планете найдется место, где ее совсем никто не узнает. Разве что в каких-нибудь бедных африканских племенах, где у людей нет даже радиоприемников. Чтобы украсть Тэсс и жить с ней где-нибудь долго и счастливо, Чарли потребовалось бы бежать на необитаемый, затерянный в океане остров. И к собственному ужасу Чарли подумала, что это было бы круто. После того как они проехали кладбище, Тэсс задергалась и заволновалась по-настоящему. - Мы едем в какое-нибудь жуткое место, да? – спросила она. – Ох, Чарли, ну скажи, я больше не могу! - Господи, какая же ты нетерпеливая, - Чарли покачала головой. – Сейчас сама все увидишь. Мы уже выходим, дальше машина не проедет, и придется нам немного прогуляться. Кладбище осталось позади, Чарли остановила машину, и Тэсс пулей выскочила из нее, в растерянности оглядываясь. - Куда нам идти? – спросила она. - Вон туда. На тот холм, - Чарли выбралась из мерседеса и махнула рукой в сторону пологого холма, выросшего у них на пути. - А что там? Наверху? - Пойдем и увидишь, - Чарли с улыбкой протянула Тэсс руку, и девочка, не веря своему счастью и несмело улыбаясь, тут же уцепилась за нее. Ее ладонь была прохладной, и Чарли крепче сжала ее, защищая от холодного мартовского ветра. И они пошли в гору, держась друг за друга, чтобы не оступиться на скользких присыпанных легким снегом камнях. А когда они забрались наконец на вершину холма, Чарли подвела Тэсс к самому его краю, чтобы насладиться реакцией девочки. - Господи… как же красиво! – воскликнула Тэсс. Ее глаза вспыхнули восторгом, а на щеках загорелся румянец нежно-алого цвета. Внизу под их ногами простиралась безлюдная долина, упирающаяся в круглое, словно тарелка озеро. На берегу озера стояли покосившиеся и словно прижимающиеся друг другу маленькие домики, давно заброшенные. Синее и ясное весеннее небо как будто растворялось в водной глади, великодушно позволяя озеру стать своим продолжением. Ни звука не было слышно в этой абсолютной тишине природы, словно это место стало средоточием покоя на земле, вселенской усыпальницей, колыбелью молчания. Тэсс прижалась к Чарли, обнимая ее второй рукой и глядя вниз, восхищенно, но, как показалось Чарли, слегка недоверчиво. Словно бы Тэсс боялась, что все это лишь сон, и она вот-вот проснется. Словно бы она не верила, что Чарли в самом деле привела ее сюда, ведь раньше она ничего подобного не делала. Точно так же Тэсс смотрела на те сережки с пуантами, которые Чарли подарила ей в их первое Рождество после нескольких месяцев знакомства. И Тэсс вглядывалась в эту долину, в это озеро с такой жадностью, словно все это могло в любой момент рассыпаться, раствориться у нее на глазах. Словно Тэсс боялась не успеть на это наглядеться, и ей хотелось впитать красоту, пока та не исчезла. - Я давно хотела привести тебя сюда, но все ждала какого-то особого случая, - смущенно проговорила Чарли. – Я нашла это место случайно, когда после посещения кладбища слонялась по окрестностям. С тех пор я часто сюда прихожу. Один раз я даже спускалась в эту долину и подходила к самому берегу озера. Те домики заброшены, но сохранились довольно неплохо. Если хочешь, мы потом в них залезем. - Правда? А можно? То есть…. все это взаправду, да ведь, Чарли? – Тэсс подняла на Чарли свой опьяневший от счастья взгляд, и Чарли улыбнулась, с нежностью погладив девочку по волосам. - Конечно взаправду. Сегодня это место принадлежит тебе. До этого оно было только моим, но сегодня я решила, что пора уже поделиться им с тобой. - Чарли… ты говорила, что ждала какого-то особого случая, чтобы показать его мне, - Тэсс прищурилась. – Сегодня, что, особый случай? - Да, - просто ответила Чарли и почувствовала, как Тэсс замерла, ожидая продолжения. - Тэсс. Я должна кое-что сказать тебе, - Чарли выпустила руку девочки, расстегнула куртку и, потянув за цепочку на шее, вытащила