Четвертое письмо
17 ноября 2018 г., 19:52
Драко Малфой не был человеком романтичным. И не очень любил слушать рассказы однокурсников об их свиданиях и тому подобном. А когда в еще довоенные будни Гребб и Гойл пытались поговорить с ним о девчонках и свиданиях, то он просто и доходчиво матом объяснил, что ему это не интересно.
Но, вопреки уже устоявшемуся отношению к подобному, рассказ Дафны о вчерашнем свидании с Поттером Драко очень хотел послушать. В конце концов, с Дафной он общался совсем не так, как с теми тупицами. Он даже с Пэнси и Блейзом не так общался (с Блейзом вообще другая история — они были как братья, любили и не любили одно и то же, так что не видели смысла трепаться о девчонках).
Болезненные мысли о Блейзе Драко постарался от себя отогнать. Никогда он не свыкнется с мыслью о смерти своего друга. Никогда.
Сонный и задумчивый, Малфой спустился в гостиную, где его уже поджидала улыбающаяся и прямо-таки светящаяся изнутри Дафна.
Теперь Драко был уверен, что свидание у нее прошло хорошо. Но все равно хотел подробностей. Конечно, вряд ли Поттер её как-нибудь обидел, но вдруг? Необычное волнение за Дафну и желание лезть в ее личную жизнь Драко для себя объяснял тем, что заразился этим от неё же. А еще — скукой.
А еще тем, что ему надо отвлекаться от мыслей о девушке, с которой он переписывается. Иначе его буду грызть нелепые подозрения и болезненное желание узнать, кто же так красиво и искренне пишет ему, затрагивая душу обычно спокойного парня.
— Ну, рассказывай, — хмыкнул Драко, подойдя к девушке.
— Даже не поздоровался, — закатила она глаза, улыбаясь, — почти нечего рассказывать-то. Вряд ли тебе будет интересно слушать, как мы болтали и крались по коридорам Хогвартса под мантией-невидимкой. А еще Гарри много шутил, но потом мы заговорили о серьезном… Знаешь, с ним это легко. Обычно я не очень люблю серьезные разговоры, но его рассказ о таком слушала, затаив дыхание. И я, конечно, знала, что он не сноб, но что с ним настолько просто, даже не подозревала. Вряд ли тебе знакомо такое, — чуть улыбнулась Дафна.
Драко подумал, что, вообще-то, знакомо. Нечто похожее он ощущал к той, с кем переписывался. Было легко писать ей о своих чувствах, о том, что съедает изнутри. И о серьезном в том числе. Хотя, Малфой списывал это на то, что они не разговаривают, а именно переписываются. На бумаге всегда проще излагать свои мысли, нежели вслух. Ну, по крайней мере, для Драко.
— О чем задумался? — спросила Дафна, и Драко понял, что опять вылетел из реальности.
— Ни о чем, — тряхнул головой Малфой, — просто мысли всякие глупые в голову лезут.
— Почему-то мне кажется, что обычно ты глупыми называешь те мысли, которые имеют романтический характер. Ведь так?
— Да, но прошу не углубляться в это.
