Побег.

В жизни каждого из нас каждый день происходит сотня выборов и не бывает их хороших или плохих. Просто каждый из выборов создает другую жизнь, другой неповторимый мир. Но каждая жизнь заслуживает того, чтобы ее прожить, каждая тропа — чтобы быть пройденной.

***

      Жизнь — это череда бесконечных выборов. Мы совершаем их каждый день практически не задумываясь. Что съесть на завтрак, какой посмотреть фильм, что надеть на работу. Зачастую мы даже не задумываемся о том, как тот или иной выбор отразится на нашей судьбе. Да и результат не всегда виден сразу, и на завтрашний день может повлиять выбор, который мы сделали месяц, год, а может и пять лет назад. И когда уже изменившийся ты оглядываешься назад, то невольно задаёшься вопросом «Почему жизнь позволила мне сделать этот выбор именно в то время?»       Смотря в прошлое, я многое бы хотела изменить. Я бы ни за что не побежала за тем котёнком в переулок, где на меня напали собаки. Сама я почти не пострадала, а вот Николас отхватил сполна. Будь у меня возможность, я бы вернулась в тот день, когда меня лишили брата, вцепилась бы в него мёртвой хваткой и не отпускала ни при каких условиях. Никогда не села бы в машину, которая увезла меня в тот маленький загородный посёлок. Но в то время я была другой и сделала другие выборы, которые и определили мою настоящую жизнь.       Я стараюсь не огорчаться из-за этого, потому что не сделай я те выборы, то не имела бы многих вещей и упустила большинство моментов, которыми теперь дорожу. Не произойди всего этого, я бы не стала той, кем являюсь сейчас. Получается, что мой путь оправдан?       Я прекрасно понимаю, что ошибки тоже часть нашей жизни. Как бы заезженно не звучала эта фраза, но она самая что ни на есть правдивая. На ошибках учатся. И возможно, не соверши я череду этих глупых поступков, начиная со вчерашнего дня, никогда в жизни бы не узнала настоящего отношения Нино ко мне. Может это и есть то самое тяжёлое взросление — момент, когда понимаешь, что друзья — не те, кем ты их видел раньше?       Я часто думала, что став взрослой, в один момент добьюсь поставленных целей, познаю этот огромный мир и все его тайны, но в первый же день мне захотелось забиться в самый дальний угол своей детской комнаты, никого не видеть и не слышать. Ещё лучше было бы забраться под одеяло на кровати и заснуть крепким сном, а проснуться в то самое беззаботное лето, когда мне было пять лет и когда мой брат был рядом. Забавно, но о каком брате могут быть мысли, если даже саму кровать я увижу явно не очень скоро?!       Мысли путаются в голове, пока я пытаюсь ухватиться хотя бы за одну. Я чувствую себя разбитой и преданной, внутри всё практически кипит, хотя сама знаю, что поступаю неправильно и слишком импульсивно. Нужно было всё же выслушать Нино и уже потом пытаться решить проблему вместе, а не садиться в машину к мужчине, который возможно даже и не работает в такси. Ещё один необдуманный выбор в копилку.       Делаю глубокий вдох, чтобы подавить вдруг нахлынувшую панику, тем самым заставляя водителя машины обратить на меня внимание. Он переводит взгляд в зеркало и по-доброму усмехается. Разум кричит о том, что это потенциально опасная ситуация, но его улыбка почему-то заставляет меня успокоиться. Вряд ли этот человек, что оказал мне помощь в трудную минуту, желает мне зла. Но всё же стоит быть осторожной.       — Все ссорятся. Я прожил со своей женой двадцать пять лет, десять из которых мы ругались и бегали друг за другом. — мужчина откровенно смеётся, видимо пытаясь меня этим подбодрить. — Всё образуется.       — Если бы всё было так просто. — я качаю головой, прокручивая в воспоминаниях недвано услышанный разговор. — Разве настоящие друзья должны скрывать правду, прикрываясь так называемой заботой?       — Это было во благо?       — Сомневаюсь.       Я действительно сомневаюсь. Возможно, у Нино было какое-то объяснение, которое могло бы меня утешить и успокоить, но он сказал совершенно другое. Он сказал то, что я не хотела слышать. Один его виноватый вид уже говорил о том, что правда, которую он решил скрыть, обязательно сделает мне больно. Однако ложь и утаивание той самой правды ощущаются так же неприятно.       Я хочу верить Ляйфу, но когда пытаюсь найти логику во всех его действиях, не только сегодняшних и вчерашних, но и тех, которые он совершал на протяжении трёх лет нашей дружбы, начинаю сомневаться ещё сильнее. Теперь, когда я смотрю на этот промежуток времени со стороны, его привязанность ко мне кажется… фальшивой. Действительно ли Нино был мне другом?       — Не всегда то, что мы считаем правильным, будем таким же правильным и для других. Все люди разные, у всех свой взгляд на мир. — водитель автомобиля говорит тихо, будто значение его фразы предназначается не для меня. — Иногда стоит принять то, что ваши ценности различаются, и не пытаться исправить человека.       — Я не пытаюсь, просто… — я запинаюсь, пытаясь подобрать слова для ответа. — Не понимаю причину его действий. Но вместо ожидаемых объяснений он говорит, что так будет лучше для меня. За меня слишком долгое время принимали решения другие, и он, как единственный близкий друг, прекрасно знает об этом, однако поступает так же, как и все. Это… неприятно и очень сильно сбивает с толку.       Мужчина согласно кивает, хотя я сильно сомневаюсь, что ему всё тут же стало понятно. Наверняка посчитал меня маленькой, глупой и капризной девочкой. Возможно всё так и есть, и я даже не хочу это отрицать. Признавать свои недостатки тоже нужно уметь, а то, что я чересчур наивна — слишком очевидный факт.       Мне становится чуть легче, после того, как я высказалась. Обострённые чувства и эмоции наконец отступили, давая право моему мозгу разобраться во всём самостоятельно. Я не считаю Нино предателем, понимаю, что у него есть свои причины так поступать, а так же не исключаю вариант, где я просто неправильно всё поняла, но это не отменяет чувства неприятного жжения в районе грудной клетки. Я хочу всё разъяснить, и посмотреть на некоторые вещи глазами своего друга, но для начала было бы хорошо разложить свои мысли по полочкам. И на тот случай, если воплотятся все мои страшные опасения по поводу Ляйфа, я должна стать независимой от него. Сейчас я уже не смогу полагаться на парня, как раньше, просто потому что боюсь настоящего предательства.       — Так куда Вас отвезти? — мужчина нарушает затянувшуюся тишину, а я с ужасом осознаю, что всё эти пятнадцать минут мы ехали в непонятном направлении.       — В третий округ. Оставите меня на площади Вогезов. — проговариваю, доставая из рюкзака телефон, чтобы примерно знать сколько это займёт времени.       Оповещения о нескольких пропущенных звонках я смахиваю не глядя и поспешно открываю телефонную книгу. Нужный номер находится быстро, поэтому не задумываясь, чтобы не передумать, я нажимаю на вызов. Спустя три неудачных попытки, открываю окно сообщений, где отправляю просьбу срочно перезвонить. Это единственный человек, на которого я теперь могу положиться, других у меня просто нет. Надеясь на скорый ответ, я жду пока погаснет экран телефона и откидываю голову назад. Оставшийся путь до места назначения в салоне автомобиля царит тишина, пока в моей голове и душе происходит настоящий хаус.

***

      Время перестаёт вообще хоть как-то идти уже спустя час моего пребывания на площади Вогезов. Сидя на лавке в парке, бесчисленное количество раз обновляю ленту сообщений, надеясь на то, что ответ от бабушки Джины придёт сию-секунду, но он не приходит и я постепенно теряю надежду. Глаза начинают слипаться от усталости, тело ломит из-за долгого пребывания в неудобной позе на жёсткой лавочке, а желудок урчит от голода.       Люди, то и дело проходящие мимо, странно поглядывают на меня — ту, что заняла со своим чемоданом и сумкой с котом целую скамейку. Эти взгляды заставляют чувствовать себя не в своей тарелке, будто я лишняя в этом городе. В целом это является правдой. Мне здесь нет места, даже пойти некуда. Неужели придётся вот так просто сдаться, и вернуться домой?!       Быстро-быстро моргаю глазами, чтобы избавиться от желания заплакать. Слёзы мне не помогут, точно не сейчас. Не бывает безвыходных ситуаций, да и я не какая-то там слабачка. У меня слишком много планов на будущее, чтобы вот так просто от них отказаться. Сжимаю чуть сильнее кулаки и киваю самой себе, но от попытки приободриться, меня отвлекает Нуар. Кот жалобно мяучит, скрябая когтями сетку в переноске.       — Я тоже голодна, Нуар, но деньги, которые остались на карте нам ещё пригодятся. — я печально вздыхаю, беглым взглядом оглядывая окрестности. — Если бабушка не ответит в течении часа, то придётся потратиться на комнату в хостеле.       