Fool for you

Бетти куталась в объемную толстовку, которая была ей явно не по размеру, пытаясь согреться в не особо теплом трейлере, промерзшем холодом декабрьской ночи. Девушка приоткрыла рот, пытаясь отогреть продрогшие кулачки паром, но этот способ оказался весьма малоэффективным. Старый тонкий плед, единственный из того, что нашлось у Джагхеда для нее, так как обычно его дом не привык встречать ночных гостей, совершенно не спасал ситуацию, а ноги, казалось бы, окончательно окаменели, несмотря на голубенькие носки. Элизабет выдохнула, пытаясь расслабить тело, которое проняло ознобом, но все попытки перестать наконец дрожать, словно осиновый лист, оказались тщетными. Она обняла себя руками, напрасно потирая плечи, силясь не заплакать. Чувствовала себя максимально паршиво после двух смен подряд в баре, ощущая, что скоро ее не хватит, и она просто бросит эту чертову работу. Желая выспаться, бесполезно пыталась уснуть пару часов, окончательно продрогнув, мечтая о горячем душе или хотя бы теплом одеяле. Но в ее ситуации не было ни того, ни другого. Купер покосилась на дверь спальни Джонса, прикусив губу. Если она сейчас же не согреется, то утром парня встретит ее холодный, посиневший труп. Она, конечно, не сомневается, что он будет несказанно рад тому, что девушка наконец оставит его в покое, но лично ей — хотелось дожить хотя бы до окончания колледжа. Бетти тихонько встала на ноги, стараясь, как можно тише продвигаться по скрипучей половице в направлении его спальни. Дверь тихонько скрипнула, но слава Богу — оказалась открытой. Девушка в полумраке осмотрелась вокруг, замечая двуспальную кровать, на которой собственно и развалился парень, высунув одну ногу из-под одеяла. Но в этой комнате было не менее холодно. Элизабет устремила взгляд на окно, замечая его приоткрытым. Он что, сумасшедший? Когда она умирает от переохлаждения, рискуя заработать обморожение третьей степени, Джонс спокойно себе спит с распахнутой форточкой. Блондинка быстренько, стараясь быть, как можно тише, прикрыла ее, поворачиваясь к кровати. Пару минут она не решалась подойти ближе, опасаясь реакции парня, но когда зубы начали громко цокотеть в тишине этой темной комнаты, все же ступила пару шагов вперед, останавливаясь около постели. Она тихонечко опустилась на краюшек, почти бесшумно залезая под одеяло, устраивая ручки под голову, так как подушка была всего одна. Элизабет понадеялась спокойно уснуть, пытаясь согреться, но, видимо, прогнувшийся матрас из-за веса ее тела, справа от брюнета — все же заставил его заподозрить неладное. Джагхед сонно разлепил глаза, нехотя их открывая, размыто завидев лежащую перед собой блондинку, которая слегка неуверенно смотрела на него, закусив губу. — Какого черта ты тут делаешь? — шепотом возмутился он, потирая глаза руками, переводя взгляд на часы, стоявшие на прикроватной тумбочке, замечая, что был разбужен в два часа ночи. С какого перепугу? — Иди к себе. — Там очень холодно, Джаг… — изо всех сил пытаясь перестать дрожать, девушка выдохнула, кутаясь в одеяло почти с головой. — Я совсем не могу спать. Можно к тебе? — Нет, я просил не заходить в мою спальню. Или мне запираться на ключ еще и ночью? — фыркнул, цокнув языком, поправляя спавшие на лицо волосы. — Пожалуйста… — пискнула Бетти, силясь не расплакаться, словно маленький ребенок, которого пытались выгнать из комнаты. — У тебя даже одеяло теплее моего. — Потому что я ненавижу спать в одежде. — произнес, смерив в темноте ее раздраженным взглядом. — Ты что, спишь голым? — слегка удивилась, не представляя, как человек в такую холодень может так поступать. — Проверь. — усмехнулся, закатив глаза, потягиваясь в постели. Купер прикоснулась холодными пальчиками к его ребрам, ощущая тепло его тела. Казалось, он совсем не замерз. Джонс зашипел, поежившись от неприятного прикосновения, отбросив ее руку в сторону. Он негодующе взглянул на нее, и девушке стало жутко неловко от его прожигающего взгляда, который чувствовала на себе даже в темноте. — Ты ледяная, Купер! — почти вскрикнул, все еще ощущая холодный участок кожи, которого коснулась ее рука. — Сначала шастаешь полураздетая, без тапок, а потом тебе холодно. И это что… моя толстовка? — возмутился завидев знакомую вещь, которую по случайности забыл на спинке кухонного стула. Видимо, она ворует не только его ужин, а теперь