из-под футболки кулон в виде сердца, подаренный Тэсс. - Ты… ты надела его… - прошептала Тэсс. – Но почему? - Потому что я поговорила с Дженни. Теперь она все знает. Мы с ней расстались, Тэсс. Все кончено. Тэсс зашевелила губами, но не смогла произнести ни слова, ни звука. Она уставилась на Чарли своими огромными глазами, и Чарли заметила, что от волнения ее веснушки как будто проступили еще ярче. Тэсс была такой милой, и так хотелось прижать ее к себе, но Чарли терпела, давая Тэсс время прийти в себя и осознать услышанное. На мгновение Тэсс как будто неуверенно улыбнулась, а потом вдруг стала серьезной. - Чарли, я… не должна радоваться этому, - прошептала она. – Тебе наверное сейчас тяжело и грустно, и… - Тэсс, все нормально. Радуйся, - улыбнулась Чарли. Еще одна неуверенная улыбка. - Правда? - Правда, Тэсс. Можешь радоваться сколько хочешь, потому что я тоже очень рада. И снова Тэсс улыбнулась – на этот раз счастливо и открыто, а потом рассмеялась и тут же расплакалась. И тогда Чарли подумала, что не зря она оттягивала этот момент и ничего не говорила Тэсс по телефону. Это того стоило. Сказать ей об этом именно сейчас, именно в этом месте, оно того стоило. Тэсс прижалась к ней, крепко, отчаянно, и дышала она тяжело, надрывно. - Господи, Чарли, я не верю… я не могу в это поверить… Я просто не могу, Господи боже, я даже не надеялась, но я так ждала этого, так хотела этого, прости меня, но я очень этого хотела… не должна была, но так хотела… - Я знаю, Тэсс. Все нормально, - Чарли осторожно гладила девочку по волосам, потому что она наконец-то могла себе это позволить. Обнимать Тэсс и прикасаться к ней без пожирающего ее чувства самоуничижения. - Значит… - Тэсс всхлипнула и чуть отстранилась от Чарли. – Значит, мы с тобой теперь… вроде как… ну, встречаемся? Чарли заметила смущение девочки, и ее это тронуло. Тэсс, которая еще никогда ни с кем не встречалась, боялась поверить, что с ней захочет встречаться сама Шарлотта Брайтли. - Да, - подтвердила Чарли с улыбкой. – Будем считать, что встречаемся. Не официально, конечно, но… Но Тэсс больше не дала ей сказать ни слова и бросилась Чарли на шею. Она смеялась и плакала. Чарли, конечно, ждала таких бурных восторгов, но все равно она даже не думала, что это будет так приятно. - Ты моя девушка… - прошептала Тэсс, пробуя эту новую фразу на вкус. – У меня теперь есть девушка, и это ты…. Я не могу, никак не могу поверить в это, Чарли! - Ничего, еще поверишь. А потом я тебе еще и надоем, вот увидишь. У вас, подростков, все так быстро меняется… - Ага, еще скажи, что я брошу тебя, потому что влюблюсь в Бибера. Чарли расхохоталась. Они смеялись, обнимались и любовались прекрасным пейзажем, нетронутой красотой природы. А потом спустились в долину и направились к берегу озера. Чарли пообещала Тэсс, что покажет ей еще одно свое любимое место – высокие круглые камни, на которых она часто сидела, наблюдая за легким движением воды. - Сегодня у нас не получится посидеть здесь слишком долго, потому что на улице еще довольно холодно, но полюбоваться закатом мы успеем, - сказала Чарли и достала из рюкзака заранее припасенное теплое одеяло, постелив его на самом высоком и большом камне. Они с Тэсс легко уместились на нем вдвоем, и девочка прижалась к Чарли, свесив ноги вниз, к воде. - Вот было бы здорово приехать сюда как-нибудь летом, - проговорила она мечтательно. – Можно было бы сидеть на теплых, прогретых солнцем камнях, опустив ноги в воду… Давай потом так и сделаем, а, Чарли? - Давай, - согласилась Чарли. Да, пусть они не могли сбежать на необитаемый остров, но уединенное озеро вполне могли себе позволить. Солнце начинало клониться к горизонту, разделив небо на две равные части – ярко-синюю и красновато-оранжевую. На границе эти два цвета смешивались в холодном фиолетовом оттенке, словно растекающаяся