Солнце ночных пещер

Брюс решил расписать тот кусочек, что написал в кафе, ну, где Селена падает в обморок, и Харли с Памелой допрашивают её насчёт Бэтмена. *** Перед глазами потемнело. Селина Кайл почувствовала слабость, к горлу подступила дурнота, секунда — и она уже летит в пропасть, крик обрывается ещё до старта. Она не привыкла к подобным сюрпризам, гибкое, сильное тело никогда её не подводило. А теперь она стала слабой, как котёнок. Она — «левая рука Бэтмена», как как-то сказал Томас! Злость выдернула её из обморока. Даже не открыв глаза, Селина почувствовала, что связана. Всё внутри тут же собралось, приготовилось перед новой угрозой. Странные какие-то верёвки, поняла она даже через костюм. Голова ещё кружилась, когда она открыла глаза. Свет бил в лицо, с непривычки текли слёзы, а по бокам от яркого пятна находились два лица. Слева Харли с пистолетом, справа Памела. — Мы давно хотели, чтобы ты раскрыла нам небольшой секрет… — Памела выдержала театральную паузу, — кто под маской Бэтмена? — Это целая команда, — ответила давно заготовленную ложь Селина. — Харви Дент до несчастного случая. Слэм Брэдли. Даже Томас Крейн. Это группа богатых влиятельных людей, которые много лет назад придумали бренд Бэтмена и теперь набирают людей, чтобы те скрывались под масками. — Да ладно?! — воскликнула Харли, убирая наставленный на Селину пистолет. — Мистер Джей всегда говорил, что есть только один Джокер и один Бэтмен! Так было всегда и всегда будет! — Сама подумай, Харли, сколькие с ним сражались, ну разве может один человек со всем этим справиться? Да на кладбище полно тех парней, которые примеряли на себя его плащ. *** Первый черновик был быстрым, но не очень красивым. Брюс нахмурился. Содержание его вполне устраивало, а вот над формой не мешало бы ещё поработать. *** — И я даже не буду говорить о Робинах!.. *** Вымолвила Селина, а померк мир Брюса. Робинами всегда были его сыновья, и смерть обоих он очень тяжело переживал. «Сгорающий в ночи», один из его лучших романов, был посвящён смерти Джейсона, а «Поршень и пружина» — последняя, не столь удачная работа — Дика. *** — То есть ты не знаешь, кто сейчас Бэтмен? — продолжила допрос Памела. — Тот, кого ты знала, уже давно покоится с миром? — Бэтмены. Их много. И в городе всегда будет Бэтмен, пока полиция не справляется. Теперь вы счастливы? Узнали, что хотели? — Типа того, — ответила Харли. — Типа того. Памела молча начала распускать лиану, которой Селина была связана всё это время. — Скучно с вами. А когда мне скучно, я иду по магазинам. Пока-пока! — унеслась по лестнице Харли. — Чёрт тебя побери, Пэм, я тебя на дрова распилю и барбекю сделаю за такие выходки! — Прости. Мы были немного бесцеремонны, но это для нашей же безопасности. Хочешь персик? — достала Памела из холодильника фрукт. *** Неплохо. Теперь можно было и отдохнуть. Брюс посмотрел на телефон и обнаружил там новое сообщение от случайного знакомого из кафе — тот предлагал встретиться вечером. «Привет, это Кларк. В обеденный перерыв взял сходил за салатами для нас с Барри и Ди. Прикинь, даже никого не облил!» «Вот это достижение!» — напечатал Брюс тут же, и отправил, не успев подумать, как странно было то, что написал ему Кларк. Что Кларк вообще пишет ему посреди дня о своей жизни. «Барри надо мной который день из-за этого подшучивает» «И правильно. Это же эпохальное событие!» — напечатал Брюс в шутку, не осознавая, что в каждой шутке только доля шутки. «Не каждый день встречаешь человека, который тащится от Крейна больше тебя, так что соглашусь». Брюс не нашёлся, что на это ответить — социальные контакты не были его сильной стороной — поэтому, сверившись со своим расписанием, начал собирать сумку на тренировку. Спортзал здорово помогал думать, особенно бассейн. В воде всегда приходили лучшие мысли. Так что выйдя из душевой после полуторачасовой тренировки, Брюс записал в молескин, который неизменно таскал с собой, новую заметку: «Бэтмен и Супермен вместе работают над делом Чёрной Маски» — Звучало, как аннотация нового романа. Брюс скопировал старую заметку и начал править. *** — Новости, Альфред? — спросил Томас первым же делом. — От Селины ни слова, — верно угадал дворецкий. И продолжил другим тоном: — Землетрясение на Гаити и в Бразилии, пожар на Кенсингтон-стрит потушен, Чёрная Маска с Фальконе только начинают передел территории, вы ничего не пропустили. У Нигмы какое-то новое дело, он же… — Да, частный детектив, помню. — Да… что ещё? — нахмурился Альфред. — На улицах новый наркотик, берётся как из воздуха, надеюсь, вы с этим покончите, великий детектив. Это, к слову, ваше новое газетное прозвище. Образец уже в лаборатории, его принёс Селине один из осведомителей. — Она заходила? — Оставила в почтовом ящике с открыткой с пожеланием выздоровления. Открытка у вас на тумбочке. — Благодарю. Я в лабораторию. — Основные тесты я провёл, результаты там же. Папка под названием «Образцы—315—4.11—d… *** Вот блин! Как бы обозвать новый наркотик? Экстази, снег, кокс, спиды, так, что ещё есть-то… что звучит похоже? Погуглил — и залип. Долго читал про побочки