Осколки. Книга 3

Чарли сидела на диване в гостиной и вслух читала статью о себе из музыкального журнала. Тэсс лежала, положив голову ей на колени и внимательно слушала. Чарли искренне забавляла эта статья, написанная с таким подобострастием, что она буквально слышала придыхания автора между предложениями. Она старалась передать этот восторг интонациями своего голоса, а Тэсс хихикала, не переставая. Ричард уехал на все выходные к родителям, и они снова были совсем одни, снова предоставлены сами себе. Напротив кровати негромко шелестел вентилятор, то и дело направляя на них струи прохладного воздуха. Окно же было закрыто, а шторы плотно задернуты, чтобы в комнату не проникал жар заходящего солнца. Они сидели в легком, каком-то невесомом и теплом, волшебном полумраке. Стрекотание вентилятора, струи воздуха, медленно перегоняемые по комнате туда и обратно, узкие полоски солнечного света, пробивающие через шторы и расчерчивающие пол огненными полосами. Мягкие волосы Тэсс, щекочущие ее голые колени. Улыбающееся лицо девочки, прячущееся за журналом. Полное и отчетливое ощущение того, что весь мир замер, сжался до этой комнаты, за пределами которой не существует ничего, кроме расплавленного солнца. Чарли закончила читать, и они затихли на какое-то время. Двигаться не хотелось, думать не получалось. Машинально Чарли начала перебирать пальцами пряди волос Тэсс, ее солнечных мягких волос, которые тоже словно горели, обжигая кожу. Тэсс повернулась на бок, затылком к Чарли, как будто хотела отдать ей больше своих волос, а сама начала гладить коленку девушки. Ее пальцы осторожно скользили вверх и вниз по коже, с каждым разом поднимаясь чуть выше. На Чарли были короткие джинсовые шорты, пожалуй, слишком короткие, потому что Тэсс получала в свои владения слишком обширные участки ее оголенной кожи. Когда Чарли начала нервничать по этому поводу, Тэсс словно прочла ее мысли и остановилась. Несколько секунд, а может минут, она лежала молча, не двигаясь, а потом приподнялась, заглянула Чарли в глаза и, все так же, ни слова не говоря, поцеловала ее. Еще до того, как Чарли начала читать журнальную статью, Тэсс жевала жвачку, и ее губы до сих пор были немного мятными. Однако мята не делала их прохладнее, напротив – ее губы были жаркими, настойчивыми, уверенными. И снова Чарли сама не заметила, как оказалась придавленной к дивану, как Тэсс забралась на нее сверху, как комната вокруг начала плавиться и течь, а температура ее собственного тела вдруг словно разом подскочила до такой степени, что воздух из вентилятора начал казаться ледяным. Она знала, она понимала и отдавала себе отчет в том, что нужно остановиться. Но она не могла пошевелиться. Тело перестало ей подчиняться, отключилось. Она приказывала своим рукам подняться, взять Тэсс за плечи и отодвинуть, оттолкнуть от себя, но руки продолжали обнимать ее за талию, прижимать к себе, сигналы ее мозга словно не доходили до них. Словно ее мозг, ее разум отделился от тела и мог лишь со стороны наблюдать за происходящим. Наблюдать и приходить в ужас. Руки Тэсс скользнули по ее плечам, по груди, опустились чуть ниже и забрались под майку. Это случилось так быстро и так неожиданно, что Чарли не успела отреагировать, успела только выдохнуть и вздрогнуть, когда пальцы Тэсс скользнули под застежку ее лифчика. Лишь тогда Чарли смогла наконец подать голос. - Тэсс, перестань… перестань сейчас же… это уже слишком… - ее голос был хриплым, непослушным, как будто Чарли была тяжело больна и с трудом ворочала языком. Но Тэсс не перестала. Она лишь улыбнулась, и глаза ее сверкнули в полумраке. - Расслабься, Чарли, чего ты так нервничаешь? – шепнула девочка. – Нас никто не увидит… Никто сюда не придет. - Да при чем здесь это… - Чарли продолжала свои попытки к сопротивлению, хотя бы голосом, потому что тело ее по-прежнему отказывалось шевелиться и подчиняться ей. – Это