Roundabout Destiny

После нападения на Гермиону, остаток учебного года пролетел как мгновение. Она была занята сдачей ЖАБА и сдала экзамены на хорошем уровне. На самом деле, ее результат был третьим среди всех выпускников – сразу после Ремуса и Лили, из-за чего Макгонагалл готова была написать еще пару писем Поттерам, которые не убедили дочь раскрыть потенциал. Сдача ЖАБА проходила так же, как и СОВ, они должны были получить свои оценки в середине июня. Джеймс подслушал, как профессор распиналась перед Флитвиком, ведь Гермиона каким-то образом смогла выяснить, при каком количестве баллов она встанет в рейтинге именно на третье место. Флитвик понимающе кивал, похлопывая ее по плечу, а Макгонагалл готова была утопить свою печаль в стакане огневиски. Джеймс был рад, что они закончили школу и могут сосредоточиться на более важных вещах, таких как защита его сестры и спасение их мира. Он, Сириус и Ремус, присоединились к Ордену Феникса, как только закончили обучение. Лили тоже, несмотря на то, что Джеймс пытался убедить ее не делать этого. Гермионе пришлось начать настоящую битву за право поступить также. — Абсолютное нет, — категорично сказал Чарльз Поттер, срываясь на крик, но Гермиона не кричала. Она деликатно села, положив ногу на ногу, а затем посмотрела на него глазами своей матери. — И почему это, папочка? — спросила она самым приятным, самым терпеливым голосом. Тон, который знали все Поттеры, и которым могли добиться многого Гермиона или Дорея. Он нахмурился. — Это может поставить твою жизнь в еще большую опасность, чем сейчас. Ты все еще не полностью оправилась от того, что случилось. — Понятно, — протянула она, внимательно наблюдая за отцом. Она не могла с этим спорить. Ее мышцы и нервы все еще судорожно подергивались в самые неподходящие моменты. Старая Гермиона предложила некоторые зелья, которые дали хороший эффект, но они не могли уничтожить все последствия. — Ну что ж, было бы приемлемо, если бы Сириус, Джеймс, Ремус, мама и Лили сопровождали меня до дома миссис Лонгботтом? Меня пригласили на обед завтра днем. Конечно, мне придется отправить ей сову с предупреждением о том, что меня должны сопровождать, но я уверена, она не откажет, ведь это для моей безопасности. — Не будь смешной, — огрызнулся Чарльз. — Конечно, она будет возражать! Твоя мать была бы крайне недовольна, если бы с ее гостем явились пять дополнительных! Это невежливо и грубо! — Тогда ничто не отменит встречу, — спокойно сказала Гермиона. Чарльз буквально зарычал от злости. Гермиона никогда не видела своего отца таким раньше. Он был таким терпеливым, таким добрым со своими детьми. — Отлично! — крикнул он. — Давай, убей себя! Гермиона ахнула, и ее глаза стали бездонными черными ямами. Ей было одиннадцать лет, и она в третий раз стояла на платформе 9 ¾. Она тяжело вздохнула и решила, что это, должно быть, ее ад. Вечно посещать Хогвартс. Она не знала, что она сделала, чтобы заслужить эту судьбу, и она, конечно же, хотела знать, к кому обратиться, чтоб прекратить это. На этот раз ее магловские родители получили срочный вызов в клинику, и их необыкновенная собранная дочь заверила их, что с ней все будет в порядке. В то время как они были немного не уверены в том, что одиннадцатилетний ребенок самостоятельно доберется до нужной станции, их дочь всегда немного… отличалась. Гермиона шла со спокойной изящностью, ее чемодан послушно следовал за ней. Другие ученики смотрели на странную маленькую ведьму, которая, очевидно, ехала в школу в первый раз, и уже была способна управлять магией. По современным меркам она была одета довольно старомодно. Она настаивала на шелковых платьях, и ее мать заказывала их с помощью каталога. Высокий мужчина, торопясь и не глядя, куда он идет, врезался в нее, сбив с ног. — О, мне очень жаль, — извинился он и протянул руку крошечной девушке, чтобы помочь ей. — С тобой все в порядке? — Конечно, Люциус, — ответила маленькая девочка, отряхивая и разглаживая юбку. Он на мгновение уставился на нее, неверие и шок отражались в его глазах. Она была маленькой леди. Ее волосы лежали на ее спине идеальными блестящими каштановыми локонами. Она выглядела настолько знакомой, что он готов был поклясться, что уже видел ее раньше. Ее карие глаза выглядели намного старше, чем у любого первокурсника. — Я тебя знаю? — наконец спросил он, нервничая. Знакомая ухмылка скривила ее маленький рот. — Я не думаю, что ты сам в это веришь, — пробормотала она. — О, посмотри, Драко здесь. Я сказала тебе, что у тебя будет сын. Ты убедился, что он практикует Окклюменцию достаточно, чтобы быть