Сломать Вуда

      В понедельник утром Оливер пошел к Макгонагалл и объявил, что он поменял свое решение. Декан одобрительно улыбнулась и уверила его, что она сама все передаст Дамблдору.       Парня по-настоящему задели последние слова Флинта на поле. Он прекрасно понимал, что это очередная провокация со стороны слизеринца, но он не хотел, чтобы о нем думали так, чтобы обвиняли в трусости. Новость о конкурсе еще не облетела весь Хогвартс, но в скором времени это по-любому случится и Оливер не желал, чтобы на каждом углу ученики обсуждали причины его отказа.       А еще, он заслуживал этот шанс и все профессора верили в него, зачем же отказываться? Будет лучше, если он покажет, на что способен и будет учиться у профессионалов, чтобы потом представить Хогвартс в лучшем свете.       И плевать на Флинта.       Оливер сел за свою парту в кабинете зельеварения и достал вещи из сумки. Он пришел слишком рано, что несколько удивило Снейпа — обычно гриффиндорцы заходили за несколько минут перед звонком и без особого рвения. Вскоре в классе собрался весь шестой курс Гриффиндора и Рейвенкло и Снейп начал принимать эссе, которое он задал им на выходные.       Через двадцать минут после начала урока, дверь в кабинет отворилась и кто-то позвал профессора. Оливер узнал бы этот голос из тысячи. Снейп подошел, они переговорили с Флинтом и зельевар вернулся к доске, в спешке написал задание и вышел, не забывая предупредить класс, что если кто-то посмеет заниматься ни тем, чем задано, то ему обеспечена отработка до конца месяца.       Ученики начали шептаться и шушукаться. Очень редко случалось такое, чтобы Снейп оставил их одних без присмотра. Что же случилось?       А Оливер продолжал переписать список ингредиентов, стараясь ни о чем не думать. В душе он чувствовал страх и ждал, когда же Флинт выполнит свои угрозы. А еще, услышав голос слизеринца, у него пошли мурашки по коже. Его бесило, что он реагировал так, но ничего с этим поделать не мог.       А Снейп вернулся только ко второй паре, с более угрюмым выражением лица, и молча продолжил урок, конечно, ничего никому не объяснив, да, никто и не рискнул спросить о чем-то. ☆☆☆       Маркус был в не себе. Во время завтрака он получил письмо от отца, в котором его коротко уведомили, что на выходные его ждут в поместье Флинтов, в связи с семейными обстоятельствами. Письмо, строго в официальном тоне, должно попасть к Дамблдору, чтобы тот дал разрешение на отлучку.       Слизеринец прекрасно понимал, зачем его вызывают. Он ждал этого, но он не думал, что все случится так скоро. Амадеус Флинт был болен и обречен на скорую смерть. Начиная с прошлого года он готовил Маркуса к тому, что вскоре ему придется принять наследство и стать лордом. Видимо настал этот час.       Также, в кругу их друзей ходили слухи, что Темный Лорд возвратится в скором времени. Если это случится, а Маркус не имел никаких оснований не верить бывшим пожирателям, то ему придется служить ему, как до этого делал его отец. Перспектива пресмыкаться перед кем-либо не прельщала младшего Флинта и если грянет новая политическая война, он захочет остаться в нейтралитете. Но сможет ли? Позволят?       Все эти мысли мучили его давно. Маркус хотел заниматься квиддичем и ничем больше. Он презирал грязнокровок, но не хотел истребить их всех, как о нем думали разные личности. Можно только изолировать их как-то, создать правильные законы для них. Маркус был больше эгоистом, но никак не фанатиком.       