— Как скажешь, — хмыкнула девушка, — лучше объясни мне кое-что по зельеварению…
***
Учебное время проходило, как и всё до этого, скучно. Малфой старательно учился, помня свой план с отличием окончить Хогвартс, но, видят Боги, как он хотел просто забить и лечь спать прямо на парте! Или выбежать из класса во время урока просто для того, чтобы размяться, потому что ужасно утомительно сидеть на одном месте весь день. И перерывы между уроками ничуть не спасают. Еще и тот гриффиндорский придурок, что недавно толкнул его на пол перед зельеварением, продолжал докапываться до Малфоя. И его это уже не просто раздражало, а конкретно так бесило! А еще больше взбесило, когда за него попытался заступиться Поттер. Ей-Богу, если бы не толпа школьников вокруг, Малфой бы благим матом накричал на Гарри, объясняя, где и в каком положении видел слизеринец его заступничество. И напоролся уже на Дафну с ее «он же хотел, как лучше». И вообще, эти двое весь день переглядывались, а затем улыбались и смущенно отводили глаза. Малфою это настолько надоело, что он старался держаться подальше от подруги. Вообще, сегодня парень чувствовал себя еще более паршиво, чем обычно. Все казалось каким-то скучным, разговаривать ни с кем не хотелось. Было только желание уйти подальше от Хогвартса, тихонько жить в поместье Малфоев и не видеть лица таких раздражающих людей. Господи, еще немножко, и Драко превратиться в Северуса в его былые годы. «Дегенераты», — пронеслось в голове голосом любимого крестного, и Драко не сдержал смешка. Что ж, значит, не все потеряно. — Драко, ты куда?! — раздался рядом изумленный голос Дафны. — А? Что? — переспросил парень. — Сейчас обед, ты зачем в сторону подземелий идешь? Господи, Драко так задумался, что вместо Большого зала правда пошел к подземельям? Кошмар какой, пора прекратить эти выпады из реальности. А то пропустит еще что-нибудь важное из-за этого, а переспрашивать у Дафны стыдно будет. — Да, задумался что-то, — ответил Драко и пошел вместе с подругой в Большой зал. — А, ну ты меня так не пугай, — хихикнула девушка, — а то ты больше на зомби походил, чем на самого себя. — Ну спасибо, — буркнул Малфой, к которому потихоньку возвращалось плохое настроение. Он посмотрел на Дафну и увидел, что та смотрит куда-то в сторону. Ну, тут к Трелони не ходи, и так понятно, что она снова на Поттера засмотрелась. Господи, влюбленные люди всегда такие противные или только эти? Неспешно кушая, Малфой задумался, как странно получилось все у Дафны и Гарри. Чего это он её столько лет не замечал, а тут одно занятие магией — и сразу на свидание позвал? Подозрительно что-то. Впрочем, такие мысли Драко от себя отогнал. А то уже купидоном себя чувствовать начал, настолько глубоко погрузился в эти отношения. Не касается это его, не касается. — Прошу внимания, — подал голос Дамблдор, заставив учеников резко замолчать и посмотреть на него. Директора уважали все, так что ничего удивительного в этом не было. — Мы с преподавателями посовещались и решили, что пора что-то делать с неприязнью между двумя нашими факультетами — Гриффиндором и Слизерином. Столько всего прошло, все факультеты давно общаются между собой, но эти два упрямо не хотят ладить, так что мы им поможем, — глаза директора хитро блеснули, — и вот как это будет выглядеть: мы распределим учеников на пары, один человек, который будет с Гриффиндора, другой, соответственно, со Слизерина. И каждая пара сделает совместно одно из заданий, которые мы покажем позже. Задания будут в самых разных областях, смотря, какую дисциплину выберете. После обеда, прошу вас, учащиеся на выбранных факультетах, пройдите в свои гостинные и выслушайте все, что вам скажут ваши деканы. Драко сидел и, наверное, в первые в жизни очень сильно высказывал свое удивление. Какого. Черта. Только эти два слова были у него в голове все то время, что ученики галдели на весь Большой зал после