Хватит причинять мне боль.

Я шел по лесу. Рассвет. Теплое солнце светило мне прямо в лицо, ласкало его. Я на пытался найти выход из чаши, наоборот, хотел в ней остаться. Заблудиться. Потеряться, чтобы не нашли. Я держал в руках наши брелки, мечтая, чтобы когда-нибудь мы оба их соединили. Но мое сердце покрылось толстой коркой льда. Оно таяло с тобой, но потом снова замерзало. Моя скупая гордость не позволяла мне простить тебя. Поговорить. Хотя бы. Она сжимала мне горло, чтобы я не вырвался. Видя, с какой жестокостью ты выбросила брелок, мои руки превратились в кулаки. Я чувствовал боль, неимоверную и испепеляющую. Когда я вспомнил об этом, страсть покрыла меня с головою. Не знаю почему. Я быстро побежал из леса, в надежде, что ты плетешься, как улитка, не торопясь. Мы зашли далеко от лагеря. Ещё слишком рано. Нас не услышат. Я подбежал к Нике сзади, схватил ее за плечо и прижал к ближайшему дереву. В ее глазах я видел страх. Я сжимал ее плечо так сильно, что не заметил, какую боль она испытывает. Я ослабил хватку. На том месте точно будет синяк. Я смотрел в ее глаза. Она в мои. Я не мог больше сдерживаться от страсти, которая кипела во мне. Я так долго ждал этого, готов был с головой кинуться в омут ее глаз, готов забыть и простить, готов вновь любить. Готов. А ты? Я впился в ее губы жадным и властным поцелуем, выжимая ее насквозь. Изучая ее рот я не заметил, как стал раздевать ее, расстегивая пуговицы на рубашке. Она не сопротивлялась, готова была отдаться мне полностью. Я целовал ее так страстно, подхватывая ее ноги, прижав к дереву, впился в шею, переходя к ключицами. Слышал ее тихие, сдавленные стоны. Рассудок помутился. Страсть застлала мне глаза, разума больше не было. Ничего не было, кроме меня и ее губ. Кроваво красные засосы начали виднеться на шее и ключицах, о как мечтал я об этом снова. Снова быть с ней, быть в ней, чувствовать ее всю. Насквозь.

***

Мой мозг медленно начал отключаться, я не знаю, что я делала и зачем продолжала. Но я так хотела его, хотела его целовать. Хотела. Я готова была снова стать его даже тут, в лесу, в 5 утра. Но я поняла, что совершаю ошибку. Я наконец открыла глаза. – Нет, нет. Перестань, хватит. Я резко отстранила его от себя и убежала прочь, застегивая верхние пуговицы. Господи, какая же я глупая. Готова была отдаться ему, забыв о том, сколько боли он мне причинил и что сделал. О страсть, что же ты могла натворить. Как могла бесповоротно изменить все.