Слизеринец пошел к декану, несмотря на то, что уже прозвенел звонок, оповещая о начале лекций. Он должен был узнать, когда они с Джонсон поедут в клуб "Соколов". Если это случится раньше выходных, то он не сможет навестить отца, а по идее тот умирает. Маркус не знал, что выбрать. Он не горел желанием увидеть его. Отец не любил своего сына и это было взаимно. Его никто не любил — это чувство было ему чуждо. С другой стороны, человек который дал ему жизнь хочет видеть его на смертном одре и это имеет смысл. Маркус должен пойти, потому что это был его долг.       Постучав в дверь для приличия, он открыл ее и попросил Снейпа подойти. Краем глаза заметил макушку Вуда. Тот даже не обернулся на его голос.       Маркус сглотнул. Он был первым партнером этого гриффиндорского полудурка, просто безнаказанно воспользовался его телом, нисколько не заботясь о его чувствах. Ночью, прокручивая в голове все сцены в выручай комнате, он вспомнил горячий стон Вуда и как тот выгнулся дугой и о том как бурно Маркус кончил, кусая парня за лопатку. Он до сих пор чувствовал на языке солоноватый вкус кожи гриффиндорского капитана, а также приятный запах, который исходил от нее. Маркус не стал бы признаваться в том, что этот оргазм был сильнее всех прошлых. Уткнувшись головой в подушку, он начал считать снитчи в уме, лишь бы не думать о запретном. — Мистер Флинт, что за срочность? — спросил декан, когда вышел, прикрывая дверь. — Мне пришло письмо от отца.       Не нужно было объяснять дважды, Северус был осведомлен о ситуации в семье Маркуса. Он попросил подождать и быстро начертил что-то на доске, а потом вернулся к нему. — Пойдем.       Когда они вошли в слизеринскую гостиную, Маркус сразу же спросил о том, что так волновало его. Оказалось, что "Сенненские Соколы" ждали всех игроков в четверг, но Снейп пообещал Флинту, что он поговорит с тренером и парень сможет отлучиться на пару дней. — Спасибо, профессор.       Маркус редко благодарил, но этот случай был особенным. Он не смог бы выбрать между отцом и таким шансом, добиться успеха в квиддиче. — Ладно, мистер Флинт, теперь идите учиться. Я бы хотел еще кое-что обсудить с вами, но это потерпит. Скажите профессору Бинсу, что я задержал вас.       Маркус еще раз поблагодарил и со спокойной душой пошел на историю магии. ☆☆☆       В среду вечером, во время ужина, Дамблдор известил всех о участие учеников Хогвартса в самом интересном спортивном событии года. Услышав имя Вуда, Маркус недоуменно посмотрел на гриффиндорский стол. Он же отказался, причем категорически! А Оливер сиял своей сладкой улыбкой и принимал поздравления однокурсников. Только Маркус заметил, насколько фальшивой выглядела улыбка шатена. Как он умудрялся замечать такие тонкости в Вуде, так и оставалось загадкой.       Слизеринцы тоже не остались в стороне, поздравляя капитана и желая, чтобы тот «сделал» гриффиндорского выскочку. Маркус только загадочно улыбнулся. Непременно сделает.       Он уже не горел желанием рассказывать всем о Вуде, это уже не казалось таким смешным, после того, как Маркус сам наслаждался пусть и грубой, но близостью, с ним. И совсем неважно, что никто об этом не знает. Вуд еще получит свое, все впереди.       В четверг утром они снова встретились в кабинете директора. У Маркуса было разрешение аппарировать и он мог бы попросить координаты, но директор предоставил им портключ. Дамблдор пожелал удачи обоим, загадочно улыбнулся хмурому Вуду и сосредоточенному Флинту и попрощался.       