речи Дамблдора. Господи, нет, они серьезно? То есть Драко поставят в пару какому-нибудь гриффиндорцу и они будут… общаться?! От последнего слова Малфой содрогнулся. Да, он больше не ненавидел красный факультет. Да, он вырос, у него теперь немного другие цели и желания. Да, он, в принципе, мог нормально разговаривать даже с людьми, которые его раздражают. Но ведь с гриффиндорцами придется много общаться. Не два-три слова в неделю, а больше. Намного, черт побери, больше. В первые в жизни Малфой испытал острое желание встать и помолиться. Просто, Господи Боже, помолиться, чтобы все это оказалось его кошмаром. Это и было кошмаром. Вот только вполне себе реальным. Дафна рядом едва не отскочила от стука, с которым голова Драко смачно треснулась о стол. — Драко, — Дафна положила ему руку на плечо, — ну, все же не так плохо. Ты же вроде нейтрально относишься к Гриффиндору… — Вот именно, Дафна, ней-траль-но! Это означает, что я их не трогаю и того же требую от них! Господи, я, конечно, много грешил, но не настолько же! — А я надеюсь, что мне в пару поставят Гарри, — мечтательно протянула Дафна, улыбаясь. Малфой раздраженно фыркнул и не стал ничего отвечать. А он-то надеялся, что его подруга перестанет выпадать из реальности, если в этой же реальности начнет общаться с Поттером! А она теперь в два раза чаще уплывает в свои мечты. Господи. Никогда в жизни Драко не был так расстроен окончанием обеда. И тем, что вместо урока идет в гостиную. И, в принципе, гостиная сейчас представлялась, как каторга, а не уютное место, где Малфой любил посидеть. — Перестань делать такой вид, будто тебя в Азкабан ведут, а не в нашу родную гостиную, — раздраженно сказала Дафна. Малфой не стал ничего отвечать. — Итак, я уверен, вы все довольно ошеломлены, — начал Слизнорт, когда все уже расселись в гостиной факультета, — и, скорее всего, недовольны. Отчасти я вас понимаю, но идею Дамблдора активно поддержал весь педагогический состав, так что вам придется просто сделать это и, желательно, хорошо и с удовольствием. На последнем слове многие ребята не сдержали смешка. В основном, конечно, старшекурсники, так как ребята помладше были действительно рады такой возможности (ну, их неприязнь между факультетами почти не коснулась, все же дети и в Хогвартсе дети — дружить готовы со всем, что дышит). — Сейчас я оглашу список пар, слушайте внимательно, повторять не буду. Слизнорт начал читать, кто с кем будет в паре, а Драко просто молился, чтобы ему повезло. Хотя, он не очень хорошо представлял, кого из Гриффиндора ему должны были назначить в пару, чтобы он сказал «Вот это мне повезло!» без сарказма. — Драко Малфой и Гарри Поттер. После этого у Малфоя не было настроения даже сарказмировать. Господи, да лучше бы ему Уизли в пару назначили или Грейнджер! Но Поттер?! Серьезно?! И вообще, что это за странное распределение, почему не как обычно — девушку и парня? Все же гриффиндорские девчонки Драко почти не раздражали (не считая Грейнджер). — Дафна Гринграсс и Гермиона Грейнджер. Малфой чуть не засмеялся в голос. Вот это будет мировая пара! Они ж даже незнакомы! Господи, кто вообще составлял эти списки? Шизофреник? О чем Драко и не постеснялся спросить. — Извините, а кто составлял этот список? — недовольно спросил Драко. Нечего тут другим знать, что он даже про собственного напарника забыл из-за дикого желания засмеяться над парой Дафны. Вот она — дружба! — Дамблдор, — как ни в чем не бывало ответил декан. Что ж, с шизофреником Драко почти угадал. Слизнорт окончил озвучивание списка пар и приступил к другим пунктам. — Задания выберете уже вместе со своим партнером. Подойдете к профессору, чью область выбрали, и он даст вам список заданий, из которого вы уже самостоятельно выберете то, что хотите. — А что нам за это будет? — спросила явно недовольная Дафна. — Баллы? Привилегии? Хоть что-то, что заставит меня не плюнуть на этот