Свободная

       Утром следующего дня Агнеса долго не просыпалась. Я даже начала волноваться, но благо, она проснулась. - Доброе утро. Как ты? - Спросила я, подавая ей завтрак. - Хорошо. Очень хорошо, - она сидела под одеялом. Из одежды на ней был только лифчик.       Омега начала осторожно есть. Она всё время бросала на меня короткие взгляды, как будто хотела о чём-то поговорить, но не знала, как начать. - Ты не жалеешь? Ну, о вчерашнем, - спросила я. - Нет. Что ты. Я просто не думала, что и я буду получать удовольствие. Нас учили... - Снова ты об этом, - перебила я Агнесу, закатывая глаза. Она же опустила их вниз. - Прости. Продолжай, - я затихла. - Нас учили, что мы должны ублажать альф. Я не могу поверить, что я получила удовольствие раньше, чем доставила его тебе. У меня такое чувство, что я тебе должна... Ну, блаженство, - она поставила кружку на поднос. - Ты мне ничего не должна. Серьёзно. Ты хотела секса, ты получила его. Хотела получить оргазм, ты испытала его. Я хотела удовлетворить тебя, я это сделала. Я хотела показать тебе новый аспект ощущений, я и показала его. - Но я тебе не доставила этого всего. - Подумаешь, - фыркнула я. - Подумай о себе, а не обо мне. И к тому же, это был твой первый секс. Это была твоя ночь. - А у тебя, значит, уже был?.. - Скажи до конца.       В ответ она отрицательно помотала головой и промычала. - Скажи слово "секс" и я отвечу тебе, был ли он у меня или нет. - Но омегам нельзя говорить такие низкие и пошлые слова. - И это сильно ограничивает вас.       Агнеса сделала глоток и немного подумала. - Ладно, - она вздохнула. - А у тебя был половой акт? - На щеках появился румянец. - Близко, но не то. Не бойся. Это всего-то слово. - У тебя был...Было соитие с другой омегой? - Ты серьёзно? - Я засмеялась. - Агнес, неужели так трудно сказать "секс"? - Да. Пожалуйста, не мучь меня, - она ещё больше смутилась. - Ладно. У меня ещё никого не было между ног. - А до меня ты уже была между чужими ногами? - Это было тихо, но игриво. Она сделала ещё глоток. - Признаю. Был такой грех. Лет в шестнадцать и по пьяни. Без понятия, кто это был. - Глаза омеги опустились вниз. В них появилась грусть. - Я разочаровала тебя? - Немного. Но это ничего страшного. Это было давно. И для альф это нормально. - Агнес, мне жаль, что я огорчила тебя. - А мне жаль, что я не дала тебе тех же ощущений, что ты подарила мне. - Успокойся. У нас ещё куча времени. - Так, - она немного взбудоражилась, - ты тоже чувствуешь, что мы истинные? - О, да, - я поцеловала Агнесу. Губы у неё были со вкусом кофе. - Будем регистрировать наши отношения? - Я взяла поднос с пустой кружкой, чтобы отнести на кухню. - Ну, наверное. - Будем делать пышную свадьбу или скромно погуляем в кафешке? - Не знаю. Зависит от количества гостей, - она стояла на пороге моей комнаты. Я уже была возле мойки. - Это да. Ну, с моей стороны будет только два гостя - Олдра и Розали. А у тебя есть те, которых можно пригласить? - Нет. А что на счёт твоих матерей? - Они не придут. - Почему? - Потому что. Они не те люди, с которыми можно нормально разговаривать. Точнее, мать ненормальная. - А мама? - Умерла ещё, когда рожала меня. После этого мать и сошла с ума, - я горько улыбнулась. - Кажется, я нашла ещё одну причину, по которой я взяла тебя. Мать работала смотрительницей в одном из интернатов для омег. Она не разделяла дом и работу. Я жила по порядкам интерната. Так что, я немного понимаю тебя. А омега, которую потом взяла моя мать, была эмоциональной калекой. То, есть никаких эмоций. Поэтому, их не будет. - Ясно. Очень жаль. - А ты хоть что-то знаешь о своих родителях? - Я ополоснула чашку и поставила её на тумбу. - Нет. Знаю, что меня забрали ещё при рождении и у меня есть брат. - Брат? - Это сильно удивило меня. - Да. Его тоже при рождении забрали в приют, только для бет. - А ты хотела бы найти и встретиться со своими родственниками? - Ну... Хотелось бы. Но не думаю, что это возможно. - Возможно, ещё как! Просто нужно сдать кровь на тест де-эн-ка, подождать результаты и потом найти нужных людей. - И мы сможем посетить даже моего брата в приюте? - У неё в глазах была надежда. - Конечно. - Спасибо, - она бросилась на мою шею обнимать, а потом поцеловала.