еще и одежду. — Прости. — неловко улыбнулась, желая говорить с ним, как можно дольше, лишь бы еще хотя бы на мгновение остаться в этой теплой постели. — У меня не было ничего теплее. И тапок у меня тоже нет. — поджав замёрзшие пальцы на ногах, спрятанные за тонкими носками, слегка поежилась, желая спрятаться в невидимый кокон, лишь бы только не чувствовать себя сейчас так жутко, словно не имеет в этой жизни права абсолютно ни на что. Парень умолк, устремив на нее свой взгляд, понимая, что она права. Черт, да он спит с ней время от времени на протяжении этого месяца; имеет ее, как только ему это вздумается, но не в состоянии обратить внимание хотя бы на то, что у нее в этом доме нет даже собственных тапочек. Он почувствовал себя жутчайшим уродом, силясь не блевануть от накрывшего отвращения к своей персоне, но обязательно скрыл колкие угрызения совести от ее глаз. — Можно я останусь? — нерешительно спросила она, ощущая то, как сильно ее клонит в сон, и усталость после длиннющей смены наваливается на нее тяжелейшим грузом, заставляя веки закрываться. Джонс помедлил, сухо сглотнув, думая о правильности своего решения. — Ладно. — сдался, чувствуя легкое облегчение, словно этот поступок способен разрушить собственноручно созданный образ ублюдка. — Только не вздумай лезть ко мне с объятиями! — предупредил, грозно сверкнув глазами, когда блондинка слабо кивнула в ответ, прикрыв веки. Брюнет продолжил смотреть на ее лицо, чувствуя, что собственный сон поспешно его покинул. Джагхед заметил то, как выравнялось ее дыхание и ресницы перестали беспокойно подрагивать. Она уснула. Джонс подложил руку под щеку, наблюдая за ней в темноте, лишь слабо различая черты ее лица. Перед ним она открывалась совершенно с разных сторон, иногда абсолютно случайно, сама того не замечая, показывая себя настоящую. Это не была привычная стерва и выскочка Купер, которая бесила его лишь одним своим присутствием уже на протяжении трех лет, с тех пор, как он перевелся в Ривердейл Хай из школы Саутсайда в выпускном классе; и с первого же дня взбесился на эту наглую особу, которая заняла место рядом за партой. Это была не та Элизабет, которая выставляла себя шлюхой на показ, не боясь быть развратной и беспринципной. Не та, которая открыто флиртовала с парнями в клубе, желая развести их на выпивку; не та полуголая девица, свалившаясь в бассейн на очередной вечеринке, бухущая в хлам, едва не захлебнувшись. Это все маски. Перед ним была Бетти. Маленькая, хрупкая, ранимая Бетти. Он не мог не замечать ее покрасневших глаз, когда в очередной раз повысит на нее голос. Он действительно не мог отвести взгляд от ее искренней улыбки, когда она смотрела любимый фильм, валяясь на его диване вверх ногами, забросив их на стену. Он не мог забыть ту глубину ее ясных голубых глаз, которой захлебывался каждый раз, стоило ему лишь только заглянуть в них. Даже мельком. Он безоговорочно помнил каждый тонкий стон, сорвавшийся с ее губ, когда ласкал ее тело руками; помнил каждое касание ее пальчиков к своей коже и мурашки, которые они вызывали. Бетти была многогранной. Необычайно простой и в то же время абсолютно загадочной. Разной. Казалось, стоит ее повернуть, и картинка менялась на глазах — она становилась совершенно другой. Ему было сложно поверить в то, что он действительно замечал эти все детали в человеке, которого никогда особо и не воспринимал всерьез (не учитывая тот случай в выпускном классе, когда на тусовке дома у Арчи, он сам полез к ней целоваться, не сумев сдержаться от вида ее тела в черном кружевном и безумно коротком комбинезоне. Но успешно свалил все на выпитый алкоголь, который в тот вечер даже не пробовал). Джагхед изо всех сил упирался против того несущегося поезда, который привез бы его только в одно место. К ней. Он знал, что это неизбежно, и где-то в глубине души чувствовал то, что в какой-то момент ему все же придется признаться в этом не только самому себе, но и ей (что было просто смертельно. Смертельно страшно). Парень видел в ней ту частичку себя, от которой всегда пытался убежать. Сломленную. Разбитую. Растоптанную. Покрытую толщей непробиваемой фальши. Он безуспешно бежал от нее и от самого себя. Гораздо проще быть равнодушным, гораздо проще делать безразличный вид, не замечая того, как поступал с ней. Гораздо проще, чем принять себя и свои ошибки.