опытным? — Я… я…, — Люциус смотрел на маленькую девочку в шоке, когда к ним подошел его маленький сын. — Отец, мама говорит, что поезд скоро уедет, — сообщил Драко Люциусу и с любопытством взглянул на девочку. — Привет. Это твой первый год? — В некотором смысле, —ответила она, скрывая улыбку. — Я Драко Малфой, — сказал он, протягивая руку. Его отец и мать наставляли его и учили манерам с тех самых пор, как он научился ходить, и Драко Малфой знал, как действовать при встрече с девочкой. Она, определенно, была леди. Она держалась с тем же видом, что и его мать, и все остальные женщины в их окружении. — Да, я знаю, — сказала она, но положила свою маленькую руку в его. — Гермиона Грейнджер. — Гермиона?! — сказал Люциус, может быть, немного громче, чем следовало бы. Она нахмурилась. — Спокойно, Люциус, я думаю, что Джеймс где-то рядом, — прошипела она. Драко уставился на маленькую ведьму. Никто не говорил так с его отцом. Ну, иногда это могла позволить его мать, но она очень осторожна с этим. Отец повернулся к нему, его лицо было бледным, а его серебряные глаза были широко раскрыты от шока. — Драко, это… э-э… дочь моего очень хорошего друга, — мягко сказал он. — Я хочу, чтобы ты помог ей в школе. Убедись, что она в безопасности. — Ты понимаешь, что мои обязанности требуют моего присутствия в Гриффиндоре? — напомнила Люциусу Гермиона. Он нахмурился и кивнул. — Конечно, твой племянник, — он на мгновение посмотрел на нее и слегка нахмурился. — Ты маглорожденная, не так ли? — догадался он, понимая, что имя Грейнджер ему незнакомо. Она кивнула. — Маглорожденная? — Драко посмотрел на нее с нескрываемым любопытством. — Отец, ты дружишь с маглами? — Это очень длинная история, — ответил ему Люциус. Гермиона загадочно улыбнулась молодому волшебнику. — Не все вещи являются тем, чем выглядят, Драко, — осторожно объяснила она. — Как слизеринец, ты всегда должен помнить, что истина не всегда на поверхности. — Да, мэм, — тут же ответил Драко, а затем взглянул на отца. Он улыбнулся своему сыну. — Она оказывает огромное влияние на всех нас, сын. Называй ее Домина и помни, хорошо ее охраняй, — твердо сказал Люциус. Драко серьезно кивнул. — Да, отец, — ответил он, глядя на красивую молодую ведьму. — Принцесса, ты в порядке? — голос ее отца звучал далеко, но паника в его голосе заставила ее сморгнуть пелену видения. — Папа? — она повернулась и поняла, что он стоит на коленях у ее стула, а в его карих глазах плещется беспокойство. — Я здесь, — успокаивающе сказал он, похлопывая ее по руке. — С тобой все в порядке? — Я… я думаю, да, — пробормотала она. Гермиона прикоснулась к своим щекам, которые были сухими. Это было необычно. Большинство ее видений больше заставляли ее кричать, плакать и дрожать. Это было возможным будущим? Если бы она умерла, она просто переродилась бы в Старую Гермиону? Я действительно ненавижу это, когда ты называешь меня так, учитывая то, что технически я моложе тебя. Это была ты. Правильно? Нет, не совсем. Это была ты, возродившаяся как я, но ты помнила эту жизнь. Могу предположить, что ты возродилась как Провидец. Маглорожденный Провидец, который, должно быть, пугал своим талантом. Ты должна также помнить, что это возможное развитие событий. Это главное. Существует бесконечное количество возможных вариантов. Понимаю. Этот молодой человек был сыном Люциуса? Он не выглядит таким ужасным, как ты описала. Или каким ты его знала. Драко, похоже, меньше похож на ту версию себя. Интересно, это из-за твоего влияния на Люциуса? Я, правда, действительно не хочу оказаться маленькой девочкой, СНОВА. Поэтому мы будем избегать смерти. Как трудно это будет сделать? HP / HG / HP — Вижу, вы без гостей, которыми мне угрожал ваш отец, — строго сказала Августа Лонгботтом, пронзая острым взглядом Гермиону. Молодая ведьма безмятежно улыбнулась миссис Лонгботтом. — Мама поручилась за вас, — объяснила Гермиона с блеском в глазах. — Она сказала, что это будет приятный день, и что вы одна из немногих, кому она доверила бы мою безопасность. Этого было достаточно для папы. Может, не для Джеймса или Сириуса, но они не знают, что я сейчас здесь. — Так что у вас была за идея?.. Как вы это называете? — с любопытством спросила миссис Боунс. Гермиона улыбнулась шире. — Магловское общество имеет ту же самую страсть, что и волшебное, — объяснила Гермиона, — и их общество тоже завязано на богатстве и семье. Те, кто относится к привилегированному обществу, так же тщательно контролируют деятельность своих женщин. Эти дамы не собирались сидеть сложа руки, когда обществу нужна помощь, и они создавали