***

      Через две недели мы расписались и поехали в ресторан праздновать. Олдра с Розали тоже были.        На Розали было нежно розовое коктельное платье. На Олдре строгое красное платье в пол. На моей новоиспеченной жене было пышное зелёное, а на мне строгое, прямое чёрное платье с белыми кружевными рукавами и воротником.       Мы заказали столик в одном из самых дорогих ресторанов и провели там полночи. А другую половину мы с Агнесой провели вдвоём. - Мы будем заводить детей? - Аккуратно спросила омега, когда лежала на мне после секса. Я перебирала её волосы, а она водила пальцем по моему телу, рисуя невидимые рисунки. - Дети - это не домашнее животное. Это огромная ответственность. И это до конца жизни. И к тому же, я не хочу, чтобы наши дети жили в мире, где есть эта долбанная система. И... Я не готова к этим спиногрызам. Я хочу ещё свободы, - я посмотрела в глаза рыжика. - А ты хочешь детей? - Я хочу ребёнка, но не хочу боятся, что его могут забрать. - Знаешь, эти люди, которые анализируют и предсказывают будущее. Как их? Аналитики? - Если мы обе не ошибаемся, - мы улыбнулись. - Так вот. Эти аналитики говорят, что через пару лет, благодаря феминизму, эта система падёт. Снова омеги будут расти в семье. А вот что будет с бетами, пока неизвестно. - Это здорово. Хоть, и жаль бет. - Да. Хотя, у них нет такого ужаса в интернатах, как у омег. Они же овощи, по сути. Их там кормят, одевают, собирают сперму, когда нужно, не воспитывают так, как вас. - Но мы не знаем точно. - Да. Ты права. Прости, - я притянула Агнесу ближе к себе и обняла. - Давай отложим этот разговор на лет пять? - Ладно, - она обняла меня в ответ.