***

Блондинка тихо посапывала рядом с ним, не касаясь его тела своим, словно даже во сне запрещая себе ослушаться его приказа. Джагхед не сумел себя сдержать, осторожно вытягивая руку вперед, невесомо касаясь пальцами кончик ее носика. Холодный. Парень удрученно выдохнул, прикоснувшись к ее руке, ощущая то, что она так и не нагрелась даже под теплым одеялом. Джонс закусил губу, бегающим взглядом осматривая девушку напротив, ведя внутри себя ожесточенную борьбу, буквально разрываясь на две части. Одна из них победила. Он осторожно приобнял Элизабет за плечи, медленно подтягивая ближе, стараясь не разбудить и не выдать себя собственноручно и так глупо. Джагхед затянул ее в свои теплые объятия, предоставляя место на небольшой подушке, позволяя уткнуться носиком в его шею. Девушка замычала, почувствовав горячее тело рядом, крепче прижимаясь к нему, забрасывая ножку на его бедро. Он по-доброму усмехнулся, тщательней укрывая ее одеялом со всех сторон, окольцовывая хваткой своих рук. В нос ударил легкий цветочный аромат ее распущенных волос, заставляя расслабленно выдохнуть. Жутко непривычно засыпать с кем-то в постели, что произошло, наверное, действительно впервые. Парень осторожно коснулся пальцами ее локона, спадающего на лицо, заправляя за ушко. Ее кожа пахла его одеколоном, благодаря объемной темной толстовке, надетой сверху. Джаг вновь устремил на нее свой взор, лаская взглядом пухлые губки, аккуратный тонкий носик, длинные подрагивающие ресницы. Как можно было ее не любить? Джонс встрепенулся, испуганно расширив глаза от жуткой, странной мысли, забревшей в его голову. Нет-нет-нет! Стоп! Нужно срочно остановиться думать о подобном, иначе вся его устоявшаяся жизнь улетит к херам собачьим. Он тяжело выдохнул, слыша отчаянный стук своего сердца, которое, словно пыталось вырваться из груди в сию же минуту. Парень удрученно замотал головой, почувствовав резкое желание закурить. Немедленно. Вновь взглянув на девушку, которая так спокойно сопела, устроившись на его плече, уткнувшись носом в шею, щекоча загорелую кожу своим дыханием — он ясно понял, что спокойно выбраться из постели у него точно не выйдет. Джагхед расстроенно хмыкнул, откинув голову на подушку, подтягивая Бетти чуть выше, крепко обнимая за талию. Она словно идеально подходила ему, так прекрасно вписываясь в теплые объятия. Будто была создана для него. Он замычал, понимая, что если не уснет в это же мгновение — то его голова стопроцентно взорвется от надоедающих мыслей. — Дурак! — прошептал, смотря в потолок, пальцами невесомо перебирая края своей кофты на теле Элизабет, касаясь бархатистой кожи. Она уже слегка нагрелась. Парень медленно и осторожно повернулся на бок, притягивая ее к своей груди, накрывая одеялом почти с головой. Он на мгновение остановился рукой на ее щеке, поглаживая большим пальцем. Девушка легко улыбнулась сквозь сон, немножко поморщив нос. — Прости. — не зная зачем произнес это именно сейчас, задержал дыхание, аккуратно прикасаясь своими горячими губами к ее виску, запечатлевая невесомый маленький поцелуй. Он прикрыл глаза, силясь уснуть, чувствуя ее пылающее дыхание на своей груди, стараясь не пускать в добавок к странным мыслям еще и развратные. Через пару часов Джонсу все-таки удастся нырнуть в сон, непроизвольно обнимая ее за талию до самого утра. Непременно, Купер выслушает о том, что сама к нему полезла.

***

Элизабет изящно выгнула спину, игриво забрасывая ногу на ногу, облизнув выкрашенные алой помадой губы. Ее идеально уложенные светлые локоны идеально рассыпались по плечам, спускаясь к лопаткам. Черное кружево соблазнительно обтягивало все изгибы, приковывая к себе взгляд многих парней в этом клубе. Она сидела у барной стойки, помешивая трубочкой первый за вечер коктейль, стреляя глазками по сторонам. Ей не была в новинку клубная жизнь, девушка чувствовала себя в ней, словно рыба в воде, прекрасно зная, что можно ожидать от каждого на этой тусовке. Еще лет в пятнадцать она даже и не думала о том, что будет так бесцельно прожигать свою жизнь, проводя вечера в клубах, меняя лишь локацию. Ей всегда казалось, что ей уготовлена лучшая судьба и приличная жизнь, какой-нибудь престижный колледж из Лиги Плюща, слишком хороший парень, маленький уютный домик и в будущем блестящая карьера. Но все эти наивные глупые девичьи грезы улетели к чертям с разводом родителей, с первой пьянкой матери, с первой пощечиной в порыве гнева, со смертью отца, с ранней беременностью старшей сестры, с первым нервным срывом и передозом антидепрессантами. Сейчас ей двадцать один, она уже давно не верит в то, что ее в этой жизни хотя бы что-то или кто-то ждет; учится не в самом лучшем колледже родного города, работает барменом, все чаще и чаще ворует вещи в магазинах, живет в трейлере у Джонса, трахаясь с ним раз в несколько дней, не претендуя на что-то большее. Привыкла. Не зная другого отношения к себе, Бетти просто-напросто привыкла к тому, что с ней парням нравится