группы, которые назвали «Женское общество помощи». Они помогали раненым на поле боя, готовила повязки для госпиталей. — Но это может сделать хорошее заклинание, — возразила миссис Фенвик. Гермиона кивнула. — Вы правы, но как насчет приготовления зелий для Мунго? Что, если бы мы варили для них основные болеутоляющие и лечебные зелья, чтобы помочь целителям в святом Мунго справиться с нагрузкой? Они могли бы заняться более сложными зельями для больных со сложными ранениями, которыми мы, как чистокровные дамы, не можем занимать свои головы, — объяснила Гермиона. — Но на самом деле… мы сделаем что-то большее? — Миссис Боунс прижала Гермиону, выражая волнение всех собравшихся. — Ну, некоторые из нас действительно будут готовить зелья, иначе это может вызвать подозрения. Остальные же будут заняты, хм… тактическими учениями, — нетерпеливо сказала им Гермиона. Чистокровные дамы бормотали между собой несколько минут. Сегодняшняя группа была отобрана Гермионой и Августой Лонгботтом, и здесь были женщины, которые не побоялись бы ввязаться в их авантюру. — Мне нравится, — твердо сказала Гризельда Марчбэнкс. Ведьме было более ста лет, но она все еще была опасна для любого, кто встанет на ее пути. — Дамское общество помощи! Мой муж был влюблен в крючок, леску и грузило. А мои сыновья влюбятся в это! Блестяще, Августа! Абсолютно безумно! — Я согласна! — раздался гул голосов. У Гермионы был готовый устав для Общества женской помощи, на который она наложила средства защиты, и каждая дама с нетерпением ставила свою подпись под ним. Гермиона ухмыльнулась Августе Лонгботтом, которая кивнула, в ее глазах появился боевой блеск. — Теперь нам понадобится комитет с председателем, — твердо сказала миссис Лонгботтом. — Я думаю, было бы лучше, если бы этот пост заняла миссис Марчбэнкс. Если у кого-то есть более достойные кандидатуры, прошу огласить их сейчас. Все проголосовали за миссис Марчбэнкс в качестве председателя, а затем приступили к планированию своих дальнейших действий. Первая часть их плана заключалась в том, чтобы доказать отцам, мужьям и сыновьям, насколько безобидным будет Женское общество помощи. Они решили, что самый простой способ сделать это - сосредоточить все свое внимание в настоящее время на Святом Мунго. Они сформировали комитет по зельям, комитет по продаже выпечки, швейную комиссию и комитет по сбору средств. Гермиона присоединилась ко всем из них. Она очень хотела вернуться домой и сделать все, чтоб отец дал ей свободу действий. Она настояла на том, чтобы швейная комиссия и комитет по продаже выпечки провели свои первые встречи в доме Поттеров. HP / HG / HP — Гермиона Канопия Поттер! — Голос Чарльза гремел на весь дом. Джеймс и Сириус удивленно подняли глаза и поспешили к кабинету Чарльза, чтобы увидеть, как Гермиона с ангельским видом подходит к отцу. — Да, папочка? — ласково спросила она. Он посмотрел на свою дочь. — Домашние эльфы сообщают мне, что они не только не могут подать мне обед, но я еще и не должен входить на кухню… по твоим распоряжениям, — жестко сообщил Чарльз своей дочери. Она мило улыбнулась ему. — Это потому, что они делают лакомства для продажи печенья в Святом Мунго, — объяснила она. — Продажа печенья? — повторил отец, на мгновение смутившись. Она нетерпеливо кивнула. — Да, чтобы повысить финансирование больницы. А так же благодаря этому бедные семьи смогут получить необходимую помощь, — объяснила она. — Это наша работа для Женского общества помощи, я рассказывала тебе об этом. — Ты собрала его? — сказал он с сомнением. Она кивнула. — Да, папа, ты сказал, что, по крайней мере, я буду в безопасности. Я нахожусь в комитете по продаже выпечки и швейной комиссии. О, кстати, швейная комиссия завтра соберется в твоем кабинете, мы проводим исследование для производства одеял, которые помогли бы пациентам в Мунго, — с серьезным выражением сказала Гермиона отцу. — Мой кабинет? Зачем, во имя Мерлина, вам понадобился мой кабинет? — голос Чарльза вновь гремел. Гермиона моргнула. — Потому, что на нем отличные защитные заклинания. Мы собираемся накладывать огромное количество согревающих чар, ободряющих и защитных заклинаний, — сказала она, удивленно взглянув на него, как будто он сам должен был догадаться. Чарльзу понадобился ровно месяц, чтоб понять, что он больше не может терпеть это и выпроводить Женское общество помощи из своего дома. Честно говоря, Гермиона злилась из-за того, что он был так терпелив, и прилагала все усилия, чтоб вывести отца из себя. Каждый раз отец натыкался на иглы на стульях. Его кабинет был заполнен одеялами и коробками, которые