Самая узкая из всех дорог

*** Сюэ Ян подался вперед, замер в сантиметре от губ доктора, позволяя ему проделать остаток пути. Прикосновение губ было сухим, жарким, мягким. Немного шершавым. Такой детский поцелуй после всего, что между ними было почему-то не злил, и даже не рождал неудовлетворение. Напротив, Ян наслаждался подобным смущенным действом, в этот раз позволяя Син Чэню делать то, что тот хотел. В таком темпе, в котором тот желал это делать. Новое, неизведанное чувство для Сюэ Яна, все же он редко позволял себе оказаться в чьей-то власти и не думал, что это может хорошо закончиться. Возможно, его губы дрогнули, может быть, его выдало и что-то еще, но Син Чэнь, секунду назад бывший робким и излишне нежным, скользнул рукой в волосы Яна. Растрепал, перебирая пальцами пряди, но не стянул пятерней, а стал нежно поглаживать верх шеи. Перебирал их так бережно, и целовал за ухом, зарываясь в них носом, и когда решил лизнуть губы Яна, привнести в их поцелуй немного влаги, того окатило острым удовольствием. Как же банально. У него раньше так не бывало, все удовольствие одинаковым чувством и, в основном, внизу, а тут какая-то ласка. В губы лизнули, а он уже трепещет. Ян не выдержал и фыркнул, чем только вызвал у Син Чэня улыбку. Тот ничего не сказал, надавил всем собой, потянул их вместе вниз, лег на удивленного Яна всем весом и только потом спросил: — Могу я… — Сяо Син Чэнь, как обычно, говорил неспешно. Слишком неспешно. Сюэ Ян просто не выдержал, потому что с первого же слова незаконченного вопроса, на его языке вертелось безоговорочное “да”. — А-гр-ххх! Решай уже что спрашиваешь и побыстрее! Хотя… нет, не надо. Можешь, все можешь. Так же нормально? — Определенно. — В голосе Син Чэня слышалось довольство. Это разрешение стоило того. В окно проникал свет луны, не позволяя Яну забыться или упустить хотя бы что-то из происходящего. Но он все равно ничего не видел. Он грыз подушку, в попытке сдержать стоны, безуспешной попытке. Скулил чуть ли не надрывно, протяжно, а Сяо Син Чэнь продолжал гладить, целовать, ласкать. Сильные руки доктора были везде, но не нарушали определенной границы. Когда Ян повалился на лопатки, едва не задыхаясь в ощущениях, Син Чэнь опустился сверху, прижимаясь обнаженным пахом к паху, влажными, распухшими от поцелуев губами к губам. И ведь Ян сам развел ноги, сам до этого разрешил что угодно и все равно немного трусил. Все равно боялся, что дойди они до конца и доктор поймет, что такой секс ему неприятен. И смеялся Ян про себя тоже робко и несмело, хотя и осознавал как глупы его страхи — будь что будет, другому не бывать. Вот только Сяо Син Чэнь словно чувствовал его страх и не делал больше, чем обычно они себе позволяли. Что тоже было несколько спорно. Под умелыми пальцами Ян плавился. Син Чэнь целовал и лизал его шею, а Ян словно неопытный подросток не знал куда деться от этих ощущений. Он просил. Умолял непонятно о чем, и с трудом гасил рыдающие вздохи, чтобы зайтись в них снова, когда Син Чэнь спустился поцелуями к соскам, а сильными пальцами стал выписывать круги на чувствительной внутренней стороне бедер. И это оказалось невыносимо. Ян не мог понять, чего хочет сам, но, кажется, он хотел уже только кончить. А Сяо Син Чэнь все ласкал и ласкал его тело, изредка касался члена. Словно мог терпеть до бесконечности, как будто Ян не знал, что человеческое тому вовсе не чуждо, и что он наверняка сгорает в схожем огне. Ян не удержался, спросил: — Чего ты хочешь? — Взять… тебя. — Последовал скорый и четкий ответ. — Хочешь, бери. — Как легко Яну было на это решиться, так же сложно оказалось продолжить разговор, потому что Син Чэнь плотно обхватил ладонью его член, сжал несильно, как нужно. Языком лишь лаская головку, дразнил, казалось бы, но на самом деле привел к разрядке чуть ли не в секунды. Ян тяжело дышал, как неживая кукла развалившись на простыне и только он собрал силы, чтобы хотя бы попытаться двигаться, как Син Чэнь лег сзади. Очень близко. Стало предельно ясно, что удовольствие здесь уже все испытали, и пока Ян думал, что сказать, Син Чэнь шепнул ему на ухо: — Не сегодня. Даже не глядя, Сюэ Ян слышал в голосе доктора улыбку, слышал отголоски чистого, пусть и маленького счастья. Сердце сжалось в болезненный комок. Про себя он ответил и ответ все звучал и звучал в голове, а Син Чэню достались не слова, но поцелуй и предложение лечь спать так. Отринутое предложение. Доктор выудил откуда-то влажные салфетки, вытерся сам и тщательно и бережно обтер Яна. Наблюдая за бледным, обнаженным Син Чэнем, который с мягкой сытой улыбкой ухаживал за ним, Ян не мог не улыбнуться сам. В его голове звучал собственный не озвученный ответ. “Никогда” Никогда… Никогда. И не заглядывая в