Питаться едой из какого-нибудь дешёвого ларька — определённо не лучшая из идей, но как нельзя подходит в сегодняшней ситуации. Когда я решаю, что сидеть здесь дальше и голодать уже нет смысла, и наконец начинаю собирать свои вещи, на меня вдруг падает тень. Что передо мной появился человек, догадываюсь сразу, но от мысли, что это кто-то из родителей пришёл по мою душу, или же Нино с Альей слишком быстро выяснили моё местоположение, у меня затряслись руки. Телефон тут же выскальзывает из дрожащих ладоней и падает на траву под скамейкой. Прежде, чем я успеваю наклониться за ним, мужская рука уже поднимает его с земли и протягивает мне.       — Малость неуклюжая, да? — звучит где-то над головой знакомый насмешливый голос.       От удивления я совершаю тотальную ошибку — слишком резко вскидываю голову вверх. Даже не сразу понимаю, что произошло, лишь чувствую внезапную боль, словно ударилась об что-то острое самой макушкой головы. Когда наплыв боли проходит и я могу нормально посмотреть на молодого человека предо мной, то вижу как тот держится за челюсть, явно не потому что ему так захотелось.       — Ох, прошу проще… — я пытаюсь проговорить извинения, одновременно поднимаясь со скамьи, чтобы помочь пострадавшему.       И снова ошибаюсь. Едва ли не падаю на него, запутавшись в своих же ногах, машу руками дабы восстановить равновесие, из-за чего задеваю переноску и та скользит по лавке вниз. Нуар недовольно шипит, когда парень подхватывает переноску на лету, буквально за секунду до падения. Тихое «Чёрт!» слетает с моих губ, пока Адриан ставит сумку с котом обратно, а я встаю в более устойчивую позу. Облажалась два раза подряд, молодец, Маринетт! Несколько секунд мы стоим молча, пытаясь переварить ситуацию, а потом одновременно начинаем смеяться.       — Извини. — всё-таки говорю я, когда мы оба успокаиваемся.       — Малость неуклюжая — мягко сказано, я так понимаю. — усмехается молодой человек, ещё раз ощупывая свою челюсть, а я в ответ лишь смущённо киваю. — Сама то цела?        Утвердительно кивнув, уставляю взгляд в пол, пока в мыслях проносится тысяча и одна причина, по которой этот парень мог подойти ко мне. Стараюсь не смотреть на Адриана из-за того, что в голове всплывает наша вчерашняя неловкая встреча и то, как я беззастенчиво его разглядывала. Готова с ума сойти от осознания того, что я любовалась фигурой парня, а он это прекрасно видел. Боясь сгореть от стыда прямо посреди площади, я решаю, что пора бы завершить начатое и покинуть парк. Молчание затянулось, мы едва знакомы, и смысла стоять здесь вместе я не вижу, поэтому снимаю чемодан со скамьи и поднимаю переноску с котом, готовясь уходить.       — Снова решила меня игнорировать. — где-то рядом вздыхает парень, и я невольно поднимаю на него взгляд.       Адриан Агрест тут же слегка нагло улыбается. Хитрые зеленые глаза будто пытаются меня просканировать. Под этим взглядом я снова забываю практически обо всём на свете, он слишком сильно завораживает, но стоит мне осмелеть и только мельком осмотреть его внешний вид, как я тут же начинаю краснеть. Адриан красивый. Крепкое, не слишком перекаченное тело, почти как у атлета, изящные черты лица, золотые пряди, находящиеся в творческом беспорядке, даже поза этого парня буквально кричит о том, как он идеален. Его модельная внешность и слегка дерзкое поведение хорошо сочетаются и выливаются в очень странный, но манящий образ. Наверное, такие как Адриан, всегда становятся лидерами, по крайней мере от него исходит именно такая энергетика.        О чём ты вообще думаешь, Маринетт?!       — Я просто… — пытаюсь что-то придумать в ответ, резко вынырнув из потока бесконечных мыслей. — Я собиралась уходить, мне пора.       — И это спустя шесть часов пребывания на лавочке? — Адриан вскидывает бровь, вопросительно смотря на меня.       Не особо понимаю к чему была сказана эта фраза, лишь качаю головой из стороны в сторону. Меня смущает и немного пугает ситуация, в которой мы находимся. Причина, по которой он оказался здесь и решил подойти ко мне, всё ещё неизвестна.       — Это не имеет значения. — отмахиваюсь я и, поудобнее перехватив сумку и чемодан, направляюсь в сторону выхода, но всё же оборачиваюсь и усмехаюсь на последок. — Или у нас теперь нужно платить аренду за лавочку в парке?       — Эй, почему ты такая грубая? — парень, видимо задетый моим ответом, следует за мной. — Я просто пытаюсь шутить, потому что ты выглядишь напряжённой.       — Может потому что меня напрягает твой интерес? — хмыкаю я, но покорно останавливаюсь, когда молодой человек придерживается меня за руку. — Что?       — Похоже ты попала в сложную ситуацию. — он кивает на мой чемодан. — Просто хочу помочь.       — Уверен, что я нуждаюсь в чьей-то помощи? — с не скрываемым недовольством отвечаю я. Он в самом деле начинает напрягать. Что за странный интерес к моей персоне, тем более у такого парня, как он?!       Адриан некоторое время молчит и сверлит меня своим взглядом. Его ярко-изумрудные глаза держат и не отпускают мои, будто это может убедить меня в его бескорыстности. На меня такое не действует, не даю парню сбить меня с толку. Но понять, что у него на уме, тоже не могу.       — Точно не нужна помощь? — ещё раз уточняет парень, наконец отпуская мою руку. Я даже не заметила, что он так долго держал моё запястье.       — Спасибо, уже помогли. — грустно хмыкаю я, и на попытку молодого человека ещё что-то сказать быстро его перебиваю. — Послушай, ты не особо похож на Робин Гуда, хотя бы потому что статус немного не подходит, да и я не дева Мэриан, о которой тебе нужно заботиться. Со своими проблемами разберусь сама.       Не знаю, что на меня находит, но я начинаю злиться. Видимо усталость и все отвратительный эмоции за сегодняшний день решили прорвать плотину моего спокойствия. Однако ожидаемого эффекта моя грубость конечно же не возымела. Напротив, Агрест, который минутой ранее казался мне более-менее серьёзным в своих намерениях, снова вернул свой странный, я бы сказала высокомерно-задорный взгляд. Его глаза заблестели, видимо предвкушая весёлую словесную перепалку. Атмосфера тоже изменилась, но я не могу понять хорошо это, или плохо.       — Не красиво вот так отказываться, когда джентльмен предлагает помощь. — хмыкает Адриан, нависая надо мной словно коршун.       — Не красиво настаивать на своей помощи, когда девушка уже отказалась! — парирую я, гордо задрав подбородок повыше.       Только теперь замечаю нашу разницу в росте и по-настоящему ощущаю себя маленькой. Сколько там лет, этому Адриану Агресуту? Двадцать один? Двадцать два? Какого чёрта он такой высокий? Но всё же превосходство блондина ощущается не только в росте. Он спокоен и уверен в себе, в то время, как я едва ли не трясусь то-ли от злости и негодования, то-ли от страха сказать что-то лишнее и неуместное. Но я всё равно смело смотрю ему в глаза, не желая принимать поражение.       — Ладно, ты победила. — усмехается молодой человек, отступая от меня на шаг, а я облегчённо выдыхаю, но так, чтобы он этого не услышал. — Хотел помочь тебе по дружбе, но ты какая-то злая.       — Мы почти не знакомы и встретились всего раз по чистой случайности, ты даже имени своего не назвал! — возмущаюсь я, и мысленно даю себе оплеуху. Лучше бы помалкивала.       — Просто, когда ты сын известного дизайнера и чисто случайно сталкиваешься с девушкой, что так искусно и умело использует его техники, надобность в представлении отпадает сама по себе. — пожимает плечами Адриан, а я краснею до кончиков ушей, прекрасно понимая, о чём идёт речь. — Но если для тебя так спокойнее, то позволь представиться — Адриан Агрест собственной персоной.       Молодой человек наклоняется в шутливом поклоне, подхватывает мою свободную ладонь и целует её тыльную сторону. Его губы растягиваются в обворожительной, но всё ещё насмешливой улыбке, в то время, как моё сердце пропускает несколько ударов. Ритм нарушается из-за чего я чувствую жар не только на лице, но и во всём теле. Блондина же очень радует моё смущение, он бессовестно продолжает рассматривать моё полыхающее лицо.       — Каков индюк! — бубню себе под нос, зная, что парень прекрасно слышит. — Это ничего не меняет.       — Ну как же, ты теперь сможешь похвастаться в институте, что лично знакома с сыном того самого Габриэля Агреста. — Адриан наклоняет голову в бок, продолжая следить за моей реакцией.       — Кому это интересно? И вообще-то ты меня задерживашь! — я быстро меняю тему разговора, желая поскорее скрыться, потому что чувствую, что семесь моего стыда, смущения и раздражения может вот-вот вылиться во что-то очень неприятное.       — Тогда увидимся!       Через секунду я с удивлением наблюдаю за уходящим в противоположную сторону парнем. Естественно я не ожидала, что он вдруг вот так возьмёт, послушается меня и уйдёт. Из-за этого я даже ощутила непонятное чувство разочарования где-то под рёбрами. Неужели сама того не понимая, я надеялась, что он не отстанет так просто?! Ты в самом деле нечто, Маринетт!

