Самая узкая из всех дорог

*** Сяо Син Чэнь волновался. Ван Хао пришел почти сразу после ухода Сюэ Яна. Он был все так же весел, беспечен и занят мыслями только о любимой. Волнение, что он поймет, каким-то образом заметит, что в этой квартире сегодня ночевали двое, быстро переросло в нелепый стыд. Стыдно было ему, взрослому мужчине, переживать словно его родители застали с девушкой. Почти застали. Да и не с девушкой. Но основная часть волнения приходилась вовсе не на эти глупые мысли. Нет, Син Чэнь волновался за раны своего гостя, за его самочувствие и минута через минуту корил себя за бесчувственность и черствость. Да, Сюэ Ян опасный человек, но он человек, а его погнали как прибившуюся ко двору ненужную собаку… Эти мысли и заставили его поскорее выпроводить Ван Хао и даже самому разрешить не приходить пару дней под предлогом, что собирается читать свои драгоценные приобретения и никуда ходить не собирается. Пусть это будет маленьким предсвадебным подарком. Осчастливленный внезапными выходными, Ван Хао выпорхнул из квартиры, ничего не заметив. А Сяо Син Чэнь остался ждать. Минуты тянулись, каждая секунда ощущалась и подсчитывалась — так сложился первый час. Второй Сяо Син Чэнь провел в уже осознанном беспокойстве, которое не переваливало за пределы разумного только потому, что он четко понимал, что этот человек, Сюэ Ян, может не вернуться вовсе. А вот третий и четвертый час оказались легче и сложнее одновременно, потому что были наполнены размышлениями откуда вообще это волнение, но лишены напряженного ожидания. Разве незваный гость так зовется не потому, что его никто никуда не звал? Какой смысл его так сильно ждать? Решая эту нелегкую дилемму, Сяо Синчэнь дождался возвращения Сюэ Яна. Самым удивительным в нем оказался стук в дверь. Не звонок и не отмычка, хотя Сяо Синчэнь предполагал, что зайдет его гость сам какими-то своими бандитскими способами и даже не сразу поднялся с дивана, когда стук повторился вновь. Поспешив насколько мог, он даже мысли не допустил, что за дверью может быть кто-то другой. — Не спросил кто за дверью, открыл на стук, хотя нет никого, кого бы ты ждал. Что за беспечность, доктор? — с порога, даже еще не зайдя внутрь, крайне недовольным голосом отчитал его Сюэ Ян. — Но я ждал. Это прозвучало так по-детски, так наивно и непосредственно, что Сяо Син Чэнь не удержался и прижал руку к лицу, чтобы скрыть его и свое собственное смущение. Конечно, понимая, что это действие делает все только более очевидным, но сдержаться оказалось сложнее, чем поддаться. — Спрашивай, прежде чем открыть дверь. И все. Сюэ Ян прошел мимо, неся с собой запахи улицы и, неожиданно, еды. Чуткий к запахам, ввиду своей слепоты, Сяо Син Чэнь уловил приятный аромат и его живот тут же отозвался громким неприличным бурчанием. — Хах! Не получится сюрприза, но я польщен! Можно ли сильнее опозориться? Еще не вечер, а только середина дня, он точно справится, даже если не будет стараться. Син Чэнь закрыл дверь и смущенный донельзя пошел в комнату, чтобы убрать книги, которые пытался читать перед тем как сдаться и углубиться в бессмысленные и бесцельные думы, в которых он не нашел ни одного ответа. Когда Сяо Син Чэнь все закончил и пошел на запах, его встретил не только горячий обед, но и веселый, без умолку болтающий о сущих пустяках Сюэ Ян. Он рассказывал о своей прогулке, о чудной погоде, о дурацких вывесках — обо всем, сразу, без остановки. Син Чэнь так заслушался, что сидя перед горячей и вкусной даже только на запах лапшой, открыл рот и слушал, забыв о голоде. Но Сюэ Ян его поторопил, совершенно бесцеремонно, но очень своевременно, лапша и правда почти остыла, но не утратила своих вкусовых качеств. Прекрасная, вкуснейшая, и совершенно не знакомая. Такой Син Чэнь ни в одной из близких к дому забегаловок не пробовал, значит его гость гулял достаточно далеко, потому его так долго и не было. Причина, конечно же, могла быть другой, но он чувствовал, что не особенно хотел бы ее знать, если она и правда отличалась от того, что мог себе нафантазировать несведущий в преступных делах Син Чэнь. Вкусно пообедав, наслушавшись