Вороши мою душу

POW Дани Сегодня суббота – день, который будет решающим днем моей карьеры танцора в лучшем клубе нашего города - «Пилон». Сегодня вечером должен приехать критик, который оценит и танцоров и вообще клуб в целом. Я весь вечер буду на сцене развлекать его и других богатых гостей заведения, которые отваливают огромные деньги, чтобы хотя бы ступить на довольно дорогое покрытие «Пилона». Простым смертным сюда попасть довольно проблематично, почти невозможно, но иногда кто-то все-таки проходит, и сидит в уголке не в состоянии купить что-то из выпивки, которая, кстати, тоже очень дорогая и эксклюзивная. В этот клуб я попал благодаря Вадиму, который после прогулки в парке привел меня туда. У него была VIP-карта, поэтому мы без проблем прошли фейс-контроль. Сразу на входе нас встретил упитанный мужик, который оказался хозяином клуба, а по совместительству дядей Вадима. Зная мою любовь к некоторым видам танца, друг пригласил станцевать, пообещав, что если не понравится, мы сразу уйдем и забудем об этом. Мне дали маску и кое-какую одежду, которую я был обязан надеть, если хочу попробовать себя в роли танцовщика, ибо такие люди должны скрывать свое лицо и свою жизнь. Я протанцевал у пилона (шеста по-другому) весь вечер. В тот же вечер я был принят на работу в качестве танцовщика. И вот по сей день, я танцую в этом клубе и зарабатываю приличные деньги, которые я перечисляю Вадиму, ибо никто не должен знать о том, что у меня есть такие огромные средства. Если все вскроется, то возникнет множество вопросов, на которые ответа я дать не смогу. После душа натянув футболку и бриджи я позвонил Вадиму, уже собираясь обрадовать того о том, что я еду к нему. - Данил, я сейчас не могу говорить. Если что-то срочное, то говори сейчас же, - скомандовал он, ответив на звонок по истечению двух гудков. - Ты же помнишь, что сегодня приезжает критик? – уточнил я и услышал тихое «да», - уже вечером я буду у тебя. Я сказал предкам, что ты меня в гости пригласил с ночевкой на все выходные. - Да вот нужен ты мне! – проворчал тот, - возится с тобой два дня. - Он глубоко вздохнул и с ехидством и язвительностью добавил, - ладно, но за то, что ты соврал родителям и впутал в это меня, будешь наказан – спишь со мной рядом, под боком, под моим крылом, ясно? - Не жирно тебе будет? – возмутился я, прекрасно понимая, что так и так бы спал рядом с этим наглым парнем, - я почти нагишом танцую, а он еще и… - Все, не возникай, - почти шепотом проговорил тот, - приедешь вечером, часов в шесть, когда я дома буду. Тогда и разберемся. *** - Проходи, - когда я приехал на такси к дому Вадима, тот встретил меня и гостеприимно привел в свою огромную квартиру, располагающуюся на десятом этаже, - чувствуй себя, как дома. - Спасибо, - я улыбнулся и кинул рюкзак с одеждой на пол, - а где родители? - На даче, - он усмехнулся, - поехали огород полоть. Меня хотели с собой взять, но я сказал, что у меня дела кое-какие возникли из-за моих проблем с учебой. Доверчивые… - Нахалюга ты, Вадим, - я снял кеды и, взяв рюкзак, прошлепал в зал, где из колонок музыкального центра доносилась медленная музыка, - ты эту хрень еще и дома слушаешь? - Нет, - парень хмыкнул, - я тебе включил. Тренируйся. А то еще испортишь всю репутацию клуба. Вадим – человек, который никогда не даст мне спокойной жизни. Он всегда подкалывает меня по поводу моего вида деятельности, хотя сам меня в это и втянул. То, что я танцор, еще не значит, что я стриптизер. Мне нравиться танцевать, нравиться ловить на себе восторженные взгляды не только альф, но и омег. Да, я за последние два года стал фишкой клуба, в котором работаю. Странно, что до родителей все еще не дошла эта новость. Ведь мой папа – бывшая модель, а отец – фотограф и журналист. Кажется, такой человек, как мой отец, должен знать все, что происходит в этом тухлом городишке. Но нет, я еще нахожусь в тени, что мне и на руку. Тем более что моего настоящего имени не знает