***

      Облегчение я наконец могу испытать только ближе к девяти часам вечера, после того, как мне перезванивает бабушка Джина. К этому времени я всё-таки успеваю наполнить живот дешёвым хот-догом, половину которого щедро отдаю Нуару. Нельзя сказать, что он был сильно доволен этим, но всё лучше, чем совсем ничего.       Звонок от бабушки поступает, когда я уже стою во дворе дома, в котором она живёт.       — Я ушла из дома. — сразу же отвечаю я, когда Джина спрашивает в чём дело. — Поссорилась с мамой. Очень сильно.       — Сабина, как всегда… Сколько раз я говорила ей, что нельзя так обращаться с уже взрослой дочерью! — недовольно шипит женщина в трубку телефона. — Прости меня, Маринетт, за то что я не смогла убедить твою бестолковую мать.       — Ты не виновата. — я грустно улыбаюсь, пиная ногой маленький камешек. — Я могу остаться у тебя?       — Милая, я сейчас не в городе, и даже не во Франции. — слышу, как бабушка начинает чем-то шуршать, но это не скрывает небольшой нервозности в её голосе. — Почему ты не поехала к дедушке?       — Он сразу сдаст меня родителям. — мгновенно выпаливаю я и недовольно фыркаю. Не знаю почему, но у дедушки отношения с моей мамой сложились даже лучше, чем с собственным сыном. Если я приду к нему, мама заберёт меня через час. — Что же делать?       Я начинаю волноваться, нервно расхаживая туда-сюда по тротуару возле дома. Солнце уже село и на небе вот-вот начнут появляться первые самые яркие звезды, а мне всё ещё негде переночевать. Даже если сейчас я побегу искать свободную комнату в отеле или хостеле и мне повезёт, я не смогу за неё заплатить. В этот период город наверняка заполнили туристы, а цены взлетели в несколько раз.       Паника быстро захватывает мой разум, пока Джина хоть как-то пытается меня успокоить и найти выход из ситуации. Она говорит, что быстро что-нибудь придумает и обещает перезвонить через пару минут, после чего сбрасывает звонок. Я остаюсь наедине со своими мыслями. Теперь я правда в безвыходном положении. Не прилетит же она сюда из другой страны за столь короткое время?! Неужели всё и все в этом мире настроены против меня? Почему мне так не везёт?! Может позвонить Нино?       Когда в голову приходит уже совсем дурная мысль о том, что всё-таки стоило принять помощь от Адриана, мне перезванивает бабушка. Мои колени подкашиваются после того, как Джина говорит, что ключи от её квартиры есть у соседки по этажу и та сейчас спуститься. Я даже чувствую, как по щеке скатывается слеза облегчения и падает часть тяжкого груза с плеч.       Уже через пару минут низкая полная женщина лет пятидесяти провожает меня до квартиры и передаёт ключи. Оказавшись в коридоре, я медленно оседаю на пол, всё ещё не веря в то, что у меня получилось.       — Ты же не будешь… докладывать родителям? — сразу спрашиваю я, когда вновь звоню бабушке, чтобы отчитаться о том, что я в квартире. — Не знаю остыла ли мама, но она определённо заберёт меня при первой возможности.       — Ты поступила ужасно, Маринетт. — я краснею, когда слышу тяжёлый и усталый вздох по ту сторону трубки. — Но твоя мать… у меня нет слов, чтобы выразить всё, что я о ней думаю. Конечно я не буду ей звонить.       — Спасибо. — я облегчённо выдыхаю, и медленно встаю, чтобы пройтись по квартире. — Когда ты вернёшься?       — Теперь уже не скоро. — отвечает Джина, и я слышу в её голосе нотки горечи. — Я о многом хочу тебе рассказать, милая, но это не телефонный разговор. Однако, если Сабина узнает, что ты живёшь в моей квартире, это может плохо кончится для нас обоих, понимаешь?! Пока ты в моей квартире, мне лучше не появляться рядом.       — Что? Но почему?! — я недоумеваю. От того, как сломленно и виновато звучит голос бабушки, у меня бегут мурашки по коже. Мама, что же ты сделала?       — Сейчас всё ещё действует запрет на моё приближение к тебе.       — Что?