спать. Иметь, как им вздумается, не всегда заботясь об ее собственном удовольствии. Переспать максимум парочку раз и больше никогда не перезванивать. Но не больше. Купер всегда было интересно, как это — когда тебя любят? Как это — встречаться с тем, кто заботится о тебе и искренно интересуется тем, как твои дела? Она часто смотрела на Веронику и Арчи, откровенно завидуя подруге. Они ходили в кино, дарили друг другу подарки, завтракали вместе в Pops, держались за руки, согревали друг друга объятиями в плохую погоду. С ней же такого не случалось. Единственный раз ее позвали в кинотеатр, чтобы попытаться перепихнуться в туалете. Вершиной полученных подарков был паршивый дешевый виски, купленный на ближайшей автозаправке. Видимо, это все, чего она достойна. Ее однажды позвали в ресторан, позже, не спрашивая, увозя к себе домой ради продолжения ночи. К слову, она сбежала, как только вышла из машины, даже сломав по дороге каблук. Было жутко обидно. Каждый раз, когда она думала, что с ней хотят провести время, узнать что-нибудь об ее жизни, поговорить на любые темы, просто по-человечески пообщаться — всем нужно было только одно. В ней видели лишь кусок мяса. Резиновую куклу для удовлетворения своих потребностей. Противно. Когда она позволила себе стать такой? Когда переступила ту черту, которая в итоге оказалась судьбоносной? Возможно, когда в очередной раз напилась в шестнадцать лет, переспав с капитаном футбольной команды, на следующий день моментально зарабатывая клеймо шлюхи. Возможно, когда решила играть выпавшую роль до конца, выбирая наряды все короче, нанося броский макияж. Возможно, когда после какой-то из многочисленных вечеринок ее обнаженное фото разлетелось по всей школе. А ведь это был всего десятый класс. Дальше только хуже. Однажды Арчи пришлось спасать ее из рук выпившего одноклассника; как-то раз Вероника и Кевин доставали ее из участка, втихаря от мамы-Купер. Множество поступков, за которые должно было быть стыдно, но ведь таким, как она неизвестно, что это за чувство. Верно? — Скучаешь, красавица? — послышался рядом чей-то незнакомый голос, и повернув голову, девушка увидела перед собой какого-то молодого парня, довольно симпатичного на лицо. — А что, есть варианты, как можно это исправить? — хитро усмехнулась, закусывая трубочку зубами, обольстительно улыбаясь. — Я всегда полон идей. — подмигнул, продолжая неприкрытый флирт, решив, что нашел подходящую кандидатуру на этот вечер. — Нейтан. — Элизабет. — ответила в тон, замечая, как он придвигается ближе. От него разило уже выпитым алкоголем и каким-то специфическим одеколоном. У Джагхеда определенно лучше. — Красивое имя. — до чего же банально слышать повторяющуюся фразу каждый раз, когда кто-то пытается залезть ей в трусы. Она не подала виду, натянуто улыбнувшись, медленно поправляя локон у лица. — Не желаешь выпить? — Хочешь купить мне коктейль? — прищурилась, стуча накрашенными красным лаком ноготочками по стеклянной столешнице барной стойки. — Предлагаю кое-что лучше. У меня дома есть прекрасная коллекция французских вин. — его ладонь опустилась на ее колено, мягко поглаживая, поднимаясь все выше, пока пальцы не достигли краешка кружевного комбинезона. Девушка медленно проследила взглядом за его рукой, закусив губу. — Как тебе такая идея провести эту ночь? — Ох, так заманчиво. — хитро прищурилась, накрывая его пальцы своими, грубо впиваясь острыми ногтями в кожу. — Но, к счастью, у меня аллергия на вино. — выплюнула, сбрасывая его руку со своего тела. — Блевать тянет. — разозлено произнесла, сверкнув голубыми глазами. Молодой человек заметно помрачнел, и его приветливый тон улетучился в сию же минуту. Он раздраженно встал со своего стула, отступая на шаг. — Стерва. — прошипел, шагая прочь, заставив Бетти рассмеяться. Как же все-таки просто превратиться из «очаровательной девушки» в «стерву» и «динамщицу». Стоит всего-то задеть гордое мужское самолюбие, отказав в перепихоне. Банально.

***

Джагхед решительно зашел в клуб, слегка поморщившись от громких басов, искрящихся из огромных колонок. Он прищурился, когда в глаза, не привыкшие к яркому освещению, неприятно ударили разноцветные блики. Брюнет осмотрелся вокруг, желая найти Свит Пи, ради которого собственно сюда и приехал. Он ни за что бы не согласился на встречу в клубе, но последние несколько лет они видятся с другом слишком редко из-за учебы того в Центервилле, а проблемы у Змеев накапливаются со скоростью света. И, видимо, что понятие «нейтральная территория» для Бейкера — это шумная ночная забегаловка. Джонс вновь повернул голову в сторону барной стойки, ища там знакомую черную куртку со змеей. И совершенно не удивился, когда завидел ее именно там. Решительно направился вперед, замечая, что друг уже окучивает очередную доступную девицу, что-то увлеченно заливая ей в уши. Он взглянул на особу, которая сидела рядом с ним, взволнованно осматривая блондинистые волосы и знакомый черный комбинезончик. Ох, его