его дочь называла пакетами для ухода. Они буквально захватили его кабинет, удостоверились в том, что он не всегда сможет получать еду вовремя, потом наполнили его дом детьми из неблагополучных семей, которых угощали печеньем и соком, и повсюду были безумные хихикающие женщины, которые говорили только о моде и их перспективах в браке, но потребовалось украсть свежий выпуск Ежедневного Пророка, чтобы заставить его выйти из себя. — Хватит! — взревел он в кабинете одним утром. — Нет уж! Мой дом больше не будет использоваться для Женского Общества Помощи. Уведи их всех отсюда, СЕЙЧАС ЖЕ! Прибежали Джеймс и Сириус, а затем Лили, Ремус и Дорея. Гермиона плакала, жалобно причитая обо всех «бедных детях» и больных в Мунго, которые отчаянно нуждались в ее помощи. — Что, если Гермиона использует свои собственные дома? — предложила Лили. — У нее есть домашние эльфы, они могут ей помочь. — Прекрасно, — прорычал Чарльз Поттер дочери. — Используй чертовы дома. Заполни их своим разросшимся кружком шитья. Пусть домашние эльфы заполнят твои комнаты печеньем. Просто вытащи все это из моего дома! — Если ты так об этом думаешь, папочка, то мы больше не почтим тебя присутствием. Мы не останемся там, где нас не хотят видеть, — фыркнула Гермиона и сделала вид, будто крайне оскорблена. — Именно так я думаю, — прорычал Чарльз. Гермиона повернулась и вышла из комнаты. Женское общество помощи было собрано и вышло из поместья Поттера через два часа. Гермиона усмехнулась. Ах, мне нравится, когда план наконец исполняется. Ммм. Я не могу не согласиться с тобой. Есть определенное удовлетворение. Не бери в голову. Что? Почему ты так вздохнула? Я согласилась с тобой! Нет, нет. Момент упущен. HP / HG / HP — По моему сигналу, дамы! — Гризельда Марчбэнкс взревела, как настоящий сержант. Воздух раскололся пронзительным свистком, и нежные цветы волшебного мира начали боевые маневры. Гермиона стояла рядом с Августой Лонгботтом, улыбаясь с маниакальным ликованием. — Это жалко! — Гризельда кричала на отстающую женщину. — Я видела, как волшебники с одной ногой и артритом двигаются быстрее, чем вы! Пожиратели Смерти уже убили бы твою семью, если ты так и будешь двигаться. — Она довольно пугающая, не так ли? — задумчиво пробормотала Августа. — Она напоминает мне о Грозном Глазе, — ответила Гермиона. — Они, случайно, никак не связаны? — Вполне возможно, — задумалась Августа. — Они не так уж плохи, — пробормотала Гермиона. — Не идеально, но неплохое начало. — Когда мы увидим их в деле? — с любопытством спросила Августа. — Планируется нападение на Фенвиксов. Скоро… чуть меньше месяца, я думаю. Трудно сказать, но мои шпионы сообщат мне, как только появятся сведения, — спокойно сказала Гермиона. — Можно один вопрос, Гермиона? — осторожно спросила Августа. Молодая ведьма повернулась к ней и удивленно вскинула бровь. — Конечно, миссис Лонгботтом, — твердо сказала Гермиона. — Почему сейчас? Зачем мы понадобились? — с любопытством спросила Августа. Гермиона улыбнулась. — Я была в ярости, когда мой отец отказал мне в возможности присоединиться к Ордену вместе с моим братом, аргументируя это скорой помолвкой. Затем я поняла, что я не одинока, что множество девушек, таких же, как и я, были готовы сражаться, но их оттеснили. Это несправедливо. Мы так же можем предложить помощь. Мы не хуже любого умеем обращаться с нашими палочками. С интенсивной подготовкой, которую вы, более опытные дамы, предоставляете нам, мы станем лучше, и я уверена, мы будем представлять большую угрозу, чем Орден, — честно ответила Гермиона. Августа кивнула. — Мне было не очень приятно, когда мой собственный сын отказал мне в праве сражаться вместе с ним, — раздраженно бросила миссис Лонгботтом. — Никто из нас не был доволен этим, — согласилась Гермиона. — Вот почему мы все здесь. Мы собираемся проучить Пожирателей Смерти и преподать небольшой урок тем, кто не верил в нас. Через три недели Гермиона вышагивала перед небольшой группой женщин, которые были одеты в черные комбинезоны, на которые она наложила чары, которые искажали восприятие человека. Для каждого, кто заметил бы их, они выглядели бы как черная тень или подобие тумана. Лица каждой из них тоже были скрыты, волосы собраны. Гермиона, подготавливаясь к вылазке, постаралась избавиться от последствий Круциатуса, и теперь нервные спазмы остались лишь в руках, но были очень редкими. Также она выпила крошечную порцию зелья, которая подавила бы способности Провидца на пару часов. Это было не безопасно, и она не могла использовать его часто, но с огромным количеством видений, которые она