Оба парня схватились за портключ, рывок, и вот они оказались на новом месте, а точнее прямо в кабинете владельца клуба. Там были еще какие-то молодые люди, может быть чуть старше хогвартцев, но не сильно. Маркус, по крайней мере, не уступал ни в чем, даже выглядел чуть мужественнее. — Ох, вот и наши последние участники. Мы рады поприветствовать вас. Меня зовут мистер Иглтон и я директор Сенненских Соколов. Сейчас тренер Рид покажет вам ваши комнаты, отдохните, а потом вы пойдете обедать. После этого вам объяснят все правила и познакомят вас с членами команды. Удачи! — нетерпеливо протараторил низенький мужчина с усами и другой мужчина, чуть моложе, одетый в спортивной форме, жестом позвал всех следовать за собой.       Как парни и догадывались, их поселили в одной спальне, в которой мебели было не так много: две кровати, две тумбочки, общий шкаф и письменный стол. В комнате была еще одна дверь, которая вела в ванную комнату. Оливер чуть не прикусил себе язык до крови, стараясь не открыть рот, чтобы невольно не попросить тренера поселить его отдельно от Флинта. Он понимал, что это прозвучит глупо и по-детски и он не хотел показаться нытиком перед новыми знакомыми. А сам Маркус вообще не подал виду, что что-то не так.       Мистер Рид сказал, что их позовут на обед и удалился. Оливер вздохнул и сел на свою кровать, пытаясь успокоиться. Маркус мерил шагами комнату и о чем-то отстраненно размышлял. Вуд все ждал, когда слизеринец начнет язвить или угрожать, но ничего не происходило и это бесило до невозможности. Пытаясь отвлекаться, парень начал разбирать свои вещи и складывать в шкаф. Тогда Маркус и начал разговор: — Вудила, убери свои шмотки с верхних полок, они заняты.       Оливер повернулся и посмотрел на него с таким выражением лица, как будто был готов послать в слизеринца все три непростительные подряд, но взяв себя в руки, ответил очень спокойным тоном: — Там где-то написано твое имя? Что-то не заметил! Ой, вспомнил, нас же только что поселили, причем в одно и тоже время. Я первый занял полки, так что отвали.       Маркус нахмурился и сразу подошел к нему. — Я сказал, убери. — Нет.       Оливера начало трясти. Слизеринец стоял слишком близко, и сразу стало нечем дышать от волнения.       Маркус легко дотянулся и начал скидывать вещи с верхней полки на пол, от чего Оливер просто озверел. Он поднял вещи и сложил их обратно. Флинт, заметив этот маневр, потерял всякое терпение, схватил гриффиндорца за плечи и запечатал в шкаф. — Убери руки, — тихо сказал Оливер, чувствуя, что его охватывает паника.       Маркус смотрел в эти огромные от удивления глаза, чувствовал горячую кожу через тонкий материал свитера и понял, что возбуждается. Он резко убрал руки с Оливера и повернулся, спиной, не понимая что с ним происходит, но он должен был что-то сказать. — Я выше, чем ты… блядь, тебе самому трудно дотянуться до верхней полки, чего прицепился так? Дебил. Я иду принять душ, когда вернусь, чтоб не видел твоих вещей там, не то, пеняй на себя.       Оливер опомнился только тогда, когда захлопнулась дверь в ванную. Когда брюнет прикоснулся к нему, настоящая паника охватила Вуда. Он приказал себе не бояться, но что толку, тело помнило все. Его успокаивал лишь тот факт, что Флинт, наверное, не рискнет и не сделает ему ничего «в гостях».       В комнате рядом послышалось, как льется вода. Флинт принимал холодный душ, проклиная тот день, когда ему пришла идея трахнуть Вуда, а потом еще тот день, когда он видел их с Пьюси. Он только что понял, что он тогда почувствовал. Несмотря на свою ненависть к заднеприводным, он все же продолжал дружить с Эдрианом и не презирал его. И он сам захотел Вуда. И сейчас стоял под холодной струей и пытался унять болезненное возбуждение. В этот момент его тошнило от самого себя.       