было действительно сложно забыть. Парень непроизвольно сжал руки в кулаки, желая оказаться рядом с ними, как можно скорее. — Что желаешь выпить? — до его ушей долетела фраза Стивена, а в груди почувствовалась странная колючка. Укол ревности? Бетти даже не успела ничего ответить, как между ними возник сам Джагхед, обращая взгляд на блондинку. — Снова клянчишь у парней коктейли? — привычно насмешливо усмехнулся, оглядывая ее с ног до головы, мысленно отмечая, что выглядит она и правда крышесносно. Не зря, видимо, сегодня заняла ванную на несколько часов, раздражая его, не давая даже сходить в туалет. — И тебе доброй ночи, Джонс. — слегка нахмурилась от его пристального взгляда, сжимая стакан в руке. — Тебе-то что? — Абсолютно ничего. — кратко бросил, чувствуя странную нарастающую злость в груди, желая выплеснуть ее поскорее. Она так оделась не для него. — Смешно смотреть на твои жалкие попытки. — «добродушно» ухмыльнулся, поправляя воротник косухи. — Э… Вы знакомы? — наконец вклинился в их разговор Свит Пи, слегка удивленно осматривая то одного, то другого. — Если что, Джаг, я не знал. — сразу же оправдался, замечая, как поменялось выражение лица друга, становясь более раздраженным. — Успокойся. Не ссы. — хмыкнул, презрительно взглянув на окружающих, ища свободный стол подальше от Купер. — Учились вместе. — Между прочим, учимся до сих пор. — фыркнула Элизабет, допивая свой коктейль, отставляя его в сторону. — Без разницы. — Джаг наконец завидел пустующий диван в вип-зоне, кивая другу в нужном направлении. Стивен понял его без слов, поднимаясь с места, проходя вперед. Джонс ступил пару шагов за ним, на мгновение останавливаясь, пытаясь заставить себя идти дальше, но ноги почему-то упрямо не слушались, желая остаться здесь. Он повернулся к Элизабет, девушка расстроенно опустила голову на ладонь, мешая трубочкой остатки льда в стакане. Настроения не было совершенно. — Сделай ей Маргариту. — подойдя вновь к барной стойке, бросил бармену, положив на столешницу нужную сумму. Блондинка даже вздрогнула от его появления, удивленно поворачиваясь в его сторону. Она изумленно смотрела на него, не понимая, зачем он это делает. — Веселись, Купер. — хитро прищурившись, подмигнул, протягивая ей готовый коктейль. — Хотя бы один вечер проведи без унижений. — всучил в руки свою карту, достав из заднего кармана джинс, буквально вкладывая в ладонь. Он скрылся в толпе, Элизабет удрученно взглянула на кредитку, зажатую пальцами, чувствуя себя весьма неоднозначно. Неужели она настолько жалкая? Горький ком застрял в горле, а в груди застыло жуткое гадкое отчаяние. Хотелось забыться, окончательно потеряв голову. — Двойной виски. — кивнула бармену, кладя на столешницу карту, продвигая вперед. — И несколько раз повторить. — раз уж он просил ее «веселиться», значит так тому и быть. Ей-ли не знать, как накрывает после смеси подобного алкоголя. Будет жарко.

***

— Блять, Купер, приехали! — парень буквально вытолкнул девушку из такси, стараясь удержать ту за локоть. Черт его дернул оставить ей карту, приказывая расслабиться. Видимо, Элизабет восприняла его слова слишком буквально, расслабляясь с помощью виски до такой степени, что теперь абсолютно не могла устоять на ногах. А ее ботфорты на высоком каблуке этому только способствовали. Блондинка икнула, пошатываясь в сторону так, что почти достала до земли носом, если бы не Джонс, вовремя схвативший ее за талию, резко прижавший к себе. Она подскользнулась на замерзшей дорожке, буквально падая в его объятия, хватаясь пальцами за воротник косухи. — Куда мы приехали? — наивно спросила, заглядывая ему в глаза, хлопая длинными ресницами. Парень раздраженно фыркнул, слыша то, насколько сильно от нее несло алкоголем. Видимо, завтра кому-то будет действительно «весело». — Домой, Купер! — устало протянул, продвигаясь в сторону трейлера, таща ее за собой. Ноги блондинки опасно подворачивались, грозясь устроить столкновение ее красивого личика с землей. — Стой здесь! — скомандовал, прислоняя ее к стене дома, ища нужный ключ. Пока он открывал замок, Бетти увлеченно рассматривала округу, словно видела это место впервые. Она резко повернула голову влево, в глазах окончательно помутнело, и девушка так и не поняла, когда успела свалиться в снежный сугроб. — Ай! — заныла, валяясь в холодном снегу, моментально промочив кружевной комбинезон и светлый полушубок, который, к слову, в прошлом году подарила Вероника. Щека больно соприкоснулась с ледяными крупинками, и кожа покрылась мурашками от пронизывающего холода. Джагхед обернулся, желая завести Купер в дом, но не нашел ее там, где оставлял, замечая ее длинные ноги на сугробе, и саму девушку, пытающуюся выкарабкаться оттуда, вновь упавшую лицом вниз. — Господи, неужели ты не могла просто постоять? — он схватил ее замерзшую руку, крепко сжимая в своей ладони, потянув на себя. Блондинка вновь соскользнула, проехавшись задницей по земле, не имея возможности подняться на