забавного не предметного рассказа и окончательно разомлев, Сяо Син Чэнь не сразу заметил некоторую напряженность. В голосе, в прерывистости речи, наверняка, внешне все очевидно, но Син Чэнь же не видел. Поэтому он поздно понял, что дышит Сюэ Ян тяжело, двигается медленно, и когда они вместе встали после обеда и пошли в комнату, тогда только и стало понятно. Даже слепому. Син Чэнь собирался продолжить читать, а Ян хотел переодеться, он шел чуть впереди, говорил о прогнозе погоды, надеялся на потепление. В этот момент его и качнуло так сильно, что он не удержал не только болезненный вздох, но и пошатнулся настолько, что стукнулся плечом о стенку. Син Чэнь был в паре шагов сзади и почти сразу и без ошибки подхватил Сюэ Яна. Вовремя. Должно быть, он сполз бы на пол или рухнул совсем без чувств, потому что повис он сразу и почти всем весом. — Вы совсем идиот? Не могли раньше сказать, что чувствуете себя плохо? — Ай! Вы раните меня без ножа, — издевательский тон, с которым это было сказано, получился не очень издевательским. Скорее бесцветным и напряженным. Сяо Синчэнь прижал Сюэ Яна сильнее, почти полностью перенося его вес на себя и потянул их обоих вперед. — Доктор, признайся, тебе просто нравится меня обнимать, — без поддевки Сюэ Ян не был бы собой, наверное. — Ты только и ждал повода. Сяо Синчэнь засмеялся. Ему показалось важным поддержать игру в эту безграничную силу воли: — Быть может, — сквозь смех эти слова звучали совсем не игриво, а искренне, хотя он и старался добавить легкомысленности в свой ответ. — Я так давно никого не обнимал, что даже нуждающиеся в помощи опасные преступники сойдут. — Я не такой опасный! — голос Яна звучал так ломко, но при этом слишком юно. Сяо Синчэнь тут же понял, что не знает возраста своего гостя. — Я сейчас поверю вам на слово, а вы меня как с дверью отчитаете. Нет уж. Сюэ Ян хрипло засмеялся и спасибо небольшой квартирке, они в этот момент дошли. Син Чэнь сгрузил свою ношу в удачно не застеленную постель и поспешил его ощупать. Скользнул руками под толстовку и сразу же под майку, провел ладонью по повязке, но не почувствовал влаги. — Где болит больше всего? — Нигде не болит, не волнуйся, доктор. Я просто хотел обнимашек. Син Чэнь нахмурился, как ему казалось, “смотрел” он как раз в лицо Сюэ Яну и попытался одним своим видом передать все свое негодование. Не получилось, ему никто не ответил. — Если вы не желаете ехать в больницу, то вам лучше бы ответить. — Если не отвечу, вызовете скорую, полицию? — в голосе вроде бы только что бывшего совершенно без сил Сюэ Яна мелькнули металлические нотки и ухнули в небытие обиды. Такой вычурной, что верилось с трудом. Таким гость Сяо Синчэня ни разу не звучал, потому он заволновался еще сильней. — Что за глупости, я вполне понимал, что сделаю вам только хуже, учитывая, что в больнице вас сразу ждали. Но и бездействие никому из нас не поможет. Просто ответьте. Долгие десять, может двадцать секунд. Сяо Синчэнь за это время пытался придумать, что сказать. Как убедить не упрямиться. — Все болит. Старое. Я просто устал. — Где именно? Кровь? — Нет, вся кровь внутри, не волнуйся, доктор. Это действительно усталость и голод. В последние дни я был слишком небрежен с едой, что глупо после кровопотери. — Очень глупо, — согласился Син Чэнь. Больше, чтобы выдохнуть. Теперь Сюэ Ян звучал нормально. С ленцой, переливисто, смешливо. Теперь можно было дышать свободней. Может быть из-за давно не испытываемых чувств, а может по природной растерянности и избыточной наивности, но Син Чэнь даже не обратил внимания, что начал на ощупь раздевать Сюэ Яна. Стащил с него толстовку, майку и уже расстегивал ширинку, когда понял, что молчит его гость скорее от удивления, чем от обыденности и привычности ситуации. Руки, да все тело, парализовало, и понять каким именно чувством не представлялось возможным. Син Чэнь просто застыл и шумно выдохнул от облегчения, когда заговорил Ян: — Я, конечно, сглупил, но брать мою одежду в заложники считаю излишним. Син Чэнь не сдержал смешка и все-таки стащил джинсы Яна с его ног. — А мне это кажется прекрасной идеей.