балаган? — Мисс Гринграсс, — мило улыбнулся Слизнорт, — это обязательное условия для двух факультетов. И если, как вы выразились, вы плюнете на этот балаган, то, боюсь, с нашего факультета снимут приличное количество баллов. А этого, я надеюсь, никто из вас не хочет. Даже если вам все равно на баллы, подумайте про хваленую слизеринскую гордость, которую вы растопчете своим равнодушием. Поняли меня, мисс Гринграсс? — Да, — равнодушно, но уже не так язвительно ответила Дафна. «Был бы здесь Снейп… Уж он-то не дал случиться такому ужасу!» Драко тешил себя этой мыслью и только поэтому не начал осыпать эту «Дружбу факультетов» язвительными комментариями. А еще очень сдерживался от милых пожеланий Дамблдору засунуть эту «дружбу» себе в свой старый… Ну, кхм, не важно, куда. Посыл Малфоя понятен. — Нет, это кошмар какой-то, — возмущалась Дафна, когда они шли на занятия, которые, как оказалось, никто не отменял, — мало того, что какую-то фигню придумали, так еще и издеваются. «Поняли меня, мисс Гринграсс?», — девушка передразнила декана, — и почему в пары поставили людей одного пола? Как оказалось, у меня даже шанса быть в паре с Гарри нет! Но нам повезло, сможем заниматься все вместе. Все же Гарри и Гермиона дружат, и мы с тобой дружим. Думаю, они согласятся вместе собираться. — А меня ты спросить не хочешь?! Не хочу я еще и с Грейнджер дополнительно встречаться, мне Поттера хватит! — А ты думай о том, что нам обоим будет легче видеть друг друга, не оставаясь с гриффиндорцами наедине! — Господи, глупо это как-то, — вздохнул Малфой, — «дружба факультетов», нет, что за бред, а? Вот ты мне скажи, у Дамблдора дел мало, что он такой фигней страдает? — Без понятия, — также вздохнула Дафна, — так ты согласен? — Давай, чего уж там, — пожал плечами парень, — хотя бы не наедине, тут ты права. — Драко, Дафна, — кто-то окликнул их сзади. Обернувшись, друзья увидели Гарри и Гермиону. О как, легки на помине. — Привет, — лучезарно улыбнулась Дафна, смотря только на Гарри, — а мы как раз поговорили с Драко и подумали, что будет круто всем вместе заниматься. Гарри аж весь засиял от этой фразы, а вот Грейнджер состроила такую гримасу, что Драко даже прыснул от смеха. Да уж, он, видимо, не один из их компании не был рад такому раскладу. Ничего, смирится. Уж Дафна умеет настаивать. А Поттер, судя по его счастливым глазам, только рад не оставаться с Малфоем наедине. В чем-то Драко его даже понимал. Он бы тоже не стал оставаться наедине с человеком, с которым у него непонятно какие отношения. Уже не враги, но никак не друзья, как-то так, наверное, он мог охарактеризовать это. — Отличная мысль! — воскликнул Поттер, на что Гермиона еще сильнее скривилась, — Герми, ты же не против? «Герми, — фыркнул про себя парень, — как собака какая-то. Гермиона — не такое уж и длинное имя, чтобы не выговаривать его полностью». А вообще, Малфой сейчас по любому поводу был готов недовольно бурчать. Настроение и правда скатилось уже до таких низов, что, наверное, им демоны Ада в футбол играют. — Вообще-то, мне не очень по душе эта идея, — высказалась Гермиона. — Почему? — расстроено спросил Гарри. — Я, конечно, понимаю, что ты не очень хорошо ладишь с Драко, а с Дафной незнакома, но ведь поэтому мы все и здесь! Уверен, хотя это и звучит странно, «Дружба факультетов» действительно поможет нам сблизиться. И это здорово! Драко чуть не стошнило. Чего это Поттер вообще такой позитивный? Из-за Дафны? Тьфу. В который раз Малфой убеждается, что любовь — страшная вещь. Только она может заставить гриффиндорца радоваться компании слизеринцев. Гермиона тяжело вздохнула (Драко даже себя узнал в этом вздохе!) и вынужденно согласилась. А что ей еще оставалось? Драко был уверен, что и на гриффиндорцев нашлись рычаги давления, чтобы они не отлынивали. В итоге ребята договорились, что завтра соберутся и решат, в каких областях будут выбирать задания, а сегодня решили не заморачиваться. Драко полностью поддерживал эту идею, так как ему еще надо было в библиотеку. И, конечно, он бы очень хотел сказать, что тянется к знаниям, но в голове была лишь дурацкая мысль, увидит ли он сегодня письмо.***
