Хватит причинять мне боль.

***

Наш «отдых» (если его можно было так назвать) подходил к концу. С того дня, когда Ника меня отвергла, мы не пересекались. Старались держаться как можно дальше друг от друга. Я не хотел ее ни видеть, ни слышать. От одного слова «Ника» мне становилось противно. Она задела мое самолюбие и унизила меня. Обида? Злость? Ненависть? Да. Рано утром на следующий день мы вновь сели в тот самый шикарный автобус, который нас привез. Теперь он увозит нас обратно. В мир печали и горя. В мир слез и отчаяния. Я сел с Лолой, мы в последнее время хорошо общались. Я заметил краем глаза, что Паша сел с Никой. Они разговаривали всю дорогу, то и дело прикасаясь друг к другу. — Противно, — выплюнул я. — Что ты там бормочешь, Дань? Лола явно была заинтересована. — Ничего. Может, музыку послушаем? Я скачал пару годных треков. Лола одобрительно кивнула. То и дело мы пересекались взглядами с Никой, но каждый раз отворачивались к своим псевдо половинкам. Наступила ночь. Солнце давно спряталось за горизонт, на небе еле виднелась полная луна и пару звезд, которые образовывали некоторые созвездия. Я посмотрел на Нику, которая мирно спала на плече у Паши, а он в свою очередь, прижался к ней, держа ее за талию. Ревность охватила все мое сознание. Хорошо, что орудие мести у меня уже было. Осталось лишь правильно его применить. Я хочу, чтобы она страдала так же, как страдал когда-то я.

***

Прошел день с нашего чудного похода. Вот мы снова в школе, снова уроки и учителя. Снова она. У меня был отличный план, как задеть Нику по самому больному месту, чтобы она поняла, что совершила большую ошибку. — Лола, привет. Помнишь ты мне в автобусе рассказывала про какой-то сайт? Не напомнишь? — Ты про чистилище? Да его забросили уже давно. Раньше там можно было выкладывать анонимные фотки и видео. Сейчас тоже можно, конечно. — И к кому они попадут? — Ко всем старшеклассникам нашей школы, наверное. Я давно не пробовала. — Поможешь мне кое в чем? — С удовольствием. Держись Ника. Скоро тебе ничего не поможет.

***

Что ж Тихонова. не такая уж ты и тихоня, оказывается. Посмотрим, как к тебе сейчас будет относиться Паша и другие твои друзья. Она смотрела на обнаженное фото Ники в телефоне, которая спала после какой-то вечеринки. Ее грудь закрывала рука какого-то парня. — Шоу начинается, — Лола нажала кнопку «отправить» и фото моментально распространилось. Лола была так довольна собой, не понимая, каково сейчас будет Нике. Лолу никогда не интересовали проблемы чужих людей. Ее волновала лишь она сама. Для Лолы не существовало слова «бумеранг». Она всегда недолюбливала Нику. Хоят бы за то, что та отбила у нее Пашу. Потому голые фотографии Тихоновой, Лола отправляла с превеликим удовольствием и с широкой улыбкой на лице.

***

Фото моментально пришло всем одноклассникам Ники, которые никогда бы не подумали, что она на такое способна. Это была злая шутка. Некоторым было все равно, некоторые начали пересылать фото друзьям. К утру вся школа уже знала об этом. Но никто не догадывался, кто мог отправить эти фото. У Ники никогда не было врагов в школе, она была стеснительной и застенчивой. И найти фотографии голой, пьяной Ники в объятиях незнакомого парня было огромной редкостью. Фото пришло Нате, которая очень жалела Нику, словно чувствуя ее боль. Что с ней будет?

***

Даня с улыбкой смотрел в экран телефона, где было то самое фото. Сладость от свершенного возмездия. Но улыбка вмиг пропала, а взгляд поблек. Лицо побледнело, стало не по себе от своего поступка. Он жалел, где-то глубоко в своей душе, почти прогнившей, он жалел, что так поступил, ведь угольки старых чувств продолжали гореть в его сердце. Он понимал, что будет чувствовать Ника, как ей будет горько. Он понимал, что совершил поступок, из-за которого Ника его, возможно, никогда не простит и шанса для них уже может и не быть. Она вечно будет страдать. Но разве это не то, чего он так хотел?

невозможно представить мир, где есть я. где есть ты. где нет нас.

***

Горячие, обжигающие слезы скатывались по красным щекам. Ника почти кричала, держа в руках большого плюшевого медведя. Рядом с ней лежал телефон. Фото пришло и ей. Она рыдала. Ей было так горько. И снова желание жить пропадало. Снова он его отбил. Снова. Убивает ее, медленно, но верно.

и музыка штормом разносит ненавистную гавань, и вывозят со двора еще вчера живых и смешных когда меня не станет тело мое пряное в космос запусти