Самая узкая из всех дорог

*** Сяо Син Чэнь слушал удаляющийся звук шагов. Стремительная легкая походка Сюэ Яна звучала по лестнице быстрой дробью. Он буквально слетел по ступенькам, а Син Чэнь все не отпускал ручку, лбом прислонился к двери и медленно дышал. Он был счастлив. Абсолютно и парадоксально счастлив. Сюэ Ян заставил забыть обо всем и в то же время обо всем вспомнить. То, что не волновало Сяо Син Чэня после потери зрения, внезапно перестало быть ненужными кусками внешнего, недоступного мира. Стало дополнением, несколько непонятным, но не отрицаемым. Они даже “смотрели” вместе телевизор. Сюэ Ян не испытывал никакого пиетета к его слепоте, никакого отвращения и самое главное — он не испытывал жалости. Что совершенно не было удивительно для того, кем он являлся, но так приятно грело сердце Син Чэня. И все же не это формирует счастье в сознании человека. Как врач, как человек приверженный науке, он должен бы понимать, что у всего есть свои причины и следствия, но Сяо Син Чэнь не понимал. Не было ни единой возможности ему влюбиться в такого человека. Никак. Так не бывает. И все же это случилось. И теперь он стоял у закрытой двери и очень хотел, чтобы Ян вернулся минут через двадцать, потому что встреча отменилась. Или что там у него. Пусть бы все отменилось. Еще минуту позволил себе Сяо Син Чэнь. Еще минуту, по истечении которой отпустил несчастную ручку и прямиком отправился читать. Еще нужно было позвонить Ван Хао, были моменты в его планах, которые нужно было скорректировать в новых обстоятельствах. Тем не менее, звонить не хотелось. Спустя несколько часов, а за временем Сяо Син Чэнь сегодня следил, даже чтение перестало приносить удовольствие. Глухая тоска томительного ожидания все затмила. Заварив себе чай, он переместился на кухню, сначала хотел почитать там, но почти сразу передумал и отнес книгу на место. Все еще недочитанную, а ведь уже прошло так много времени с момента покупки. С ним такого раньше не случалось. И Сюэ Ян с ним раньше не случался. Никогда подобных людей не было рядом с Син Чэнем. Не криминальных элементов, конечно, а таких… легких во всех своих чувствах. Если подумать, все у Яна было просто. На ласку отвечал лаской, на грубость грубостью. Наверное. Син Чэнь считал, что был крайне груб в тот день, когда Ян к нему явился, и в то же время, не считал себя неправым, и тот огрызался. А потом все просто стало неважно, потому что целуя человека думаешь о поцелуе. Син Чэнь думал именно о нем, каждый раз, когда их губы смыкались страстью, и не думал ни о чем, когда они отстранялись друг от друга. А время все шло. Сяо Син Чэнь уже потерял счет чашкам чая, в том числе тем, что он заваривал для Яна и ставил на стол в ожидании, что он вот-вот придет. День кончился и начался новый, а в квартире Син Чэня все горел свет, ненужный ему самому, но важный тому, кого он ждал. В привычку вошло щелкать выключателем. Теперь Син Чэнь считал каждую минуту. Что там минуту. Он уже ничего не мог делать и ни о чем думать, он все заваривал и заваривал новую чашку чая, когда предыдущая остывала. И только, когда дом ожил жизнью нового утра, он вылил чай в раковину, поставил чашки рядом, забыв свою привычку сразу все мыть, и прошел в комнату. Усталость гнала его в постель. С пустой головой и замершим сердцем он в нее повалился. Наверное, чтобы стало больнее, потому что она все еще хранила едва ощутимый запах Яна, который скорее был выдумкой тоскующего мозга. Все существо Сяо Син Чэня тосковало, а сердце билось несмело, почти замерев в страхе. Потому что головой удалось додуматься только до двух вариантов. Либо его бросили, либо с Сюэ Яном что-то случилось. Самые логичные варианты. Сяо Син Чэнь подтянул к себе подушку любовника, уткнулся в нее носом особенно даже не рассчитывая, что сможет сохранить благоразумие и хладнокровие. Он никогда раньше так не любил, а работа и жизнь — разные вещи. И что с того, что раньше он мог работать столько, сколько было нужно, выслушивать со спокойным лицом и сердцем родственников тех пациентов, кому не смог помочь. Пусть он ненавидел себя, корил, что недостаточно искусен как хирург, но тогда, он мог держать себя в руках. Сейчас же он сжимал в руках подушку и молил богов, в которых не верил, чтобы Ян бросил его. Пусть будет первый вариант, потому что он просто не знал, как жить, случись второе. Когда это вообще произошло? Две недели же? Чуть больше. Чуть более двух недель и сердце Сяо Син Чэня привязано прочно, словно вместе они прожили много больше. Да что там, спустя несколько дней он уже ощущал уют и невероятную правильность происходящего. Готов был закрыть глаза на прошлое Сюэ Яна, готов был умереть в его руках. Странные и несвойственные ему своей силой чувства изматывали. Уже не в силах сопротивляться, Син Чэнь закрыл глаза, но ничего не мог поделать с тем, что сон решил оставить его вдыхать запах и болеть воспоминаниями этой постели. Через час, так и не уснув, Сяо Син Чэнь встал. Дошел до своего телефона и долго думал, звонить или не звонить. Не Ван Хао, что его помощник сделает, кроме как предложит обратиться в полицию. Нет, в списке его контактов был один нужный номер. Его последняя пациентка, ему как раз стало сильно хуже, когда она заканчивала реабилитацию. Девочка, с поддельным удостоверением личности, которой до восемнадцати не хватало пары месяцев, если не пары лет, но ее документы были безупречны, имелись деньги и волчий взгляд на мир. Син Чэнь не стал докапываться, просто закрыл на все глаза и постарался, чтобы операция прошла без осложнений. И ему это удалось. А потом закончилась его карьера и, в каком-то смысле, его жизнь. Рыдая словно малое дитя, она потребовала, чтобы Син Чэнь принял ее помощь. Он не принял, конечно же. Все, что она смогла у него выпросить — обещание, что ее телефон всегда будет у него под рукой и он не забудет, как важно ей отплатить своему врачу благодарностью. Он тогда все пообещал, но думал, что никогда не воспользуется. Кто бы знал, как мало гордости бывает у человека… Сяо Син Чэнь еще некоторое время посмотрел на телефон и убрал его. Сюэ Ян не потерявшийся мальчик, он опасный и хитрый человек. Если он попал в неприятности, то вмешательством все можно только запутать, а может и навредить ему. Если же он просто наигрался со слепым случайным встречным, то почему бы и нет. Тогда уж он точно в полном порядке. Вернувшись в постель, Сяо Син Чэнь заставил себя ни о чем не думать, а умозаключение, к которому он только что пришел, оставило его совершенно без сил, сон легко прибрал его в свои объятия.