испытывала в последнее время, нужно было перестраховаться. — Итак, — начала Гермиона, пряча свою палочку в ножны на бедре. — Все вы собрались сегодня здесь, чтоб испытать себя и понять, возможно ли развить то, что мы задумали. Сохранение семьи Фенвиков - дополнительный бонус. Мы оставляем послание. Ведьмы в нашем мире больше не будут сидеть сложа руки, пока их мужья и дети будут погибать. Это неправильно, и мы отстоим наше право сражаться. Мы не собираемся безобидно обезоруживать и оглушать, эти ублюдки заплатят. Больше не будет ведьм волшебного мира, которые стоят без дела, в то время как они убивают наших детей и наши семьи. — Да, Львица! — крикнули ей в ответ. — Кодовые имена используются ТОЛЬКО во время наших вылазок. Ясно? — Да, Львица! — Хорошо, идем! — Гермиона приложила руку к порталу, и ее команда аппарировала одновременно. Она почувствовала быстрый всплеск гордости, но тут же замяла его. Удачная аппарация была не тем событием, которое должно было привести ее в восторг. Смерть Пожирателей и спасение семьи – вот что должно стать ее поводом для гордости. Пожиратели Смерти не видели, как они приближаются. Группа Гермионы двигалась как команда, у них были свои приказы, и они знали, что приоритетом является спасение семьи Фенвик. Часть их группы отделилась, каждой женщине был назначен один член семьи, которого нужно было забрать. У каждой из них были небольшие подвески, которые действовали как портал, чтобы быстро исчезнуть оттуда. Он должен был отправить их в безопасное место под защитой Хранителя Тайны. Ни одно из этих мест не было каким-то из домов Гермионы, потому что она знала, что никогда не сможет объяснить это Сириусу или Джеймсу. Двигаясь быстро, другая половина команды Гермионы попыталась нейтрализовать Пожирателей Смерти. И эти девушки не мелочились, не играли с противником. Их палочки работали безостановочно. Девушки двигались с изящной грацией, и Гермиона позволила себе гордиться ими. Белые искры взлетели над домом, что было сигналом к тому, что нужно уходить. Последние девушки тут же схватили свою подвески и исчезли. Пожиратели Смерти смотрели друг на друга в замешательстве и оглядывались вокруг, замечая тела, лежащие на земле. Все они были Пожирателями Смерти, не было ни одного из странных существ, с которыми они сражались. Их лидер тяжело вздохнул. Темный Лорд будет недоволен. Он вздрогнул, понимая, что их ждет. HP / HG / HP — Что ты думаешь о пироге с корицей? — спросила Гермиона, сосредоточенно глядя на собеседника. Северус сделал глоток чая. — Немного суховат, — сказал Регулус. Люциус кивнул. — Хм… А как насчет шоколадного с вишней? — Это было гораздо лучше, — прокомментировал Северус со своего места. Гермиона вздохнула. — Я думаю, что пирог с корицей был бы прекрасен, если бы добавили немного яблочного соуса, он был бы не таким сухим. — Возможно, стоит использовать чуть меньше вишни, она сильно выделяется и приглушает шоколад, — мягко сказал Северус. Гермиона повернулась к шеф-повару своих домашних эльфов, которые кивали и делали заметки. — Будет сделано, мадам, —вежливо сказал маленький эльф. Она повернулась к своим милитам. — Теперь скажите, известно ли что-то новое? — с тревогой спросила она. Все трое покачали головами. — Нет, Домина, — хмуро взглянул на нее Люциус. — Мы усердно работали, чтобы казаться нетерпеливыми, амбициозными. Темный Лорд видит это, он поставил нас всех на ключевые позиции. Кстати, у меня есть еще двое людей, которых я могу представить тебе в полнолуние. — Конечно, — кивнула Гермиона. Джейми и Сириус остались с Ремусом во время полнолуния, и это было самое легкое время для новых целей. Она повернулась к Регулусу. — Как Рабастан? — Он упрямая задница, вот что, — прорычал Регулус и вздохнул. — Он в порядке, у него все хорошо. Уйдет немного больше времени, чем я думал, но я думаю, он будет готов присоединиться к нам в этом году, прежде чем я уйду. — Отлично, — радостно сказала Гермиона. Она повернулась к Люциусу. — Нам все еще нужны крестражи, прежде чем ты сможешь приблизиться к Дамблдору. Это самый простой способ доказать всем, что ты на светлой стороне, или, по крайней мере, близок к ней. — Это верно, у него нет оснований доверять нам, если мы придем ни с чем, — согласился Люциус. Гермиона фыркнула. — Он, скорее всего, не будет вам доверять, несмотря ни на что. Дамблдор не продержался бы так долго, будучи доверчивым дураком. Он осторожный человек, и он доверяет очень-очень малому количеству людей в этом мире. Я думаю, что это одна из причин, по которым он предпочитает быть директором в Хогвартсе - студенты наивны и