неправильно, то, что мы делаем… Ты заходишь слишком далеко, Тэсс. - Но разве это не глупо – так яростно сопротивляться своим желаниям? – Тэсс слегка прикусила мочку ее уха и одновременно расстегнула лифчик. – Ты же буквально скована желанием… Почему бы не дать себе небольшую поблажку? Чего бояться? Доверься мне, я тоже этого хочу… А значит, ничего плохого в этом нет. - Нет, есть! Тэсс! Так нельзя… - Чарли едва не плакала от ужаса, от собственной слабости. От желания. Она чувствовала коленку Тэсс, упирающуюся ей между ног, чувствовала ее пальцы, скользнувшие под сползший лифчик и изучающие грудь. И остановиться было уже невозможно. Поделать ничего было нельзя. Единственное, чего Чарли по-настоящему хотела – это податься бедрами чуть вперед, прижаться к Тэсс чуть сильнее, стянуть с девочки платье и пройтись пальцами по ее оголенной спине. Единственным, чего она хотела, была Тэсс. В конце концов, девочка права – никто не узнает. Никто не придет. Никто не осудит. И ничего страшного не случится, если они немного… Рука Тэсс скользнула по ее животу, ловко расстегнула пуговицу на шортах. Послышался короткий резкий «вжик» расходящейся молнии. Чарли успела только охнуть, когда пальцы Тэсс пробрались под резинку ее трусов и уверенно опустились ниже. В тот момент она по-настоящему, действительно, в самом деле осознала, насколько далеко все зашло. Насколько это страшно, бесповоротно, неправильно. Насколько уродливые формы приобрела ее любовь. Но было уже слишком поздно. Потому что ей слишком это нравилось. Потому что она не могла двигаться, потому что она была слишком слабой, и могла лишь бессильно умирать от ужаса и желания. А потом за гулом крови в ушах она вдруг различила самый страшный звук, который только могла услышать в тот момент – позвякивание ключей. Она отчетливо слышала, как ключ вошел в замочную скважину и повернулся. Еще секунда – и дверь откроется. Нет. Этого не может быть… Ричард уехал на все выходные. Этого не может быть. Этого не может… В тот момент ужас Чарли достиг своего предела, и она наконец проснулась и резко села на кровати с застывшим на губах криком. Несколько долгих секунд Чарли никак не могла сообразить, что происходит, где она и куда подевалась Тэсс, лежащая на ней. Тяжело, судорожно дыша, Чарли огляделась. Ее спальня, раннее утро воскресенья. На часах половина восьмого. - Господи… - выдохнула Чарли. – Всего лишь сон. Поначалу облегчение от осознания этого факта было столь велико, что Чарли расплакалась. На глазах выступили слезы, и Чарли быстро вытерла их и снова упала на кровать, попутно сбросив с себя простынь. Ей было жарко. «Ничего страшного, ничего непоправимого не случилось, - убеждала себя девушка. – Все в порядке. Это был всего лишь гребаный сон… На самом деле я не сделала ничего плохого…». Постепенно Чарли начала вспоминать все, что случилось накануне. Свадьба Дэвида, жуткая выходка Тэсс. Неудивительно, что теперь ей снится всякая пакость, ведь она пережила такое нервное напряжение и, к тому же, выпила слишком много шампанского и коктейлей, от которых уже успела отвыкнуть. Она вспомнила, как после свадьбы забрала Тэсс из кафе, как они отвезли Ричарда домой, а сами доехали до ближайшей лесополосы, свернули в сумраке на обочину, погасили фары и долго целовались в машине. Наверное, смесь из всех этих впечатлений, ощущений и алкоголя и породила этот жуткий сон. «Чушь какая-то… и как только я могла не понять сразу, что это всего лишь сон? То, как уверенно Тэсс себя вела… Этого не могло бы случиться на самом деле. В прошлый раз, когда у нас дошло до этого в заброшенном доме, Тэсс была напугана, она не знала, что делать дальше. И уж точно она не стала бы раздевать меня или лезть ко мне в штаны… Это возможно только в твоих больных фантазиях, Чарли». Чарли ощутила тошноту и снова поднялась на кровати, спустила ноги на прохладный пол. Отшвырнула ненавистную простынь подальше от