Золушок

Следующие два дня прошли без перемен, а на третий в нашей квартире появились ОНИ – высокий крепкий мужчина, лощеный и довольно красивый, и долговязый немного неуклюжий подросток с нелепыми белыми волосами и блекло-голубыми глазами. Мужчина по-хозяйски прошелся по квартире, осматриваясь, затем с таким же равнодушно-снисходительным видом стал рассматривать меня. Парень безучастно подпирал спиной стену и всем своим видом демонстрировал, что он вообще мимо проходил. Бабушка засуетилась, предлагая гостям чай. Но ей вежливо, но твердо ответили, что только что покушали. Потом мужчина повернулся к маме и голосом, не предполагающим возражений, изрек: - Собирайся. Жить будешь у меня. И Миша тоже, но чтобы вел себя тихо. Я уже собрался высказаться в смысле, что я и так не громко себя веду, но мама стрельнула в мою сторону глазами, недвусмысленно пресекая мои попытки вякать. Мне оставалось захлопнуть рот. - Старье свое не бери, - снова выдал распоряжение мужчина. – У меня в таком даже прислуга не ходит. Все, что нужно тебе и мелкому, по дороге купим. И мужчина покинул нашу квартиру, вежливо, но очень сдержано попрощавшись с бабушкой. Следом за ним уковылял и парень. Мама неловко сгребла в сумочку какую-то косметику с тумбочки, быстро взяла документы и, схватив меня за руку, бросилась следом, словно боялась, что мужчина уедет не дождавшись. На бегу поцеловав бабушку в щеку и бросив «я позвоню», она выволокла меня в коридор. - Маам… мамаааа… мы кудаааа? – я попытался затормозить движение, повиснув у нее на руке. Удалось мне это только через три пролета. Устав волочить меня по ступенькам, мама, наконец, остановилась и обратила внимания на мой вопрос. - Мишенька, сыночек, мы теперь будем жить у этого дяди. Его зовут Александр Олегович. Он очень хороший. Может, даже будет тебе как папа. Идем скорей! - Маам, я не хочу жить у дяди! – я попытался помешать маме возобновить движение… не вышло. - Ну, маам! Я же не взял игрушки! – ноль эмоций, меня продолжают тащить по ступенькам. - Мам! А как же Хрюня?! – мой голос предательски дрогнул, а на глаза навернулись слезы. Хрюня – это морской свин, мой любимец, которого мы покупали вместе с папкой. Мама, наконец, снова остановилась, погладила меня по голове и сказала: - Пойми, Мишань, так надо. Так будет лучше. И веди себя хорошо, а то мне будет стыдно за тебя. Ты ведь не хочешь подвести маму? – Я мотнул головой в смысле «не хочу подвести». – Ну, тогда не хнычь и пойдем. Будь хорошим мальчиком. А за Хрюней бабушка присмотрит. А чуть позже мы его к себе заберем. Хорошо? Я молча кивнул, старательно втягивая слезы. И мы выбежали из подъезда.