невинны. Они не могут скрыть свое истинное «я» от него, — вслух произнесла Гермиона. Ее трое солдат... ее Злое Трио, как Старая Гермиона любила их называть… Они были осторожны в отношении Дамблдора. Они тоже могли доверять очень, очень немногим, чтоб можно было выжить. Да ладно, тебе нравятся такие же «темные» волшебники, как ты. Мои волшебники не «темные». У тебя есть Блэк! И не обижайся, но он немного псих. Это происходит из-за инбридинга. Поэтому ты постоянно пускаешь слюни на него? Потому что он злой и безумный? Я не сказала, что он злой или безумный. Ты снова разозлишься, не так ли? Привет? Эй? Знаешь, когда ты замолкаешь, это не очень приятно. Мне не нравится, когда не с кем поговорить. Эээй? Ты же понимаешь, что я просто шутила, не так ли? Правда? Я уверена, что он наименее сумасшедший из всех Блэков. Ну, и Регулус. Он кажется почти нормальным. Подожди. Это не помогло, не так ли? Как долго ты собираешься молчать на этот раз? HP / HG / HP Скорость, с которой Альфард Блэк и Чарльз Поттер протащили брачные контракты, была почти шокирующей, и это привлекло бы гораздо больше внимания, если бы многие семьи не делали то же самое. Темный Лорд увеличивал свои атаки на маглов, маглорожденных и предполагаемых предателей крови с каждым днем. Страх преследовал волшебный мир, и многие семьи, у которых уже были заключены брачные соглашения, старались реализовать их, пока не стало слишком поздно. Джеймс и Сириус были приняты на стажировку в отдел аврората, потому что Фрэнк Лонгботтом женился на своей невесте Алисе МакКиннон и их ожидал медовый месяц. Она и ее сестра Марлин открыто вступили в Орден, и они стали близки с Лили. Джеймс вечно был в раздумьях. Он и Лили встречались уже в течение года. Он все еще не был точно уверен, как происходит развитие отношений у маглов, но он знал, что он чувствует к Лили. Тем не менее, Джеймс не был уверен, что семья Эванс имела адвокатов для помощи в заключении соглашений о помолвке. Вероятно, они подумают, что он сумасшедший или что-то в этом роде. В волшебном мире он может пойти в Министерство Магии и подать заявку на получение соглашения. Затем Министерство проверит и удостоверится, что лица, подающие заявки, не имеют никаких других соглашений или браков. Причина, по которой все чистокровные заключения длятся намного дольше, - это споры между адвокатами о правах и наследованиях молодоженов и обо всех разногласиях, которые могут возникнуть. Затем все контракты должны были быть представлены в Министерство и одобрены на правильность составления. Это был невероятно утомительный процесс и одно из наименее популярных рабочих мест в Министерстве. Джеймс мог бы пропустить все это с Лили. — Мое сокровище? — Джеймс заглянул головой в комнату сестры. Она подняла взгляд от бумаг, над которыми сидела, и улыбнулась ему. — Да, Джейми? — спросила она с любопытством, наклоняя голову. Он вошел в комнату и закрыл за собой дверь. —Ты знаешь что-нибудь о том, какие свадебные традиции существуют у маглов? — торопливо и смущенно спросил Джеймс. Гермиона засияла, широко улыбаясь. — Да, — ответила она через мгновение. Джеймс кивнул. — Они не используют контракты на помолвку, не так ли? Я имею в виду, что когда началась подготовка к соглашениям между тобой и Сириусом, Лили не понимала, о чем ты говорила примерно в половине случаев, — пробормотал Джеймс, взъерошивая волосы. — Ну, мы можем поговорить с отцом, и мы можем составить модифицированный контракт: в случае твоей смерти у нее не будет прав наследования, она получит пособие, а ваш ребенок унаследует все. Такой вариант должен удовлетворить папу и маму. Они довольно старомодны в таких вещах, — твердо сказала Гермиона. Джеймс нахмурился. — Почему я не могу просто жениться на ней? Гермиона тяжело вздохнула. — Джейми, посмотри на нее глазами мамы. У нее нет громкого имени, нет статуса и нет приданого. Если бы она собиралась выйти замуж за кого-то из Блэков, глава семьи настаивал бы на браке с младшим сыном, и чтоб брак был заключен как морганатический. Лично я согласна с Люциусом, он считает, что у нее в родословной есть сквибы, но мы не можем это доказать. Я могу сказать по твоему лицу, что ты… крайне не согласен с такой позицией. Если мы сможем предоставить хорошее приданое или доказать ее родословную, тогда мама не будет возражать против полного статуса. Как смотришь на такой вариант? — устало вздохнула Гермиона. Джеймс нахмурился и внимательно посмотрел на сестру. Она выглядела бледной, больной. — Мое сокровище, ты в порядке? — спросил он с беспокойством. Она слабо улыбнулась. — Я в порядке, Джейми. Возможно, я