My last hope

Юнги шёл по вечернему Сеулу и, постоянно спотыкаясь из-за своей невнимательности, шептал себе под нос ругательства. Он проклинал бордюры, людей, что попадались ему навстречу, врачей, которые связали его и насильно напичкали лекарствами, он проклинал Бога, что не дал умереть ему в тот день. Морозный ветер обжигал нежную кожу юноши, заставляя поежиться от холода, еще больше зарываясь носом в шарф. Из-за того, что он провел в больнице два дня под наблюдением, Юнги не смог пойти в школу и увидеться с Хосоком, хотя последнего желал больше всего на свете. Поэтому, увидев Чона, стоящего около пешеходного перехода в ожидании зелёного сигнала светофора, Мин рванулся к нему, сшибая прохожих. Он кричал его имя и очень обрадовался тому, что был услышан. Плохое настроение сразу сменилось радостью, а тепло разлилось по всему телу, как только Юнги оказался в объятиях Хосока. Вся злость на мир пропала в ту же секунду, а в мыслях звучали благодарности Богу, что он не умер тогда и сейчас может обнимать дорогого ему человека. — Ох, Юнги-я, ты так обнимаешь меня, будто мы с тобой целую вечность не виделись! — смеясь, сказал Хосок. — По моим ощущениям прошла вечность. — обнимая парня крепче, прошептал Юнги. Чон погладил Мина по волосам и, поцеловав в макушку, взял его за руку, а после перевел через дорогу. Они зашли в магазин и купили много сладостей, по дороге Хосок много шутил и, как обычно, не прекращал говорить комплименты младшему. — Когда ты пойдешь в школу, Юнги? Вчера я хотел забрать тебя после занятий, потому что у меня пары закончились раньше, но ты так и не вышел из школы. На звонки и сообщения ты тоже не отвечал, поэтому я волновался за тебя. Ты хорошо себя чувствуешь? Юнги остановился. Он смотрел на Хосока и видел эту очаровательную улыбку, беспокойство за него в этих прекрасных глазах и то, что он немного нервничает, находясь рядом с ним. Чон такой настоящий… — Хосок, ты существуешь? — спросил Юнги. — Что за глупый вопрос? Конечно! Я же сейчас стою здесь, перед тобой, ты видишь меня и чувствуешь мои прикосновения. Я реальный, Юнги. Что за вопросы? — Хорошо… — тихо произнес он. — Ты боишься, что я плод твоего воображения? Мин не ответил. Он закрыл руками свои глаза, стараясь сдерживать слёзы. Хосок в два шага оказался около парня и, взяв лицо Юнги в свои ладони, поцеловал его. — Ты — мой, понял? Только мой. Я здесь. Я люблю тебя и всегда буду рядом. Ты слышишь, Юнги? Пожалуйста, не сомневайся во мне. Парень кивнул, а Чон снова прильнул к губам младшего. Справа от них, облокотившись о стену, стоял Намджун и заливался смехом, приговаривая: — Дурак ты, Юнги. Ничему жизнь не учит.