календарь телефона, Ян знал, что после полуночи, которую он провел в объятиях доктора, наступил отмеченный там день. *** Утром Ян как всегда проснулся первым. Неохотно покинув теплую постель, он не менее получаса грелся под горячими струями в душе. Чувствуя себя последним лоботрясом, он вылез, наконец, и отправился готовить завтрак. Заварная лапша. Нелюбимая им и столь обожаемая Сяо Син Чэнем стала на стол, к ней Ян заварил чай. Странное сочетание любимое любимым человеком. Улыбка сама скользнула на губы, когда сзади послышались шаги. — Снова завтрак на тебе? — Прозвучало сонно и условно вопросительно. Доктор постарался скрыть зевок, отчего картина утра показалась еще более ленной. — Это не просто завтрак. Это завтрак после потрясающей ночи. Неужели не видел в фильмах? — Ха-ха, я слепой. — Не от рождения же, — фыркнул Ян. Забавно, как легко и безобидно между ними пролегали любые темы. — В любом случае… За такое не благодарят, — Син Чэнь сказал это и раскраснелся. Принялся за свою лапшу с неестественным энтузиазмом. — А это и не благодарность. Просто… настроение хорошее. — Наверное, Ян допустил в голос что-то недопустимое, лишнее сегодня, запретное. То, что должен был себе в глотку запихнуть поглубже. Потому что Сяо Син Чэнь нахмурился. И что оставалось, кроме как говорить дальше и больше, и пошлее. Запутать следы, ведь Ян так всегда поступал. Он говорил о прошедшей ночи. Словно стесняясь, делился своими ощущениями, правдивыми, он же и вправду терялся в экстазе. А Сяо Син Чэнь краснел сильнее некуда, давился лапшой и в конце концов взмолился с просьбой прекратить говорить всякие пошлости, ведь было только утро. После этой просьбы Ян ответил: — Ладно. Но я говорил правду. Никогда такого не испытывал. — Моему самолюбию теперь никогда не стать прежним. — Син Чэнь, что я слышу! Ты шутишь? Сам Ян уже смеялся и ответ доктора ему был не нужен. Только его встречный смех, его улыбка, его невидящий взгляд направленный вперед, словно бы на Яна. Этого было достаточно. Днем их занятия разделились. Син Чэнь углубился в книги, а Ян просто валялся на кровати и смотрел как тот читает. Потом заказал обед, не все же есть эту жуткую заварную картонку, и между делом предупредил, что после еды выйдет на пару часов. Син Чэнь нахмурился, но ничего не спросил и вернулся к чтению. Держал свое слово. Доставили еду. В этот раз пельмешки, любимые Яном столь же страстно, сколь были любимы конфеты. Они сели обедать, Ян болтал о том, что на улице совсем похолодало, что чувствовался скорый приход зимы, и все же на улице не было ни снежинки, одна засушливая стужа. Син Чэнь слушал, с расслабленной улыбкой и медленно ел. Ян закончил быстрее. Конечно, быстрее. Вышел из-за стола и разнылся, что доктор в этот раз должен сам помыть посуду, потому что он уже опаздывает. Син Чэнь просто кивнул, а когда Ян встал рядом, поднял голову. Он как раз пил чай, поэтому кружку пришлось отставить в сторону. Ян наклонился и сначала мягко коснулся губ, но в миг изменил напор, врываясь в податливый рот языком, переплетаясь со встречным, толкая его, вызывая к маленькому сладкому сражению. Тесно прижимаясь губами, чувствуя, как их покалывает не ощущением, но огромным жарким чувством, когда они так плотно притиснуты к губам доктора. Так же внезапно как и начался, этот страстный поцелуй и закончился. — Ну, я пошел, — дыша сбито и загнанно, прохрипел Сюэ Ян. — Не задерживайся. — Ага. Хорошее напутствие. Именно этим Ян с самого утра и занимался. Он юркнул в комнату, забрал рюкзак с пожитками, положил в карман телефон и проходя мимо кухни, сказал: — Закрой за мной дверь. Это тоже малодушная уступка самому себе, своему слабому, как оказалось, сердцу. Сяо Син Чэнь поднялся вслед озвученной просьбе и прошел за Яном. Изначально, тот собирался уйти не оглядываясь, но вместо того, снова чмокнул в губы. Уже одетый и обутый, он с трудом сделал шаг за порог и просто не мог оторвать взгляда от черных гладких волос, изящного лица с потухшими глазами, ярких зацелованных губ, статной фигуры. В этот раз доктор был в черной футболке и черных же штанах, казался от этого несколько порочным. А может быть это взгляд Яна был порочным… Он не знал, а Син Чэнь просто взялся за ручку и тихо сказал с улыбкой: — Возвращайся скорее. И закрыл дверь. Не дал Яну солгать. Не видя его, стало легче. Ян легко сбежал по ступенькам, легко же вышел на морозный воздух, привычно пряча глаза под козырьком кепки. Быстрым, ничем не обремененным шагом поспешил куда подальше. И правда, не видя Сяо Син Чэня все сразу стало легко и понятно. Вот только бессмысленно. И осознание этого даже не пыталось запутаться в чувствах и желаниях. Чуть ниже ребер оно просто выло волком. Протяжно и тоскливо. Одиноко.