немного похудела, — тихо сказала она. Он фыркнул. — Сириус ненавидит это общество помощи, — сказал он сестре. — Он говорит, что не видел тебя две недели. Это сводит его с ума, если честно. — Я освобожу время, я обещаю, — сказала Гермиона. — Просто… позволь мне встретиться с родителями Лили. О, и мне понадобятся рубины Поттеров. Это должно заставить Эванса понять, что ты настроен серьезно. — Он не Сириус, — произнес Сириус, стоя в дверях. — Не надо, — резко сказала она. Сириус посмотрел на нее настоящими щенячьими глазками, после чего девушка вздохнула и протянула руку. Он схватил ее и дернул к себе. — Я скучал по тебе, — пробормотал он, зарываясь лицом в ее волосы. Она закатила глаза, оглядываясь на Джеймса. Сириус был смешон, когда он отделялся от нее на длительное время. Его анимагическая сторона всегда выходила на первый план, и тогда он не выпускал ее из объятий, вдыхая ее аромат как минимум час. Заканчивалось это только когда он был удовлетворен тем, что она была в сохранности. — Это хорошо, — пробормотала она. — Нам нужно увидеться с Лили. — Сейчас? — раздраженно спросил Сириус. Гермиона поцеловала его в нос. — Да, сейчас, — твердо сказала она. Он тяжело вздохнул, и, кажется, пробормотал что-то, но она проигнорировала это. HP / HG / HP Гермиона поняла, что дом Эванс довольно хорош, по меркам маглов. Она держала в руках маленький резной деревянный сундук, Сириус шел с ней рядом. Оба они были одеты в магловскую одежду. Он надел идеально черный костюм, она была одета в красивый костюм Шанель. Ее дикие кудри были заклинанием собраны в гладкий шиньон, и на ней были белые перчатки. Ее обручальная брошь с рубинами покоилась на лацкане, и большой рубин ее кулона тоже был хорошо заметен. Сириус и Гермиона казались невероятно привлекательной, безумно богатой парой. Он резко постучал в дверь. Петунья Эванс открыла дверь, и ее рот распахнулся при виде обоих. — Дом мистера и миссис Эванс? — спросила Гермиона в привычной аристократической манере. Петунья кивнула и открыла дверь, чтобы они могли войти. Каблуки Гермионы стучали по паркету, Сириус следовал за ней вплотную, его рука лежала на ее талии. Сквозь французские двери в гостиной было видно, что Петунья развлекалась с подругами в саду, но Лили там не было. Она повернулась к Эвансам, которые сидели в своей гостиной, удивленно переглядываясь. — Мы извиняемся за вторжение, — вежливо сказала Гермиона. — Я надеюсь, что мы не помешали вам. — Тебе не за что извиняться, — тепло сказала миссис Эванс. — Мы рады видеть тебя. Это, должно быть, твой жених, мистер Блэк. Лили рассказала нам о вас обоих. Как мы поняли, она сыграла не последнюю роль в вашей помолвке. — Э-э, да, — удивленно ответила Гермиона. Сириус выглядел смущенным. Она успокаивающе похлопала его по руке, а затем официально представила, после чего повернулась к миссис Эванс. — Лили свободна? — Петунья, дорогая, сходи за своей сестрой, — твердо сказала миссис Эванс. Гермиона улыбнулась родителям подруги. — У вас есть рабочий кабинет, не так ли, мистер Эванс? Может быть, мы все могли бы пройти туда, когда Лили присоединится к нам, — мягко предложила Гермиона. — Чего они хотят от этой чудачки-уродки, сестры Туньи? — Гермиона услышала громкий, назальный голос, за которым последовали приступы хихиканья. Она рефлекторно положила руку на локоть Сириуса, когда поняла, что он готов выхватить палочку. — Не здесь, — прошипела она. Он хмуро взглянул на нее, и она покачала головой. Мистер Эванс так же нахмурился, бросив взгляд в сторону девушек, затем он повернулся и улыбнулся Сириусу. — Я думаю, что мне очень нравится ваш жених, — весело сказал он. Гермиона слабо улыбнулась и подтолкнула Сириуса к кабинету мистера Эванса. — Гермиона? Сириус? Почему вы здесь? — с любопытством спросила Лили, спускаясь к ним. Гермиона тепло улыбнулась Лили. — Мы здесь, чтобы разобраться с одной… одним важным вопросом, — сказала Гермиона, поставив деревянный сундук на стол. — Что это, мисс Поттер? — с любопытством спросил мистер Эванс. — Ну, в волшебном мире есть семьи, которые эквивалентны знати. У нас нет титулов, но по факту это одно и то же. Есть поместья, наследства, деньги, и все это ревниво охраняется армиями юристов. Им требуется четыре года, чтобы разработать соглашения об обручении, чтобы счастливая пара могла выйти замуж, — осторожно объяснила Гермиона, глядя на родителей Лили. — И невеста, и жених, каждый приносят что-то в брак. У меня есть четыре поместья, которые я надеюсь передать своим детям. У Сириуса тоже есть аналогичное наследство. У каждого из нас есть