акварель. Солнце казалось матовым и каким-то неестественно красным, оно горело мертвым светом, будто фара автомобиля. Это был один из самых жутких и прекрасных закатов, которые Чарли когда-либо доводилось видеть. - Чарли… а как Ричард ко всему этому относится? Он сильно рассердился на меня? – спросила вдруг Тэсс совсем тихо, но по тону ее голоса Чарли поняла, что этот вопрос сильно тревожит ее. - А с чего бы ему сердиться на тебя? – удивилась девушка. – Это на меня он теперь зол. Ведь я обидела его сестру. - Но ведь это я разлучила тебя с его сестрой… - Ну что ты, не говори глупостей. Ричард никогда не будет обвинять тебя ни в чем, он обвиняет только меня, потому что… - Чарли запнулась, потому что слова, которые она собиралась произнести, вдруг показались ей оскорбительными для Тэсс. - Потому что я еще ребенок, - грустно закончила за нее девочка. – Ричард считает меня слишком маленькой, чтобы на меня можно было возлагать ответственность, так? - Ну… примерно так, - пробормотала смутившаяся Чарли. - Я надеюсь… надеюсь, Ричард не считает, что ты меня совращаешь? Чарли пожала плечами и вздохнула: - Не знаю, Тэсс. Если честно, в последнее время я понятия не имею, что он там считает, и что вообще происходит у него в голове. Я со своей-то головой с трудом разбираюсь. - Я должна поговорить с ним. Я не хочу, чтобы вы с Ричардом ссорились из-за меня. Можно я как-нибудь зайду к вам? - Конечно. Заходи, когда захочешь. Вот только я не знаю теперь, когда Ричард будет дома. В последние дни он постоянно торчит у Дженни… - и снова Чарли запнулась, испугавшись этой темы. - Как она? – спросила Тэсс спокойно. – Как она все это воспринимает? - Нормально, - ответила Чарли неохотно. – Лучше, чем я думала. - Ты больше не боишься, что она расскажет о нас журналистам? - Нет… она этого не сделает, - Чарли вздохнула, собираясь с силами, чтобы произнести следующие слова. – Тэсс. Я должна сказать тебе кое-что про Дженни. Тэсс тут же ощутимо напряглась, но в лице ее ничего не изменилось. - В чем дело? – спросила девочка. - Мы с Дженни вроде как договорились кое о чем… Она сама мне это предложила, и я согласилась. Я очень надеюсь, что ты сможешь понять, почему я это делаю. И почему Дженни это делает. - Ну говори уже, Чарли! – Тэсс потеряла терпение, и Чарли различила в тоне ее голоса ужас. Словно бы Чарли могла сказать ей что-нибудь вроде: «Мы с Дженни расстались только на какое-то время, а потом снова собираемся быть вместе». Не желая больше мучить Тэсс, Чарли рассказала о том, что они с Дженни решили придерживаться официальной видимости отношений, чтобы не вызывать ничьих подозрений. - Ничего такого, просто будем видеться пару раз в месяц и посещать какие-нибудь людные места, типа выставок и театров. Также на интервью я продолжу говорить, что Дженни до сих пор моя девушка. Так будет лучше и для группы, и для нас с тобой. Ты понимаешь, Тэсс? – Чарли нашла в себе смелость взглянуть девочке в глаза. Тэсс смотрела на нее серьезно, задумчиво, совсем как взрослая. Смотрела так, как не могли смотреть все те глупые девчонки из ее школы. Смотрела грустно. Чарли не удержалась и коснулась ладонью ее холодной веснушчатой щеки, несмело погладила ее и прошептала: - Тэсс, прости меня, но это цена, которую нам придется платить. Мне тоже противно от этого вранья. Но либо так… либо никак. Ты понимаешь? - Понимаю, конечно понимаю, - Тэсс несколько раз быстро моргнула и с шумом выдохнула. – Это очень великодушно со стороны Дженни предложить такое. Я даже не ожидала. Я бы так не смогла… Меня уже почти мучают угрызения совести из-за того, что я разлучила тебя с такой хорошей девушкой. - Перестань, Тэсс. Это не твоя вина. Нас с Дженни разлучила жизнь. Причем уже давно. А второй шанс, который мы решили дать нашим отношениям, не сработал. И ты здесь не при чем. Так значит, ты