ни один посетитель клуба. Да и на шестнадцать я не выгляжу. Никто из коллег даже не догадывается о моем возрасте и имени. Что-то вроде профессиональной тайны. Я сел в кресло, напротив которого стоял журнальный столик, заваленный газетами, какими-то листовками и рекламой. Фантики, раскиданные по всему залу, вообще меня не смущали – Вадим обожает сладкое. В его комнате ничуть не лучше, чем в зале – те же самые Авгиевы конюшни. То там, то здесь по его квартире распиханы конфеты и обертки от них, пустые бутылки от колы, коробки от зефира и кексов и другой мусор, который давно бы пора было выкинуть. Но нет ведь, нужно все хранить, складируя в своей квартире. Конечно, так обстоят дела только когда родителей не дома. Зато когда они приезжают, Вадим наводит генеральную уборку. Но, к сожалению, его предки слишком часто куда-то уезжают – они археологи. Я не удивлюсь, что и самого Вадима где-нибудь у костра заделали. В мою задницу что-то настойчиво упиралось. Я привстал и достал злополучный пульт от музыкального центра. Выключив проигрыватель, я прошлепал на кухню, где Вадим с чем-то копошился. Странно то, что этот парень умеет готовить. Никогда не думал, что альфы могут так восхитительно это делать. В общем, Вадим ломает все системы. Во-первых, он прекрасно готовит. Во-вторых, он еще девственник и сейчас находиться в поисках своего омеги. Кстати об этом, меня иногда пугает то, что я так много знаю о его личной жизни, которая по идее должна быть под семью замками для окружающих. Но мы, как он говорит, - «друзья до гроба». Хочется верить. - Кофе хочешь? – Вадим повернулся ко мне, - есть молоко. Разумеется, конфеты и печенье. - Лучше чай. Зеленый, - я вспомнил доктора, советовавшего мне не пить кофе перед течкой, которая буквально через пару недель должна меня настигнуть. - Ладно, - парень хмыкнул и достал из шкафчика пачку с пакетиками зеленого чая, - чего это вдруг тебя на эту хрень-то потянуло? Ты же раньше никогда, насколько я помню, не пил эту бодягу. Как ни придешь, кофе хлещешь. - Просто, - не желая раскрывать такого личного секрета, как течка, я взял бокал, который мне протянул Вадим, - спасибо. Альфа никогда не пил зеленый чай как впрочем, и я. Как вообще можно пить то, что и чаем-то назвать сложно? Мочой можно, но чаем нельзя. Кстати, у отца Вадима есть свой небольшой японский ресторанчик, который достался ему по наследству. Альфа заниматься рестораном не хотел, поэтому передал его руководство в руки своего лучшего друга, а сам уехал в Германию вместе со своим мужем, а по совместительству папой Вадима. Тот в свою очередь стал просто помешан на зеленом чае, из-за чего каждый раз привозит из очередной поездки новую пачку. Если бы не он, Вадим и его отец давно бы выкинули весь этот «зеленый» склад из кухонного шкафа. Допив чай, который оказался довольно неплохим, я сполоснул кружку и, взглянув на часы, дал Вадиму подзатыльник. - Ты че молчишь? – я внимательно посмотрел на улыбающегося парня, - нам пора уже в клубе быть. Придурок, блин. Если мы опоздаем хоть на пять минут, нам обоим снесут голову. - Не парься, - он поставил пустой бокал в раковину, - эти чуваки задержаться на полчаса. Дела какие-то возникли на горизонте, видимо. Дядя звонил минут пятнадцать назад. С облегчением вздохнув, я медленно обошел квартиру нашел свой рюкзак и закрылся в спальне Вадима собираясь переодеться и накраситься. В спальне альфы было на удивление чисто. Это странно, потому что обычно, приходя в гости к другу, я всегда обнаруживал бардак в каждом уголке дома, включая и спальню. На полках стояло множество книг, которых Вадим, наверняка, не читал ни одного раза. Над письменным столом висели две картины, авторов и названий которых альфа тоже, скорее всего, не знает. Уверен, что инициатором всего этого являются родители. Натянув на себя чистую майку, я бросил взгляд на часы, мирно тикающие на прикроватной тумбе. Есть еще двадцать минут… Отлично. Когда я достал из рюкзака