деньги, которые перечислены на наши брачные контракты. Сириус одарил меня множеством драгоценностей. На мне только небольшая часть того, что он преподнес мне. — Это… довольно захватывающе, — медленно сказал мистер Эванс, явно смущенный. Миссис Эванс специализировалась в исследованиях в области средневековья. — У Лили нет приданого, — выдохнула она и уставилась на них. — Кто-то… что… хочет предложить ей? — Да, — сказала Гермиона с легкой улыбкой взглянув на Лили, которая покраснела. Возможно, она была бы ужасно оскорблена этим процессом, если бы не дружила с Гермионой. Эта дружба помогла ей увидеть волшебный мир с другой стороны. Этот визит Гермионы и Сириуса показал, насколько Гермиона заботилась о ней. Очевидно, она пыталась помочь, сглаживая все возможные шероховатости, которые могли возникнуть позже. — Что будет считаться хорошим приданым? — спросила миссис Эванс. — Недвижимость всегда ценится, — тут же ответил Сириус. Гермиона посмотрела на него. — У нас есть небольшая недвижимость… ну… это коттедж. Я унаследовала это от моей бабушки, это место, называемое Годриковой впадиной, — медленно сказала миссис Эванс. Гермиона и Сириус переглянулись, оба явно были в шоке. Миссис Эванс заволновалась и обратилась к дочери за разъяснениями, но Лили пожала плечами, тоже находясь в замешательстве от реакции друзей. — Поместье Поттера находится совсем близко к Годриковой впадине, — слабым голосом сказала Гермиона. — Это… волшебное поселение. Я… я… Лили, мы должны узнать родителей твоей бабушки. У тебя есть записи о родословной? — Миссис Эванс бросилась к книжному шкафу. — Кажется, да… Ах, вот оно… Да, необычные фамилии. Ее мать в девичестве была Боунс, а отец… да, Бэгшот, — Гермиона побледнела, и Сириус тоже. Затем они посмотрели друг на друга и улыбнулись. — Что ж, это облегчит ситуацию. Лили, твоя бабушка, должно быть, была сквибом. Мы должны будем проверить записи Министерства. Этот маленький коттедж, если вы готовы сделать это приданным Лили, будет идеальным вариантом. Ах да, наш подарок в знак того, что намерения серьезны, — радостно сказала Гермиона. Она открыла сундук, чтобы показать маленькие бархатные подушки, на которых были рубины Поттеров. — Лили, какой бы ты хотела выбрать в качестве подарка? — вежливо спросил ее Сириус. Лили взяла браслет с рубинами и вкраплениями бриллиантов. Сириус мягко улыбнулся ей. — Обычно браслет не должен быть первым, дорогая. — Я знаю, — сказала она тихо. Сириус поднял его и осторожно застегнул на ее запястье. — Я должна вернуться домой и поговорить с папой и мамой. Я уверена, что они захотят связаться со своими адвокатами, а затем они придут к вам вместе с Джеймсом. Я знаю, это может показаться вам странным, но, пожалуйста, знайте, что это будет очень странно и для моих родителей. Это не совсем так, как обычно происходит в наших семьях, но… Джеймс не любит, когда ему говорят, что что-то не может быть сделано, — сказала Гермиона с легкой улыбкой Лили, которая тут же покраснела. — Джеймс знает, что маглы используют кольца, чтобы символизировать намерение жениться, — сказал Сириус мистеру и миссис Эванс. — Он планирует преподнести кольцо, если вы беспокоитесь, но эти обручальные камни говорят то же самое в нашем понимании. — Ну, честно говоря, это рубины Поттеров, которые обычно носят только после женитьбы, — сказала Гермиона. — Он категорически заявляет, что женится только на ней. Любой из магов, кто увидит этот браслет, точно знает, что это значит. Они будут относиться к ней так, как будто она уже миссис Поттер. — У твоего отца будет удар, — сказал Сириус, глядя на запястье Лили. — О, я уверена, что это так, но он любит Лили, и он будет счастлив, как только он немного отойдет от такой новости, — сказала Гермиона с легкой улыбкой. Мистер и миссис Эванс тоже улыбнулись. Люциус будет абсолютно невыносим, когда узнает, что Лили не маглорожденная. Ты сообщишь ему? Я очень хочу увидеть его реакцию на новость. Ты думаешь, что этот небольшой коттедж находится там же, где они жили в моем времени? Там жила семья Дамблдора, это дало бы больше шансов на связь с ним. Я думаю, что это круто. Я должна буду сказать ему. Да, думаю, что это тот самый коттедж, в котором жил Гарри, когда он был ребенком, если верить твоим воспоминаниям и моим видениям. Он выглядел восхитительно на снимках, я понимаю, почему Лили понравилось это место. Думаю, я скажу Лили и Джеймсу, что у меня было видение, и они пока не могут там жить. Что ж. Они смогут поселиться там после убийства Волдеморта. Хорошо. Пока мы сходимся во мнениях. Я просто рада, что мы снова разговариваем.