My last hope

Юнги вальяжно сидел в кожаном кресле, надев на голову капюшон толстовки, чтобы уменьшить возможность встретиться взглядом с врачом. Мужчина сидел напротив и пытался выудить из парня хотя бы слово, но все попытки увенчались провалом — Мин продолжал молча сидеть. Кабинет, в котором происходили сеансы, был просторным и очень светлым. Из темных элементов мебели были только диван и кресло, книжный стеллаж и стол, за котором сидел доктор Ким. На белых стенах висели дипломы и награды в области психиатрии, на подоконнике стояли фиалки, и все казалось таким неподвижным в этом кабинете, кроме голубых занавесок, которые колыхались от лёгкого ветерка, проникающего сквозь приоткрытое окно. Сеанс продолжался в немом разговоре уже тридцать минут. «Оставалось ещё полтора часа. Потерпи», думал про себя Юнги. — Я повторю ещё раз, - прервал тишину доктор, - почему ты не пришёл на приём? Снова был с Намджуном? — Я вам уже говорил в прошлый раз, что я НОРМАЛЬНЫЙ! Нет никакого Намджуна! - кричал Юнги. — Очень рад, что ты это понимаешь. А теперь давай поговорим о твоём новом друге. - Ким включил запись на диктофоне, приготовил ручку и блокнот. — Не начинайте говорить о Хосоке так, будто он — моя выдумка! Не знаю, что вам сказала моя мать, но она определенно не права. Да, Намджун — не настоящий, это я осознал, но Хосок — реальный человек. Ясно? Р-Е-А-Л-Ь-Н-Ы-Й - по буквам произнёс парень. — На самом первом сеансе ты мне так же и про Намджуна говорил. В чем между ними разница? Как ты отличаешь реальность от иллюзии, Юнги? Мин закрыл лицо ладонями и протёр глаза. Он воссоздал в памяти моменты встречи с Хосоком и ещё раз уверился, что он настоящий. Юнги помнил, что от парня в тот день пахло клубничной жвачкой и мороженым, помнил, как Хосок помог ему добраться до дома, как обменялся с ним номерами. Это просто не могло быть плодом его воображения... А Намджун? Он подошёл к Мину в школе и предложил свою помощь с математикой, потому что Юнги много пропускал и мог завалить важный тест. Их встречи, прогулки, совместные занятия, походы в книжный и даже ответы на тесте, которые Мину передал Джун — все это тоже казалось реальным. Так, может быть, Хосок тоже... «НЕТ», всплыло отчетливыми белыми буквами на чёрном фоне в сознании Юнги. — Просто знаю, - ответил он. - Хосок настоящий. Вот и все. — Почему ты считаешь его реальным, Юнги? Какие чувства он в тебе вызывает? — Я не собираюсь болтать с вами о моих чувствах. Вы — мой психиатр, а не друг. — Значит, ты все же что-то испытываешь к нему? — Это не ваше дело, доктор Ким. Часы на стене пробили два часа дня. До конца сеанса оставался ещё час. Доктор перелистывал свои записи и в очередной раз перечитывал историю болезни юноши, а заодно и недавнюю выписку из больницы. Он заметил, что большинство лекарств не дают положительной динамики, сделал вывод, что Юнги не принимает их и старается вести себя как обычный подросток, но скрывать такие серьёзные диагнозы невозможно. Доктор оторвался от бумаг и посмотрел в сторону своего пациента. Юнги прожигал взглядом диван, стоящий перед ним, пальцы были сжаты в кулак, а тело заметно напряжено. — Ты кого-то видишь, Юнги? - спросил доктор. — Давай же, Юн, скажи ему, что я здесь. Ты не можешь и дальше игнорировать меня, - говорил Намджун. - Думал, если бросишь пить те таблетки, то Хосок останется, а я навсегда пропаду? Нет, мой дрогой друг! — Нет, ничего необычного. Просто меня раздражает картина, которая весит на стене. Самая настоящая безвкусица! Была бы воля моя, я бы разорвал её на кусочки и сжёг. — Ты стал рамного агрессивнее, Юн, чем раньше. Почему? Я же все ещё здесь, - продолжал Джун. - Мы можем снова готовиться к математике вместе, все станет как прежде! Ну же, Юн! — Хорошо, - сказал доктор. - Давай вернёмся в день, когда тебя увезли в больницу. В твоей выписке сказано, что ты пытался покончить с собой. Чем был вызван суицидальный порыв? — Просто надоело. Решил сменить локацию в этой скучной игре. Перейти, так сказать, с уровня «жизнь» на уровень «смерть». — Ты серьёзно думаешь, что он поверит в это, Юн? - снова заговорил Намджун. - Мы-то с тобой знаем, что ты сделал это, потому что осознал, что я всего лишь в твоей голове. Ты — ненормальный. Но, знаешь, я бы не хотел, чтобы ты повторил что-то подобное, когда поймёшь, что Хосок тоже галлюцинация. Наверное, тебе будет намного больнее, ведь Хо тебе нравится, да? Представляю, на сколько осколков разобьёт твоё юное сердце! — ЗАТКНИСЬ УБЛЮДОК! ХВАТИТ ВЫВОДИТЬ МЕНЯ ИЗ СЕБЯ! ПРОСТО ЗАКРОЙ СВОЙ ПОГАНЫЙ РОТ! Юнги кричал что есть силы. Его всегда бледная кожа стала алой, вены на шее стали отчётливо видны. Теперь он стоял по середине кабинета и орал на пустой диван почти до хрипоты, собираясь накинуться на него. Мин начал выходить из себя, разбрасывать книги, рвать их и говорить, что все это ложь, постоянно оборачиваясь на диван, на котором никого не было. Доктор Ким не понимал, о чем идёт речь, но отчётливо осознавал, что Юнги не контролирует себя сейчас. Доктор медленно нажал на кнопку под столом, и в кабинет вошли медсестры и медбратья. Юнги привязывают к кушетке. Юнги делаю укол. Юнги засыпает. Приём окончен.