***

       Через месяц, когда нам пришли результаты теста, мы начали искать нужных нам альфу, омегу и бету-брата. Бету-отца мы не захотели искать.       Проще всего было найти бету - брата Агнесы.       Мы приехали в специальный интернат для бет. Я сказала, что мы приехали смотреть бет для оплодотворения. Мне поверили и повели внутрь.        Мы шли по коридорам разных корпусов и этажей, заглядывали в каждую палату, разглядывая каждого парня или мужчину. Все они были или в колясках, или на кровати, или на диване. Беты ничего не делали. Только лежали или сидели, пускали слюни, смотрели в пустоту или ели с помощью альф-смотрительнец.       Когда мы дошли до последнего блока, я уже не думала, что мы встретим нужного бету. Но Агнеса не теряла надежды. И она оказалась права.        Мы нашли рыжего парня. Он сидел в кресле-каталке и смотрел в окно. В голубых глазах не было эмоций. На нём была больничная пижама, а на груди был вышит его номер-имя "82943943".       Агнеса попросила оставить её на минуту наедине с братом. Смотрительница хотела отказать, потому что мы не говорили, что пришли родственника навестить, и запрещено оставлять посторонних с бетами наедине.       Но никто не может устоять перед деньгами. Их влияние слишком сильное.       Агнеса поговорили с братом наедине. Я не спрашивала, о чём они там говорили, так как там не о чём было говорить. Омега говорила, а бета молчал и смотрел в окно, ничего не понимая. Это и дураку понятно.       Потом в машине Агнеса расплакалась и мне пришлось долго её утешать объятиями.       Через два дня мы уехали в соседний город. На этот раз, чтобы встретиться с родителями Агнесы.       Мы приехали к маленькому, но стильному дому. К нам вышла альфа моих лет. - Что вам нужно? - Грубо начала незнакомка. У неё были тёмные волосы. - Тут живут Сара с Элизабет? - Спросила я. Агнеса стояла рядом со мной. - Что вам нужно от моих родителей? - Переспросила альфа. - Поговорить. Позови их, - в приказном тоне сказала я. - А кто вы такие, что я должна тревожить своих родителей? - Родственники, блять. А теперь, докажи, что тебя не воспитывают дикари, которые не учат уважать старших и старших по званию, и позови своих родителей.       Молодая альфа зашла в дом и крикнула. На порог вышла уже не молодая пара. Тёмноволосая альфа и омега с каштановыми волосами. Наверное, в молодости у неё были рыжие волосы, но с возрастом они потемнели. Надеюсь, это не случиться с Агнесой. - Что случилось? - Спросила сороколетняя альфа, подходя к нам. - Элизабет Веяр? - Да. - А это ваша жена Сара Веяр? - Что вам нужно? - А это Агнеса. Ваша дочь. - Здравствуйте, - моя омега была немного испуганой. - Моя дочь - альфа! Трис. У меня больше нет детей, - сказала Элизабет. - Но у вас есть ещё два ребёнка. Омега и бета. - О чём это она говорит? - Непонимающе спросила младшая альфа. - Элиза, она говорит правду, - вмешалась Сара. - Нет! Это дети государства, а не наши. Наша дочь стоит вот. Перед нами. А это непонятно кто! - Послушайте, мы хотим лишь поговорить. Тихо и спокойно, - я говорила ровным тоном. - Элиза, давай выслушаем их, - взрослая омега стояла возле своей дочки. - Нет! Она не наша дочь! Нам не о чём с ними говорить! - Позвольте поговорить с вашей женой, - я поняла, что разговаривать с этой альфой бесполезно. - Нет. Пошли вон! - Это было резко. - Элизабет, пожалуйста, дайте нам пять минут. - Нет и точка! - Элиза, пожалуйста, - молила её жена. - А ты заткнись! - Альфа злилась. - Тогда я оставлю ей свой номер телефона. Когда она захочет, тогда позвонит. - Даже не приближайся к ней, - прошипела Элизабет. - Ладно. Тогда Агнеса передаст ей мою визитку, - я протянула рыжику мою карточку. - Если попытаетесь ей помешать или тронете её, я не буду сдерживаться.       Всем пришлось напрячься и замолчать, пока моя омега подошла к взрослой омеге. Когда женщина взяла визитку, она внезапно обняла Агнесу и начала шептать ей что-то на ухо, плача. Моя омега отвечала ей кивками или угуканием. Потом Агнеса вернулась ко мне. - До свидания. Надеюсь, вы согласитесь как-то потом встретиться и всё цивилизованно обсудить, - я открыла двери Агнесе. - До свидания, - у рыжика глаза покраснели, а в горле появился комок, из-за чего она говорила с трудом. - Катитесь отсюда! - Крикнула Элизабет. - Пока, - Сара плакала. Её дочь-альфа никак не пыталась успокоить её. Просто стояла и пилила нас взглядом.       Агнеса и я сели в машину и поехали домой. Рыжик снова расплакалась. Я снова успокаивала её.       Потом наша жизнь пришла в более обычное русло. Работа, дом, прогулки или митинги, дом, работа. Пару раз звонила мама Агнесы. Как оказалась, ей запрещено делать звонки, поэтому она делала это тайком, когда никого дома нет. Агнеса была очень рада пообщаться с ней, как и она.       Как ещё удалось выяснить, она не истинная своей жены, а купленная, поэтому с ней не очень хорошо обращаются. Точнее, начали так обращаться после двух рожденных омег и одной беты. К сожалению, мы ничем не могли помочь ей. Закон на стороне жены-альфы. Поэтому мы поддерживали её только морально. Больше всего на свете Сара хотела бы растить своих детей. Всех детей. Но получилось так, что она могла говорить только с двумя дочерями, а касаться только одной.       Потом звонки резко прекратились. Элизабет узнала всё. Мы с Агнесой ещё раз поехали туда, но приём стал ещё холоднее.       Мы поняли, что будет намного лучше для всех сторон просто оставить эти попытки соединить семьи и заняться своими делами. Мы больше не ездили к родственникам Агнесы, хотя она скучала по ним, а я всячески пыталась отвлечь её от этого.       Так началась наша супружеская жизнь, которая продлится очень много лет...