себя и сжала пальцы в кулаки. Ей снова стало плохо. Ее бросило в жар, на лбу выступил пот, и Чарли с раздражением сдвинула на бок лезущую в глаза челку. Понемногу она начала осознавать, что только что произошло. Да, это был всего лишь сон. Но всего лишь ли? Ведь, как известно, сны частенько отражают наши подсознательные желания. А это значило, что в произошедшем все-таки есть ее вина. Это был сон, но каким-то образом Чарли сама была виновата в том, что ей приснилось. Наяву Чарли по-прежнему не позволяла себе думать ни о чем подобном. То, что она увидела во сне, никогда не было предметом ее фантазий. И все же оно жило в ее подсознании, оно там было, и каким-то образом оно прорвалось наружу. И не важно, что помогло ему – алкоголь, нервное напряжение или жара, – все равно этот вырвавшийся на свободу монстр был порождением сознания Чарли. Он жил в ней, как опухоль. И как бы там ни было, Чарли уже не могла отрицать, что испытывает к Тэсс сексуальное желание. Именно к Тэсс. Именно желание. Чарли вскочила с кровати и почти бегом помчалась в ванную. По дороге она заметила, что дверь в спальню Ричарда закрыта – значит, он скорее всего еще спит. Ну и слава богу. Ей не хотелось, чтобы друг видел ее в таком состоянии. После вчерашнего выматывающего дня и выходки Тэсс Ричард и так был не в самом лучшем расположении духа. Он не сказал Чарли ни слова упрека, он не обвинял Тэсс в безответственном поведении. Но далеко не всегда людям нужны слова, чтобы понять друг друга. Особенно, если эти люди знакомы много лет. Ричард ничего не сказал ни ей, ни Тэсс, но Чарли кожей чувствовала его молчаливое осуждение. И она не хотела испытать его снова. Только не сейчас. Только не сейчас, когда она так уязвима и напугана. Закрывшись в ванной, Чарли сразу включила воду. Глубоко выдохнув, она сняла футболку и нижнее белье. Оно было чуть влажным. С ужасом и отвращением Чарли засунула одежду в корзину и, дрожа, забралась в ванну и включила холодный душ. Струи ледяной воды обожгли кожу, и Чарли зажмурилась, обняла себя руками и на мгновение, спасительное благословенное мгновение, забыла обо всем. Однако, стоило ей взять мочалку и гель для душа, стоило ей начать мыться, как мысли вернулись. Проклятый сон был настолько реален, что никак не шел из головы. То, как Тэсс прижималась к ней, ее пальцы под одеждой, ее губы… Чарли казалось, она до сих пор чувствует их, и смыть это ощущение, избавиться от него никак не получалось. А ведь ей сегодня предстояло встретиться с Тэсс. Она должна была заехать за Тэсс в автомастерскую ее отца, а потом они планировали съездить на озеро. И Чарли придется вести себя как ни в чем не бывало, придется выбросить грязные мысли из головы, выключить их. Но как? - Господи… - прошептала Чарли, чувствуя, как в горле саднит, а к глазам подступают слезы. «Какой кошмар, какой позор. Как могу я вообще думать об этом? Одно дело влюбиться в тринадцатилетнюю девочку, и совсем другое – желать ее физически. Это же просто ужас. Это патология. Это то… чего я боялась больше всего. Это происходит. И если Тэсс узнает об этом… Если хоть кто-нибудь узнает об этом… Господи, Господи, что же мне делать…». Из душа Чарли выбралась только когда совсем окоченела и перестала ощущать свое тело. Чувствительность ее кожи ослабла, а вместе с ней исчезло и ощущение Тэсс рядом. Выйдя из ванной, Чарли первым делом заметила открытую дверь спальни Ричарда. Только не это. Значит, он уже встал. Ну, что ж. Ничего не поделаешь. С кухни доносился манящий запах кофе, и Чарли подумала, что возможно, этот благословенный напиток поможет ей окончательно прийти в себя. Как бы ни страшил ее разговор с Ричардом, аромату кофе она не могла сопротивляться. Она чувствовала себя такой уставшей и разбитой, что боялась не пережить сегодняшний день без хорошей дозы кофеина. - Что-то ты сегодня рано, - заметил Ричард, снимая с плиты турку. – Даже раньше