джинсы и понял, в какой я жопе, в спальню попытался попасть Вадим. - С хера ли ты закрылся? – послышалось из-за двери, - мне тоже переодеться надо. - Бля, где у тебя утюг? – бегая по комнате в одних трусах и в майке в поисках утюга, я открыл дверь и чуть не снес парня, когда тот вошел. К моему большому сожалению, джинсы были настолько мятые, что невольно в голове проносилась мысль о месте, из которого их достали. - Эммм… Там где-то, - промямлил альфа и указал на кучку одежды, из под которой выглядывал шнур, - а зачем тебе? - Одевайся, а не стой столбом, - подключив утюг к электропитанию и разложив джинсы прямо на полу, ругался я. Когда до ушей альфы, наконец, долетели мой слова Вадим достал из шкафа бриджи и футболку, которую на день рождение дарил ему лично я. На ней, кстати, логотип его любимой музыкальной группы – Green Day. Вообще, у Вадима на школьной сумке огромной количество значков с их логотипом, но он захотел еще и майку. Какое-то помешательство. Хотя, не удивительно. Проклятые джинсы были поглажены, когда альфа уже собрался и ждал меня возле двери с телефоном в руках, собираясь звонить дяде. Тот, как обычно, заберет нас у самого подъезда и привезет в клуб. Влезть в джинсы получилось не сразу – я забыл расстегнуть пуговицу. Бля, ужасный день. Кинув в рюкзак косметичку, я выскочил из спальни и, подхватив свои кеды, вытолкал Вадима из квартиры, сразу закрыв дверь своим(!) ключом. - Да, дядь, мы тебя уже у подъезда ждем, - Вадим набрал своего дядю, когда я уже обувался на лестничной площадке, - да, он со мной. Хорошо. - Он едет? – спросил я, когда Вадим, закончив разговаривать, стал ждать, пока я завяжу шнурки. Кивнув, альфа подхватил меня под руки и вытащил из подъезда. Только закрыв тяжелую дверь, Вадим отпустил мою руку, а я поймал на себе испепеляющие взгляды старых омег, сидящих на лавке и перемывающих кости всему свету. Все как обычно – я проститутка, а Вадим - похотливый сопляк. Твою мать. «… Вырядился-то как! Небось, шест его уже заждался…» - услышал я, когда мы с Вадимом молча ждали возле клумб машину. Да уж, никогда эти проныры еще не были так проницательны. Я молча молился, чтобы дядя альфы побыстрее приехал к этому чертовому дому. К тому времени, когда приехал дядя Денис (да, я называю его именно так), терпение у меня уже кончилось, и я был готов сказать этим сплетникам на лавке все, что накопилось за эти ужасно длинные десять минут. Из уст омег я узнал о себе столько нового, что даже начал невольно задумываться о том, как же скучно я живу. - Садитесь, - машина подъехала прямо к подъезду, - быстрее. Вадим сел на переднее сиденье, предварительно посадив меня назад и пристегнув ремнем безопасности. Как будто я сам бы этого не сделал. Устроившись на переднем пассажирском, альфа передал мне мой рюкзак. - Дядь, а они приехали уже? – спросил Вадим, когда автомобиль через дворы выехал к шоссе, - не опоздаем? - Нет, - Денис посмотрел в зеркало заднего вида, - Дорошев и компания вместе с Николаем в ресторане. «Дорошев и компания», как сказал Денис, это и есть та самая проверка. А Николай – зам директора клуба. Вино дорогое, коньяк, фрукты… Уже два года так всех гостей ублажает. Лузер. Мы с ним, часто ругаемся из-за того, что Николай хочет, что бы я работал все семь дней в неделе, а не три. Ему, кстати, всего двадцать лет. Не слишком ли молод? Возможно. Но, несмотря на то, что мы с ним собачимся по пустякам, я считаю его хорошим руководителем. До него был Степан, который передал дела Николаю спустя неделю после моего трудоустройства. Притормозив у черного входа, Денис протянул мне маску, которую я забыл у него в машине еще два дня назад. Поблагодарив мужчину, я выскочил из автомобиля и, показав охраннику пропуск, забежал в клуб. Вадим вошел без проблем и тут же направился за мной в гримерку, где уже собрались все танцоры. - Бля, Кир, наконец-то! – обратился ко мне один из танцоров, - Дорошев уже здесь! - Кто танцует?! – я быстро