не против того, чтобы официально она оставалась моей девушкой? - Нет, конечно, не против, - Тэсс кивнула, но вид у нее по-прежнему был потерянно-грустный. – Главное, чтобы она не была твоей девушкой на самом деле. А что там будут думать журналисты и фанаты, мне все равно. - Тэсс, я хочу, чтобы ты понимала – нам с тобой будет очень нелегко. Я знаю, что ты мечтала совсем не об этом, да и кто будет о таком мечтать? И если отношения со мной грозят стать для тебя сплошным разочарованием, то я пойму, если ты не захочешь их продолжать. Еще не поздно передумать. Я могу отвезти тебя домой, и мы сделаем вид, что ничего не было. - О нет, только не это! – Тэсс тут же горячо запротестовала. – Тем более, у нас с тобой не очень-то хорошо получается делать вид, что ничего не было! Я все понимаю, Чарли, я знаю, что будет нелегко! Но не думай, что ты сможешь напугать меня этим! Если уж я не испугалась в самом начале и затеяла все это, то ничто не заставит меня отступиться теперь! Я люблю тебя, и мне плевать, что будут думать об этом другие. - Но ты уверена, что тебе нужны все эти сложности? Ведь у тебя могли бы быть совершенно нормальные отношения с кем-нибудь твоего возраста, и эти отношения тебе не пришлось бы скрывать. - Чарли! Ну сколько раз уже повторять, что мне не нужен никто моего возраста! – бледные щеки Тэсс вспыхнули от возмущения. В ее зрачках отражалось алое марево заката, придающее ее облику некую потустороннюю решимость. – Мне вообще никто не нужен кроме тебя! Я маньячка-фанатка-однолюбка и просто психопатка, помешанная на всем, что связано с тобой, понимаешь ты или нет?! - Понимаю, - Чарли улыбнулась, чувствуя, как волна покоя разливается в груди, а ее напряженное сердце как будто погружается в сосуд с теплой водой и медленно оттаивает, расслабляется. Конечно, Чарли не ждала, что после ее уговоров и наставлений Тэсс вдруг передумает и решит бросить ее, но некая неуверенность и страх все же жили где-то глубоко внутри нее, причиняя боль. Чарли не осудила бы Тэсс, если бы та предпочла спокойную жизнь и отказалась от отношений с ней, ей было бы очень больно, но она не осудила бы такое решение и безропотно приняла бы его. - Ох, Чарли, даже думать не смей о том, что когда-нибудь я «опомнюсь» и брошу тебя! – воскликнула Тэсс. – Я просто ревную, вот и все! Как представлю, что вы с Дженни будете ходить вместе по всяким там шикарным ресторанам, обниматься, целоваться и изображать из себя парочку… - Ну-ну, попридержи коней! – Чарли усмехнулась. – Успокой свою бурную фантазию, Тэсс, я не собираюсь с ней обниматься и целоваться. - А она? Тоже не собирается? - Конечно нет! - Ты в этом уверена? - Да, на сто процентов. Так что, остынь, ревнивица. - Ну тогда ладно, - Тэсс улыбнулась. – Тогда мне легче будет с этим смириться. - Вот и чудненько. И вообще, Тэсс, если ты хочешь встречаться со мной, тебе придется усмирить свою ревность. Вокруг меня постоянно крутятся всякие дамочки, которые не прочь… ну ты понимаешь, - Чарли смутилась. – Дженни привыкла к ним и реагировала на них спокойно. Тебе тоже придется к этому привыкнуть. Я часто обнимаюсь с фанатками и фанатами на встречах. Не люблю это, но что поделаешь? Издержки профессии. - Ладно уж, переживу как-нибудь. Главное, чтобы ты не спала со своими издержками профессии, - буркнула Тэсс. - Ах ты маленькая извращенка! - Чарли легонько пихнула Тэсс в бок, и девочка рассмеялась. - Ну прости, Чарли! – выдохнула Тэсс. – У меня это пройдет, честное слово. Просто я все никак не могу поверить, что ты… выбрала меня. - Не уверена, что у меня был выбор. На допросе в полиции буду говорить, что это ты меня вынудила, - пошутила Чарли, и Тэсс звонко рассмеялась. Они еще немного посидели на камнях, пока солнце не растворилось в водной глади, а потом осторожно спустились на берег. Пошел снег, и Тэсс предложила забраться