меня! - Прости… я наверное тебя разбудила, - Чарли со вздохом села за стол. - Нет, я уже проснулся, когда ты встала. В такую жару не больно-то выспишься… Что будешь – яичницу или тосты? Чарли ничего не хотела, разве что сдохнуть, но выбрала тосты. Ричард всегда делал их очень вкусными. Между тонкими кусочками хлеба он клал ломтик ветчины и ломтик сыра и поджаривал бутерброды на сковородке. Его завтраки обычно хорошо поднимали Чарли настроение. Но только не сегодня. - Представляешь, вчера вечером, пока ты гуляла с Тэсс, тот парень со свадьбы написал мне в скайпе, - сказал Ричард, отрезая хлеб. Чарли вытаращила глаза, мигом забыв обо всех своих проблемах. - Да ты что? И чего он хотел? И как его зовут кстати? - Марк, - Ричард улыбнулся. – Написал, что хотел бы как-нибудь еще со мной пообщаться. Что если бы меня не было на этой свадьбе, он помер бы со скуки. - А сам-то он кто? - Брат одной из подружек невесты. Ни к жениху, ни к невесте не имеет никакого отношения, и оказался там почти случайно. - Ты думаешь, что он… - Чарли помялась. – Заинтересовался тобой? - Не знаю. Но у него есть девушка, - Ричард продолжал улыбаться, говоря это, и почему-то Чарли стало не по себе. Она открыла рот и долго не могла его закрыть. - Так он натурал? Где его девушка? И чего он к тебе прицепился? - Я бы тоже хотел все это знать, - Ричард пожал плечами. – Мы не говорили напрямую о нашей ориентации, но уж насчет меня-то он уверен, о моей ориентации знают все, кто слушает нашу группу. А вот Марк… возможно, он би. Возможно, я даже понравился ему. - А он… понравился тебе? Ричард снова пожал плечами и на какое-то время замолчал. Он заговорил снова лишь когда собрал два бутерброда и положил их на подогретую сковороду. - Он милый, конечно. Забавный. Мне было в самом деле интересно поговорить с ним… Но я не уверен, что хотел бы продолжать это знакомство. У него есть девушка… И пожалуй… С меня хватит всего этого… понимаешь? - Да, - Чарли кивнула. – Я тоже думаю, что это не лучший вариант для тебя. Меньше всего я бы хотела, чтобы ты снова прошел через все это. - Что ж, нужно отдать этому Марку должное за то, что он сообщил мне о своей девушке. Было бы намного хуже, если бы я узнал о ее существовании уже после того, как влюбился в него. - Это точно… - Чарли вздохнула. Сожаление из-за того, что ее другу все так же не везет в любви, на время заполнило собой все ее мысли. Но Ричард не позволил ей жалеть его слишком долго. Перевернув тосты, он спросил: - А как вы с Тэсс вчера погуляли? Ты вернулась так поздно… У Чарли язык не поворачивался сказать, что они с Тэсс вовсе не гуляли, а сидели в ее машине, не в силах выпустить друг друга из объятий. Признаться в этом было бы так же позорно, как признаться в том, что ей начали сниться про Тэсс эротические сны. - Хорошо… хорошо погуляли… - пробормотала она. - А на сегодня какие планы? Собираетесь куда-нибудь? – продолжал интересоваться Ричард, не поворачиваясь к ней лицом. - Да… хотели съездить на озеро. Ричард разлил кофе по чашкам, помолчал секунду и произнес: - Послушай, Чарли… Я хочу сказать тебе кое-что. Еще вчера хотел. Чарли замерла, приготовившись выслушать безжалостную отповедь по поводу вчерашнего. Она вдруг явственно ощутила, какими холодными стали ее руки, лежащие на коленях. - Я уже пообещал тебе, что не буду вмешиваться в ваши отношения и препятствовать им, - сказал Ричард, по-прежнему стоя к девушке спиной. – Единственное, о чем я вас прошу, так это о соблюдении элементарной безопасности. Вчера могло случиться что угодно… но, к счастью, все обошлось. Я верю, что ты поговорила с Тэсс и убедила ее больше не поступать так. Однако даже если Тэсс будет вести себя разумно, для вас все равно очень велика опасность однажды быть пойманными. Я не хочу пугать тебя… Хочу лишь, чтобы ты больше заботилась об осторожности. Это единственное, о чем я тебя прошу. Ради тебя самой. Вы с