ноги. — Пожалуйста, помоги… — протянула, обратив на него взгляд голубых глазок, состроив умоляющий вид, не забыв случайно икнуть. Брюнет фыркнул, цокнув языком, раздраженно выдохнув. — Как ты мне дорога, Купер. Он рывком поднял ее, заставив встать, подхватив под руки. Она шаталась, силясь не упасть, хватаясь за его косуху. Парень резко обнял ее за талию, забрасывая себе на плечо, отряхивая ладонью грязь с ее пятой точки. Оказавшись в трейлере, быстро закрыл двери на замок, стараясь не напустить еще больше холода, и сбросил ее на диван, усаживая спиной к подушке. Девушка довольно улыбнулась, окидывая его пьяным взглядом, слегка закусывая нижнюю губу. В голову моментально взбрели глупые мысли. — Джагхе-е-е-д! — медленно произнесла, делая тон слегка игривым, протягивая к нему руки, смотря на то, как он снимает курточку и сбрасывает свои берцы. — Иди ко мне. Джонс повернулся в ее сторону, изогнув бровь, не понимая, что ей нужно. Но этот загадочный блеск в глазах, словно в них плясали черти, явно не сулил ничего хорошего. — Отстань. — буркнул под нос, проходя к барной стойке, включая электрический чайник, желая заварить кофе. — Ну, Джаг! — не унималась девушка, слегка топнув ногой и надув алые губки. Она невольно смахивала на обиженного капризного ребенка, заставляя закатить глаза. Пытаясь встать, почти рухнула на пол, падая на колени. Брюнет чертыхнулся, поднимаясь на ноги, подходя к ней ближе. — Купер, не беси. И сиди смирно. — он пытался схватить ее за руки, чтобы вновь заставить встать, но та упорно отмахивалась, не желая ему подчиняться. В конце концов она схватилась пальцами за края его футболки, оттягивая вниз. — А я не хочу сидеть смирно. — облизнув губы, хитро прищурилась, проходясь порхающими движениями по темной дорожке волос вдоль его живота. Парень сухо сглотнул, укоризненно на нее посмотрев. — Я знаю занятия поинтереснее. — А я не хочу трахать синее тело. — прошипел, пытаясь скинуть ее руки с себя, но блондинку это только больше раззадорило, заставляя войти в азарт. Она уцепилась за железную бляху его ремня, умело расстегивая, переходя к верхней пуговичке джинс. Джонс тяжело выдохнул, стараясь ее успокоить, но та была жутко настырной. — Тогда я все сделаю сама. — быстро потянула молнию ширинки вниз, расстегивая, чувствуя то, что не так уж он и «не хочет» заняться чем-нибудь интереснее. Его тело говорило обратное. — Так, Купер, стоп! — разозлился, хватая ее за руки, крепко сжимая запястья одной ладонью. — Немедленно прекрати до меня домогаться. Она пьяно хихикнула, громко икнув, чувствуя то, как аукается выпитый виски. Элизабет упала лбом в область его паха, чуть приподнимая голову, оттягивая зубами видневшуюся из расстегнутых штанов ткань черных боксеров, пытаясь стянуть их таким способом. — А ну не зли меня. — он отпустил ее руки, хватая в кулак светлые локоны, слегка оттягивая, заставляя отпрянуть. Блондинка поморщилась, недовольно смотря на него. — Ты не знаешь, от чего отказываешься. — самоуверенная улыбка на ее лице взбудоражила брюнета еще больше, чувствуя болезненную тесноту нижнего белья, но черт! Он не собирается заниматься с ней сексом, когда она даже не стоит на ногах (несмотря на то, что у него-то все-таки стоит). Элизабет резко вдохнула воздух, чувствуя подступающий к горлу ком, прикрыв рот рукой. Парень догадался, что его ждет явно что-то неладное, желая быстро переместить ее в ванную. Но, видимо, у выпитого ею алкоголя были другие планы, и в следующую минуту все, что хранилось в ее желудке, успешно очутилось на его темных джинсах. — Фак, Купер! — воскликнул Джонс, брезгливо поморщив лицо. Бетти подняла на него виноватый взгляд, утирая рот тыльной стороной ладошки. — Прости-и-и! — протянула, неуверенно шатаясь, сидя на полу. — Я все застираю. — она потянулась руками к месту происшествия, но он моментально ступил шаг назад, стягивая штаны вниз. — Не смей к этому прикасаться. — вновь состроил эмоцию отвращения, снял джинсы, относя в ванную на вытянутой руке. Хлопнула дверца стиральной машины и послышался звук нажимающихся кнопок. Блондинка опустилась прямо на пол, чувствуя себя сейчас максимально паршиво. Жутко мутило, в голове все кружилось, словно вертолеты; в глазах плыло, а все тело и вовсе стало, будто ватное. Элизабет прикрыла глаза, морщась от тусклого света лампочки, лежа на спине. Казалось, что теперь ей встать будет совсем не по силам. Она услышала шаги рядом с собой и раздраженное фырканье, а позже почувствовала, как его крепкие ладони подхватывают ее за талию, поднимая с пола. Девушка очутилась у него на руках, уткнувшись носом в шею, все так же не открывая глаз, но тактильно чувствуя, что он остался без футболки. Джагхед хмыкнул, занеся ее в свою спальню, проходя к кровати. Мягкая постель моментально приняла в свои объятия блондинку, заставив облегченно вздохнуть. Парень присел рядом, осторожно стягивая ее полушубок, откладывая на комод, стоявший рядом. Следом медленно расстегнул замки на