в заброшенные домики, пока на улице окончательно не стемнело и не похолодало. Чарли согласилась, она даже согласилась бы задержаться в этих домиках до темноты, потому что слишком долго ждала этой возможности – побыть с Тэсс наедине. И потому что не хотела домой, не хотела встречаться с молчаливым осуждением Ричарда, каждый взгляд которого словно говорил: «Ты улыбаешься, ходишь вся такая довольная, тебе хорошо, в то время как моя сестра страдает!». Но Чарли просто не могла запретить себе радоваться, даже при нем. Она слишком долго страдала и мучилась, и улыбка так соскучилась по ней, что теперь не сходила с ее лица, куда бы Чарли ни отправлялась и что бы ни делала. Заброшенные домики оказались открытыми, и Чарли боялась, что вандалы их разграбили, но к ее удивлению внутреннее убранство сохранилось неплохо. Особенно во втором домике, где Чарли и Тэсс решили задержаться. Несмотря на простоту обстановки, грубую деревянную мебель и отсутствие каких-либо украшений, в домике было довольно уютно. Даже мусора – всегдашнего обитателя городских заброшенных построек, здесь не было. Очевидно, вандалы просто не добрались до этого места, и оно сохранилось, можно сказать, в первозданном виде. Именно в таком, в каком его оставили хозяева. На кухонном окне даже висели посеревшие тюлевые занавески, а на подоконнике стояли засохшие растения в горшках. Тэсс задержалась у этих растений, и вид у нее снова стал печальный. - Даже кактус не выжил… - прошептала девочка, прикасаясь к сморщенному, похожему на картофелину растению. - Не трогай, а то уколешься! – испугалась Чарли и поймала Тэсс за руку. Несколько секунд они стояли молча, держась за руки, а потом Чарли как будто смутилась, отпустила Тэсс, и они пошли дальше гулять по комнатам. Но опускающаяся на долину темнота не дала им как следует обследовать обстановку и покопаться в вещах бывших владельцев. - Пора идти, - вздохнула Чарли. – А то у меня даже фонарика с собой нет. Не думала, что мы настолько здесь задержимся… - Пора бы тебе привыкнуть, что мы везде надолго задерживаемся, - Тэсс грустно улыбнулась. – Но может… мы все-таки немного посидим, перед тем как уйдем? – Тэсс махнула рукой на диванчик в центре гостиной. Вокруг дивана были грудами сложены какие-то старые книги и журналы. Конечно, Чарли не пришлось долго уговаривать. Они расстелили все то же одеяло на диване, чтобы не испачкаться, и сели отдохнуть. - Здесь так хорошо, так спокойно… - протянула Тэсс с улыбкой. – Спасибо, что привела меня сюда. - Да не за что… Тэсс вдруг взяла ее руку, поднесла к губам и поцеловала. Чарли замерла, растерянная, смущенная, напуганная. В этом неожиданном жесте было столько трогательной нежности и преданности, словно Тэсс нашла новый, очередной способ признаться ей в любви. Тэсс перевернула ее ладонь и снова поцеловала – на этот раз в запястье. Чарли почувствовала, как кровь зашумела у нее в ушах, заглушая даже бешеный стук сердца. - Всегда мечтала это сделать, - Тэсс лукаво улыбнулась. – У меня сегодня просто какой-то день сбывающихся мечт. До сих пор не верится… И так неохота ехать после этого домой. - Завтра увидимся, - прошептала Чарли. – Теперь я твоя на все выходные. - Точно! Я совсем забыла об этом! – обрадовалась Тэсс. – Теперь мы с тобой сможем видеться не один раз в неделю, а целых три! - Тэсс… - Чарли посерьезнела. – А твои родители? Они ничего не заподозрят? - А с чего бы? Тэсс хмыкнула. – Максимум, они начнут подозревать, что я встречаюсь с каким-нибудь мальчиком. Но если я скажу, что это ты, и они услышат твой голос, то сразу успокоятся. Говорю же, моих родителей волнует только, чтобы я не сломала себе жизнь, связавшись с каким-нибудь парнем, и не забеременела от него. Недавно мама посмотрела какую-то передачу про беременность среди подростков и сильно впечатлилась. Я бы даже сказала, излишне