Тэсс постоянно пропадаете где-то, ночуете в заброшенных домах и вообще проводите время бог знает где. Я понимаю, вам хочется побыть вдвоем. И я готов идти вам навстречу. Я понимаю, что мое присутствие тяготит вас… И если тебе нужно, только скажи, я готов свалить хоть на все выходные. Саймон живет один, и он всегда рад, если я прихожу к нему в гости. Мы с ним могли бы убивать монстров и пить пиво, а вы с Тэсс могли бы… - Ричард запнулся. – Могли бы делать все, что вам хочется. Только ради бога, Чарли, не нужно рисковать своим положением, своей свободой, своей жизнью, в конце концов. Единственное, о чем я вас прошу – это не проявлять свои чувства на людях. А уж у нас дома можете творить что угодно, мне все равно. Честно. Чарли молчала. Она слушала спокойный, мягкий и заботливый голос Ричарда, но почему-то не слышала в нем искренней заботы. Возможно, в том виновато было ее воображение, но Чарли начало казаться, что она различает в голосе Ричарда металлические нотки. На мгновение ей даже показалось, что Ричард каким-то образом забрался к ней в голову и узнал, что ей снилось сегодня утром. Что он знает все о ее мыслях, желаниях, что он видит ее насквозь и даже насмехается над ней. Но, конечно же, это была дикая мысль. Ее собственная нечистая совесть приписывала Ричарду скрытые мотивы, которых у того на самом деле не было. Ричард прав, он все говорит правильно. Это ее собственное моральное уродство пытается запятнать и Ричарда, изуродовать, исказить его слова и поступки, в которых нет ничего, кроме искреннего беспокойства. - Хорошо… - отозвалась Чарли хрипло. Она не стала спорить и убеждать Ричарда в том, что на самом деле у них с Тэсс вовсе нет подобных потребностей, не стала лгать ему и самой себе. Уже давно ей стало не достаточно просто подержать Тэсс за руку или оставить на ее губах короткий невинный поцелуй. Уже давно этого было мало. И чтобы не сойти с ума за целую неделю без нее, Чарли уже давно нужно было нечто большее. Большее. Однако Чарли хотелось хоть как-то оправдаться перед Ричардом, поэтому она сказала поспешно: - Послушай, я не собираюсь заниматься с ней сексом. Ничего такого между нами нет и не будет… - Я знаю, знаю, - Ричард кивнул. – Тебе не обязательно передо мной оправдываться. Я не обвиняю тебя, я просто беспокоюсь. Понимаешь? - Да, да… конечно. Я обещаю, что буду осторожной. Что мы будем осторожны. - Ну, вот и хорошо, - Ричард взял в руки тарелки с тостами и наконец-то повернулся к Чарли лицом. Он улыбался, и его улыбка была теплой, дружелюбной и немного виноватой. Словно Ричард извинялся за то, что затеял этот не очень приятный разговор с утра пораньше. Они позавтракали, болтая о прошедшей свадьбе и об их глупом выступлении на этой свадьбе. Чарли рассказала, что ей удалось поговорить с отцом, и что у них вышел на удивление душевный разговор, принесший облегчение им обоим. Она не стала рассказывать о том, как целовалась с Тэсс в своей спальне наверху, потому что этот рассказ прибавил бы еще одно очко в пользу ее окончательного безумия. И у Ричарда появилось бы еще больше поводов беспокоиться за нее. Также они не говорили больше и о Марке. Чарли поняла, что Ричард твердо намерен не впускать этого парня в свою жизнь, и не хотела лишний раз напоминать ему об этом. Ричард же вел себя как обычно, даже шутил, словно случай с Марком нисколько не задел его и не испортил настроения. Ричард словно носил маску, прятал что-то внутри себя. А точнее кого-то. И Чарли знала, что это лишь вопрос времени – когда другой Ричард выйдет на свет и покажет себя. Она лишь знала, что это обязательно произойдет. Знала, что очередное разочарование и боль от этого разочарования продолжат расти в душе Ричарда до тех пор, пока не станут самостоятельными организмами, способными вырваться на свободу и отравить существование как самого Ричарда, так и человека, который окажется с ним рядом в тот момент.