ботфортах, снимая обувь, отставляя в сторону. Пальцы на ногах были просто ледяными, и, видимо, сапоги тоже оказались не по сезону. Джонс тяжело выдохнул, потирая ее замерзшие ноги, стараясь отогреть. Рукой дотянулся к молнии на комбинезоне, которая, к счастью, была спереди, и аккуратно расстегнув, все-таки сумел кое-как стянуть его с ее тела. Девушка в полусне прикрылась, чувствуя пронизывающий холод комнаты. Она осталась лишь в кружевном нижнем белье алого цвета, когда парень стянул с нее капроновые колготки, украшенные стрелками, не пережившими ее эффектного падения. Брюнет почти бесшумно надел на нее свою толстовку, в которой она недавно спала, достав предварительно из шкафа. Элизабет и не заметила, как оказалась мягко уложенной на подушку и хорошенько укутана теплым одеялом со всех сторон. Девушка потянулась, пытаясь открыть глаза, замечая его размытый силуэт около кровати. Он медленно опустился на постель рядом, залезая к ней. Блондинка повернулась в его сторону, моментально наткнувшись на плечо парня, укладывая на него свою голову. Тот недовольно замычал, но все же оставил все, как есть. — Джаг? — тихонечко позвала, закрывая глазки, чувствуя, как клонит в сон. — Что? — раздраженно спросил, желая наконец спокойно отдохнуть. Но, видимо, с ней это было невозможно. — Почему я никому не нужна? — один вопрос, и Джонс буквально перестал дышать. Он непонимающе нахмурился, слегка приподнимая голову, желая на нее посмотреть. — Все хотят только переспать со мной… так обидно. Неужели я правда не заслуживаю чего-то лучшего? — прошептала, сжимая пальчиками край одеяла, закусив губу. — Мне даже цветы ни разу не дарили. — шмыгнула носом, тяжело выдыхая. — Меня никто никогда не полюбит, да? Нет за что? Джагхед нахмурился пуще прежнего, обвивая ее талию рукой, притягивая к себе ближе. Больно. Это действительно больно чувствовать то, что так сильно гложет ее изнутри. Ладонь непроизвольно сжалась в кулак, когда он вспоминал тех парней, с которыми видел Элизабет. Все они желали получить лишь одно, даже не удосуживаясь уделить ей внимание. Но разве сам поступает лучше? Не стоит считать себя благородным принцем на фоне других, когда делает все точно так же. А она… словно глупышка, тянулась к этим людям и продолжает тянуться к нему, желая почувствовать любовь. Хотя бы капельку заботы. Желая быть нужной. Джонс выдохнул, сквозь стиснутые зубы, прикрыв глаза. — Ошибаешься. — прошептал, слыша мирное сопение на своем плече, понимая, что та уснула. Так даже лучше. Не придется придумывать глупые отговорки, лишь бы вновь не выдать себя. Не сейчас. Парень зарылся носом в ее макушку, легонько потеревшись, слыша приятный запах ее духов. — Дурочка. — выдохнул, оставляя теплый поцелуй на ее лбу, устроившись рядом с ней поудобнее. Он нежно обнимал ее за талию, прижимая к себе, позволяя забросить на себя ногу. По-доброму усмехнулся, погладив ее руку, невесомо касаясь тонких пальчиков, устроившихся на его груди. Пока она спит, мог спокойно наслаждаться касаниями, не боясь быть пойманным с поличным. Сон у нее крепкий.

***

Прежде, чем проснуться и открыть глаза, Элизабет почувствовала жуткую боль, словно кто-то неслабо огрел по голове молотом, не желая прекращать это делать. Она поморщилась, переворачиваясь на бок, хватаясь рукой за височную область. — Гадство. — прошипела, кое-как разлепив веки, осматриваясь вокруг. Она стопроцентно лежала в постели Джонса, но абсолютно не помнила, как здесь очутилась. Вся поездка домой была размыта, словно в тумане, а что тогда уж говорить о событиях после? Как на ней оказалась надета его толстовка? Девушка медленно привстала на кровати, потирая глаза. На тумбочке рядом стоял стакан воды и лежала большая таблетка. Элизабет удивленно нахмурилась, но все-таки живо потянулась к тумбе, выпивая содержимое. Боже, неужели хотя бы кто-нибудь решил о ней позаботиться? Она слегка оживилась, желая спросить у него, что это за приступ великодушия, вылезая из постели. Джагхед сидел на высоком стуле за барной стойкой, наслаждаясь сваренным горячим кофе. Свит Пи развалился на диване, копаясь в ноутбуке Джонса, взяв попользоваться на пару минут ради выхода в Интернет. Дверь спальни неожиданно открылась, и в комнате показалась светлая растрепанная макушка Элизабет, которая вышла к ним, шлепая босыми ногами по холодному полу. Парень недовольно обратил внимание на этот факт. — Проснулась? — удивленно вскинул брови, замечая на часах, что на дворе еще не было и девяти утра. Девушка кивнула, проходя вперед, потягиваясь, не замечая того, как подскочила на ней толстовка, оголяя ягодицы и красные стринги. — И ты здесь, попрошайка? — подняв голову от экрана ноутбука, Бейкер насмешливо осмотрел ее вид, останавливая взгляд на обнаженных ногах. Бетти буквально вскрикнула от неожиданности, до этих самых пор не замечая, что в помещении есть кто-то еще, кроме их двоих. Она возмущенно взглянула на Джага, который криво усмехнулся, заметив ее растерянный неловкий