впечатлилась. Особенно ее поразила беременность двенадцатилетней девочки, которая решила оставить ребенка. А папашей оказался ее тринадцатилетний одноклассник. Вот ведь гадость какая, правда? Так после этой передачки мама несколько дней ко мне приставала, чтобы я обязательно рассказала ей, если какой-нибудь мальчик начнет за мной ухаживать, – Тэсс скорчила гримасу отвращения, как будто ее тошнило от одной только мысли о том, что за ней начнет ухаживать мальчишка. - Господи, знала бы твоя мама правду, она бы пожалела, что у тебя не завелся тринадцатилетний бойфренд, - вздохнула Чарли. - Не уверена, - Тэсс пожала плечами. – Мои родители такие странные, Чарли. Может, они наоборот бы обрадовались, что хотя бы беременность и исключение из школы мне не грозит. - Тэсс, даже если бы они обрадовались, в чем я сильно сомневаюсь, они все равно не должны ни при каких обстоятельствах узнать про нас, понимаешь? - Конечно. Неужели ты думала, что я что-нибудь расскажу им? Да я под дулом пистолета буду все отрицать! Я же не дура. Чарли вздохнула. - Да, я знаю, что ты не дура. Просто… мне не по себе от всего этого. Я убеждаю тебя скрывать правду от родителей, и это ужасно. Если вдуматься в то, что я сейчас делаю, то это ужасно. Не ожидала я, что дойду до такого, что вот такой станет моя жизнь. Чувствую себя преступницей… Да я и есть преступница. - Если ты преступница, то и я тоже… - Тэсс улыбнулась и придвинулась к Чарли ближе. – И сейчас я возьму и преступно поцелую тебя… И не успела Чарли в очередной раз предаться самоуничижительным размышлениям, как Тэсс прижалась губами к ее губам, и в ту же секунду все центры сознания Чарли, отвечающие за чувство вины, разом отключились, словно в них вырубили электричество. Бах – и все. И есть только эта темнота, и только эти теплые губы Тэсс в темноте. Теплые, ищущие, настойчиво изучающие ее. - Ты настоящая… - прошептала Тэсс на выдохе, отрываясь от Чарли через несколько долгих мгновений. – Я столько мечтала о тебе, что теперь мне не верится, что ты настоящая… Всю неделю я думала только о том нашем поцелуе в машине… Никак не могла поверить, что все это было на самом деле. - Я настоящая, Тэсс, - сказала Чарли серьезно, запуская ладонь в мягкие волосы девочки. Столько раз она мечтала затеряться в них пальцами, но отказывала себе в этом. – И я тоже думала всю неделю о том поцелуе. - Правда? – Тэсс улыбнулась. В сумерках ее глаза сверкнули. - Правда. Ты не выходишь у меня из головы ни на минуту. Маленькая чертовка. Тэсс кокетливо хихикнула и снова потянулась к Чарли губами. Чарли позволила ей поцелуй, но на этот раз сама оборвала его и сказала так строго, как только позволял ее охрипший голос: - Хватит, Тэсс. А то ты сегодня израсходуешь все полагающиеся тебе недельные поцелуи. Тэсс надулась, но спорить не стала, и Чарли обрадовалась этому. Послушание Тэсс успокаивало ее и внушало надежду на то, что она все-таки сможет быть главной, взрослой и мудрой. Потому что если бы Тэсс оказалась неуправляемой, Чарли сомневалась, что смогла бы сладить с ней. Они покинули заброшенный домик, держась за руки, и вернулись к машине. Всю дорогу до дома Тэсс они оживленно обсуждали свои планы на завтрашний день. Тэсс была так счастлива и возбуждена, что ее планы менялись с бешеной скоростью, словно девочка не знала, за что уцепиться, и ей хотелось заняться с Чарли всем и сразу. В конце концов, они решили выбрать подходящий вариант по погоде и по настроению. - Я заеду за тобой, и там видно будет, - сказала Чарли, когда они остановились у ворот дома Тэсс. – А теперь беги. Твоя мама уже звонила, значит, она волнуется. Не будем лишний раз ее нервировать. Тэсс кивнула и сжала руку Чарли. - Ты будешь скучать по мне? – спросила она с таким милым и очаровательным кокетством, что Чарли могла лишь улыбнуться и ответить: - Каждую секунду.