снял с себя всю одежду, хватая с вешалки короткие шорты, которые были больше похожи на трусы. - Валя, - продолжал парень, - потом я иду. А потом ты! Ко мне подбежали какие-то молодые парни, которые видимо были новенькими – я никогда их здесь не видел. Они помогли мне застегнуть молнию, которая как назло была на заднице. Вынув из рюкзака ремни, которыми перетягивалась грудь, я растрепал волосы и надел маску. - Кир, - со сцены пришел Валя, - держи. Николай велел всем надевать это. Парень протянул мне небольшие короткие ремешки с шипами. - Давай, помогу, - Вадим вошел в гримерку и, взяв из моих рук БДСМ атрибутику, на что и были похожи эти клочки кожи, застегнул их на моей шее и запястьях. - Танцевать-то с этим как? – не понял я, в недоумении глядя на Валю. Тот указал на шею, где красовались небольшие синяки и царапины. И что я скажу родителям? Что мы с Вадимом играли? Неожиданно музыка прекратилась, и в гримерку вбежал Николай. Усмехнувшись, только заметив на мне ремни, альфа вытолкал меня из комнаты ближе к сцене, откуда уже спускался танцор. Моя очередь. - Твоя очередь, - словно прочитав мои мысли, прошептал Николай, - не подведи. Я глубоко вздохнул, набирая в легкие кислород. В зале было довольно шумно – народ веселился, отдыхал после рабочей недели, забравшей силы и нервы. Неожиданно для всех свет погас, уступая место музыке. Я медленно поднялся к пилону, когда музыка стала играть громче. Свет… Он слепил. Подняв с пола розу, специально приготовленную для моего танца, я зажал ее зубами и прислонился спиной к холодному шесту. Сотни глаз были устремлены только на меня…Это завораживало, заставляло выкладываться на полную катушку, забывая обо всем, отдавать всего себя танцу… Быть собой. Когда я рывком поднялся на шест, толпа загудела. Мне сносит крышу, когда люди кричат, когда требуют продолжения, требуют зрелища… Поворот. Второй. Третий. Я закрыл глаза, наслаждаясь тем, что делал. Да, возможно я помешан на танцах, но мне ничего не доставит большего удовольствия, чем танцы… Что-то вроде наркомании, которая еще не известна ни врачам, ни природе. На руках и шее останутся следы – ремни давили, царапая шипами. Плевать. Что-нибудь придумаю. Свет, устремленный только на меня, музыка, заставляющая меня танцевать, все сводило с ума. Заметив в конце зала за столиком небольшую компашку в строгих костюмах, я послал им воздушный поцелуй – проверка как-никак. Ха, меня потом за это по головке не погладят. Музыка начала затихать, когда я опустился рядом с пилоном, выпуская изо рта розу. Сбивчиво дыша, я стянул с себя ремни на груди, символизируя тем самым освобождение от чего-либо, обретение свободы. У меня свобода только на этой сцене, рядом с шестом, под внимательными взглядами людей. Спустившись со сцены, я похлопал по плечу следующего танцора, и пошел было к гримерке, как меня кто-то позвал. Незнакомый мужчина пытался протиснуться между кричащими людьми и догнать меня. Быстро опомнившись, я натянул маску и повернулся к обладателю голоса. Короткие темные волосы, мужественные черты лица, строгий костюм. Дорошев? Нет, тот старше, а этот молодой совсем, даже красивый. Когда он подошел ближе, я почувствовал чуть различимый дорогой парфюм. Заметив на шее мужчины небольшую татуировку, в голове пронеслась мысль – «Сын Дорошева». Чего он хочет? Кажется, у него сеть клубов по всей России. - Извини, что краду у тебя твое время, - начал альфа, чуть отведя меня в сторону. - Ничего, - я поправил маску и отвел мужчину еще дальше – музыка играла так громко, что ничего не было слышно, - я вас слушаю. - Ты восхитительно танцуешь, - заметил тот и указал мне на маску, - снять не хочешь? - За комплимент спасибо, но маску не сниму, - я усмехнулся, - это обязательный атрибут при работе с клиентами. - Клиент всегда прав, верно? – я кивнул, - сегодня я твой клиент, и я хочу, что бы ты поехал со мной. Я уверен, что ты так же восхитителен в постели, как и в танце… Продолжение следует)