Письмо было. И Драко его прочел. Не один раз. Но он так и не понял, что на него ответить. Ого. Я боялась получить негативный ответ. Боялась и вовсе не получить ответа. Но это… Этого я не боялась, но теперь боюсь. Ты никогда не отвечал мне так эмоционально, просто напросто разбивая все то, что я уже успела себе придумать насчет тебя. Ты можешь быть жестоким, ты знал? И мне это нравится. Ох, как мне это нравится! Я никогда не встречала человека, способного жестоко высказать свою точку зрения и при этом еще и успокоить, сказав, что не хочет как-то обижать или расстроить. Прочитав дальше я поняла, что и правда была права. В своей, такой жестокой и необычной манере, ты показал это не словами, а тем, что вложил в это письмо. Впервые, читая его, я настолько сильно ощутила твои чувства. Нет, конечно, я и раньше их видела. Знала, что ты чувствуешь. Но конкретно в этом письме ты не написал о своих чувствах, а буквально показал мне их. Думаю, это и так понятно, но на всякий случай уточню, что мне понравилась такая манера общения. Мне кажется, мы становимся ближе. И, пожалуйста, пиши теперь всегда так. Мне нравится эта манера, в ней чувствуется именно что-то твоё. Только твое. Это странно, но очень, просто невообразимо привлекательно. Знаешь, мне кажется, теперь я точно знаю, на каком ты факультете учишься. Слизерин же, да? Я не буду сильно углубляться в эти размышления, потому что в ответ хочу того же (в прошлых письмах я уже писала о важности анонимности). Надеюсь, ты это помнишь (а то, боюсь, ты уже давно мог догадаться, кто я, а это нежелательно). Я поняла, что мне нравится открывать тебя с каждым разом с новых сторон. Это интригует. Я очень любила и люблю тайны, и пока что ты являешься для меня самой большой тайной. Именно поэтому я настаиваю на анонимности. Это на случай, если ты задавался этим вопросом, несмотря на самое первое мое письмо, в котором я уже говорила об этом. И, пожалуйста, прости, если разозлила тебя в своем последнем письме (а я почему-то уверена, что разозлила), я действительно не хотела этого. А что ещё тебя может разозлить? Любопытно будет открыть еще одну твою сторону. Наверное, ты думаешь, что немного противоречиво наставить на анонимности и в то же время просить рассказывать о себе. И это так. Не знаю, как это объяснить. Думаю, тут просто нужно понять, без слов. Или я просто слишком романтичная дурочка, и ты сидишь и смеешься над этими словами, думая, какая же я глупая. Но я все же надеюсь, что это не так. Драко сидел, как в воду опущенный. Нет, правда, что можно на это ответить? Вот что? Что он рад, раз она не обиделась? Что он тоже хочет узнать ее поближе, при этом оставаясь анонимом? Что его, в общем-то, довольно легко разозлить? Что его тоже очень интригует это общение и что он становится счастливее, читая её письма? Немного подумав, Малфой написал о многом из того, что сейчас подумал, но не стал писать про теплые чувства к этой девушке и про то, что рад её необидчивости. Не был он готов к таким признаниям (в какой-то мере, даже самому себе, не то, что кому-то другому). А еще он очень много написал про «Дружбу факультетов». Спросил, как к этому относится его собеседница, как она относится к своему партнеру и, в целом, считает ли она эту идею действенной. Правда любопытно было бы почитать, как к этому относится она — гриффиндорка. Да, Малфой решил сразу представлять худший вариант. Тем более не так уж и важно то, что они догадались о факультетах друг друга. Больше Малфой не стал задумываться о личности незнакомки, во-первых, по её просьбе, во-вторых, боясь разочароваться. Второе, если уж быть честным, сыграло большую роль, нежели первое.