Когда слизеринец вышел из душа, Оливер спал на своей кровати. Он пошел и тихо открыл шкаф. К своему удивлению, парень обнаружил, что верхние полки были свободны. ☆☆☆       Четверг прошел на удивление быстро и весело. Все познакомились друг с другом, пообедали вместе, участникам показали график тренировок и само поле, которое было просто великолепным.       В пятницу парни начали тренироваться. Как им объяснили, неделю они потренируются вместе и потом будут маленькие соревнования. Их разделят на команды и они будут играть друг против друга.       Все эти два дня, даже после той ссоры при заселении, Оливер и Маркус игнорировали друг друга с успехом. В субботу утром к парням зашел Северус Снейп. Сначала Вуд подумал, что ему снится кошмар и ему предстоит проснуться в скором времени, но это был реальный декан слизней. Он подождал пока Маркус оденется и они куда-то ушли. Оливер пожал плечами, особо не задумываясь. Он вообще старался меньше думать о ненужном, чтобы лучше сосредоточиться над тренировками. К концу дня, просто убитый от усталости гриффиндорец лег и мгновенно заснул, даже не заметив, что его злейший враг не ночует в комнате. Только в воскресение после обеда, парень заметил отсутствие Флинта, но решил, что его это не касается, даже если эта тварь сдохла где-то поблизости.       Оливер подружился с парнем по имени Вирджил, один из участников Лондонского Магического Университета. Вечером они решили пойти на поле и полетать вместе. Оливеру нравилось общаться с этим парнем: у него была открытая улыбка и он умел слушать внимательно, даже нудные описания квиддичных стратегий Вуда и делал это с абсолютным интересом, что не могло не расположить к себе.       Через два часа они вернулись в общежитие, дружно смеясь. — Пойдем ко мне, у меня есть первый выпуск Квиддичного Еженедельника. Если хочешь, дам почитать, — сказал Оливер и ярко улыбнулся.       Давно он не чувствовал себя так хорошо. — Серьезно? Самый первый выпуск? Если ты не шутишь, я бы с радостью одолжил! — восхитился Вирджил и потопал за Оливером. — Никаких шуток.       Они зашли в спальню, по-прежнему громко смеясь, но улыбка исчезла с лица Оливера, когда он встретился взглядом с Флинтом. Тот лежал на кровати. — Ох, привет. Меня зовут Вирджил, буду рад познакомится с тобой, — произнес жизнерадостный парень, пытаясь привлечь Маркуса.       Тот лениво посмотрел на них, чтобы сразу повернуться на другой бок, грубо игнорируя парней. Оливер успел заметить необычно темные круги под глазами слизеринца и его хмурый вид. Он взял журнал из ящика и в спешке передал его Вирджилу. — Встретимся завтра на тренировке, журнал можешь оставить на сколько угодно.       Ему было стыдно просто так выпроводить нового друга, но он не хотел злить Флинта. Лишь бы тот не ляпнул чего-нибудь на зло Оливеру.       Блондин оказался на удивление смышленым и ушел без вопросов. Оливер облегченно вздохнул и пошел в душ. Он помылся, но не мог оставаться там на вечно. Переоделся в черные пижамные брюки и чистую футболку и вышел из ванной, чтобы встретиться взглядом с Маркусом, который стоял возле двери, как будто поджидая его.       Парень попытался пройти, но не тут-то было — Маркус схватил его за руку. — Чего тебе? — сквозь зубы спросил гриффиндорец. — Нашел ебаря? — процедил Флинт и холодно оскалился. — Что ты мелешь? Флинт, не надоело? — устало произнес шатен, пытаясь освободиться, но Маркус не дал ему этого. — Не соскучился по мне? — странным тоном произнес Маркус и обманчиво нежно погладил его по щеке.       Пульс участился от этого жеста и Оливер не мог найти слов, чтобы ответить. Тогда он почувствовал запах алкоголя от Флинта. — Ты пьян, — тихо сказал Оливер и попытался вырваться, но снова безуспешно.       У Маркуса были другие планы. ☆☆☆