вид. — Могла бы одеться для приличия. — он вновь издевался над ней, открыто насмехаясь, хотя в душе уже проскочило желание пару раз врезать другу за то, как тот бесстыдно пялился на ее задницу. И, видимо, Стив это почувствовал, поспешно закрывая ноутбук, вставая с дивана. — Ладно, пойду я. Дела. — быстро обулся, сопровождаемый не самым радушным взглядом Джонса, застывая в двери. — Тебя подбросить домой, крошка? — повернулся к Бетти, которая неловко оттягивала серую толстовку все ниже. — Я вообще-то живу здесь. — хмыкнула, отвечая более уверенно, проходя к кухонному гарнитуру, доставая свою личную чашку. Бейкер опешил от подобной новости, подавившись воздухом, вопросительно взглянув на Джагхеда, и его немой вопрос читался без слов. Что за чертовщина? Джонс сверкнул глазами, призывая ничего не спрашивать, пока девушка преспокойно заваривала себе чай, стоя за его спиной. — «Учимся вместе» значит? — Свит все же произнес вполголоса, как-то слишком загадочно пришурившись. — Вали. — буквально по буквам прошептал брюнет, гневно взирая на друга. Не прошло и полминуты, как за ним закрылась дверь. Он обернулся к Бетти, стоявшей позади, мельком пробежавшись заинтересованным взглядом по ее ножкам, добираясь до ягодиц. Девушка, словно чувствовав на себе его внимание, потянулась к верхней полке за пачкой дешевого печенья; ее толстовка задралась все выше, оголив кожу, покрывшуюся мурашками от прохлады. Парень, словно что-то вспомнив, резко поднялся с места, подходя к дивану, доставая что-то из-за него. Блондинка опешила, когда развернувшись, буквально наткнулась на грудь брюнета. Он выудил из-за спины пару пушистых объемных теплых тапок коричневого цвета в виде ежиков. — Держи. — бросил на пол к ее ногам, замирая. — Ну же, надевай. — скомандовал, наблюдая за тем, как она неуверенно просовывает в них ступни, все так же пребывая в состоянии шока. — Нормально? Купер кивнула, даже не зная, что сказать, чувствуя себя как-то жутко непривычно. До этих самых пор никто еще не делал для нее подобных вещей. А ведь это были обычные тапки. — Спасибо. — нерешительно произнесла, невинно смотря на него своими голубыми глазками, вновь невольно утаскивая того в свой омут. На мгновение он просто перестал чувствовать реальность. — Считай, подарок к Рождеству. — быстро опомнился, вновь присаживаясь на стул, поворачиваясь к ней спиной. Старая чашка вдруг стала жутко интересной. — Твой подарок я вчера получил. — фыркнул, делая мелкий глоток кофе. — О чем ты? — настороженно спросила, сжимая ручками края кофты, никак не сумев нарадоваться ощущению тепла на ногах. — Ох, ты не помнишь? — усмехнулся, и она могла поклясться, что он стопроцентно самодовольно изогнул бровь. — Кто-то желал сделать мне приятное, пытаясь изнасиловать своим ртом. — девушка моментально покраснела, шумно выдыхая, прикрыв глаза. — Но у тебя получилось лишь только успешно заблевать мои джинсы. — фыркнул, отставляя чашку в сторону, желая сейчас посмотреть на выражения ее лица. Он даже не успел повернуться в сторону блондинки, как почувствовал ее внезапные объятия со спины. Она крепко прижалась к нему своим телом, смыкая руки в замочек на его груди, горячо выдыхая где-то в области затылка. — Прости-и-и! — протянула, подобно вчерашнему, состроив умоляющее лицо. Джонс усмехнулся, не имея возможности удержать равнодушный вид. Ее пальчики поползли вниз, спускаясь к краю его футболки, слегка поддевая и пробираясь за ткань. Она ласкала очертания его пресса порхающими движениями, невесомо касаясь дорожки волос, продвигаясь к резинке серых спортивных штанов. Парень напрягся, чувствуя то, как завязался узел внизу живота, а в боксерах мгновенно становилось теснее. — Я могу стать твоим личным Санта Клаусом и подарить любой подарок, который только способна придумать твоя извращенная фантазия. — соблазнительно прошептала на ушко, слегка прикусывая мочку его уха, быстро зализывая укус. Джагхед развернулся в ее объятиях, мгновенно хватая ее за талию, резко приподнимая и усаживая на барную стойку. Элизабет вскрикнула от неожиданности, звонко рассмеявшись, очутившись пятой точкой на деревянной столешнице. — Хочешь получить его сейчас? — шире раздвинув ноги, она обхватила ими его поясницу, ближе притягивая к себе, чувствуя его каменный стояк. — Как насчет грубого утреннего секса? — закусила губу, соблазнительно прищурившись, зарываясь пальчиками в густые растрепанные кудри. Парень прикрыл глаза от наслаждения, едва не простонав от блаженства, приникая губами к ее шее. — Дура. — нетерпеливо замычал, начиная покрывать страстными поцелуями ее шею, отодвигая воротник толстовки вниз. — Но жутко сексуальная. Бетти усмехнулась, запрокинув голову, упиваясь его движениями, чувствуя горящие следы от теплых губ. Проще в очередной раз пропустить все мимо ушей; отдаться страсти, во все горло выкрикивая его имя во время оргазма; вновь натянуть безразличную улыбку на лицо, выкуривая одну сигарету на двоих после. Проще быть дурой.