Записки на асфальте

Питерская зима всегда одинаковая: то снег, то дождь, то подмораживает. Поэтому вечная грязь на питерских улицах не дает автомобилисту жить спокойно: из-под колес, проезжающих впереди, прямо в окна несется огромное количество жидкой грязи. «Дворники» обычно работают непрерывно, поэтому на лобовом стекле всегда остается небольшое относительно прозрачное пространство, через которое можно смотреть на мир, как через амбразуру пулемета. Если заканчивается стеклоомывающая жидкость — движение заканчивается. Потому что метра через три-четыре это в принципе невозможно: вообще ничего не видно. Поскольку расход такой жидкости, как правило, достаточно большой, в зависимости от степени влажности погоды и интенсивности посыпки дорожного полотна всякой растворяющей снег гадостью. Однажды я по забывчивости обнаружила на улице без ближайших заправок и соответствующих магазинов ее полное отсутствие. Дворники, царапаясь, скрипели по сухому стеклу. Несмотря на то, что благодаря обильной соли, дорожное покрытие было влажным и неплохо брызгалось грязью, все же подмораживало. Перспектива добираться домой в темноте и практически вслепую не радовала. Я остановилась вблизи ближайшего ларька с горячительными напитками, стоявшего на остановке общественного транспорта. Возле окна, откуда доносился бодрый мат продавщицы, толпилось несколько пьяниц, которые в предвкушении близкого удовольствия шумно обсуждали, что лучше: две бутылки боярышника из аптеки за углом, или все-таки маленькая отсюда. Все дружно пришли к выводу, что боярышник лучше, но до закрытия аптеки успеть невозможно, поэтому коллектив решил остановить свой выбор на том, что есть в свободном доступе. Очередь уставилась на мою скромную персону, примостившуюся в самом конце, обсудила и постановила, что мне, скорее всего, нужны сигареты. Ладно, пусть будут сигареты. Наконец, все обзавелись контрольными порциями и частично распределились по остановке: двое устроились на скамейке, двое направились к мусорнице, видимо, на предмет выброшенных бутылок. Очередь дошла до меня. Я показала пальцем на четверть литра самой дешевой водки. Продавщица посмотрела на меня с выражением, но продукцию неизвестного подвального заводика беззвучно предоставила. Я расплатилась и направилась к машине. А вот дальше мною была совершена серьезная ошибка. Под светом фонаря я открыла капот, отвернула крышечку бачка стеклоомывателя и совершенно беспардонно направила в него струю живительного напитка. При этом мысли мои были заняты чем-то абстрактным, и все кощунство своего поступка удалось осознать не сразу. На остановке стало подозрительно тихо, потом до меня донесся дружный вздох. Я невольно обернулась: на мои руки уставились минимум четыре пары глаз, в которых угадывалась мука. Ощущение было, как у варвара, совершившего акт вандализма в храме, посягнувшего на самое дорогое, растоптавшего светлый образ грязными сапожищами. Действительно: как я могла! Водку — в бачок стеклоомывателя! Пока в голове происходило осознание всей гнусности своего поступка, рука невольно застыла в одном положении, и из горлышка бутылки размеренно булькала прозрачная жидкость, отчаянно вонявшая чем-то техническим. Как минимум четверо, глядя на процесс, в остановившемся времени сглатывали слюну в такт каждому «бульку». Наконец, я поставила пустую бутылку на тротуар и села за руль. На следующее утро у меня сломался моторчик дворников: нехорошо осквернять чужих богов, они могут обидеться.