МДПВ. Выцепил из перечня запрещённых веществ красивое название — риталин. Наверное, нужно будет использовать его, запомнить всяко проще, чем 1-Пентил-1Н-индол-3-ил-(4-метил-1-нафтил)метан (JWH-184). От мыслей его отвлёк звук телефона. «Давай встретимся завтра вечером? У меня мало работы будет, освобожусь в 4» — писал Кларк. «Давай» — ответил Брюс, снова сверившись с расписанием. С бухгалтерией он справлялся даже быстрее, чем должен был, а с писаниной, наоборот, запаздывал, так что в целом время на прогулку было. Может, подскажет идейку, малодушно понадеялся Брюс. *** Кафе, где Кларк предложил встретиться, было приятно неформальным — действительно приятно неформальным, а не роскошным с претензией на простоту. Много дерева, оловянные светильники, букетики сухоцветов на столах. Кларк зашёл в кафе быстрым шагом, легконогий и тонкий, встрёпанный, как воробушек, в волосах застряла пара первых, стремительно тающих снежинок. — Привет, — Кларк уселся за стол напротив него и тут же начал трещать, как птичка: — На работе разбирались с устройством какого-то там двигателя, всю голову себе сломал, не для журналистов это всё изобретали, так вот, работаю, значит, над статьёй про неполадки с коробкой передач у Fiat Chrysler, там у них на Jeep Grand Cherokee жалуются, ручник заедает, говорят… — Прости, а ты где работаешь? Кларк совсем не обиделся, что его так бессовестно перебили (Брюс бы запомнил и дулся ещё неделю). — Daily Planet, может, слышал? — А, читал как-то пару раз. Пятая власть, значит? — Ну да. Вообще, шёл туда, куда математику сдавать не надо, вот, очутился тут. — Нравится? — Ага, тут обалденно, знаешь, особенно журналистские расследования, ими Ди занимается, она такая крутая! Ты бы видел! Кстати, хочешь, познакомлю как-нибудь? Мы с ней и Барри часто выбираемся после работы, может, присоединишься? Диана и Хэл каждый раз говорят, что мы идем в кафе за десертом, а утром я не помню, что было вечером. Ты же бухгалтер, да? — Да, удалённо разбираю чужую отчётность, ничего интересного. — Но сколько математики! — Она меня никогда не пугала. Есть в такой работе что-то… успокаивающее. — Правда? — просиял Кларк. — Вот это да! Может, пройдёмся куда-нибудь? — А хочешь, покажу, где Тим стал Красным Робином? Тут недалеко. — Серьёзно?! — В книге масса отсылок на это место. Грифы, площадь перед цирком, статуя… — Конечно, пошли! — вскочил Кларк. Говорить о Тиме — особенно о книжном — было легче, чем о других сыновьях. Умный и покладистый, он всегда любил учиться, учителя на него нахвалиться не могли. Помня о собственных счастливых годах в секции, Брюс отдал его на какие-то восточные боевые искусства, и Тим не расставался с посохом бо, которым отлично научился драться. — Круто-то как! — всё восхищался Кларк. На щеках у него проступал нежно-розовый румянец. Его комментарии о воображаемом Тиме были очень даже, он по-настоящему многое понял из книг. Брюс подумал, что в следующий раз можно будет поговорить о Дэмиане. Он никогда не говорил о себе столько, сколько сегодня, и теперь начинал даже немного об этом жалеть. Может, всё же стоило дать несколько интервью по электронке, а не ограничиваться твитами. Наконец они дошли до площади. Огромный магазин игрушек радовал посетителей вывеской «Цирк», позади высилась старинная постройка с лепниной, на которой, используя камеру мобильника и максимальное приближение, можно было рассмотреть грифов. — Восхитительно, — оглядываясь по сторонам и широко улыбаясь, тихо сказал Кларк. И Брюс против воли улыбнулся, широко и искренне, чувствуя счастье и наконец понимая, зачем он всё это писал, кому оставлял столько подсказок и ради чего вообще открывал текстовый редактор. *** Тим опустился на стул напротив, закатал рукава красной рубашки, взъерошил короткие чёрные волосы и спросил: — Ну, какие новости, пап? — Да никаких, в общем-то, работаю, всё по-прежнему. До дедлайна ещё две недели, ну, чуть больше, а сделано… — он проглотил грубый вариант, готовый сорваться с языка, и дипломатично продолжил: — всего ничего. Наклёвывается новая работа, но пока без конкретики. Ты как? — Да ничего, пап, по-прежнему работаю. Тим был настоящим трудоголиком, сутки просиживал за компом, жил на работе, и даже Брюс, работавший и бухгалтером, и писателем, отдыхал в разы больше. На спортзал времени у Тима, в отличие от Брюса, не оставалось, и он только бегал по утрам. Говорил, здорово мозги прочищает, и всё хотел приобщить к этому отца. — И ничего, кроме работы? — Да так, по выходным иногда с Уолли, Роем и Донной собираемся, ничего такого. — Вещи свои когда заберёшь, засранец? Я не на складе живу, вообще-то. — В другой раз, пап. Совсем ничего новенького? — А, ну, я тут познакомился с одним человеком… его зовут Кларк, и он очень… восхищён романами Крейна. — Вот это интересненько! И ты молчал? — Молчал, молчу и молчать буду, — засмеялся Брюс, отвечая разом на все вопросы. — И как он? — Ничего, мы пару раз гуляли, обсуждали Крейна, он рассказывает о своих друзьях, они очень… весёлые. — Отлично, пап, это же именно то, чего тебе не хватает! — просиял Тим. — Веселись! — О, да, веселья тут…